Постановление от 15 декабря 2022 г. по делу № А70-881/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город ТюменьДело № А70-881/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 14 декабря 2022 года.


Постановление изготовлено в полном объёме 15 декабря 2022 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоФИО4 а С.А.,

судейБедериной М.Ю.,

ФИО1-

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества коммерческого банка «Агропромкредит» (далее - банк) на определение от 19.07.2022 Арбитражного суда Тюменской области (судья Атрасева А.О.) и постановление от 03.10.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Зюков В.А., Горбунова Е.А., Зорина О.В.) по делу № А70-881/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>), принятые по результатам рассмотрения вопроса об утверждении отчёта финансового управляющего и завершении процедуры реализации имущества гражданина.

Суд установил:

решением Арбитражного суда Тюменской области от 21.02.2022 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом) в отношении неё введена процедура реализации имущества.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 19.07.2022, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2022, процедура реализации имущества должника завершена; ФИО2 освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина.

В кассационной жалобе банк просит определение суда от 19.07.2022 и постановление апелляционного суда от 03.10.2022 отменить в части освобождения ФИО2 от дальнейшего исполнения требований её перед банком, принять новый судебный акт о неприменении к должнику правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

Податель кассационной жалобы ссылается на то, что должником не представлены финансовому управляющему сведения о наличии у него кредитной карты с непогашенной по ней более 15 лет задолженности. Указанные обстоятельства в совокупности, по мнению банка, свидетельствуют о злоупотреблении правом со стороны ФИО2 и являются основанием для неприменения к ней правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на неё, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность определения и постановления в обжалуемой части, суд округа не находит оснований для их отмены.

Материалами дела подтверждается, что реестр требований кредиторов должника в общей сумме 326 631,69 руб., из них погашено 0 руб. Текущие расходы составили 19 248,19 руб.

В ходе процедуры реализации имущества должника финансовым управляющим предприняты меры по выявлению (направлены запросы, оспорены сделки), формированию, оценке и реализации конкурсной массы, имущества, подлежащего реализации в процедуре банкротства, не выявлено

На основании проверки наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, проведённой в процедуре реализации имущества, сделаны выводы об отсутствии таких признаков.

Должник трудоустроен в обществе с ограниченной ответственностью «Кургантрансмашпроект» в должности консультанта с ежемесячным окладом 13 962,52 руб. На иждивении должника находится один несовершеннолетний ребёнок. ФИО2 не состоит в браке, получает алименты на содержание ребёнка от бывшего супруга, иных доходов не имеет.

В ходе процедуры банкротства на счёт должника поступило 117 805,39 руб., из которых 109 571,59 руб. алименты на содержание ребёнка, удержанные с дохода бывшего супруга; 8 233,80 руб. ежемесячная выплата в связи с рождением второго ребёнка.

Финансовый управляющий, ссылаясь на выполнение им всех мероприятий в рамках дела о банкротстве, отсутствие источников пополнения конкурсной массы, добросовестное поведение ФИО2, обратился в арбитражный суд с заявлением о завершении процедуры реализации имущества должника, его освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Суды первой и апелляционной инстанций, применяя в отношении должника правила об освобождении от обязательств, исходили из отсутствия признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, фактов сокрытия или уничтожения принадлежащего ФИО2 имущества, его добросовестного поведения, в том числе в ходе проведения процедуры банкротства.

Суд округа считает выводы судов правильными.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2017 № 304-ЭС16-14541 по делу № А70-14095/2015 сформулирована правовая позиция, согласно которой на основании доказательств, полученных финансовым управляющим по результатам выполнения мероприятий, направленных на формирование конкурсной массы, а также доказательств, представленных должником и его кредиторами, в ходе процедуры реализации имущества суд оценивает причины отсутствия у должника имущества.

Закреплённые в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников, направлены на исключение возможности получении должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Таким образом, устанавливается баланс между социально-реабилитационной целью потребительского банкротства, достигаемой путём списания непосильных долговых обязательств гражданина с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьёй 213.30 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), и необходимостью защиты прав кредиторов.

Законом о банкротстве установлены случаи, когда суд не вправе освободить должника от требований кредиторов, поскольку это нарушает права и законные интересы кредиторов.

Согласно статье 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчётов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, заявленных в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, за исключением положений, предусмотренных пунктами 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В частности, не допускается освобождение гражданина от обязательств в случае привлечения гражданина к уголовной или административной ответственности вступившим в законную силу судебным актом за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство в данном деле о банкротстве гражданина; непредоставления гражданином необходимых сведений (заведомо недостоверных сведений) финансовому управляющему или суду, что установлено соответствующим судебным актом; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Из приведённых норм права и разъяснений высшей судебной инстанции следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами; к гражданину-должнику предъявляются повышенные требования в части добросовестности его поведения.

Так, в случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, суд, руководствуясь статьёй 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

Из приведённых норм права и разъяснений высшей судебной инстанции следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Как разъяснено в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», согласно абзацу четвёртому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал своё требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

В рассматриваемом случае возражения банка, являющиеся, по его мнению, основанием для неприменения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств, на протяжении рассмотрения дела, сводились к непредставлению должником финансовому управляющему сведений о наличии у него кредитной карты с непогашенной по ней более 15 лет задолженности (договор о предоставлении кредитной карты от 19.12.2006), последовательному наращиванию задолженности, непринятию попыток к её погашению.

Аналогичные мотивы для неприменения к должнику положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве указаны банком в кассационной жалобе.

Данные доводы были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций, получили подробную, надлежащую правовую оценку, включающую не только общие подходы к оценке поведения участников гражданского оборота, но и конкретные обстоятельства настоящего дела.

В частности, суды первой и апелляционной инстанций отклоняя указанные возражения исходили из того, что обязательства по кредитному договору от 19.12.2006 перед банком исполнялись должником надлежащим образом более 1 года, ежемесячные платежи были полностью прекращены только в 2009 году; банк перед выдачей ФИО2 кредита изучил кредитную историю должника, проанализировал его платёжеспособность, на основании чего счёл целесообразным выдать кредит.

При этом ФИО2 пояснила, что кредитный договор о предоставлении кредитной карты был по просьбе бывшего мужа - ФИО3, который осуществлял предпринимательскую деятельность. Им было обещано, что он самостоятельно его погасит с полученной прибыли. В связи с доверительными семейными отношениями должником было дано согласие, сомнений в его обещаниях на тот момент не было. Кредит систематически выплачивался весь период, когда состояли в браке вплоть до развода (26.06.2009). Как выяснилось позднее, просроченный основной долг (исключая проценты и штрафные санкции) составлял 28 000 руб. После развода (в 2010 году) переехала из города Сургут в город Тюмень вместе с дочерью, где сняла квартиру и продолжила жить одна, воспитывала дочь самостоятельно, не была осведомлена о состоянии счёта по кредитной карте, бывший муж в известность о состоянии задолженности после переезда не ставил, в связи с чем ФИО2 полагала, что обязательства по кредитной карте исполнены, а денежные средства возвращены банку.

ФИО2 настаивала на своей неосведомлённости относительно наличия задолженности перед банком, указывала на том, что если бы она была уведомлена о наличии задолженности по кредитной карте, то осуществила бы погашение.

Учитывая изложенное, по результату полной, всесторонней и объективной оценки возражений банка относительно невозможности освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств, суды первой и апелляционной инстанций правильно сочли, что оснований читать очевидным отклонение действий должника от добросовестного поведения до и в ходе проведения процедуры банкротства не имеется.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Каждый из приведённых в кассационной жалобе доводов банка был предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанции и получил надлежащую правовую оценку.

По существу они не могут быть приняты во внимание на данной стадии процесса, поскольку направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств по делу, что находится за пределами полномочий судебной коллегии (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для безусловной отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 19.07.2022 Арбитражного суда Тюменской области и постановление от 03.10.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А70-881/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества коммерческого банка «Агропромкредит» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


ПредседательствующийС.А. ФИО4


СудьиМ.Ю. ФИО5


ФИО1