Решение от 7 апреля 2022 г. по делу № А56-99155/2020

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-99155/2020
07 апреля 2022 года
г.Санкт-Петербург



Резолютивная часть решения объявлена 04 апреля 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 07 апреля 2022 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе судьи Матвеева О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании заявление ООО «Агема машинери компания» (ИНН: <***>; 420087, <...>) о привлечении к субсидиарной ответственности участника и единоличного исполнительного органа АО «Петербургский тракторный концерн» ФИО2 (дата рождения: 06.03.1980, место рождения: г. Ленинград; ИНН <***>; адрес регистрации: 198206, <...>),

при участии: лица, участвующие в деле, не явились, извещены

установил:

05.11.2020 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление ООО «Агема машинери компания» о привлечении к субсидиарной ответственности участника и единоличного исполнительного органа АО «Петербургский тракторный концерн» ФИО2.

Решением арбитражного суда от 29.07.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2021, в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 18.02.2022 решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.07.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2022 по делу № А56-99155/2020 отменены.

Дело направлено в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

Определением арбитражного суда от 16.03.2022 проверка обоснованности заявления назначена на 04.04.2022.

До рассмотрения дела по существу от заявителя поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьёй 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – «АПК РФ»), явку своего представителя в судебное заседание не обеспечили. В соответствии с пунктом 3 статьи 156 АПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Арбитражный суд, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства, заслушав явившихся лиц, установил следующее.

12.12.2019 (зарегистрировано 13.12.2019) в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) поступило заявление ООО «Агема машинери групп» о признании АО «Петербургский Тракторный Концерн» несостоятельным (банкротом).

23.03.2020 между ООО «Агема машинери групп» (далее – Цедент) и ООО «Агема машинери компания» (далее – цессионарий) заключен договор возмездной уступки прав (цессии) по договору поставки №05/07-2018-03 от 12.07.2018, по договору на оказание юридических услуг №04/2019 от 01.02.2019, согласно которому цедент передает цессионарию права требования к должнику АО «Петербургский Тракторный Концерн» на сумму 2 906 476 руб. Данная задолженность подтверждается решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.04.2019 по делу №А65-37045/2018.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.06.2020 по делу №А65-37045/2018 произведена замена в порядке процессуального правопреемства взыскателя - ООО «Агема машинери групп на его правопреемника - ООО «Агема машинери компания» в рамках дела №А65-37045/2018 по решению Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.04.2019 и постановлению Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2019.

Определением арбитражного суда от 15.10.2020 произведена замена в порядке процессуального правопреемства ООО «Агема машинери групп» на ООО «Агема машинери компания».

На основании исполнительного листа ФС №031757048, выданного Арбитражным судом Республики Татарстан по делу №А65-37045/2018, судебным приставом-исполнителем Кировского РОСП УФССП по Санкт-Петербургу ФИО3 17.10.2019 возбуждено исполнительное производство №368268/19/78004-ИП о взыскании с АО «Петербургский тракторный концерн» в пользу ООО «Агема машинери компания» задолженности в размере 2 755 426 руб.

Производство по рассмотрению дела о несостоятельности (банкротству) АО «Петербургский Тракторный Концерн» прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Основанием для обращения кредитора с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности лица, контролировавшего деятельность должника АО «Петербургский Тракторный Концерн» ФИО2 и взыскании с него 2 805 996,50 руб., является неисполнение ответчиком обязанности по подаче в суд заявления о признании АО «Петербургский Тракторный Концерн» банкротом, а также совершение недобросовестных действий, причинивших вред имущественным правам должника и кредиторов.

Пунктом 1 статьи 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) предусмотрено, что если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

ООО «Агема машинери компании» является заявителем по делу о банкротстве, то есть, относится к числу лиц, поименованных в пункте 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

Пунктом 3.1. названной статьи предусмотрено, что если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока:

собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное; под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В пункте 9 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Заявитель связывает срок наступления обязанности ФИО2 по подаче заявления в суд о признании должника банкротом с неисполнением обязанностей должника по Договору поставки №05/07-2018-3 от 12.07.2018.

Однако, данные о том, когда у должника возникли обязательства, наличие которых свидетельствует о наличии признаков несостоятельности (банкротства), кредитором не приведены.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, истец, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Между тем, заявителем срок наступления обязанности по подаче заявления не определен.

В этой связи суд отмечает, что на исполнении Кировского РОСП УФССП России по Санкт-Петербургу находилось сводное исполнительное производство № 368268/19/78004-СД, в которое в частности, входило исполнительное производство от 17.10.2019 №368268/19/78004-ИП, возбужденное на основании исполнительного документа Исполнительный лист №ФС 031757048 от 03.09.2019, выданного Арбитражным судом Республики Татарстан по делу №А56-37045/2018.

Решением арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.09.2020 по делу №А56-26475/2020 суд, установив отсутствие в собственности АО «Петербургский Тракторный Концерн» имущества, на которое может быть обращено взыскание по исполнительным документам, удовлетворил требования судебного пристава-исполнителя об обращении взыскания на долю в уставном капитале ООО «Торговый дом «ПТК» для исполнения требований АО «Петербургский Тракторный Концерн» в размере 2 778 868 руб. 29 коп.

Согласно сведениям с официального сайта Федеральной службы судебных приставов, исполнительное производство от 17.10.2019 №368268/19/78004-ИП окончено 04.12.2021 на основании пункта 4 части 1 статьи 46 Федерального закона «Об исполнительном производстве».

При этом, выпиской из ЕГРЮЛ на АО «Петербургский Тракторный Концерн» по состоянию на 31.03.2022 подтверждено, что указанная организация является действующей.

Таким образом, довод заявителя о возникновении у ответчика обязанности по обращению в суд с заявлением о признании АО «Петербургский Тракторный Концерн» банкротом, опровергается фактическими обстоятельствами дела, согласно которым возможность взыскания с АО «Петербургский Тракторный Концерн» задолженности сохранялась до момента окончания исполнительного производства.

Поскольку на момент, указанным заявителем в качестве возникновения у ответчика обязанности по обращению в суд, не были исчерпаны объективные возможности взыскания задолженности с самого должника, суд полагает недоказанным заявителем факта возникновения у должника признаков неплатежеспособности и необходимости признания организации банкротом.

В данном случае, неисполнение обязательства АО «Петербургский Тракторный Концерн» перед заявителем, в том числе в рамках исполнительного производства, факт обращения заявителем в суд с заявлением о банкротстве АО «Петербургский Тракторный Концерн» и обнаружившаяся при рассмотрении указанного заявления невозможность за счет средств и имущества АО «Петербургский Тракторный Концерн» покрыть даже по делу о банкротстве, не имеет правового значения, поскольку не свидетельствует о возникновении у АО «Петербургский Тракторный Концерн» признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, учитывая, что заявителем не определена точная дата возникновения указанных признаков.

Отсутствие точного определения даты возникновения признаков неплатежеспособности у основного должника не позволяет суду оценить факт наличия или отсутствия у ответчика соответствующей обязанности.

Таким образом, заявитель не доказал наступление обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в том числе, что АО «Петербургский Тракторный Концерн» наступило состояние объективного банкротства, которое ФИО2 должен был установить.

При этом, сам по себе факт наличия у должника перед одним из кредиторов задолженности не всегда свидетельствует о наступлении такого состояния.

При таких обстоятельствах, у суда отсутствуют основания для возложения на ответчика субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве по обязательствам должника на ответчика, учитывая, что АО «Петербургский Тракторный Концерн» продолжает осуществлять хозяйственную деятельность.

Пунктами 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

- в Единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

- в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В пункте 12 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо также несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если:

1) невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено;

2) должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Обязанность доказывания наличия обстоятельств, являющихся основанием для привлечения лица к субсидиарной ответственности, лежит на заявителе, как инициаторе соответствующего обращения. Лишь при наличии таких доказательств на ответчика, в свою очередь, переходит бремя доказывания отсутствия его вины в совершении правонарушения, влекущего применение субсидиарной ответственности.

Кредитор в обоснование заявленных требований указывает на недобросовестное и неразумное поведение ФИО2 при заключении и исполнении Договора поставки №05/07-2018-3 от 12.07.2018, что повлекло за собой причинение убытков должнику и кредиторам, и как следствие, возникновение неоплаченной задолженности.

Суд кассационной инстанции, возвращая дело на новое рассмотрение, указал на необходимость оценки действиям ответчика при заключении от имени АО «Петербургский Тракторный Концерн» договора, неисполнение которого послужило основанием для возбуждения дела о банкротстве.

Кроме того, суду первой инстанции надлежит выяснить, предприняты ли руководителем АО «Петербургский Тракторный Концерн» все возможные разумные меры по исполнению принятых на себя обязательств, в том числе на тот момент, когда указанные обязательства принимались на себя АО «Петербургский Тракторный Концерн».

В силу разъяснений пункта 4 Постановления № 63, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, то есть, так как речь идет о коммерческой организации – для извлечения прибыли от предпринимательской деятельности.

В этой связи необходимо исследовать факт принятия ответчиком таких мер на момент заключения договора и на стадии его исполнения,

Как следует из материалов дела и представленных заявителем судебных актов, кредитором и должником 12.07.20118 заключен договор поставки № 05/07-2018-03 (далее – договор), в соответствии с условиями которого, должник (продавец) обязался передать в собственность кредитору (покупателю) товар с техническими характеристиками (трактор колесный К703 МА 12-04 ПТК).

Во исполнение условий договора покупатель перечислил на счет продавца 3 380 000 рублей.

Указанный договор кредитор заключил с должником во исполнение своих обязательств, принятых по контракту от 10.07.2018 ОЭА24/2018 ИКЗ 181540810013854080100100440012830000, заключенному между ФГБНУ «Федеральный исследовательский центр Институт цитологии и генетики Сибирского отделения Российской академии наук», согласно которому кредитор обязался поставить заказчику трактор колесный общего назначения тягового класса 5 для выполнения основных сельскохозяйственных работ в соответствии с приложением №1 к контракту.

Срок поставки трактора колесного согласно контракту был 60 дней с даты заключения контракта, т.е. 08.09.2018.

Согласно п. 9.2 договора в случае невозможности поставки товара продавцом, в сроки, указанные в п.3.1, 3.2 договора, покупатель вправе расторгнуть договор в одностороннем порядке, при просрочке поставки товара более 10 календарных дней.

В данном случае, просрочка в поставке товара превысила указанный срок.

В этой связи заявитель 03 октября 2018 года в соответствии с п.9.2 договора направил ответчику уведомление об одностороннем расторжении договора поставки №05/07-2018-03 от 12.07.2018 в связи с просрочкой поставки товара более чем на 10 календарных дней и невозможностью поставки товара согласно характеристикам, установленного приложением №1 к договору.

Истец указал, что в связи с расторжением договора сумма, уплаченная ООО «Агема машинери групп» в рамках договора №05/07-2018-03 от 12.07.2018, подлежит возврату. АО «Петербургский Тракторный Концерн» частично исполнило требования заявителя.

АО «Петербургский Тракторный Концерн» на счет ООО «Агема машинери групп» перечислило платежным поручением №157 от 09.10.2018 - 500 000 рублей в счет возврата оплаченных сумм в связи с непоставкой товара, платежным поручением №178 от 02.11.2018 - 100 000 рублей в счет возврата оплаченных сумм в связи с непоставкой товара, платежным поручением №189 от 26.11.2018 - 100 000 рублей в счет возврата оплаченных сумм в связи с непоставкой товара.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 апреля 2019 года исковые требования удовлетворены, расторгнут договор поставки № 05/07-2018-03, заключенный ООО «Агема машинери групп» и АО «ПЕТЕРБУРГСКИЙ ТРАКТОРНЫЙ КОНЦЕРН» 12.07.2018. С АО «ПЕТЕРБУРГСКИЙ ТРАКТОРНЫЙ КОНЦЕРН» в пользу ООО «Агема машинери групп» взыскано 2 680 000 руб. стоимости товара, 43 542 руб. неустойки, 606 318,32 руб. упущенной выгоды и 45 649 руб. судебных расходов по оплате госпошлины.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2019 решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 апреля 2019 года по делу № А65-37045/2018 отменено в части удовлетворения искового требования о взыскании с акционерного общества «Петербургский тракторный концерн» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Агема машинери групп» упущенной выгоды в размере 606 318 руб. 32 коп.

В указанной части в удовлетворении иска отказано.

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 апреля 2019 года по делу № А65-37045/2018 изменено в части распределения судебных расходов. Взыскать с акционерного общества «Петербургский тракторный концерн» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Агема машинери групп» судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 31 884 руб. В остальной части решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 апреля 2019 года оставлено без изменения.

Вместе с тем, отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции указал на отсутствие доказательств наличия причинно-следственной связи между неисполнением должником обязательств по поставке товара по договору поставки № 05/07-2018-03 от 12.07.2018 и убытками в виде упущенной выгоды, возникшими в результате расторжения контракта № ОЭА24/2018 ИКЗ 181540810013854080100100440012830000 от 10 июля 2018 года, предпринимательские риски кредитора не могут быть возложены на должника.

В связи с изложенным, оснований для удовлетворения искового требования о взыскании с АО «Петербургский Тракторный Концерн»в пользу ООО «Агема машинери групп» упущенной выгоды в размере 606318 руб. 32 коп. в данном случае не имелось.

Согласно абзацу 2 пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

В соответствии с пунктом 31 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из положений пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков, возможно при доказанности совокупности нескольких условий: несоответствия действий причинителя вреда закону или договору, вины причинителя вреда, причинной связи между такими действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25), применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

В силу пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Между тем, материалами дела подтверждено, что заявитель узнал о невозможности поставки ответчиком трактора колесного К-703 МА 12-04 ПТК с техническими характеристиками согласно приложению № 1 к договору поставки № 05/07-2018-03 от 12.07.2018 из письма ответчика от 06 августа 2018 года № 8248, тогда как срок поставки по контракту № ОЭА24/2018 ИКЗ 181540810013854080100100440012830000 от 10 июля 2018 года истекал лишь 08 сентября 2018 года.

Соответственно у ООО «Агема машинери компания» имелось достаточно времени для поиска нового продавца (поставщика) указанного товара.

Однако, доказательств принятия ООО «Агема машинери компания» каких-либо мер по покупке предусмотренного контрактом от 10 июля 2018 года № ОЭА24/2018 ИКЗ 181540810013854080100100440012830000 товара у другого продавца, а также осуществления с этой целью приготовлений в материалах дела не имеется.

Не представлено ООО «Агема машинери компания» и доказательств того, что единственным поставщиком вышеозначенного товара является АО «Петербургский тракторный концерн».

При этом, в контракте от 10 июля 2018 года № ОЭА24/2018 ИКЗ 181540810013854080100100440012830000 отсутствовало условие о закупке трактора с необходимыми характеристиками только у АО «Петербургский тракторный концерн», которое к тому же не являлось стороной данного контракта.

В соответствии с п.1 ст.2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

При таких обстоятельствах, в отсутствие доказательств наличия причинно-следственной связи между неисполнением обязательств по поставке товара по договору поставки № 05/07-2018-03 от 12.07.2018 и убытками, возникшими в результате расторжения контракта № ОЭА24/2018 ИКЗ 181540810013854080100100440012830000 от 10 июля 2018 года, предпринимательские риски истца не могут быть возложены на АО «Петербургский тракторный концерн» в лице ФИО2

Из совокупности фактических обстоятельств, с учетом оценки доводов заявителя, суд полагает, что достаточных оснований для вывода о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 у суда не имеется в связи с отсутствием причинно-следственной связи между действиями/бездействием бывшего руководителя и невозможностью полного погашения требований кредитора, исходя из того, что сделка была совершена в ходе обычной хозяйственной деятельности должника, и оснований полагать, что ответчик умышленно заключил сделку с целью причинения вреда истцу в материалы дела не представлено.

Кроме того, ни в заявлении истца, ни в судебных актах не содержится сведений об умышленных противоправных деяниях ответчика.

Кроме того, в материалы гражданского дела истцом представлено письмо за подписью директора АО «Петербургский Тракторный Концерн» А.В. Лесняк, датированное 06.08.2018 исх. №8248, которым ответчик уведомляет ООО «Агема машинери групп» о том, что согласованную в договоре систему управления переключением передач, ответчик не имеет права агрегировать, в связи с патентом на нее другого завода-изготовителя АО «ПЕТЕРБУРГСКИЙ ТРАКТОРНЫЙ КОНЦЕРН».

Таким образом, указанные обстоятельства свидетельствуют об объективных причинах невозможности поставки товара, а также о частичном исполнении ответчиком принятых на себя обязательств, что исключает наличие признаков недобросовестности и уклонения от исполнения обязанностей в поведении руководителя.

В этой связи, суд полагает необходимым отметить, что статьей 1229 ГК РФ установлено исключительное право граждан или юридических лиц, обладающих исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), на использование такого результата или такого средства по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233).

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением) (абзац 2 пункта 1 статьи 1229 ГК РФ).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ и другими законами... (абзац 3 пункта 1 статьи 1229 ГК РФ).

При исследовании фактических обстоятельств дела с совокупности с приведенными нормами, суд пришел к выводу о том, что ФИО2 в период осуществления полномочий руководителя АО «Петербургский Тракторный Концерн», действовал добросовестно и разумно, в части предотвращения негативных последствий для АО «Петербургский Тракторный Концерн», вызванных незаконным использованием патента.

В связи с возникновением причин, не зависящим от воли поставщика, ФИО2 уведомил покупателя о невозможности дальнейшего исполнения договорных отношений, с предложением согласовать иные технические характеристики коробки передач.

Оценив действия ответчика при заключении от имени АО «Петербургский Тракторный Концерн» договора, неисполнение которого послужило основанием для возбуждения дела о банкротстве, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 предприняты все возможные разумные меры по исполнению принятых на себя обязательств, в том числе на тот момент, когда указанные обязательства принимались на себя АО «Петербургский Тракторный Концерн».


Довод заявителя о том, что ФИО2 инициировал процесс по выходу из состава участников АО «Петербургский Тракторный Концерн» и сложения с себя полномочий руководителя АО «Петербургский Тракторный Концерн» также не подтверждает довод заявителя об умышленном уклонении ФИО2 от уплаты задолженности и ухода от ответственности, поскольку в материалы дела не представлены надлежащие доказательства, что такие действия привели к банкротству должника и возникновению убытков.

Таким образом, наличие необходимого юридического состава для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 заявителем не обосновано, в связи с чем, суд отказывает в удовлетворении заявления.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в удовлетворении заявления ООО «Агема машинери компания» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам АО «Петербургский тракторный концерн» отказать.

Решение может быть обжаловано в течении месяца со дня изготовления в полном объеме в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд.


СудьяМатвеева О.В.