Постановление от 4 августа 2025 г. по делу № А55-19487/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-14577/2022

Дело № А55-19487/2020
г. Казань
05 августа 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 24 июля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 05 августа 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В.,

судей Ивановой А.Г., Советовой В.Ф.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Мавлютовой И.М. (протоколирование велось с использованием систем веб-конференции, материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу),

при участии в режиме веб-конференции представителей:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 22.02.2023,

общества с ограниченной ответственностью «ПСК «Содружество» – ФИО3, доверенность от 30.07.2024,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Строительная компания» ФИО4

на определение Арбитражного суда Самарской области от 28.12.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2025

по делу № А55-19487/2020

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Строительная компания» ФИО4 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания» ИНН <***>,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Самарской области от 30.12.2021 общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО4 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Маяк» (далее – ООО «Маяк») к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий имуществом ФИО5 – ФИО6.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.12.2024, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2025, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должником о привлечении к субсидиарной ответственности отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий должником просит принятые по обособленному спору судебные акты отменить, заявленные требования удовлетворить, признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5, ФИО1, ООО «Маяк» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановить рассмотрение заявления конкурсного управляющего в части установления размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами, мотивируя неправильным применением судами норм материального и процессуального права, несоответствием выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Заявитель жалобы указывает, что ответчиками было создано «зеркальное» общество, что подтверждается, в частности, использованием ООО «Маяк» портфолио должника и его деловой репутации (концепция «гудвилл»), места расположения, административного и управленческого коллектива, прежней бизнес-модели, прежних контрагентов.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд кассационной инстанции находит их подлежащими отмене, исходя из следующего.

Заявленные конкурсным управляющим требования основаны на положениях статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), и мотивированы тем, что ответчиками был создан перевод бизнеса (хозяйственной деятельности) на аффилированное лицо при наличии существенной кредиторской задолженности должника, в результате чего должник был лишен всех активов и возможности рассчитаться по долгам перед своими кредиторами, компания должника окончательно перестала быть платежеспособной, деятельность должника фактически прекратилась.

Конкурсный управляющий указывала, что о переводе бизнеса свидетельствуют следующие обстоятельства:

- руководителем должника был ФИО5, а его брат ФИО1 являлся техническим директором должника и был уволен согласно приказу о прекращении трудового договора от 02.09.2020;

- 24.06.2019 бывшим руководителем должника ФИО5 было создано ООО «Компания Лайт Проф» (впоследствии – ООО «Компания ЛП», ликвидировано 01.09.2022 в связи с недостоверностью сведений), ОКВЭД - Торговля оптовая бытовыми электротоварами (у должника до 22.07.2020 было наименование ООО «Светотехническая компания Лайт Проф Поволжье»);

- 19.08.2020 было создано ООО «Маяк», директор и учредитель – ФИО1, ОКВЭД – Производство электрических ламп и осветительного оборудования.

Конкурсный управляющий указывала, что у должника в 2018, 2019 годах признаки объективно банкротства отсутствовали, однако с 2020 года должник прекратил свою деятельность, первое сообщение о намерении кредитора обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника было опубликовано на Федресурсе 06.07.2020, и к этому моменту уже существовали требования кредиторов, которые в настоящее время включены в реестр требований кредиторов должника: ПАО Сбербанк, ООО «МК№19 ВЭСС», АО «Пусковой Элемент», ООО «ТД «ВЭЛАН», ООО «Фирма «Строительно-монтажные услуги», ФНС России, ООО «ПСК «Содружество», ООО «НПО СТ», ООО «Нефтегазовая компания «ГОРНЫЙ», АО «Транснефть-Север», ПАО «Промсвязьбанк».

По мнению конкурсного управляющего, ФИО1 и ООО «Маяк» вследствие недобросовестных действий бывшего генерального директора должника ФИО5 приобрели существенный актив должника – фактически в собственность перешел бизнес должника (контрагенты, сотрудники, имущество, имущественные права), в результате чего у ООО «Маяк» существенно выросла чистая прибыль, а ФИО1 приобрел ценный актив.

В подтверждение доводов о том, что ООО «Маяк» продолжило деятельность, которую ранее осуществлял должник, конкурсный управляющий ссылалась на следующее: на коммерческом сайте вновь созданного ООО «Маяк» размещено портфолио должника (по ранее реализованному объекту должника по установке осветительного оборудования), что свидетельствует об использовании деловой репутации должника; ООО «Маяк» получило сертификаты соответствия такие же, какие были ранее у должника; ЭЦП, полученная конкурсным управляющим, обеспечивает доступ к системе электронного оборота СБИС должника, ООО «Компания ЛП», ООО «Маяк»; проведенным анализом книг покупок и продаж должника, ООО «Компания ЛП» и ООО «Маяк» установлено, что у должника после возникновения признаков банкротства выводились активы; должник, ООО «Компания ЛП» и ООО «Маяк» приобретали/приобретают товар, услуги у одних и тех же поставщиков; операции с контрагентами, работники появились у ООО «Маяк» во 2 квартале 2021 года, то есть после введения процедуры наблюдения в отношении должника; работники должника были последовательно трудоустроены в ООО «Компания ЛП», а затем после ликвидации ООО «Компания ЛП» в ООО «Маяк»: ФИО1, ФИО5, ФИО7

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности получения ФИО1 и обществом «Маяк» каких бы то ни было существенных активов должника, соизмеримых с масштабами его деятельности в виде увеличения (сбережения) активов либо получения какой-либо экономической или иной выгоды от действий ФИО5 (или иного лица).

Суд первой инстанции принял во внимание, что деятельность ООО «Маяк» отличается от деятельности должника, поскольку основным направлением деятельности должника были высокомачтовые осветительные опоры, флагштоки, а также высокие мачты иного назначения, а основным направлением деятельности ООО «Маяк» является парковое освещение.

Судом отмечено, что ООО «Маяк» самостоятельно сформировало свою имущественную базу в виде уставного (складочного) капитала, дополняя ее полученной прибылью, как законного результата предпринимательской деятельности. Какого-либо имущества (либо имущественных прав), принадлежащих должнику, в адрес ООО «Маяк» не передавалось и не переводилось.

По мнению суда первой инстанции, доводы конкурсного управляющего о совершении продаж в адрес ООО «Маяк» 28.04.2021 на сумму 602 309 руб., 21.05.2021 на сумму 498 400 руб. и 18.06.2021 на сумму 506 000 руб., отраженных в книге покупок должника, не могут свидетельствовать о передаче активов должника ООО «Маяк», поскольку являлись законными возмездными сделками, имеющими самостоятельный экономический смысл.

Судом отмечено, что по состоянию на 31.12.2020 балансовая стоимость активов должника составляла 95 871 000 руб., а общая стоимость вышеуказанных сделок составляла 1 101 215 руб., что составляет приблизительно 1,15%, в связи с чем указанные суммы не были способны значительно повлиять на платежеспособность должника.

Суд первой инстанции указал, что доказательства перевода деятельности должника на аффилированных лиц с одновременным переводом на них финансовых потоков организации (вывода активов, присваивание прибыли), с сохранением долговой нагрузки на должнике, в материалах дела отсутствуют, документальные подтверждения недобросовестного поведения в виде совершения контролирующими должника лицами каких-либо сделок, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, повлекших неплатежеспособность должника, суду не представлены.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, признав их обоснованными.

Апелляционный суд дополнительно указал, что определением Арбитражного суда Самарской области от 26.01.2023 по настоящему делу ФИО5 привлечен к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника и пришел к выводу о том, что заявленные требования к ФИО5 как к выгодоприобретателю за перевод бизнеса с должника на ООО «Маяк», поглощается субсидиарной ответственностью за непередачу документации должника конкурсному управляющему в целом, в связи с чем оснований для повторного привлечения ФИО5 к иному виду ответственности (возмещению убытков в размере совершенных сделок), не имеется, поскольку в противном случае ответчик будет нести двойную материальную ответственность за одни и те же действия.

Оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и ООО «Маяк» за перевод бизнеса суд апелляционной инстанции не усмотрел, указав на отсутствие доказательств передачи от должника в пользу ООО «Маяк» каких-либо активов, вывода в пользу ООО «Маяк» прибыли от осуществляемой должником хозяйственной деятельности, перевода трудового коллектива.

Судом апелляционной инстанции также приняты во внимание пояснения ответчиков, согласно которым операции между должником и ООО «Компания ЛП», отраженные в книге продажи должника, являются операциями, связанными с изготовлением проектной документации в рамках реализации договора на разработку рабочей документации от 12.04.2021, по условиям которого должник (подрядчик) обязался по заданию ООО «Компания ЛП» (заказчик) осуществить разработку рабочей документации по объектам: Разработка проекта марки КМ,3D, с выпуском документации на опору освещения «Тверь», Разработка проекта марки КМ,3D, с выпуском документации на опору освещения «Прага», Разработка проекта марки КМ,3D, с выпуском документации на опору освещения «Григорий».

В соответствии с пунктом 5.1. договора от 12.04.2021 расчет за выполненные работы осуществляется путем зачета части задолженности подрядчика перед заказчиком по договору займа от 10.07.2019, согласно которому ООО «Компания Лайт Проф» (займодавец) обязалось передать должнику (заемщик) денежные средства в размере 3 000 000 руб.

Апелляционный суд установил, что аналогичная ситуация сложилась и между ООО «Компания ЛП» и ООО «Маяк», где ООО «Маяк» оказывало финансовую помощь ООО «Компания ЛП» путем предоставления беспроцентных займов в рамках договора от 12.01.2021, а в соответствии с договором на разработку рабочей документации от 25.03.2021, заключенным между ООО «Маяк» (заказчик) и ООО «Компания Лайт Проф» (подрядчик), последний обязался по заданию заказчика осуществить разработку рабочей документации по объектам: разработка проекта марки КМ, 3D, с выпуском документации на опору освещения «Тверь»; разработка проекта марки КМ, 3D, с выпуском документации на опору освещения «Прага»; разработка проекта марки КМ, 3D, с выпуском документации на опору освещения «Григорий».

В соответствии с пунктами 4.1., 5.1 договора от 25.03.2021 общая стоимость работ составляет 1 606 709 руб., расчет за выполненные работы осуществляется путем зачета части задолженности подрядчика перед заказчиком по договору займа от 12.01.2021.

В связи с этим апелляционный суд пришел к выводу о том, что вышеуказанные сделки (операции) по перечислению денежных средств ООО «Маяк» были направлены не на уменьшение активов должника, а наоборот – были направлены на снижение его долговой нагрузки путем выполнения им работ по изготовлению проектной документации, а следовательно, не повлекли уменьшения каких-либо активов должника, отчуждения ликвидного имущества, либо иным образом нарушали права должника и его кредиторов.

Между тем судами не принято во внимание следующее.

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестными действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

Исходя из правового подхода, изложенного в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 № 310-ЭС20-6760, неоднократное (системное) воспроизведение одних и тех же результатов хозяйственной деятельности у последовательно сменяющих друг друга производственных единиц с конкретным функционалом внутри корпоративной группы в виде накопления значительной долговой нагрузки перед независимыми кредиторами с периодическим направлением этой единицы в процедуру банкротства для списания долгов и созданием новой, не обремененной долгами – указывает на цикличность бизнес-процессов внутри группы с заведомым разделением предпринимательской деятельности на убыточные и прибыльные (компания) центры.

В данном случае суды первой и апелляционной инстанции посчитали, что факт создания «зеркального» общества не доказан, поскольку должник и ООО «Маяк» имели разные виды деятельности.

В то же время судами установлено, что по состоянию на 31.12.2020 балансовая стоимость активов должника составляла 95 871 000 руб.

При этом конкурсным управляющим приводились доводы о том, что бывшим руководителем должника не была передана документация должника, что, по сути, свидетельствует о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов, а также доводы о том, что при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами должник в 2020 году полностью прекратил свою деятельность, в то время как братом бывшего генерального директора должника 19.08.2020 создано новое общество (ООО «Маяк»), деятельность которого аналогична деятельности должника (портфолио работ на официальном сайте ООО «Маяк» полностью совпадает с портфолио работ должника).

Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637 сформулированы следующие (в том числе, процессуальные) правила рассмотрения споров такого рода: к недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865).

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо – ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления Пленума № 53).

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

В данном случае конкурсный управляющий настаивала на том, что при наличии кредиторской задолженности, хозяйственная деятельность должника была переведена во вновь созданное братом директора должника общество, указывая на следующие обстоятельства: новое общество создано в дату фактического прекращения деятельности должником; схожий вид деятельности; единое место расположения; совпадение управленческого персонала; совпадение контрагентов; размещение портфолио должника на коммерческом сайте вновь созданного ООО «Маяк»; резкий рост прибыльности нового общества с первого года существования.

Судами указанные доводы отклонены, но при этом не оценены с учетом того, что ответчиками не представлены доказательства начала ведения бизнеса нового общества «с нуля» и не представлены доказательства того, что ООО «Маяк» не извлекло выгоды из получения от должника персонала, контрагентов, деловой репутации, а должник не являлся действующим бизнесом на момент создания нового общества.

Также ответчики не раскрыли, на что были израсходованы либо направлены активы должника, числящиеся у него по состоянию на 31.12.2020 и, соответственно, на дату создания ООО «Маяк».

При этом конкурсным управляющим приводились доводы о том, что определением Арбитражного суда Самарской области от 21.03.2024 по настоящему делу (недействительность сделки с ФИО1) было установлено наличие у должника в 2018-2020 годах основных средств, запасов, дебиторской задолженности, нераспределённой прибыли, и отсутствие признаков объективного банкротства.

Суд округа считает, что суды первой и апелляционной инстанции вопреки требованиям части 1 статьи 133 АПК РФ не определили круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения настоящего спора и подлежащих доказыванию со стороны истца и ответчиков.

С учетом изложенного, суд округа считает преждевременным выводы судов о том, что основания для привлечения ответчиков к ответственности по обязательствам должника отсутствуют.

Учитывая, что для принятия обоснованного и законного решения по настоящему спору требуется исследование и оценка доказательств, а также иные процессуальные действия, установленные для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, то обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 28.12.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2025 по делу № А55-19487/2020 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья                                            М.В. Коноплёва


Судьи                                                                                    А.Г. Иванова


                                                                                              В.Ф. Советова