Постановление от 4 марта 2026 г. ФАС ЗСО (ФАС Западно-Сибирского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Тюмень Дело № А70-9155/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 18 февраля 2026 года. Постановление изготовлено в полном объеме 05 марта 2026 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Атрасевой А.О.,

судей Казарина И.М.,

ФИО1 –


рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационные жалобы ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 04.03.2025 (судья Климшина Н.В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2025 (судьи Аристова Е.В., Губина М.А., Целых М.П.) по делу № А70-9155/2023 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>), принятые по заявлению ФИО4 о признании недействительной единой сделки и применении последствий ее недействительности.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, – ФИО5, бывший руководитель и учредитель общества с ограниченной ответственностью «Трейд» ФИО6.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО4 – ФИО7 по доверенности от 21.02.2024.

Суд установил:


в рамках дела о банкротстве ФИО2 (далее также – должник) 02.11.2023 ФИО4 (далее также – кредитор) обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным 20.05.2024 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ):

1. О признании недействительной единой сделки по отчуждению ФИО2 следующего недвижимого имущества:

земельного участка площадью 2 000 кв. м с кадастровым номером 72:17:1102001:196, по адресу: <...> (далее – земельный участок);

объекта незавершенного строительства - жилой дом проектируемой площадью застройки 48,8 кв. м, уровень готовности объекта - 11 %, кадастровый номер 72:17:1102001:872, адрес: Тюменская область, Тюменский район, село Луговое,


улица Коклягина, дом 51а (далее – объект незавершенного строительства);

жилого дома площадью 279,9 кв. м с кадастровым номером 72:17:1102001:1516, по адресу: <...> (далее – жилой дом);

объекта вспомогательного назначения – баня, площадью 83,3 кв. м с кадастровым номером 72:17:1102001:1515, по адресу: <...> (далее – баня);

объекта вспомогательного назначения - хозяйственная постройка площадью 64,4 кв. м с кадастровым номером 72:17:1102001:1514, по адресу: <...> (далее – хозяйственная постройка),

оформленной:


договором дарения объектов недвижимости от 01.10.2020, заключенным между ФИО2 (даритель) и ФИО8 в лице ФИО2 (одаряемый);

договором аренды земельного участка с правом застройки от 01.03.2023, заключенного между ФИО8 в лице ФИО2 (арендодатель) и ФИО3 (арендатор; далее также - ответчик);

договором долгосрочной аренды земельного участка под объекты недвижимости от 09.09.2023 и соглашением от 02.11.2023 о внесении в договор изменений, заключенных между ФИО8 в лице ФИО2 (арендодатель) и ФИО3 (арендатор);

заявлениями ФИО3 от 01.11.2023 № PVD-0023/2023-43166-1, № PVD-0023/2023-43168-1, № PVD-0023/2023-43169-1 и декларациями об объектах недвижимости от 05.10.2023, которые послужили основаниями к совершению Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тюменской области (далее – Управление Росреестра) действий по регистрации 03.11.2023 за ФИО3 права собственности на жилой дом, баню и хозяйственную постройку.

2. О применении последствий недействительности сделки в виде:


прекращения права собственности ФИО8 на земельный участок и объект незавершенного строительства;

прекращения права собственности ФИО3 на жилой дом, баню и хозяйственную постройку;

восстановления права собственности ФИО2 на земельный участок, объект незавершенного строительства, жилой дом, баню и хозяйственную постройку.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 04.03.2025, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2025, заявление удовлетворено.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 и ФИО3 обратились с кассационными жалобами, в которых просят их отменить и отказать в удовлетворении заявленных требований.

ФИО2 в обоснование своей кассационной жалобы ссылается на ошибочные


выводы судов о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку жилой дом, баня и хозяйственная постройка возведены за счет денежных средств ФИО5 и ФИО3, что исключает возможность признания права собственности за должником.

По мнению ФИО3, суд апелляционной инстанции фактически установив, что строительство объектов недвижимости осуществлялось за счет средств семьи К-вых, необоснованно поддержал выводы суда первой инстанции о признании единой сделки недействительной, неправомерно лишив ФИО3 принадлежащей ей недвижимости.

Кроме того, ФИО3 в кассационной жалобе заявлено ходатайство о привлечении к участию в деле прокурора Тюменской области.

В судебном заседании представитель ФИО4 возражал относительно ходатайства о привлечении к участию в деле прокурора Тюменской области, а также доводов кассационной жалобы, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Рассмотрев заявленное ФИО3 ходатайство, суд кассационной инстанции, с учетом полномочий и пределов рассмотрения дела судом округа, не усмотрел оснований для его удовлетворения.

Изучив материалы дела, заслушав пояснения представителя кредитора, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационной жалобе, законность обжалуемых определения и постановления, суд округа пришел к выводу об отсутствии оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между ФИО9 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи от 18.11.2008, по условиям которого продавец продает, а покупатель покупает земельный участок, а также объект незавершенного строительства.

Право собственности ФИО2 на земельный участок и объект незавершенного строительства зарегистрировано в установленном порядке 08.12.2008, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права 72НЛ № 191553, № 191554.

Из акта обследования от 29.08.2018 № 868, выполненного обществом с ограниченной ответственностью «Кадастровый инженер город Тюмень» в рамках договора на выполнение кадастровых работ, следует, что по результатам визуального осмотра объект незавершенного строительства, расположенный в пределах земельного участка, прекратил существование в результате демонтажа.

Впоследствии между ФИО2 (даритель) и ФИО8 (одаряемый) в лице законного представителя ФИО2 заключен договор дарения от 01.10.2020 (далее – договор от 01.10.2020), в соответствии с которым ФИО2 безвозмездно передал


одаряемому в собственность земельный участок и объект незавершенного строительства.

Договор дарения зарегистрирован в установленном законом порядке 13.10.2020.


Кроме того, между ФИО8 (арендодатель) в лице законного представителя ФИО2 и ФИО3 (арендатор) заключен договор аренды земельного участка с правом застройки от 01.03.2023 (далее – договор от 01.03.2023), по условиям которого ФИО8 передал арендатору во временное пользование земельный участок для целей строительства арендатором на указанном земельном участке в своих интересах за собственный счет жилого дома, отдельно стоящей бани (котельной), хозяйственной постройки – сарая (навеса), парковки, капитального забора и иных объектов по усмотрению арендатора, необходимых для обслуживания указанных строений.

Пунктом 2 договора от 01.03.2023 предусмотрено, что арендодатель передает арендатору земельный участок сроком на 11 месяцев – до 01.02.2024 для целей завершения строительства, указанных в пункте 1 настоящего договора объектов недвижимого имущества, постановки их на кадастровый учет и регистрации на них права собственности арендатора.

В пункте 3 договора от 01.03.2023 стороны указали, что отношения арендодателя и арендатора являются длящимися, строительство объектов, указанных в пункте 1 договора, начато в 2010 году.

Согласно пункту 4 договора от 01.03.2023 арендодатель после государственной регистрации арендатором права собственности на построенные объекты недвижимости, в целях обеспечения использования и безопасной последующей эксплуатации построенных объектов недвижимости (пожарные проезды, проезды для обслуживания техники и т.д.), обязуется передать арендатору земельный участок полностью в аренду сроком на 49 лет, за плату, составляющую ставку ежегодного земельного налога. Указанные условия являются предварительным договором, при этом основной договор аренды земельного участка должен быть заключен арендатором и арендодателем не позднее одного месяца с даты государственной регистрации права собственности арендатора на построенные объекты недвижимого имущества.

Между ФИО8 (арендодатель) в лице законного представителя ФИО2 и ФИО3 (арендатор) заключен договор долгосрочной аренды земельного участка под объекты недвижимости от 09.09.2023 (далее – договор от 09.09.2023), в редакции соглашения от 02.11.2023, в соответствии с которым ФИО8 передал арендатору в долгосрочное пользование и владение земельный участок для целей использования и безопасной эксплуатации арендатором на указанном земельном участке жилого дома, отдельно стоящей бани (котельной), хозяйственной постройки – сарая (навеса), парковки, капитального забора и иных объектов, построенных арендатором за свой счет, права на которые будут зарегистрированы в будущем, после завершения строительства объектов и ввода их в эксплуатацию.

Согласно пункту 2 договора от 09.09.2023 арендодатель передает арендатору земельный участок сроком на 49 лет – до 09.09.2072.

Пунктом 4 договора от 09.09.2023 установлено, что арендная плата по договору


составляет ставку ежегодного земельного налога, уплачиваемого арендатором в бюджет самостоятельно в размере и сроки, установленные налоговым законодательством.

В случае расторжения (признания недействительным) и/или прекращения договора по иным любым основаниям арендодатель обязуется выплатить арендатору денежную компенсацию построенных за счет арендатора на земельном участке объектов (стоимости всех затрат на строительство) в размере 1 000 000 долларов США (пункт 5 договора от 09.09.2023).

ФИО3 05.10.2023 оформлены декларации об объектах недвижимости: жилого дома, бани и хозяйственной постройки; 10.10.2023 произведена государственная регистрация обременения права на спорный земельный участок в виде аренды на срок с 10.10.2023 по 09.09.2072 по договору от 09.09.2023.

На основании заявлений ФИО3 от 01.11.2023, деклараций об объектах недвижимости от 05.10.2023 Управлением Росреестра 03.11.2023 произведена государственная регистрация права собственности ФИО3 на жилой дом, баню и хозяйственную постройку, расположенных на земельном участке.

При этом определением суда от 06.06.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 17.08.2023, принято к производству заявление ФИО4 о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 03.10.2023 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО10.

Решением суда от 11.04.2024 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина.

Определением суда от 20.05.2025 финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО11

Полагая, что единая сделка по отчуждению в собственность ФИО8 и ФИО3 земельного участка, объекта незавершенного строительства, а также жилого дома, бани и хозяйственной постройки, возведенных за счет должника, привела к уменьшению конкурсной массы, следовательно, нарушению прав кредиторов должника, ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ФИО4 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что на момент дарения земельного участка на нем уже находились объекты недвижимости (жилой дом, баня, хозяйственная постройка), возведенные самим должником, в результате совершения оспариваемой единой сделки из владения должника в пользу заинтересованного лица выбыло ликвидное недвижимое имущество, что повлекло за собой уменьшение активов должника и, как следствие, уменьшение конкурсной массы, за счет которой удовлетворяются требования кредиторов.

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции, также указав, что декларирование ФИО3 факта создания объектов недвижимости


в целях внесения в упрощенном порядке записи о праве собственности правового значения не имеет; возможные имущественные притязания ФИО3 разрешению не подлежат, в том числе с учетом пункта 5 договора от 09.09.2023.

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.

В преддверии банкротства должник, осознавая наличие у него кредиторов (по требованиям как с наступившим, так и ненаступившим сроком исполнения), может предпринимать действия, направленные либо на вывод имущества, либо на принятие фиктивных долговых обязательств перед доверенными лицами в целях их последующего включения в реестр. Обозначенные действия объективно причиняют вред настоящим кредиторам, снижая вероятность погашения их требований.

В деле о банкротстве негативные последствия от такого поведения должника могут быть нивелированы посредством конкурсного оспаривания (статьи 61.2, 213.32, 189.40 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ), направленного на приведение конкурсной массы в состояние, в котором она находилась до совершения должником противоправных действий, позволяющее кредиторам получить то, на что они вправе справедливо рассчитывать при разделе имущества несостоятельного лица.

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить, в какой период с момента принятия заявления о признании должника банкротом была заключена спорная сделка, и имела ли место неравноценность встречного исполнения.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной совершенной должником в течение трех лет до принятия заявления о признании его банкротом или после принятия указанного заявления и в целях причинения вреда имущественным правам его кредиторов сделки, если результатом ее совершения явилось причинение названного вреда и другая сторона сделки знала о наличии у должника указанной цели к моменту ее совершения.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания подозрительной сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности


следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В рассматриваемом случае производство по делу возбуждено 06.06.2023, оспариваемые сделки совершены в период с 01.10.2020 по 03.11.2023, соответственно, подпадают под период подозрительности, предусмотренный пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Делая вывод о совершении сделок с очевидной целью сокрытия имущества должника от возможного обращения взыскания на последнее, суды, описав хронологию событий, установленных в рамках дела № А70-380/2018 о несостоятельности (банкротстве) ФИО4, указали, что с даты отмены (02.09.2020) Седьмым кассационным судом общей юрисдикции апелляционного определения от 01.01.2018 Судебной коллегии по уголовным делам Тюменского областного суда по делу № 22-1632/2021 с направлением уголовного дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции ФИО2 мог и должен был осознавать риск возникновения у него обязанности возвратить полученное от ФИО4 имущественное удовлетворение в сумме 81 068 079,85 руб. в порядке поворота исполнения определения Арбитражного суда Тюменской области от 06.05.2019 по делу № А70-380/2018, поскольку в рассматриваемом случае спорная единая сделка начала совершаться 01.10.2020, то есть после указанной выше даты предполагаемой осведомленности ФИО2 о вероятности возникновении у него денежных обязательств перед ФИО4

Также судами принято во внимание, что ФИО8 является сыном должника, а ФИО3 является матерью супруги должника - ФИО12 (прежняя фамилия ФИО13).

Таким образом, оспариваемые сделки совершены должником с заинтересованными лицами, что, в свою очередь, презюмирует их осведомленность о финансовом состоянии должника в момент заключения сделок, равно как и о цели совершения указанных сделок.

Отклоняя доводы о строительстве жилого дома, бани и хозяйственной постройки за счет денежных средств семьи К-вых, судами обоснованно учтено несоответствие сведений, содержащихся в оспариваемых договорах, обстоятельствам, изложенным должником и ответчиком в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора.

Так, ФИО3 ссылалась на фактическое строительство жилого дома, бани и хозяйственной постройки в 2016 году, наличие у семьи К-вых финансовой возможности для возведения спорных объектов.

ФИО2 в свою очередь ссылался на демонтаж в 2018 году объекта


незавершенного строительства.

При этом договоры от 01.10.2020, от 01.03.2023, от 09.09.2023 каких-либо сведений об отсутствии объекта незавершенного строительства, при фактическом нахождении в указанный период на земельном участке жилого дома, бани и хозяйственной постройки, не содержат.

Однако разумные причины указанных несоответствий не раскрыты.


Так же как не указаны причины длительного бездействия сторон по надлежащему оформлению спорного имущества на детей должника, учитывая, что именно рождение внуков у семьи Г-ных (ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ года рождения) послужило основанием для строительства К-выми с 2010 года на земельном участке, принадлежащем должнику, объектов недвижимости.

Более того, какие-либо мероприятия по оформлению возведенных объектов недвижимости не были осуществлены после смерти в 2017 году ФИО5, который, по утверждению ФИО3, фактически контролировал строительство объектов, в том числе посредством привлечения подрядной организации.

В связи с чем совокупность изложенных обстоятельств не позволяет с достоверностью заключить, что строительство спорных объектов недвижимости производилось семьей К-вых.

В рассматриваемом случае суды пришли к выводу о том, что оспариваемые договоры совершены между аффилированными лицами с целью достижения одной общей цели – вывод ликвидного актива должника с целью невозможности обращения на него взыскания.

Таким образом, установленные судами обеих инстанций обстоятельства совершения заинтересованными лицами действий по безвозмездному выводу ликвидного имущества должника после наступления событий, свидетельствующих о возможном предъявлении ФИО4 требований к ФИО2 в связи с необоснованным получением денежных средств, правомерно позволили констатировать доказанность совокупности обстоятельств, необходимых для признания оспариваемой единой сделки недействительной на основании положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд кассационной инстанции полагает, что фактические обстоятельства установлены судами первой и апелляционной инстанций в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и примененным нормам права, нарушений норм процессуального права не допущено.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, выражают несогласие ее подателей с выводами судов первой и апелляционной инстанций об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судами положений законодательства об оспаривании сделок должника, в связи с чем подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4


статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 04.03.2025 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2025 по делу № А70-9155/2023 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий А.О. Атрасева

Судьи И.М. Казарин

ФИО1