Постановление от 17 октября 2024 г. по делу № А56-23540/2022

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-23540/2022
17 октября 2024 года
г. Санкт-Петербург
/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена 09 октября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 17 октября 2024 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Тарасовой М.В.,

судей Герасимовой Е.А., Кротова С.М.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Вороной Б.И.,

при участии посредством веб-конференции:

конкурсного управляющего ФИО1 (паспорт)

от ФИО2 – представителя ФИО3 (доверенность от 11.01.2024),


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (регистрационный номер 13АП-18608/2024) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.04.2024 по обособленному спору №А56-23540/2022/суб.1 (судья Климентьев Д.А.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Балтийское Строительное Управление»,

ответчики: ФИО4, ФИО2,



установил:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 29.03.2022 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Балтийское Строительное Управление» (далее – должник, ООО «БСУ»).

Определением арбитражного суда от 04.05.2022 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1.

Решением от 27.10.2022 арбитражный суд признал должника несостоятельным (банкротом), открыл процедуру конкурсного производства, конкурсным управляющим утвердил ФИО1

В арбитражный суд 23.06.2023 обратился конкурсный управляющий с заявлением о привлечении ФИО4, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно в размере 13 047 545,34 рублей.

Определением от 25.04.2024 арбитражный суд удовлетворил заявленные требования в части, привлек ФИО2 (далее - ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «БСУ», взыскав с ответчика в пользу должника денежные средства в сумме 13 047 545,34 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 25.04.2024 отменить в той части, в которой заявление конкурсного управляющего признано обоснованным, принять по делу новый судебный акт, в удовлетворении требований конкурсного управляющего к ответчику отказать.

ФИО2 утверждает, что признанные недействительными сделки (с учетом примененной реституции на сумму 796 181 рублей при размере реестровых обязательств на сумму 13 047 545,34 рублей) не могут являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку денежные средства ответчиками по сделкам возвращены в конкурсную массу в полном объеме, а сами сделки не являлись причиной банкротства должника, не могли существенно повлиять на его финансовое состояние. Наличие судебного акта об истребовании у ответчика сведений и документации должника, сам по себе не является основанием для установления основания, предусмотренного статьей 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), для привлечения к субсидиарной ответственности. Ссылаясь на факт передачи конкурсному управляющему документации должника, а также базы 1С на электронном носителе, ответчик утверждает, что конкурсный управляющий не обосновал причину, по которой не может получить из базы 1С сведения о контрагентах должника и их дебиторской задолженности, как и сведения о расходовании денежных средств должника из выписок о движении денежных средств по счетам должника. Конкурсный управляющий не обосновал, каким образом неотражение в бухгалтерской отчетности сведений о списании запасов повлияло на финансовое положение должника, притом, что с учетом специфики деятельности должника (строительные подрядные работы) материалы, числящиеся в запасах, расходовались в ходе проведения таких подрядных работ. Суд первой инстанции не учел пояснения ответчика о том, что дебиторская задолженность фактически отсутствует, поскольку представляет собой выданные авансы, отражена в отчетности ошибочно. Таким образом, по мнению апеллянта, конкурсный управляющий не доказал наличие причинно-следственной связи между искажением бухгалтерской документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. Кроме того, ФИО2 полагает, что суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу об искажении базы 1С, переданной конкурсному управляющему, поскольку последний не ходатайствовал о проведении экспертизы на предмет достоверности содержащихся в ней сведений, а отсутствие файла журнала регистрации на флеш-накопителе от 29.02.2024 об этом не свидетельствует, поскольку обновление программы/ее релиз не влияет на набор или состав пользовательской информации. В подтверждение указанных обстоятельств апеллянт приложил к жалобе ответ ООО «Что деть Система» от 13.05.2024 на запрос ФИО2 от 06.05.2024.

В отзывах на апелляционную жалобу ООО «Телеком XXI век» и конкурсный управляющий возражают против удовлетворения жалобы, просят оставить определение от 25.04.2024 в обжалуемой части без изменения, полагая его законным и обоснованным.

Протокольным определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2024 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 09.10.2024.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В настоящем судебном заседании его участники поддержали доводы, изложенные в своих процессуальных документах.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Принимая во внимание, что в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в силу части 5 статьи 268 АПК РФ проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части при отсутствии возражений.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы и возражения конкурсного управляющего и ООО «Телеком XXI век» в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон №266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона №266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона №266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон №73-ФЗ), а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона №266-ФЗ.

Если данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона №266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Между тем, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролировавших должника лиц подано 23.06.2023, а также исходя из доводов конкурсного управляющего о вменяемых ответчику действиях по совершению убыточных сделок в период 2020 года, а также неисполнение после января 2021 года обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника, подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ.

Правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы, как это установлено пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве.

Таким образом, конкурсный управляющий должника уполномочен обращаться в суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В обоснование наличия у ответчика статуса контролирующего должника лица, конкурсный управляющий указал, что ФИО2 в период с 28.01.2020 по дату открытия конкурсного производства являлся руководителем должника, что в соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве позволяет признать его контролирующим должника лицом.

Обращаясь в арбитражный суд с заявленными требованиями, конкурсный управляющий в качестве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности указал на неисполнение обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве не позднее января 2021 года, а также невозможность полного погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) в связи с непередачей конкурсному управляющему бухгалтерской документации должника, его материальных ценностей, искажением информации в документах бухгалтерского учета, а также вследствие совершения убыточных для должника сделок.

По мнению конкурсного управляющего, с марта-апреля 2020 года должник перестал исполнять обязательства перед ООО «Телеком XXI век», начиная с августа 2020 года деятельность должника прекратилась, а с января 2021 бухгалтерские отчеты перестали сдаваться. По состоянию на декабрь 2020 года должник располагал активами в размере 11 767 000 рублей, однако, контролирующее должника лицо не приняло мер для осуществления расчетов с кредитором, задолженность перед которым по договорам займа от 29.01.2020 №02-08/2020 (срок возврата займа в размере 3 500 000 рублей не позднее 20.04.2020) и от 02.03.2020 №03-08/2020 (срок возврата займа в размере 2 550 000 рублей не позднее 17.03.2020) в размере 13 047 545,34 рублей (в том числе 7 492 645,34 рублей основного долга и 5 554 900 рублей неустойки) сформировалась и была в дальнейшем взыскана решением от 25.11.2021, не обратилось с заявлением о признании должника банкротом, а вместо этого совершило ряд безвозмездных платежей в пользу подконтрольного ему юридического лица, а также в пользу физических лиц и индивидуальных предпринимателей, осуществив вывод имущества должника, во избежание обращения взыскания на него.

Обязанность по подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве должника, установленную статьей 9 Закона о банкротстве, в срок не позднее января 2021 года, ФИО2 не исполнил (статья 61.12 Закона о банкротстве).

Кроме того, ввиду ненадлежащего исполнения обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим в судебном порядке у ответчика истребована финансово-хозяйственная документация должника, однако ответчик продолжает уклоняться от исполнения указанной обязанности, недобросовестным поведением препятствует осуществлению деятельности конкурсного управляющего. Несмотря на передачу части документации, базы 1С и двух наименований имущества, конкурсный управляющий лишен возможности сформировать конкурсную массу за счет запасов и приобретенных должником товаро-материальных ценностей, которые в ходе инвентаризации не обнаружены, а также за счет дебиторской задолженности, поскольку документация передана не в полном объеме, база 1С искажена.

Оценив представленные доказательства и приведенные конкурсным управляющим доводы, суд первой инстанции пришел к выводу, что совокупность обстоятельств, подлежащих доказыванию в целях привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника, документально не подтверждена. Указанные выводы не обжалованы.

Удовлетворяя заявленные конкурсным управляющим требования в отношении ФИО2, суд установил наличие оснований, предусмотренных статьей 61.11 Закона о банкротстве, исходя из следующего.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 10.02.2023 по обособленному спору №А56-23540/2022/истр.1 удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании у ответчика документации должника. При этом, в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора ФИО2 передал конкурсному управляющему документы и сведения, базу 1С, а также имущество (блок-контейнер, тахеометр), однако документы переданы не в полном объеме, сведения о месте нахождения иного имущества - основных средств (379 000 рублей), запасов (3 708 000 рублей) и дебиторской задолженности (7 005 000 рублей), не представлены, а сведения базы 1С искажены.

Кроме того, арбитражный суд установил, что в результате необоснованных перечислений денежных средств в пользу ООО Строительная компания «Атас Констракшн» и ИП ФИО5 из конкурсной массы должника выбыли денежные средства в сумме 796 181 рублей. Указанные сделки определениями от 26.09.2023 и 03.11.2023 признаны недействительными, с ответчиков взысканы денежные средства в конкурсную массу должника. Несмотря на то, что судебные акты исполнены ответчиками, денежные средства возвращены в конкурсную массу, суд первой инстанции пришел к выводу, что указанные обстоятельства не освобождают контролирующее должника лицо от субсидиарной ответственности с учетом того, что на дату совершения недействительных сделок должник был лишен возможности за счет этих денежных средств произвести погашение задолженности перед кредитором.

Указанные обстоятельства в совокупности позволили суду первой инстанции признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по статье 61.11 Закона о банкротстве.

Возражая против указанных выводов в части совершения сделок, апеллянт указал, что вред, причиненный должнику необоснованным перечислением денежных средств контрагентам должника на сумму 796 181 рублей, нивелирован возвратом денежных средств в конкурсную массу, а сами сделки не являлись для должника существенно убыточными, приведшими его к состоянию неплатежеспособности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – постановление №53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В силу пункта 20 постановления №53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Как следует из материалов дела, согласно бухгалтерской отчетности должника за 2020 год в составе его активов числились активы на сумму 11 767 000 рублей, из которых: 3 708 000 рублей - запасы; 676 000 рублей - денежные средства и денежные эквиваленты; 7 005 000 рублей - финансовые и другие оборотные активы.

Однако, вопреки выводу суда первой инстанции, платежи должника на сумму 796 181 рублей, признанные недействительными сделками в рамках дела о банкротстве ООО «БСУ» по специальным основаниям, предусмотренным нормами Закона о банкротстве, и оцененные судом первой инстанции в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности, не могут, по мнению апелляционной коллегии, быть признанными причиной банкротства должника, поскольку сумма сделок по перечислениям денежных средств не превышает 20% от балансовой стоимости активов должника за 2020 год, а потому в масштабах его деятельности, такие сделки не являлись существенно убыточными, повлекшими невозможность исполнения обязательств перед кредитором, причинно-следственная связь между действиями ответчика и объективным банкротством должника отсутствует, ввиду чего к рассматриваемому требованию подлежат применению нормы о взыскании убытков.

Вместе с тем, ввиду того обстоятельства, что денежные средства возвращены ответчиками по сделкам в конкурсную массу, основания для взыскания с ФИО2 убытков на сумму сделок/платежей у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Иные сделки должника, которые в совокупности с названными были бы оценены как приведшие к невозможности погашения требований кредиторов, судом первой инстанции не указаны.

Несмотря на неверный вывод суда первой инстанции о совершении контролирующим должника лицом сделок, приведших к невозможности погашения требований кредитора, такой вывод не повлек принятие неправильного по существу судебного акта в обжалуемой части.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, а в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 постановления №53).

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством России, к моменту введения наблюдения (признания должника банкротом) отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве);

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункт 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 24 постановления №53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения о том, как отсутствие документов (отсутствие в них полной информации или наличие в документах искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска, при этом, как ранее, так и в настоящее время, действовала презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что, скрывая, уничтожая, искажая, производя иные манипуляции с названной документацией, руководитель утаивает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение управляющего и кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. Непосредственно причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 или 61.12 Закона о банкротстве (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 №305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Наличие механизма судебного истребования документации не исключает безусловную обязанность руководителя должника самостоятельно передать хозяйственные документы общества. Истребование документов является правом, а не обязанностью конкурсного управляющего. Ненаправление запроса конкурсным управляющим о предоставлении документов должника в адрес места жительства ответчика не отменяет действие обязанности бывшего руководителя должника, ретранслированной в норму абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, постановлением суда апелляционной инстанции от 10.02.2023 по обособленному спору №А56-23540/2022/истр.1, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 11.05.2024, удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании у ответчика финансово-хозяйственной документации должника, необходимой для осуществления полномочий конкурсного управляющего (перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника), согласно перечню.

При этом, в ходе рассмотрения названного обособленного спора суд апелляционной инстанции критически оценил утверждение ФИО2 об отсутствии у него права распоряжаться денежными средствами (счетами) должника, а также о неполучении им заработной платы в качестве директора, и в частности - нахождении его с 2021 года по 14.02.2022 в отпуске за свой счет; принял во внимание отсутствие доказательств нахождения документации должника у какого-либо иного лица или невозможности ее восстановления ФИО2

Исследуя обстоятельства, связанные с наличием или отсутствием оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по заявленным доводам, суд первой инстанции установил, что управляющему не была передана в полном объеме бухгалтерская и иная документация должника, подтверждающая или опровергающая наличие у должника активов в виде основных средств (379 000 рублей), запасов (3 708 000 рублей), дебиторской задолженности (7 005 000 рублей), денежных средств и денежных эквивалентов (676 000 рублей).

При этом, судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы ФИО2 о том, что фактический остаток товаров на складах составляет 148 169,94 рублей; утрачена возможность взыскания дебиторской задолженности в сумме 554 595,74 рублей (ООО «АИ-ВИДЕО» 474 467,25 рублей, ООО «Балтэнергмонтаж» 80 128,49 рублей), так как 11.12.2020 «АИ-ВИДЕО» признано банкротом, 23.11.2020 ООО «Балтэнергмонтаж» ликвидировано; сумма сальдо по выданным авансам подтверждается актами сверки взаимных расчетов с ООО «ЕвроСтэп», ООО «КЗ-СЦС», ООО «САЛЮТ», ООО «СК2», ООО «ЭкоПетроБалс-С», ООО «Энергия» (приобщены в судебном заседании 29.02.2024), и в связи с ошибочным отражением суммы и неверным подведением итогов взаимоотношений компаний в бухгалтерской базе составляет 84 846,70 рублей, а не 1 612 019,50 рублей.

Так, представленные акты сверок действительно не могут быть признаны допустимыми доказательствами, поскольку составлены самим ФИО2, подписи контрагентов отсутствуют, первичная бухгалтерская документация в отношении совершенных сделок не представлена.

Апелляционная коллегия полагает правильным критическое отношение суда первой инстанции к представленным ответчиком пояснениям о расходовании материалов при производстве работ, об утере электромуфтового сварочного аппарата ввиду того, что в первичными бухгалтерскими документами указанные факты хозяйственной деятельности должника не подтверждены, иными первичными документами указанные пояснения подтверждаются, с другими доказательствами не согласуются.

Более того, сами по себе объяснения ФИО2 о природе актива, отраженного в бухгалтерском балансе как дебиторская задолженность, данные как в суде первой инстанции, так и изложенные в апелляционной жалобе, не подтверждены документально, расходятся по суммам и перечню контрагентов; позиция и пояснения ФИО2 неоднократно менялась, является непоследовательной и противоречивой. Факт ошибочного отражения сведений в бухгалтерской отчетности апеллянт не отрицает, однако, принимая во внимание непередачу первичной документации, которая позволила бы установить непреднамеренность ошибок, которые должник, будучи генеральным директором, не лишен был возможности исправить и скорректировать баланс, восстановив надлежащий учет, суд апелляционной инстанции считает возможным согласиться с выводом об искажении отчетности.

Кроме того, правильными представляются и выводы о передаче ответчиком в электронном формате программы 1С: Бухгалтерия 8 ПРОФ с данными начиная с 2026 года, в искаженной версии.

Апеллянт указывает, что сама по себе версия программы (ее релиз) не изменяет содержание пользовательской информации, однако, доказательств возможности формирования в переданной конкурсному управляющему на флеш-носителе программе Журнала регистрации, в котором фиксируются действия всех пользователей, за все время использования программы, такие как: внесение, удаление и изменение пользователями документов реализации и поступлений товаров (работ, услуг), банковских выписок, начисленной заработной платы, уплаты налогов и т.д., ответчик не представил. Факт «очистки» журнала регистрации, вследствие которого не представляется возможным установить полноту данных и провести анализ на соответствие действительной картине ведения бухгалтерского и налогового учета деятельности ООО «БСУ» зафиксирован ООО «Что делать Консалт», являющимся официальным партнером фирмы «1С» и входят в группу компаний «Первый Дом Консалтинга «Что делать Консалт» (ответ от 03.04.2024 №ЧДС-179 на запрос суда первой инстанции).

Ссылки ФИО2 на иное мнение специалистов по вопросам, сформулированным им в запросе, направленном после принятия обжалуемого судебного акта, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку ходатайства о проведении экспертизы ответчик не заявлял.

Искаженная база 1С не позволяет восполнить пробелы в сведениях о финансово-хозяйственной деятельности, связанные с отсутствием непереданной первичной документации должника, проверить соответствие переданных документов фактическим обстоятельствам, предъявить требования к контрагентам-дебиторам, выявить, инвентаризировать и реализовать основные средства и запасы должника, оспорить сделки.

Непредоставление полного пакета финансово-хозяйственной документации должника явилось препятствием для формирования конкурсной массы, исходя из того, что мероприятия, выполняемые управляющим в ходе конкурсного производства для целей пополнения конкурсной массы, определяются именно содержанием передаваемой документации, позволяющей принять меры по защите прав должника и кредиторов, получение же конкурсным управляющим информации из других источников значительно затрудняет и увеличивает срок производства по делу о банкротстве, а также текущие затраты на процедуру,

Ответчик не опроверг презумпцию невозможности пополнения конкурсной массы в результате непередачи полного объема документации, ее искажения.

Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, который в отсутствие убедительных доказательств, опровергающих доводы конкурсного управляющего, признал доказанным материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличие в данном случае причинно-следственной связи между непередачей ФИО2 конкурсному управляющему документации должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр, а также наступившими негативными последствиями для конкурсных кредиторов, не имеющих возможности получить удовлетворение своих требований, установив размер субсидиарной ответственности в сумме реестровых обязательств должника, составляющих 13 047 545,34 рублей.

Суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения жалобы, изучения материалов дела полагает, что выводы суда первой инстанции в указанной части соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям действующего законодательства.

Несогласие с выводами суда, основанными на оценке фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, не свидетельствует о наличии в принятом по спору судебном акте нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

При таких обстоятельствах апелляционный суд не усматривает оснований для удовлетворения апелляционных жалоб, обжалуемое определение соответствует обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены судом первой инстанции правильно.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.04.2024 по обособленному спору №А56-23540/2022/суб.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

Е.А. Герасимова

С.М. Кротов