Решение от 18 сентября 2017 г. по делу № А45-16761/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А45-16761/2016
г. Новосибирск
18 сентября 2017 года
Резолютивная часть решения объявлена 11 сентября 2017 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Суворовой О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску Федерального государственного бюджетного учреждения науки Новосибирский институт органической химии им. Н.Н. Ворожцова Сибирского отделения Российской академии наук (ОГРН <***>), г. Новосибирск

к обществу с ограниченной ответственностью "Мегафарм" (ОГРН <***>), г. Новосибирск

о взыскании 254 838 рублей 48 копеек, при участии:

от истца: ФИО2 (паспорт, доверенность от 19.05.2017);

от ответчика: ФИО3 (паспорт, доверенность от 21.11.2016),

УСТАНОВИЛ:

Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Новосибирский институт органической химии им. Н.Н. Ворожцова Сибирского отделения Российской академии наук (далее – истец, НИОХ СО РАН) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Мегафарм" (далее – ответчик, ООО «Мегафарм) взыскании 254 838 рублей 48 копеек.

Истец уточнил в порядке ст. 49 АПК РФ исковые требования и просил взыскать с ответчика 235 000 рублей основного долга и 6 432 рублей 72 копейки процентов за пользование чужими денежными средствами, всего 241 432 рублей 72 копейки.

Ответчик исковые требования не признал, представил отзыв, указав, что результаты работ не соответствуют условиям договора, техническому заданию, в частности, исполнителем не представлен отчет о НИОКР, не представлена технологическая пропись, наименование временного регламента как «Временный регламент технологического процесса получения концентрата пенного щелочного моющего средства «НиоМега-АНТИПРИГАР ПЕННЫЙ» не соответствует техническому заданию по разработке именно чистящего средства «НиоМега-АНТИПРИГАР ПЕННЫЙ».

Проанализировав исковые требования, исследовав и оценив все представленные доказательства в совокупности согласно части 2 статьи 64, статье 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд установил следующее.

Между истцом и ответчиком был заключен договор № 122-15 от 01.07.2015 на выполнение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ по теме: «Разработка рецептуры и технологии получения чистящего средства для удаления нагара с пищевого оборудования с наработкой опытных образцов».

Дополнительными соглашениями № 2-15 от 04.08.2015 и № 1-15 от 08.08.2015 были внесены изменения в предмет договора, сроки и стоимость работ, в результате которых исполнитель обязан был выполнить работы по теме: «Разработка рецептуры и технологии получения чистящего средства для удаления нагара с пищевого оборудования», общей стоимостью 375 000 рублей.

Исполнитель выполнил работы и передал заказчику технические условия ТУ 238100-094-03533903-2015 «Концентрированное жидкое пенное щелочное средство для удаления пищевых нагаров «Ниомега АНТИПРИГАР ПЕННЫЙ», временный регламент № ВР 238100-094-15 технологического процесса получения концентрата пенного щелочного моющего средства «НиоМега-АНТИПРИГАР ПЕННЫЙ».

Отсутствие оплаты выполненных работ послужило поводом для обращения истца с настоящим иском.

В силу ст. 769 ГК РФ по договору на выполнение научно-исследовательских работ исполнитель обязуется провести обусловленные техническим заданием заказчика научные исследования, а по договору на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ - разработать образец нового изделия, конструкторскую документацию на него или новую технологию, а заказчик обязуется принять работу и оплатить ее.

Согласно ст. 773 Кодекса исполнитель в договорах на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ обязан выполнить работы в соответствии с согласованным с заказчиком техническим заданием и передать заказчику их результаты в предусмотренный договором срок.

Заказчик обязан представить исполнителю необходимую для выполнения работ информацию, принять результаты выполненных работ и оплатить их (п. 1 ст. 774 ГК РФ).

Оспаривая исковые требования истец указал на незаключенность договора, поскольку не согласован его предмет. Так, в техническом задании к договору не конкретизируется для очистки какого именно промышленного оборудования должна быть разработана рецептура чистящего средства, с какими материалами совместимо чистящее средство, какое по составу должно быть чистящее средство, какая должна быть его моющая способность и т.п. Из содержания спорных документов (временного регламента, технических условий) следует, что оно не пригодно для оборудования из алюминия, однако ответчику требовалось именно чистящее средство для удаления загрязнений пищевого оборудования из алюминия.

Изучив доводы истца, суд признает их необоснованными в силу следующего.

На основании ст. ст. 773, 774 и 778 ГК РФ исполнитель в договорах на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ обязан выполнить работы в соответствии с согласованным с заказчиком техническим заданием и передать заказчику их результаты в предусмотренный договором срок, а заказчик - принять результаты выполненных работ и оплатить их. К срокам выполнения и к цене работ, а также к последствиям неявки заказчика за получением результатов работ применяются правила статей 708, 709 и 738 ГК РФ.

Исходя из положений п. 1 ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Таким образом, в силу названных правовых норм существенными для спорного договора являются условия о содержании и объеме работ (предмете) и сроках их выполнения.

Из условий договора следует, что существенные условия договора стороны согласовали в п. 1.1. договора и приложениях к договору № 1,2,3.

Так, предметом договора являлось (с учетом дополнительных соглашений) «Разработка рецептуры и технологии получения чистящего средства для удаления нагара с пищевого оборудования».

Согласно п. 1.2. договора заказчик предоставляет исполнителю утверждённое им техническое задание к договору на проведение работ, предусмотренных договором.

В силу пункта 2 статьи 774 Гражданского кодекса Российской Федерации техническое задание выдается заказчиком, если такая обязанность предусмотрена договором. В этом случае техническое задание является его неотъемлемой частью.

Факт разработки технического задания к Договору именно заказчиком установлен судом и не оспаривается ответчиком.

Так, согласно техническому заданию, целью работы является разработка рецептуры и технологии получения чистящего средства (с предоставлением технических условий, технологической прописи).

Какие-либо отдельные условия, в том числе о необходимости разработки рецептуры чистящего средства для конкретного вида пищевого оборудования, заказчик не указал.

Таким образом, доводы истца о незаключенности договора противоречат фактическим обстоятельствам и не основаны на нормах права, т.к. представленные суду доказательства фактического выполнения работ, отсутствие спора и вопросов, как при заключении договора, так и в ходе выполнения работ, о предмете и способах выполнения работ, согласовании существенных условий, свидетельствуют о заключенности договора.

В подтверждении факта выполнения работ истец представил в материалы дела технические условия ТУ 238100-094-03533903-2015 «Концентрированное жидкое пенное щелочное средство для удаления пищевых нагаров «Ниомега АНТИПРИГАР ПЕННЫЙ», временный регламент № ВР 238100-094-15 технологического процесса получения концентрата пенного щелочного моющего средства «НиоМега-АНТИПРИГАР ПЕННЫЙ», акт выполненных работ от 17.07.2015, подписанный в одностороннем порядке исполнителем - НИОХ СО РАН.

В подтверждении факт передачи результата работ заказчику истец представил копию доставочного листа № 00115801 от 30.05.2016, в котором указан, в том числе, адрес доставки – <...>, а также данные и подпись получателя – ФИО4

Ответчик, оспаривая факт получения 30.05.2016 рецептуры средства, указал, что из доставочного листа невозможно установить содержание передаваемых документов и тот факт, что они передавались именно ООО «Мегафарм». Ответчиком представлена выписка из журнала входящей корреспонденции, в которой отсутствует соответствующая запись о поступлении документов от НИОХ СО РАН.

При этом факт наличия на предприятии в спорный период времени работника ФИО4 ответчик не оспорил, представил приказы о приеме и увольнении ФИО4

Оценив доставочный лист по правилам ст.ст. 65,71 АПК РФ, суд приходит к выводу, что оно не подтверждает факт передачи документации ответчику 30.05.2016, поскольку невозможно определить, какие именно документы фактически направлены адресату, так как описи вложения нет.

Ссылка истца на акт сверки взаимных расчетов, содержащий подписи и печати сторон, также не может рассматриваться судом как доказательство фактического выполнения истцом работ и передачи их ответчику.

Акт сверки взаиморасчетов - это документ, отражающий состояние взаимных расчетов между сторонами за определенный период. Акт сверки взаимных расчетов только подтверждает наличие или отсутствие задолженности одной из сторон, возникшей на основании первичных учетных документов.

В случае отсутствия первичных учетных документов, акт сверки взаимных расчетов, сам по себе не может расцениваться как доказательство наличия задолженности, и не может порождать права и обязанности ответчика. Акт сверки не является первичным учетным документом, так как не соответствует требованиям, предъявляемым статьей 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", и сам по себе не может подтверждать факт выполнения работ, оказания услуг.

Ссылка истца на то обстоятельство, что ответчиком были приняты по актам опытные образцы чистящего средства по разработанной истцом рецептуре, не может свидетельствовать о том, что ответчик имел в распоряжении непосредственно рецептуру чистящего средства.

Судом был сделан запрос в Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Новосибирской области о предоставлении информации о том, обращалось ООО «Мегафарм» с заявлением о выдаче свидетельства о государственной регистрации продукции «Концентрированное жидкое пенное щелочное средство для удаления пищевых нагаров «НиоМега Антипригар пенный».

Согласно ответу Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Новосибирской области от 18.08.2017 (л.д. 117 т.3), ООО «Мегафарм» с соответствующим заявлением не обращалось, свидетельство о государственной регистрации на указанную продукцию Управлением не выдавалось.

Таким образом, истец не доказал, что на момент обращения с иском в суд заказчик получил результат работ по договору и использовал его по назначению.

В рамках рассмотрения дела по существу, истец представил доказательства повторного направления результата работ по договору в адрес ответчика.

Данное обстоятельство ответчик не отрицал и подтвердил, что им 30.11.2016 получены спорные документы.

При этом, ответчик указал, что 21.12.2016 был направлен в адрес истца мотивированный отказ от подписания акта выполненных работ и отказ от исполнения договора, поскольку исполнитель не представил отчет о работах, технологическую пропись и счет. Кроме того, исполнитель разработал рецептуру моющего средства, а по условиям договора необходимо было разработать чистящее средство.

В судебном заседании 15.02.2017 представитель истца, начальник опытного химического цеха ФИО5 дал пояснения, указав, что в настоящее время требования к товарам бытовой химии устанавливаются межгосударственным стандартом ГОСТ 32478-2013, из содержания которого следует, что чистящие и моющие средства не разделены друг от друга; показатели для моющих средств ГОСТом не предусмотрены. Заказчику вместо технологической прописи был представлен Временный технологический регламент, который является технологическим документом более высокого порядка.

Ответчиком было заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы для определения соответствия результата работ условиям договора.

Определением арбитражного суда от 09.03.2017 была назначенная судебная экспертиза. На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

1.Соответствует ли объем, состав, качество выполненной и предъявленной к приемке документации (технические условия ТУ 238100-094-03533903-2015 «Концентрированное жидкое пенное щелочное средство для удаления пищевых нагаров «Ниомега АНТИПРИГАР ПЕННЫЙ», временный регламент № ВР 238100-094-15 технологического процесса получения концентрата пенного щелочного моющего средства «НиоМега-АНТИПРИГАР ПЕННЫЙ») условиям договора № 122-15 от 01.07.2015, техническому заданию к нему (с учетом дополнительного соглашения № 1-15 от 08.08.2015), а также обязательным требованиям, предъявляемым к указанной документации.

При ответе на первый вопрос также указать: рецептура и технология производства какого вещества (моющего или чистящего), исходя из его свойств, указана в технических условиях ТУ 238100-094-03533903-2015 «Концентрированное жидкое пенное щелочное средство для удаления пищевых нагаров «Ниомега АНТИПРИГАР ПЕННЫЙ», временном регламенте № ВР 238100-094-15 технологического процесса получения концентрата пенного щелочного моющего средства «НиоМега-АНТИПРИГАР ПЕННЫЙ»?

Возможно или нет получить вещество, обладающее свойствами, заявленными в документации: технических условиях ТУ 238100-094-03533903-2015 «Концентрированное жидкое пенное щелочное средство для удаления пищевых нагаров «Ниомега АНТИПРИГАР ПЕННЫЙ», временном регламенте № ВР 238100-094-15 технологического процесса получения концентрата пенного щелочного моющего средства «НиоМега-АНТИПРИГАР ПЕННЫЙ»?

2. Какие работы, порученные исполнителю, не выполнены либо не соответствуют условиям договора, техническому заданию к договору и нормативным требованиям?

3. Являются ли выявленные недостатки существенными, исключающими использование результата работ для целей, указанных в договоре?

Согласно заключению эксперта, объем, состав, качество выполненной и предъявленной к приемке документации не соответствует условиям договора и обязательным требованиям, предъявляемым к указанной документации, так как было разработано моющее средство «Ниомега АНТИПРИГАР ПЕННЫЙ» вместо чистящего средства.

В представленных эксперту документах указана рецептура и технология производства моющего средства.

Моющие и чистящие средства относятся к различным группам товаров бытовой химии. Чистящие средства входят в группу «Средства для очистки и полировки», в том время как «Средства моющие» это отдельная группа товаров бытовой химии. При этом основным отличием моющих средств является их применение только в виде водного раствора, в то время как чистящие средства применяются в чистом виде и для процесса очистки не требуется разбавления и присутствия воды.

По составу документация соответствует условиям договора (п. 14 дополнительного соглашения № 1-15 к договору № 122-15 от 01.07.2015).

Выявленные недостатки эксперт признал существенными и исключающими использование результата работ для целей «разработка рецептуры и технологии получения чистящего средства для удаления нагара с пищевого оборудования».

В судебном заседании был допрошен эксперт ФИО6, который подтвердил свои выводы, указанные в заключении, дал ответы на вопросы сторон и суда, в том числе о перечне используемой литературы и нормативных актов, а также пояснил, что одним из основных различий чистящих и моющих средств является их способ воздействия на загрязнение. Чистящее средство помимо моющей способности должно обладать еще и чистящей способностью. Методики определения чистящей и моющей способности средств закреплены в Отраслевых стандартах: ОСТ 6-15-1660-90 Средства чистящие бытовые. Методика определения чистящей способности средств для чистки эмалированных и полимерных поверхностей; ОСТ 6-15-1662-90 Средства чистящие бытовые. Методика определения моющей способности.

Из анализа разработанной рецептуры следует, что разработанное средство бытовой химии обладает только моющей способностью, поскольку не приведено значений, определяющих чистящую способность средства, что исключает признание данного средства чистящим.

Истец с выводами эксперта не согласился, представил пояснения своего работника ФИО7 (стажер-исследователь НИОХ СО РАН), согласно которым он приходит к выводам, что вопреки заключению эксперта чистящие средства могут разбавляться водой; чистящие и моющие средства помещены в один раздел классификатора ОКПД; разделение средств на моющие и чистящие носит формальный характер и не предусмотрено ГОСТ 32478-2013.

Истец заявил ходатайство о назначении повторной экспертизы. Ответчик возражал против удовлетворения ходатайства.

В судебном заседании 11.09.2017 истец отозвал ходатайство о назначении повторной экспертизы, в связи с чем, ходатайство судом не рассматривается.

Оценив заключение эксперта, заслушав пояснения эксперта, суд приходит к выводу, что оснований не доверять выводам эксперта, обладающего специальными познаниями, давшего подписку об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не имеется. Доказательства недостоверности представленного экспертного заключения сторонами не представлены.

Экспертное заключение соответствует положениям статей 64, 67, 68, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, истец, принадлежащим ему правом заявления ходатайства в суде о назначении по делу повторной экспертизы, не воспользовалось, каких-либо иных доказательств, опровергающих выводы эксперта, не представил. Соответственно, в силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле, несет риск наступления последствий несовершения им процессуальных действий.

Исходя из положений статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд в отсутствие сомнений в обоснованности заключения эксперта и при отсутствии противоречий в выводах эксперта считает возможным руководствоваться данным заключением при вынесении решения.

Оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о недоказанности истцом факта качественного выполнения работ, передачи его заказчику в установленный договором срок, использование заказчиком результата работ.

С учетом изложенного арбитражный суд приходит к выводу о том, что НИОХ СО РАН не представило достаточных доказательств в обоснования заявленных требований в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вследствие чего исковые требования удовлетворению не подлежат.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины, по оплате ответчиком расходов по проведению экспертизы суд распределяет в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Истцом было заявлено ходатайство о проведении повторной экспертизы, на депозитный счет суда платежным поручением № 42964 от 09.06.2017 перечислены 67 500 рублей, денежные средства поступили на счет суда. В связи с отзывом истцом ходатайства, вопрос о назначении экспертизы не рассматривался, следовательно, денежные средства с депозитного счета суда подлежат возврату истцу.

Руководствуясь статьями 167 - 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Федерального государственного бюджетного учреждения науки Новосибирский институт органической химии им. Н.Н. Ворожцова Сибирского отделения Российской академии наук отказать в полном объёме.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения науки Новосибирский институт органической химии им. Н.Н. Ворожцова Сибирского отделения Российской академии наук (ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Мегафарм" (ОГРН <***>) судебные расходы по оплате экспертизы в размере 30 000 рублей.

Возвратить Федеральному государственному бюджетному учреждению науки Новосибирский институт органической химии им. Н.Н. Ворожцова Сибирского отделения Российской академии наук (ОГРН <***>) из федерального бюджета государственную пошлину в размере 267 рублей 77 копеек.

Возвратить Федеральному государственному бюджетному учреждению науки Новосибирский институт органической химии им. Н.Н. Ворожцова Сибирского отделения Российской академии наук (ОГРН <***>) с депозитного счета арбитражного суда Новосибирской области денежные средства в размере 67 500 рублей, перечисленные по платежного поручению № 42964 от 09.06.2017.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в течение месяца со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск).

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья О.В. Суворова