Постановление от 17 декабря 2018 г. по делу № А65-32649/2017

/


АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-41098/2018

Дело № А65-32649/2017
г. Казань
17 декабря 2018 года
Резолютивная часть постановления объявлена 11 декабря 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 декабря 2018 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В.,

судей Богдановой Е.В., Ивановой А.Г.,

при участии:

финансового управляющего Кузьмина А.А., лично,

при участии представителей:

Геращенко Л.Е. – Белкиной Ж.А., доверенность от 26.06.2018,

общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания малого бизнеса Республики Татарстан» – Нигметзяновой Р.Р., доверенность от 02.10.2018,

общества с ограниченной ответственностью «ЗАО Перспектива» – Желтова Ю.В., доверенность от 12.09.2018,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «ЗАО «Перспектива» и Геращенко Людмилы Егоровны

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2018 (председательствующий судья Садило Г.М., судьи Александров А.И., Селиверстова Н.А.)

по делу № А65-32649/2017

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ЗАО «Перспектива» о включении требования в размере 10 900 000 руб. в реестр требований кредиторов должника и заявлению финансового управляющего имуществом должника Кузьмина Алексея Александровича о признании сделки (агентского договора от 20.11.2016 № 1) недействительной и применении последствий её недействительности в рамках дела о признании гражданина Желтова Вадима Вениаминовича (ИНН 165900791740) несостоятельным (банкротом), третьи лица – Геращенко Людмила Егоровна, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республики Татарстан,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.10.2017 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания малого бизнеса Республики Татарстан» о признании несостоятельным (банкротом) гражданина Желтова Вадима Вениаминовича (далее – должник).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.01.2018 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден Кузьмин Алексей Александрович (далее – финансовый управляющий).

Общество с ограниченной ответственностью «ЗАО «Перспектива» (далее – Общество) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 10 900 000 руб.

Финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании агентского договора от 20.11.2016 № 1, заключенного между Обществом и должником, недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки путем признания несуществующей задолженности должника перед Обществом на сумму 10 900 000 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.05.2018 указанные обособленные требования объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Геращенко Людмила Егоровна, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.07.2018 требование Общества признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 10 900 000 руб. В удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным агентского договора от 20.11.2016 № 1 отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2018 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.07.2018 отменено, принят новый судебный акт. Заявление финансового управляющего удовлетворено. Признан недействительным агентский договор от 20.11.2016 № 1, в удовлетворении требования Общества о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 10 900 000 руб. отказано.

В кассационных жалобах Общество и Геращенко Л.Е. просят постановление апелляционного суда отменить, оставив в силе определение суда первой инстанции, мотивируя неправильным применением апелляционным судом норм материального и процессуального права, несоответствием выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Заявители жалоб указывают, что причинение вреда имущественным правам кредиторов при осуществлении оспариваемой сделки не доказано, а аффилированность должника и Общества не является основанием для признания сделки недействительной.

Проверив законность принятых по обособленному спору судебных актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд кассационной инстанции оснований для отмены постановления апелляционного суда не находит.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между Обществом (принципал) и должником (агент) заключен агентский договор от 20.11.2016 № 1, по условиям которого должник обязался за вознаграждение совершить по поручению Общества юридические и иные действия от имени Общества, направленные на продажу недвижимого имущества Общества (нежилые помещения по адресу: г. Казань, ул. Чернышевского, д. 19). Вознаграждение агента определено сторонами в размере 100 000 руб.

Между Обществом (продавец) в лице должника, действующего на основании агентского договора от 20.11.2016 № 1, и Геращенко Л.Е. (покупатель) заключен договор купли-продажи нежилых помещений от 15.12.2016, по которому произведена продажа вышеуказанных помещений за 17 000 000 руб.

Общество, ссылаясь на то, что в нарушение пункта 3.1.2 агентского договора должник не передал полученные им от покупателя недвижимого имущества денежные средства в размере 10 900 000 руб. (с учетом того, что 6 000 000 руб. переданы должником Обществу 29.12.2016; а 100 000 руб. составляют сумму вознаграждения по агентскому договору), обратилось в арбитражный суд с требованием о включении указанной суммы в реестр требований кредиторов должника.

Заявление финансового управляющего о признании агентского договора недействительной сделкой основано на положениях пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивировано тем, что должник является единственным участником и генеральным директором Общества, и, заключая агентский договор, должник искусственно создал задолженность перед Обществом.

При разрешении спора суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для признания агентского договора недействительной сделкой и об обоснованности заявленного Обществом требования о включении денежных средств в реестр требований кредиторов должника. При этом суд первой инстанции исходил из того, что наличие аффилированности между должником и Обществом само по себе не является безусловным основанием для признания агентского договора недействительной сделкой, а напротив может преследовать более разумную цель для контроля за денежными средствами собственника недвижимого имущества. Признавая требования Общества обоснованными, суд первой инстанции указал, что независимо от того, был ли должник агентом по продаже имуществом либо неправомерно завладел денежными средствами Общества, должник обязан вернуть Обществу денежные средства в спорной сумме.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции, исходил из того, что, заключая агентский договор с Обществом, должник тем самым искусственно создал задолженность перед ним, в связи с чем пришел к выводу о том, что агентский договор является недействительной (ничтожной) сделкой, заключенный лишь для вида, без намерения создать правовые последствия. В связи с этим апелляционный суд признал агентский договор недействительной сделкой и, учитывая, что Обществом заявлены требования о включении в реестр задолженности по агентскому договору, признанному судом ничтожной сделкой, пришел к выводу о необоснованности заявленного кредитором требования о включении в реестр требований кредиторов должника денежных средств в размере 10 900 000 руб.

Суд кассационной инстанции вывод апелляционного суда об отсутствии оснований для включения в реестр требований кредиторов должника требований, основанных на агентском договоре, находит соответствующим нормам права и представленным доказательствам.

Согласно разъяснениям, данных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35), в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. Исходя из заявленных возражений, суд должен осуществить проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений между кредитором и должником.

С учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533, требование о включении в реестр задолженности по агентскому договору по своей правовой природе аналогично исковому требованию о взыскании долга по соответствующему виду договора, за тем исключением, что в первом случае в отношении должника проводятся процедуры несостоятельности.

Нахождение должника в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума № 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

При наличии аффилированности сторон, к требованию Общества подлежал применению еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306?ЭС16?20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В рассматриваемом случае апелляционным судом установлено, что Общество является заинтересованным лицом по отношению к должнику в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве, поскольку генеральным директором и владельцем 100% доли в уставном капитале Общества является должник.

Таким образом, конечным бенефициаром является должник.

Суд апелляционной инстанции принял во внимание, что должник, являясь генеральным директором Общества, в соответствии с Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» является уполномоченным лицом по подписанию сделки купли-продажи принадлежащей ему недвижимости, то есть в силу указанного Закона должен был исполнить все те же функции, которые исполнял по агентском договору.

Также должник является выгодоприобретателем по договору купли?продажи нежилых помещений, являясь единственным участником Общества.

Однако ни должником, ни Обществом не представлено доказательств экономической целесообразности заключения агентского договора с целью продажи недвижимого имущества Общества.

Апелляционный суд, отклоняя довод Общества о том, что экономической целью заключения агентского договора была налоговая оптимизация (агентский договор позволил разделить сумму дохода Общества на два периода (2016 и 2107 годы), а в случае поступления Обществу всей суммы по договору купли-продажи недвижимости в 2016 году, Общество, находящееся на упрощенной системе налогообложения, потеряло бы право на использование пониженного тарифа, что привело бы к необходимости уплаты дополнительных страховых платежей за 2016 год на сумму более 1 000 000 руб.), исходил из того, что само по себе сохранение у кредитора права на применение упрощенной системы налогообложения в соответствующий налоговый период не подтверждает наличие экономического смысла (выгоды) в совершении сделки купли?продажи опосредованно (через агента). Кроме того, судом апелляционной инстанции отмечено, что наличие в агентском договоре условия об агентском вознаграждении в размере 100 000 руб. свидетельствует о том, что сделка для кредитора была экономически невыгодной.

Следует также отметить, что согласно пункту 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» судам предписано учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

По настоящему делу Обществом не приведено иных экономических причин заключения с должником агентского договора, кроме возможности получения налоговой выгоды путем сохранения права на применение упрощенной системы налогообложения в соответствующем налоговом периоде, в целях уменьшения обязанности по уплате дополнительных страховых платежей.

Таким образом, Общество не представило доказательства экономической целесообразности заключения агентского договора, обоснованность поведения сторон с точки зрения достижения цели как извлечения прибыли, при отсутствии доказательств попыток со стороны заявителя взыскать данную задолженность до введения процедуры банкротства в отношении должника.

При таких обстоятельствах поведение кредитора и должника свидетельствуют о подаче Обществом заявления о включении требования в реестр, основанное на ничтожной сделке, исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 ГК РФ).

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные участвующими в обособленном споре лицами доказательства, а также их доводы и возражения, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определил спорные правоотношения, и, установив отсутствие экономической выгоды по агентскому договору для должника и Общества, направленность сделки на создание искусственной кредиторской задолженности с целью уменьшения в реестре требований объема требований независимых кредиторов, то есть нарушения их прав и законных интересов, пришел к правомерному выводу о недействительности (ничтожности) сделки, на которой основаны требования кредитора, и об отказе в признании требований Общества обоснованными и их включении в реестр требований кредиторов должника.

Изложенные в кассационных жалобах доводы судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку выводов апелляционного суда не опровергают, о нарушении норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств.

Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа



ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2018 по делу № А65-32649/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья М.В. Коноплёва


Судьи Е.В. Богданова


А.Г. Иванова