Решение от 26 июля 2023 г. по делу № А82-19857/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЯРОСЛАВСКОЙ ОБЛАСТИ

150999, г. Ярославль, пр. Ленина, 28 http://yaroslavl.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А82-19857/2021
г. Ярославль
26 июля 2023 года
Резолютивная часть решения оглашена 26 июня 2023 года.

Арбитражный суд Ярославской области в составе судьи Русаковой Ю.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения)

к ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения)

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Небо» и взыскании с ФИО3 в пользу ФИО2 933 410 руб.,

а также взыскании расходов по оплате государственной пошлины в размере 21 668 руб.,

с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Небо» (ИНН <***>, ОГРН <***>)


при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО4, представитель по доверенности от 06.06.2019 (до перерыва);

от ответчика – ФИО5, представитель по доверенности от 25.05.2021 (после перерыва),



установил:

ФИО2 (далее – ФИО2, истец) обратился в Арбитражный суд Ярославской области с исковым заявлением к ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Небо» (далее – ООО «Небо», должник) и взыскании с ФИО3 в пользу ФИО2 933 410 рублей.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 14.01.2022 исковое заявление принято к производству, назначено предварительное судебное заседание.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 22.09.2022 дело назначено к судебному разбирательству.

Определениями Арбитражного суда Ярославской области судебное заседание неоднократно откладывалось.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 11.04.2023 судебное разбирательство отложено на 26.06.2023 на 11 час. 00 мин.

В судебном заседании представитель истца поддержал предъявленные требования в полном объеме, полагая, что материалами дела подтверждается снятие ФИО3 со счетов должника денежных средств в значительных размерах, вместе с тем достоверных и относимых доказательств их расходования в целях хозяйственной деятельности ООО «Небо» материалы дела не содержат.

В судебном заседании 26.06.2023 судом на основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв в пределах дня судебного заседания до 16 час. 30 мин.

После окончания перерыва судебное заседание продолжено при участии представителя ответчика.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения предъявленных требований, полагая, что в материалы дела представлены доказательства снятия денежных средств в целях осуществления текущей хозяйственной деятельности должника, в связи с чем основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности отсутствуют.


Выслушав представителей сторон в ходе судебного заседания, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

В рамках рассмотрения Красноперекопским районным судом г.Ярославля дела №2-534/2020 было установлено, что в период с 20.02.2018 по 13.04.2018 ФИО2 платежным поручением № 7 от 20.02.2018 и квитанцией № 16 от 13.04.2018 перечислил и внес на расчетный счет ООО «Небо» денежные средства в размере 221 000 руб. и 700 000 руб. соответственно, в которых был указан источник поступления денежных средств как поступление по договору беспроцентного займа. При этом договор займа между сторонами не заключался.

04.06.2020 ФИО2 в адрес ООО «Небо» по почте направлено требование о возврате задолженности в размере 921 000 руб. в срок до 20.06.2020, которое ООО «Небо» оставлено без ответа.

Заочным решением Красноперекопского районного суда г.Ярославля от 30.06.2020 по делу №2-564/2020 с ООО «Небо» в пользу ФИО2 взыскано неосновательное обогащение в размере 921 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 410 руб., а всего 933 410 руб.


В связи с неисполнением ООО «Небо» решения Красноперекопского районного суда г.Ярославля от 30.06.2020 по делу №2-564/2020, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о признании ООО «Небо» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 02.12.2020 заявление ФИО2 принято к производству, назначено судебное заседание по рассмотрению заявления.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 14.04.2021 (резолютивная часть от 07.04.2021) по делу №А82-19353/2020 в отношении ООО «Небо» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО6. Этим же определением в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди включено требование ФИО2 в размере 921 000 руб. основного долга, 12 410 руб. возмещения расходов по уплате государственной пошлины.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 04.11.2021 производство по делу №А82-19353/2020 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Небо» прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.


Как указывает истец и следует из представленных в дело доказательств, ООО «Небо» зарегистрировано 17.01.2018, присвоен ОГРН <***>, ИНН <***>, единственным учредителем (участником) общества на момент создания являлась ФИО3, она же избрана на должность генерального директора ООО «Небо».

С 27.02.2018 участниками общества являлись ФИО2 с номинальной стоимостью доли 30 000 руб., ФИО7 с номинальной стоимостью доли 30 000 руб., а также ФИО3 с номинальной стоимостью доли 30 000 руб. (с 17.01.2018).

Из представленного в материалы дела решения Арбитражного суда Ярославской области от 23.06.2019 (резолютивная часть от 21.05.2019) по делу №А82-16284/2018, вступившего в законную силу, следует, что согласно протоколу внеочередного общего собрания участников ООО «Небо» от 14.05.2018 приняты решения о досрочном прекращении полномочий ФИО3 в качестве директора ООО «Небо» с 14.05.2018; об избрании с 15.05.2018 директором ООО «Небо» ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения). Согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц, генеральным директором общества с 06.07.2018 был назначен ФИО2

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 23.06.2019 (резолютивная часть от 21.05.2019) по делу №А82-16284/2018, вступившим в законную силу, признано недействительным решение внеочередного общего собрания участников ООО «Небо», оформленное протоколом от 14.05.2018, признано недействительным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 7 по Ярославской области от 06.07.2018 № 10765А о государственной регистрации изменений, вносимых в сведения о юридическом лице - ООО «Небо», содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц за записью ГРН 2187627454760 от 06.07.2018.

Суд обязал Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 7 по Ярославской области внести в Единый государственный реестр юридических лиц в отношении ООО «Небо» запись о признании недействительным решения.

Кроме того, с ООО «Небо» в пользу ФИО3 взыскано 6 300 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины, а также 10 000 руб. в возмещение расходов на экспертизу.

На основании заявлений от 16.09.2020 ФИО2 и ФИО7 вышли из состава участников ООО «Небо».

Таким образом, ФИО3 восстановлена в правах единоличного исполнительного органа ООО «Небо» с момента вступления в законную силу решения Арбитражного суда Ярославской области от 23.06.2019 (резолютивная часть от 21.05.2019) по делу №А82-16284/2018, то есть с 24.07.2019, а также с 23.09.2020 вновь является единственным участником ООО «Небо».

Согласно записи ГРН 220760033367 от 23.09.2020 в Едином государственном реестре юридических лиц 2/3 долей номинальной стоимостью 60 000 руб., ранее принадлежащих ФИО2 и ФИО7, принадлежит ООО «Небо». Сведения о распределении доли, принадлежащей обществу, на дату судебного заседания в Едином государственном реестре юридических лиц отсутствуют.


Как указывает заявитель требований, в период осуществления полномочий единоличного руководителя ФИО3 у ООО «Небо» возникли обязательства перед ФИО2, подтвержденные заочным решением Красноперекопского районного суда г.Ярославля от 30.06.2020 по делу №2-564/2020, которым с ООО «Небо» в пользу ФИО2 взыскано неосновательное обогащение в размере 921 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 410 руб., а всего 933 410 рублей.

Как указывает заявитель, из представленного в материалы дела №А82-19353/2020 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Небо» заключения временного управляющего о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности следует, что временным управляющим выявлены следующие обстоятельства, перечисленные в пункте 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №126-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве):

- выявлены 103 расходных операции по расчетному счету должника <***>, открытому в АО «Райффайзенбанк», в том числе снятие наличных денежных средств в банкоматах, оплата товаров и услуг корпоративной банковской картой, перечисление денежных средств в пользу контролирующего должника лица директора ООО «Небо» ФИО3, на общую сумму 1 730 524,38 рубля. Согласно доводам заявителя, доказательства наличия оснований для проведения платежей либо получения должником встречного исполнения отсутствуют.

Поскольку в результате совершения сделок должник лишился активов (денежных средств) в размере 1 730 524,38 рубля, а общий размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Небо» составляет 935 910,00 руб., при этом на момент введения наблюдения у должника отсутствовали какие-либо активы, заявитель полагает, что совершение указанных сделок явилось необходимой причиной банкротства ООО «Небо». По мнению представителя ФИО2, данных денежных средств хватило бы для расчета с кредитором, взыскавшим задолженность и передавшим на исполнение лист в службу судебных приставов.

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения отсутствуют, что подтверждается письмом Межрайонной инспекции ФНС России №5 по Ярославской области от 04.05.2021, из которого следует, что должник не представлял бухгалтерскую (финансовую) отчетность в 2019-2020 годах.

Указанные обстоятельства, по мнению заявителя, свидетельствуют о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Лицом, подлежащим привлечению к субсидиарной ответственности по данным основаниям, по мнению заявителя, является ФИО3 как руководитель должника в период с 17.01.2018 по 06.07.2018, а также с 29.07.2019 по настоящее время, а также как лицо, совершившее в свою пользу сделки от имени должника на общую сумму 1 730 524,38 рублей.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просит привлечь ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Небо» в размере 933 410 руб. в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Небо», а также взыскать 21 668 руб. расходов по государственной пошлине.

ФИО3 возражала против удовлетворения предъявленных требований, пояснив, что после вхождения ФИО2 и ФИО7 в состав участников общества, а также внесения ФИО2 денежных средств на счет и в кассу организации в общей сумме 921 000 руб. в качестве пополнения оборотных денежных средств, между участниками ООО «Небо» произошел корпоративный конфликт, в результате которого ФИО3 была незаконно освобождена с должности генерального директора общества, утратила доступ в помещение, арендуемое ООО «Небо» у ФИО7, а также доступ к документации и счету организации.

После вынесения арбитражным судом решения от 23.06.2019 (резолютивная часть от 21.05.2019) по делу №А82-16284/2018 доступ к счету был восстановлен, однако доступ в помещение, арендуемое у бывшего участника ФИО7, ФИО3 восстановлен не был, документация не передана, как и остатки товаров, в том числе закупленные в оптовом торговом комплексе «Садовод» (г.Москва) на денежные средства, снятые со счетов организации в целях наличных расчетов.

ФИО3 в материалы дела представлена информация о работниках ООО «Небо», как официально трудоустроенных в организации, так и выполнявших работу без заключения трудового договора, которым в период с февраля 2048 по июнь 2018 выплачивалась заработная плата (вознаграждение за труд). Также представлены первичные документы, подтверждающие расходование денежных средств.

Представитель истца возражал против доводов ФИО3, полагая, что представленные в материалы дела доказательства невозможно соотнести с деятельностью организации, представленные в материалы дела кассовые документы, расходные кассовые ордера и платежные ведомости не опровергают расходование ФИО3 денежных средств в сумме 1 730 524,38 руб. при отсутствии доказательств оснований для проведения платежей либо доказательств получения ООО «Небо» встречного исполнения.


При рассмотрении требований заявителя суд руководствуется следующим.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Случаи и порядок привлечения лиц к субсидиарной ответственности установлены в статье 10 Закона о банкротстве, в которую Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ был внесен ряд изменений. Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу.

Частью 5 статьи 61.19 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, поданное после завершения конкурсного производства, прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, рассматривается арбитражным судом, ранее рассматривавшим дело о банкротстве и прекратившим производство по нему (вернувшим заявление о признании должника банкротом), по правилам искового производства.

Статья 61.19 (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ) применяется к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 1 сентября 2017 года (статья 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ).

В силу пункта 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.

Учитывая, что определение Арбитражного суда Ярославской области от 04.11.2021 по делу №А82-19353/2020 вынесено после 01.09.2017, задолженность перед заявителем подтверждена вступившими в законную силу судебным актом, ФИО2 наделен правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках искового производства.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

По пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Общие правила действия процессуального закона во времени приведены в части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которому судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам - пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), в соответствии с которым акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие.

Поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано и спорные правоотношения возникли после 01.07.2017, в настоящем случае подлежат применению материальные и процессуальные нормы главы III.2 Закона о банкротстве, внесенной Законом № 266-ФЗ.

Ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем при ее применении судами должны учитываться общие положения Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Для привлечения к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившими последствиями, вину причинителя вреда.

В качестве оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности заявитель указывает на причинение руководителем вреда имущественным правам кредитора в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения эти лицом одной или нескольких сделок должника, а также на то, что документы бухгалтерского учета и (или) отчетности ООО «Небо» отсутствуют, в результате чего существенно затруднено проведений процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование конкурсной массы.

Как указывает истец, представленная в материалы дела выписка по расчетному счету ООО «Небо» подтверждает, что полное погашение требований кредиторов оказалось невозможным вследствие действий ответчика, которым совершались сделки, направленные на причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов организации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно статье 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

В соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются:

- руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

- лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

Указывая вышеуказанные положения Закона о банкротстве, суд считает доказанными доводы истца о том, что ФИО3 является контролирующим должника лицом.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуациях, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе, сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

При этом необходимо учитывать разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно которым привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации, его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ) (пункт 1 Постановления №53).

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя/учредителя юридического лица возлагается на лицо, требующее привлечения указанного лица к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Субсидиарная ответственность является частным видом гражданско-правовой ответственности, в силу чего возложение на лицо, которое в силу закона уполномочено выступать от имени общества, обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по общим правилам, установленным статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему делу по рассматриваемому основанию входит совокупность следующих обстоятельств: противоправность поведения ответчика, возникновение негативных последствий на стороне истца в виде нарушения его прав, причинно - следственная связь между действиями ответчика и нарушением прав истца.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», разъяснил, что в силу части 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Обосновывая свои исковые требования, истец исходил из того, что ФИО3 не предприняла меры, направленные на возврат ФИО2 денежных средств. Несмотря на наличие задолженности, ФИО3 совершила расходование денежных средств организации без представления оправдательных документов. Недобросовестные и неразумные действия ответчика по выводу денежных средств из общества лишили истца возможности получить денежные средства.

При рассмотрении требований к ответчику в части совершения ФИО3 103 расходных операций со счета организации (снятие наличных денежных средств, перевод на личную карту ФИО3, оплата покупок в магазинах) на общую сумму 1 730 524,38 руб. в период с 17.01.2018 по 06.07.2018 и с 29.07.2019 по настоящее время суд исходит из того, что совершение указанных платежей подтверждается выпиской по расчетному счету <***>, открытому в АО «Райффайзенбанк».

Вместе с тем ответчиком в материалы дела представлены пояснения, согласно которым в период с февраля по июнь 2018 из снятых со счетов организации денежных средств производилась выплата заработной платы 11 сотрудникам, общий размер которой, по расчету ФИО3, составил 901 000 рублей.

Согласно представленной в материалы копии бухгалтерской справки №1, согласно сличительным ведомостям остатков товаров по группам товара товарный остаток на 18.06.2018 составил на общую сумму 1 032 916,10 рубля. Согласно бухгалтерской справке №2, товарный остаток по факту проведенной инвентаризации 18.06.2018 имеет разную принадлежность. ООО «Небо» товарный остаток на 15.06.2018 составлял на сумму 1 257 797,61 руб. (товар получен от следующих поставщиков: ООО «Рыжий кот», ООО «Группа компаний Оригами», ООО «Сима-лэнд», после проведенной инвентаризации остаток составил 285 121,21 руб. Иные остатки товаров принадлежат иным собственника.

Согласно доводам ответчика, указанный товарный остаток, закупленный организацией, в том числе на наличные денежные средства, снятые ФИО3 со счета организации, был присвоен и реализован арендодателем ФИО7 и ФИО2 после прекращения договора аренды и ограничения доступа в помещения, арендованные ООО «Небо».

ФИО3 представлена расшифровка расходов организации, понесенных за счет снятых со счета и переведенных на личную карту руководителя денежных средств, согласно которой в период с февраля 2018 по июнь 2018 осуществлено расходов, связанных с хозяйственной деятельностью, на общую сумму 1 791 003,11 рубля. В подтверждение обоснованности расходов и совершения их в рамках обычной хозяйственной деятельности ООО «Небо» в материалы дела представлены счета-фактуры, расходные кассовые ордера, акты сверок, платежные ведомости, авансовые отчеты с приложенными к ним кассовыми чеками.

Оценив представленные в материалы дела доказательства совершения сделок в виде расходных операций, суд полагает, что указанные операции совершены ФИО3 в рамках обычной хозяйственной деятельности ООО «Небо», подтверждаются представленными в дело документами.

В связи с чем, суд считает не доказанным факт причинения вреда имущественным правам заявителя в результате совершения в пользу ответчика сделок должника – снятия наличных денежных средств и переводов денежных средств в общей сумме 1 730 524,38 рубля.

Оценивая добытые в ходе судебного разбирательства доказательства, суд считает не доказанными недобросовестность и неразумность действий ответчика.

Документы, свидетельствующие о расходовании денежных средств на нужды ООО «Небо»», ответчиком в материалы дела представлены и не опровергнуты истцом.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 3 пункта 24 Постановления №53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Учитывая, что заявителем не указано, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства, а также непередача какой именно документации повлияла на невозможность проведения процедур банкротства должника, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований по указанным основаниям. Само по себе непредставление отдельных документов управляющему либо, в рассматриваемом случае суду, не образует состава нарушения, предусмотренного пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в данном случае причинно-следственная связь между отсутствием части документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов не доказана, на основании чего суд отказывает в удовлетворении заявленных требований в указанной части.

Вместе с тем суд соглашается с позицией ФИО3 о банкротстве общества из-за корпоративных противоречий между участниками.

Материалами дела подтверждается факт того, что в период с 27.02.2018 по 23.09.2020 ФИО2 являлся участником ООО «Небо», а также в период с 06.07.2018 по 29.07.2019 он являлся руководителем организации.

Представителем истца не оспаривается факт наличия корпоративного конфликта, а также невозможность доступа ФИО3 с июня 2018 в помещение, арендованное должником у ФИО7, также являвшегося участником ООО «Небо», в котором находилось как имущество организации, так и документация. Указанные обстоятельства подтверждаются состоявшимися между сторонами судебными спорами в рамках иных дел, рассмотренных Арбитражным судом Ярославской области (А82-16284/2018, А82-8013/2021, А82-1499/2023).

Из пояснений ответчика следует, что денежные средства в сумме 921 000 руб. были предоставлены ФИО2 в целях пополнения оборотных денежных средств в соответствии с договоренностью между участниками ООО «Небо», не являлись займом либо неосновательным обогащением организации. На указанные суммы был закуплен товар, что отражается в представленной в материалы дела выписке по счету организации, от реализации которого планировалось получение прибыли ООО «Небо».

Вместе с тем, согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308- ЭС17-6757 (2, 3), иск о привлечении к субсидиарной ответственности является групповым косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства.

Наряду с конкурсным оспариванием (которое также осуществляется посредством предъявления косвенного иска) институт субсидиарной ответственности является правовым механизмом защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, возмещения причиненного им вреда.

В отношении конкурсного оспаривания судебной практикой выработано толкование, согласно которому при разрешении такого требования имущественные интересы сообщества кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам контрагента (выгодоприобретателя) по сделке. Соответственно, право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.08.2020 № 306-ЭС20-2155, от 26.08.2020 № 305-ЭС20-5613).

Равным образом при разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность. Таким образом, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты. Именно поэтому в том числе абзац 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящее время устанавливает правило, согласно которому в размер субсидиарной ответственности не включаются требования, принадлежащие ответчику либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Если истцы и их аффилированные лица сами являлись причастными к управлению должником, то они не имеют статуса независимых кредиторов, что лишает их возможности заявлять требование о привлечении к субсидиарной ответственности. Предъявление подобного иска по существу может быть расценено как попытка истцов компенсировать последствия своих неудачных действий по вхождению в капитал должника и инвестированию в его бизнес. В то же время механизм привлечения к субсидиарной ответственности не может быть использован для разрешения корпоративных споров.

Резюмируя изложенное, принимая во внимание недоказанность виновных действий и наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО3 и банкротством ООО «Небо», наличие корпоративного конфликта, повлиявшего на финансовое состояние должника, отсутствие обязательств перед иными кредиторами, превышающих 300 тыс.руб., учитывая невозможность использования механизма привлечения к субсидиарной ответственности для разрешения корпоративных споров, суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Небо».

Обстоятельств причинения действиями (бездействием) ответчика убытков ФИО2 судом не установлено.

Остальные доводы заявителя судом проверены и отклонены, как не имеющие правового значения для разрешения настоящего спора и не способные повлиять на выводы суда.

В связи с отказом в иске в силу ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства во Второй арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления его в полном объеме). Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Ярославской области на бумажном носителе или в электронном виде, в том числе в форме электронного документа,  через систему «Мой арбитр» (http://my.arbitr.ru).


Судья

Ю.А. Русакова