Постановление от 10 февраля 2020 г. по делу № А70-12654/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город Тюмень Дело № А70-12654/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 10 февраля 2020 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Мельника С.А.,

судей Доронина С.А.,

Куклевой Е.А.

рассмотрел в судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу акционерного общества «Тюменская дорожно-строительная компания» на определение от 22.07.2019 Арбитражного суда Тюменской области (судья Ли Э.Г.) и постановление от 12.11.2019 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Брежнева О.Ю., Смольникова М.В., Шарова Н.А.) по делу № А70-12654/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибирия» (627324, Тюменская область, Голышмановский район, деревня Боровлянка, улица 60 лет Октября, дом 8, ИНН 7214006436, ОГРН 1027201558790), принятые по заявлениям:

акционерного общества «Тюменская дорожно-строительная компания» (625031, город Тюмень, улица Щербакова, дом 88А, ИНН 7204055473, ОГРН 1027200867506) о включении требования в размере 199 526 695 руб. 63 коп. в реестр требований кредиторов должника,

акционерного общества «Сургутнефтегазбанк» (628400, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, город Сургут, улица Григория Кукуевицкого, дом 19, ИНН 8602190258, ОГРН 1028600001792) о признании договора о залога имущества от 07.02.2016 № 1-02 недействительным.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - Астафьев Сергей Геннадьевич, акционерное общество «Российский Сельскохозяйственный банк», акционерное общество «Данон Россия», финансовый управляющий имуществом Астафьева Сергея Геннадьевича Лукашенок Игорь Рудольфович.

В заседании участвовала представитель акционерного общества «Данон Россия» Деменчук Т.Н. по доверенности от 29.05.2019.

Суд установил:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Сибирия» (далее - общество, должник) акционерное общество «Тюменская дорожно-строительная компания» (далее – компания) 26.12.2018 обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов общества требования в размере 199 526 695 руб. 63 коп., обеспеченного залогом имущества должника.

Акционерное общество «Сургутнефтегазбанк» (далее – банк) 18.01.2019 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора о залоге имущества от 07.02.2016 № 1-02, заключённого между должником и компанией.

Определением суда от 28.01.2019 заявления компании и банка объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением суда от 22.07.2019, оставленным без изменения постановлением суда от 12.11.2019, оспариваемый договор признан недействительным; во включении требования компании в реестр требований кредиторов должника отказано.

В кассационной жалобе компания просит определение арбитражного суда от 22.07.2019 и постановление апелляционного суда от 12.11.2019 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении её заявления и об отказе в удовлетворении заявления банка.

По мнению заявителя кассационной жалобы, выводы судов первой и апелляционной инстанций об аффилированности компании и должникане соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Компания полагает, что выводы судов, касающиеся существа заёмных обязательств Астафьева Сергея Геннадьевича, основаны на доказательствах, не отвечающих требованиям относимости и допустимости; указывает на реальный характер займа и залога, предоставленного должником с целью гарантирования возврата заёмных денежных средств.

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий обществом Зубарев Александр Александрович и конкурсный кредитор -акционерное общество «Данон Россия» (далее – кредитор) выражают согласие с выводами судов первой и апелляционной инстанций.

В судебном заседании представитель кредитора доводы, изложенные в отзыве на жалобу, поддержал.

Изучив материалы дела, проверив в порядке статей 274, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не нашёл оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела, в соответствии с договором займа от 23.11.2015 № 23/11-2015 (далее – договор займа) компания (займодавец) обязалась передать Астафьеву С.Г. (заёмщик) денежные средства в сумме 200 000 руб., а заёмщик – возвратить указанную сумму и уплатить проценты за пользование займом.

В обеспечение заёмных обязательств Астафьева С.Г. между компанией (залогодержатель) и обществом (залогодатель) заключён договор о залоге имущества от 07.02.2016 № 1-02 (далее – договор залога). Приложением № 1 к данному договору определён перечень движимого имущества, в том числе сельскохозяйственной техники и племенного скота, являющегося предметом залога.

Дополнительным соглашением к договору залога от 01.03.2017 стороны установили, что переданное в залог имущество стоимостью 199 526 695 руб. 63 коп полностью (в размере ста процентов) обеспечивает обязательства по договору займа.

Определением суда от 25.09.2017 принято заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

Решением суда 11.10.2018 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.

Обращаясь в суд с требованием, компания указала на неисполнение заёмных обязательств как на основание обращения взыскания на заложенное имущество в порядке, предусмотренном законодательством о банкротстве.

Банк, в свою очередь, заявил о недействительности договора залога, заключённого аффилированными лицами в преддверии банкротства общества с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Удовлетворяя заявление банка и отказывая во включении требования компании в реестр, суд первой инстанции исходил из доказанности направленности совместных действий заёмщика и залогодержателя на создание искусственной кредиторской задолженности и вывод из конкурсной массы ликвидного имущества в нарушение прав других лиц, вовлечённых в процесс банкротства общества.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции считает, что судами приняты правильные судебные акты.

В соответствии с пунктами 3 - 5 статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) арбитражный суд осуществляет проверку обоснованности требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В свою очередь, признание недействительной сделки, положенной в основание требования, в силу общего правила пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации влечёт отказ в признании этого требования обоснованным.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом в силу положений абзацев первого и второго пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве заинтересованность другой стороны сделки предполагает наличие цели причинения вреда и осведомлённость стороны о такой цели.

Оспариваемый договор залога заключён в пределах срока подозрительности; последствием его исполнения является возможное выбытие из конкурсной массы ценного имущества без получения какого-либо встречного предоставления.

При этом из материалов дела усматривается, что на дату совершения спорной сделки должник имел неисполненные денежные обязательства перед кредитными организациями, хозяйственными обществами и администрацией муниципального образования. Требования данных лиц впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника.

Судами также установлена заинтересованность компании по отношению к должнику.

Судами, в частности, приняты во внимание следующие обстоятельства:

Астафьев С.Г. является единственным участником общества;

компания является участником (девяносто пять процентов доли в уставном капитале) общества с ограниченной ответственностью «Боровлянка» (далее – общество «Боровлянка);

судебными актами, принятыми в рамках другого обособленного спора по настоящему делу, установлена аффилированность названного общества и должника;

согласно справке общества с ограниченной ответственностью «Центр молочных технологий» от 01.22.2016, компания и общество входят в группу компаний «ПК Молоко».

Выводы судов в этой части соответствуют установленным обстоятельствам и согласуются с изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 правовой позиции о доказывании общности экономических интересов через подтверждение юридической или фактической аффилированности.

Судами также детально проанализированы действия заёмщика по использованию перечисленных компанией денежных средств и уклонению от уплаты процентов при нераскрытии причин такого уклонения; сделан вывод об отсутствии экономической целесообразности в использовании выбранного участниками спорных отношений правого механизма.

В условиях неплатёжеспособности должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда должник в преддверии своего банкротства совершает действия (создает видимость гражданско-правовых сделок) по формированию несуществующей задолженности для включения в реестр и последующего распределения конкурсной массы в ущерб независимым кредиторам.

Соответствующая правовая позиция неоднократно приводилась Верховным судом Российской Федерации (определения от 10.12.2018 № 308-ЭС17-10337, от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063 (2), № 305-ЭС18-17063 (3), № 305-ЭС18-17063 (4), № 305-ЭС18-17063 (5)).

Кроме того, по смыслу разъяснений, изложенных в пункте 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц», утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно недействительности договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

Применительно к настоящему спору компания должна была опровергнуть доводы банка и независимых кредиторов о подозрительном характере договора залога путём представления ясных и убедительных доказательств, подтверждающих реальный характер спорных отношений и их экономическую целесообразность.

Все имеющиеся в деле доказательства исследованы судами в порядке, предусмотренном статьёй 71 АПК РФ, и получили надлежащую оценку.

Применив к установленным обстоятельствам приведённые нормы права в их толковании, данном высшей судебной инстанцией, суды обоснованно признали спорный договор недействительным и правомерно отказали во включении требования компании в реестр требований кредиторов должника.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, выражают несогласие её заявителя с выводами судов об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судами положений об оспаривании подозрительных сделок должника проверке обоснованности требований кредиторов в деле о банкротстве и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 288 АПК РФ, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 22.07.2019 Арбитражного суда Тюменской области и постановление от 12.11.2019 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А70-12654/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества «Тюменская дорожно-строительная компания» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий С.А. Мельник


Судьи С.А. Доронин


Е.А. Куклева