Постановление от 31 октября 2024 г. по делу № А68-6685/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А68-6685/2022
г. Калуга
31 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17.10.2024

Постановление изготовлено в полном объеме 31.10.2024


Арбитражный суд Центрального округа в составе:


председательствующего

Еремичевой Н.В.

судей

Антоновой О.П.

ФИО1


при участии в заседании:

от лиц, участвующих в деле:



не явились, извещены надлежаще,


рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Петровтранс Групп» на определение Арбитражного суда Тульской области от 26.03.2024 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2024 по делу № А68-6685/2022,



УСТАНОВИЛ:

конкурсный кредитор – общество с ограниченной ответственностью «Петровтранс Групп» (далее – ООО «Петровтранс Групп», кредитор) обратился в Арбитражный суд Тульской области с заявлением о признании договора дарения от 09.10.2020 в отношении квартиры, назначение: жилое помещение, общей площадью 31,2 кв. м, кадастровый номер № 71:27:010205:416, расположенной по адресу: <...>, заключенного между ФИО2 (далее – ФИО2, должник) и ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик), и договора дарения от 17.11.2021 в отношении квартиры, назначение: жилое помещение, общей площадью 31,2 кв. м, кадастровый номер № 71:27:010205:416, расположенной по адресу: <...>, заключенного между ФИО3 и ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик) недействительными сделками, применении последствий недействительности сделок (с учетом уточнения заявленных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)), ссылаясь на положения статей 19, 61.2, 61.6, 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон № 127-ФЗ), статей 10, 167, 168, 170, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением Арбитражного суда Тульской области от 26.03.2024 (судья Макосеев И.Н.) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2024 (судьи: Волкова Ю.А., Волошина Н.А., Тучкова О.Г.) определение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционная жалоба кредитора – без удовлетворения.

В кассационной жалобе кредитор просит указанные судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тульской области.

Заявитель указывает, что отчуждение должником имеющегося у него ликвидного имущества заинтересованным лицам (своим родственникам), при наличии существенной задолженности по обязательствам, направлено на сокрытие этого имущества от кредиторов, что указывает на наличие в действиях должника признаков злоупотребления правом. Обращает внимание, что должник не проживает в спорной квартире.

ФИО2 в отзыве указал на необоснованность доводов кассационной жалобы, просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

В судебное заседание суда кассационной инстанции представители лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, не явились.

Дело судом рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц в порядке, предусмотренном статьей 284 АПК РФ.

Проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в упомянутом определении суда первой инстанции и постановлении суда апелляционной инстанции, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения на нее, судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Судами первой и апелляционной инстанций на основании материалов дела установлено, что ФИО2 обратился в Арбитражный суд Тульской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом), которое принято к производству суда определением от 27.06.2022.

Определением суда от 03.10.2022 в отношении ФИО2 введена процедура банкротства реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5

Решением суда от 14.02.2023 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура банкротства реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5

Определением суда от 12.02.2024 финансовым управляющим утвержден ФИО6

Между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) заключен договор дарения от 09.10.2020, по условиям пункта 1 которого даритель безвозмездно передал, а одаряемый принял в собственность квартиру общей площадью 31,2 кв. м с кадастровым номером № 71:27:010205:416, расположенную по адресу: <...>. В пункте 8 договора предусмотрено, что на регистрационном учете по месту жительства в спорной квартире на момент подписания договора состоит в том числе должник.

Между ФИО3 (даритель) и ФИО4 (одаряемый) заключен договор дарения от 17.11.2021, по условиям пункта 1 которого даритель безвозмездно передала своему сыну, а одаряемый принял в собственность спорную квартиру. В пункте 8 договора предусмотрено, что на регистрационном учете по месту жительства в спорной квартире на момент подписания договора состоит в том числе должник. Согласно пункту 9 договора в том числе должник имеет право пожизненного проживания в спорной квартире.

Согласно полученной по запросу суда посредством электронного документооборота от филиала ППК «Роскадастр» по Тульской области выписке из ЕГРН от 02.05.2023 в отношении спорной квартиры с 22.11.2022 ее собственником является ФИО4

В рассматриваемом случае оспариваемые сделки совершены между заинтересованными лицами (статья 19 Закона о банкротстве), что не оспаривается участниками спора: ФИО3 является сестрой должника, а ФИО4 является сыном ФИО3

Ссылаясь на то, что договоры дарения от 09.10.2020 и от 17.11.2021 являются взаимосвязанными сделками, направленными на вывод актива должника, нарушают права и законные интересы кредиторов и имеют признаки сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), а также имеют признаки сделок, при совершении которых было допущено злоупотребление правом (статьи 10, 168 ГК РФ), и признаки мнимых сделок (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), конкурсный кредитор обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления кредитора, суд первой инстанции, выводы которого поддержаны апелляционным судом, исходил из того, что спорная квартира является единственным пригодным помещением для постоянного проживания должника и членов его семьи и в силу части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является имуществом, на которое не может быть обращено взыскание; заключение спорных сделок не причинило вреда имущественным правам кредиторов, поскольку спорная квартира не является имуществом, за счет реализации которого возможно произвести возмещение кредиторам в силу закона.

Суд округа находит выводы судов первой и апелляционной инстанций правильными, соответствующими конкретным фактическим обстоятельствам рассматриваемого спора и основанными на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по специальным основаниям (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Оспаривание сделок, совершенных должником-банкротом или за его счет, имеет сугубо практические цели: либо наполнить конкурсную массу должника ликвидным имуществом для его последующей реализации и погашения требований кредиторов, либо уравнять шансы кредиторов (очередность) на соразмерное удовлетворение их требований за счет имущества, составляющего конкурсную массу должника. Об этом же даны разъяснения в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – Постановление № 48). Как следствие, у кредиторов должника-банкрота не может быть охраняемого законом интереса в оспаривании сделок в отношении имущества, которое ни при каких условиях не попадет в конкурсную массу должника.

Согласно пункту 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы должника-гражданина исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством, в частности, жилое помещение (квартира), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания, за исключением нахождения указанного имущества в залоге (часть 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ)).

Данные разъяснения направлены на недопущение ситуации, когда вопреки смыслу положений статьи 446 ГПК РФ и целям эффективного правосудия в банкротном процессе гражданина, жилое помещение будет возвращено в конкурсную массу должника лишь формально и исключительно с тем, чтобы судом была констатирована его защита исполнительским иммунитетом.

В таком случае мотивы отчуждения должником жилого помещения не имеют правового значения для целей оспаривания сделки, поскольку реституция не приведет к реальной защите кредиторов.

Поскольку судами установлено, что спорная квартира является единственным жилым помещением для должника и членов его семьи, не является избыточным, защищено исполнительским иммунитетом, не подлежит включению в конкурсную массу и в результате заключения договора дарения вред имущественным правам кредиторов должника не причинен, в удовлетворении заявления кредитора отказано правомерно.

Довод кассационной жалобы о том, что отчуждение должником имеющегося у него ликвидного имущества своим родственникам, при наличии существенной задолженности по обязательствам, направлено на сокрытие этого имущества от кредиторов, что указывает на наличие в действиях должника признаков злоупотребления правом подлежит отклонению, так как в силу статьи 10 ГК РФ материалами дела не подтверждается; наличия у ФИО2 умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей) судами не установлено.

Довод кредитора о том, что спорная квартира не является единственным жильем должника и членов его семьи, правомерно признан судами несостоятельным исходя из следующего.

Судами установлено, что согласно представленной должником при обращении в арбитражный суд с заявлением о признании банкротом выписке из ЕГРН о правах на имевшиеся (имеющиеся) объекты недвижимости от 24.01.2022 должнику принадлежали следующие объекты недвижимого имущества: спорная квартира, дата государственной регистрации прекращения права 19.10.2020; доли в размере 2/15 и 1/3 в праве общей долевой собственности на жилое здание, площадью 52,1 кв. м, кадастровый номер № 71:27:010408:64, расположенное по адресу: <...>; дата государственной регистрации прекращения права – 18.04.2019 и 28.01.2020, соответственно; доли в размере 2/15 и 1/3 в праве общей долевой собственности на земельный участок, площадью 1 500 кв. м, расположенный по адресу: <...>; дата государственной регистрации прекращения права –18.04.2019 и 28.01.2020, соответственно.

Из изложенного судами установлено, что на момент отчуждения должником спорной квартиры по договору дарения от 09.10.2020, на момент совершения договора дарения от 17.11.2021, равно как и впоследствии ввиду отсутствия в собственности иного жилого помещения спорная квартира являлась для должника единственным пригодным для постоянного проживания жилым помещением, которое в силу положений абзаца второй части 1 статьи 446 ГПК РФ защищено исполнительским иммунитетом, и который будет действовать в настоящем деле о банкротстве в случае признания оспариваемых сделок недействительными (пункт 3 Постановления № 48).

Об оспаривании сделок, совершенных должником в отношении другого принадлежавшего ему объекта недвижимости (доли в праве общей долевой собственности на жилое здание и земельный участок), заявлено не было.

Довод кассационной жалобы о том, что должник не проживает в спорной квартире, отклоняется судом округа, поскольку был предметом исследования судов двух инстанций и получил надлежащую правовую оценку.

Так, по смыслу абзаца второго части 1 статьи 446 ГПК РФ наличие у гражданина фактической возможности временно (например, в связи с проведением ремонтных работ) проживать по иному адресу (без права собственности на помещение) не означает допустимость безусловного неприменения к находящемуся в его собственности единственному жилью исполнительского иммунитета (определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2020 № 309-ЭС20-10004, от 28.01.2021 № 309-ЭС20-15448).

Наличие у должника иных принадлежащих ему на праве собственности жилых помещений судами не установлено.

Отклоняя довод кредитора о том, что ДТП от 27.06.2020 явилось поводом для вывода релевантного имущества, суды исходили из того, что решение суда о взыскании с должника денежных средств в пользу кредитора было вынесено 13.05.2021, то есть после отчуждения спорного имущества.

При этом, как правомерно отмечено судами, возврат указанного имущества в конкурсную массу никак не скажется на сумме, предназначенной для удовлетворения требования конкурсных кредиторов, в связи с исключением указанного жилья в качестве единственного пригодного для проживания.

Так, судами установлено, что должник в настоящий момент проживает в спорном жилом помещении, при этом в договоре дарения недвижимого имущества, заключенного между ФИО2 и ФИО3, имеется указание на фактическую регистрацию ФИО2 и ФИО7 в указанном жилом помещении.; в договоре дарения недвижимого имущества, заключенного между ФИО3 и ФИО4, имеется указание на право пожизненного проживания в указанной квартире.

Согласно справке о регистрации в указанном жилом помещении в настоящий момент зарегистрирован должник (ФИО2) и его мать (ФИО7).

В связи с тем, что должник в настоящий момент проживает в спорном жилье, что подтверждается справкой о регистрации в указанном жилом помещении; в договоре дарения отражено положение о возможности пожизненного проживания дарителя в спорном жилом помещении; площадь жилого помещения составляет меньше площади предоставления на лиц, проживающих в спорном жилом помещении, суды пришли к правомерному выводу об отказе в удовлетворении требований кредитора о признании спорных сделок недействительными.

Помимо этого судами учтено, что финансовым управляющим было подготовлено заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства, где указанная сделка не подлежит оспариванию по основанию «Сделка с единственным жильем».

Ссылки подателя жалобы на судебную практику Верховного Суда Российской Федерации не принимаются судом округа, поскольку указанные судебные акты приняты при иных фактических обстоятельствах.

Иные приведенные в кассационной жалобе доводы сводятся к несогласию с выводами судов и направлены на переоценку имеющихся в материалах обособленного спора доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тульской области от 26.03.2024 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2024 по делу № А68-6685/2022 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Н.В. Еремичева


Судьи О.П. Антонова


ФИО1