Решение от 20 августа 2019 г. по делу № А28-8126/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КИРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

610017, г. Киров, ул. К. Либкнехта,102

http://kirov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ



Дело № А28-8126/2018
город Киров
20 августа 2019 года
Резолютивная часть решения объявлена 09 августа 2019 года.

В полном объеме решение изготовлено 20 августа 2019 года.

Арбитражный суд Кировской области в составе судьи Мочаловой Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Немчаниновой Л.Ю.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «1С-Софт» (ИНН: <***>; ОГРН: <***>; место нахождения (юридический адрес): 127434, <...>, этаж 6, комната 38)

к обществу с ограниченной ответственностью «Дружба» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>, место нахождения (юридический адрес): 613540, <...>),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, –

ФИО1 (место жительства: Кировская область),

о взыскании 50 000 рублей 00 копеек,

при участии в судебном заседании представителей:

от истца – ФИО2, предъявившего паспорт и доверенность от 29.12.2018 (сроком до 31.12.2019),

от ответчика – ФИО3, адвоката, предъявившего удостоверение от 01.09.2010 № 617 и доверенность от 14.12.2016 (сроком 3 года),

установил:

общество с ограниченной ответственностью «1С-Софт» (далее – истец, ООО «1С-Софт») обратилось в Арбитражный суд Кировской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Дружба» (далее – ответчик, ООО «Дружба») о взыскании денежных средств в сумме 50 000 рублей 00 копеек – компенсация за нарушение авторских и смежных прав, а также судебных расходов по государственной пошлине.

Определением от 12.07.2018 иск принят к рассмотрению в порядке упрощенного производства, определением от 05.09.2018 осуществлен переход к рассмотрению дела по общим правилам искового производства с назначением предварительного судебного заседания на 04.10.2018 с указанием на возможность перехода в судебное заседание по первой инстанции в тот же день; протокольными определениями от 04.10.2018, от 21.11.2018, от 17.12.2018, определением от 04.02.2019, протокольными определениями от 12.03.2019, от 11.04.2019, от 08.05.2019, от 18.06.2019, от 08.07.2019, от 30.07.2019 отложено судебное разбирательство, соответственно, на 21.11.2018, на 17.12.2018, на 04.02.2019, на 12.03.2019, на 11.04.2019, на 08.05.2019, на 18.06.2019, на 08.07.2019, на 30.07.2019, на 09.08.2019.

Также определением от 04.02.2019 к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований на предмет спора привлечена ФИО1 (далее – третье лицо, ФИО1).

В соответствии с положениями глав 12 и 29, статей 136 и 137, 156, 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд, рассматривая настоящее дело и учитывая имеющиеся документы, исходил из того, что необходимые меры по уведомлению сторон и третьего лица о судебном процессе приняты. В том числе, судебные извещения третьему лицу, неоднократно направленные по известным суду адресам места жительства, возвращены почтой без вручения с отметками, среди прочего, «истек срок хранения», судебное извещение, направленное по известному суду адресу места работы третьего лица, получено.

От истца и ответчика обеспечено участие представителей в состоявшихся по делу судебных заседаниях (за исключением судебного заседания 21.11.2018, проведенного в отсутствие представителя ответчика), а также в ходе судебного процесса от сторон поступили письменные процессуальные документы, которые приобщены в дело.

Третье лицо отзыв на иск, каких-либо ходатайств, заявлений не направило.

В связи с этим, поскольку непредставление кем-либо из участвующих в деле лиц документов по делу само по себе не препятствует рассмотрению дела, суд счел возможным в судебном заседании 09.08.2019 при участии представителей истца и ответчика, в отсутствие третьего лица, разрешить спор по существу по имеющимся документам.

Суд учел, что в ходе судебного процесса от истца поступили заявление об уточнении исковых требований от 16.08.2018, ходатайство об истребовании доказательств и рассмотрении дела в общем порядке от 16.08.2018, ходатайство от привлечении к участию в деле третьего лица от 17.12.2018, возражения на отзыв на иск от 30.01.2019, дополнение к исковому заявлению от 13.06.2019, ходатайство о приобщении документов от 30.07.2019, дополнительные пояснения по принадлежности ноутбука от 30.07.2019.

Ответчик представил отзыв на исковое заявление от 25.07.2018 с дополнениями от 19.11.2018, от 19.07.2019.

Протокольным определением от 04.10.2018 в силу статьи 49 АПК РФ суд принял заявление истца об увеличении исковых требований до 389 400 рублей 00 копеек, направленное в материалы дела 16.08.2018, продолжил рассмотрение дела с учетом данных уточнений.

Из названных выше документов следует, что требования ООО «1С-Софт» основаны на положениях статей 1229, 1234, 1252, 1261, 1270, 1285, 1299, 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовых позициях, изложенных в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400 (далее – ГК РФ, Определение от 08.06.2016), Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2007 № 14 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака». Требования мотивированы тем, что в рамках административного дела № 5-31/2016, после ознакомления с заключением эксперта от 03.08.2015 № 10/2015Д (далее – Заключение эксперта), истцу стало известно об установке на жестких дисках системных блоков, изъятых у ответчика, нелицензионных программных продуктов («1С:Предприятие 8» трех версий по одному экземпляру). Права на обнаруженные программные продукты принадлежат истцу. Тем самым, по мнению истца, ответчиком допущено несанкционированное правообладателем воспроизведение и использование, включая хранение, программ для электронных вычислительных машин (далее – Программы для ЭВМ), нарушены принадлежащие истцу исключительные права. В связи с этим подлежит взысканию компенсация в двукратном размере стоимости произведения, в сумме 389 400 рублей 00 копеек.

ООО «Дружба», возражая против требований истца, обратило внимание на недоказанность факта использования ответчиком нелицензионных программных продуктов «1С:Предприятие 8», а равно на недоказанность факта принадлежности прав на данные программные продукты истцу, на истечение срока исковой давности по заявленным требованиям. Ответчик пояснил, что имеет на стационарном компьютере лицензионный программный продукт «1С:Предприятие 8», спорные программные продукты обнаружены на ноутбуке, который не принадлежит ответчику, является собственностью работника – главного бухгалтера ФИО1 При этом в рамках административного дела № 5-31/2016 руководителю ответчика вменялось незаконное использование нелицензионных программных продуктов «1С:Предприятие 7.7» доказательства использования как нелицензионных программных продуктов «1С:Предприятие 8», так и ноутбука в интересах ответчика в деле отсутствуют. Ссылки истца на мировое соглашение по делу № А28-13771/2016, а равно на Заключение эксперта об ином не свидетельствуют, поскольку в названном выше деле факт использования ноутбука ответчиком не признавался, Заключение эксперта получено с нарушением закона.

Подробно позиции сторон изложены в письменных процессуальных документах, приобщенных в дело, высказаны представителями истца и ответчика в судебных заседаниях.

В судебном заседании 09.08.2019, исходя из обозначенных выше позиций, представитель истца настаивал на удовлетворении уточненных требований, представитель ответчика возражал против удовлетворения уточненных требований.

Суд, исследовав материалы дела и заслушав представителей истца и ответчика, установил следующее.

Согласно имеющейся в деле выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «1С-Софт» создано 20.04.2011, его учредителем (единственным участником) является общество с ограниченной ответственностью «1С» (ИНН: <***>, далее – ООО «1С»).

По договору об отчуждении исключительного права на программы для ЭВМ и базы данных от 12.01.2015 (далее – Договор об отчуждении), в том числе, с учетом названных выше обстоятельств, ООО «1С» передало принадлежащие ему исключительные права на Программы для ЭВМ и базы данных, указанные в Приложении № 1 к Договору об отчуждении, в полном объеме ООО «1С-Софт».

Согласно условиям Договора об отчуждении факт передачи зафиксирован в двустороннем акте приема-передачи исключительного права от 12.01.2015.

В соответствии с Приложением № 1 к Договору об отчуждении и указанным актом ООО «1С-Софт» получило, среди прочего, исключительные права на программы для ЭВМ и базы данных с такими наименованиями как «1С:Предприятие 8».

Из материалов административного дела № 5-31/2016, истребованных судом при рассмотрении настоящего дела по ходатайству истца, следует, что 20.04.2015 в Отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации по Уржумскому району (далее – Отдел) поступило заявление представителя истца по настоящему делу как представителя ООО «1С». В заявлении содержалась просьба о принятии мер к пресечению использования нелицензионного программного обеспечения в деятельности ООО «Дружба».

В ходе рассмотрения указанного заявления, как следует из протокола осмотра помещений, территорий, предметов и документов находящихся там от 20.04.2015, протокола изъятия вещей и документов от 20.04.2015, объяснений ФИО1 от 20.04.2015, произведен осмотр помещения кабинета главного бухгалтера ООО «Дружба» ФИО1, при участии специалиста ФИО4, а также из данного помещения изъяты 2 системных блока со штрих-кодами № 07120237011018 и № 07100793030916, ноутбук «Lenovo» с серийным номером СВ09193227 (далее – Кабинет, Протокол осмотра, Протокол изъятия, Объяснения, СБ..18, СБ…16, Ноутбук).

При этом в Протоколе осмотра зафиксировано, среди прочего, что рабочее место главного бухгалтера оборудовано в составе, в частности, персонального компьютера, состоящего их системного блока, монитора, клавиатуры с мышью и принтера. Данный персональный компьютер (СБ..18) используется главным бухгалтером ООО «Дружба» ФИО1 «для введения бухгалтерского учета, финансово-хозяйственной деятельности предприятия ООО «Дружба»». Также в Кабинете на момент осмотра рядом с рабочим местом главного бухгалтера находится системный блок (СБ…16), который не подключен к сети и монитору, на рабочем месте главного бухгалтера находится Ноутбук, который используется «для ведения бухгалтерского учета предприятия», был открыт. Помимо того, применительно к СБ..18, СБ…16 зафиксировано на момент осмотра наличие на них программных продуктов с признаками нелицензионности, без указания наименований программных продуктов, применительно к Ноутбуку не отражены аналогичные сведения.

В Объяснениях ФИО1 сообщила, среди прочего, что после поступления на работу в должности главного бухгалтера уведомила руководителя о необходимости приобретения лицензионных программ для ведения бухгалтерского учета, после чего была приобретена и использовалась программа 1С версии 8. Относительно обнаружения нелицензионных программ 1С версии 7 на СБ..18, СБ…16 пояснила, что об их установке ей ничего неизвестно. По Ноутбуку и обнаруженным на нем нелицензионным программам указала, что он является ее личной собственностью, находился в Кабинете, так как принесен ею для распечатки и сдачи отчетности по другой организации, где она также является главным бухгалтером.

Определениями от 21.04.1015 должностным лицом Отдела, с учетом указанных обстоятельств, возбуждено дело об административном правонарушении по статье 7.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) в отношении ООО «Дружба» и его должностного лица, назначена экспертиза в отношении СБ..18, СБ…16, Ноутбука, проведение которой поручено ФИО4

По результатам проведенной экспертизы подготовлено 03.08.2015 Заключение эксперта, в том числе, по следующим вопросам:

4)какие признаки отражают контрафактность программных продуктов, в частности, 1С?

5)имеются ли на представленных объектах (СБ..18, СБ…16, Ноутбук) работоспособные коммерческие (платные) программные продукты с признаками не соответствия лицензионной продукции, то есть, с нарушением порядка записи и воспроизведения, предусмотренного правообладателем? если да, то отразить место расположения на жестких дисках, дату и время установки (копирования), сведения о запуске, периоде использования, признаки не соответствия лицензионной продукции применительно к каждому экземпляру?

6)имеются ли на представленных объектах файлы, содержащие в своем наименовании, либо содержании символы «Дружба», каковы их расширения? в каких из представленных в вопросе 5 программ данные могут быть открыты или отредактированы?

7)имеются ли на представленных объектах базы данных (ИБД) …1С, в том числе, имеющие в наименовании, либо содержании сочетание символов «Дружба»? если имеются ИБД, отразить регистрационные данные, журнал операций, сведения об организации?

По результатам проведенного административного расследования составлен протокол об административном правонарушении от 15.04.2016 в отношении руководителя ООО «Дружба» по части 1 статьи 7.12 КоАП РФ (далее – Протокол от 15.04.2016).

Согласно названному протоколу указанному должностному лицу вменено использование в деятельности ООО «Дружба» нелицензионного программного обеспечения «1С:Предприятие 7.7», установленного на системных блоках, изъятых 20.04.2015, что подтверждается Заключением эксперта.

Уржумским районным судом по результатам рассмотрения Протокола от 15.04.2016 вынесено 29.04.2016 постановление о прекращении производства по делу в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Полагая, что ответчиком, исходя из сведений по административному делу № 5-31/2016, нарушены исключительные права на программные продукты «1С:Предприятие 8», истец в претензии предложил урегулировать спор, а впоследствии, поскольку урегулирования спора не последовало, обратился в суд с рассматриваемым иском.

В обоснование уточненных требований истец представил расчет взыскиваемой суммы, исчисленной по двукратной стоимости лицензионных Программ для ЭВМ на 20.04.2015 в соответствии со Справочником цен в отношении следующих программных продуктов:

«1С:Предприятие 8» релиз 8.2.14.528 (клиентская лицензия на 10 рабочих мест), 1 экземпляр,

«1С:Предприятие 8» релиз 8.2.16.362 (клиентская лицензия на 10 рабочих мест), 1 экземпляр,

«1С:Предприятие 8» релиз 8.2.17.169 (клиентская лицензия на 10 рабочих мест), 1 экземпляр,

каждый стоимостью 64 900 рублей 00 копеек,

то есть, всего на сумму 389 400 рублей 00 копеек ((64 900 рублей 00 копеек + 64 900 рублей 00 копеек + 64 900 рублей 00 копеек)*2).

В ходе судебного процесса, учитывая позиции и пояснения сторон, суд ознакомился с делом № А28-13771/2016. При этом установлено, что в рамках данного дела, возбужденного 24.11.2016 по иску ООО «1С» от 21.11.2016, впоследствии уточненному заявлением от 05.12.2016, заявлены требования к ООО «Дружба» о взыскании 2 420 000 рублей 00 копеек – компенсация за нарушение авторских и смежных прав, исчисленная в двукратном размере стоимости экземпляров произведений. В частности, за нарушение исключительных прав на программные продукты «1С:Предприятие 7.7». В обоснование заявленных требований ООО «1С» также ссылалось на административное дело № 5-31/2016 и Заключение эксперта. По результатам рассмотрения дела № А28-13771/2016 судом определением от 04.05.2017 принят отказ от исковых требований на сумму 1 370 000 рублей 00 копеек, утверждено мировое соглашение в отношении остальной части требований, на сумму 1 050 000 рублей 00 копеек.

Помимо того, с учетом позиций и пояснений сторон, судом по ходатайству истца в судебное заседание 18.06.2019 вызван и допрошен в качестве свидетеля эксперт ФИО4, а также в дело приобщены его письменные пояснения (далее – Пояснения ФИО4).

Суд, оценив представленные в дело доказательства, приходит к следующим выводам.

В статье 9 АПК РФ закреплено, что участники судебного процесса несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Из статей 65, 71 и 168 АПК РФ усматривается, что по доказательствам, представленным сторонами, с учетом их исследования и судебной оценки, правовых норм, регулирующих спорную ситуацию, определяются обстоятельства спора, наличие либо отсутствие нарушенного права и, соответственно, принимается решение об удовлетворении или отказе в удовлетворении иска полностью или в части.

Таким образом, каждый участник судебного процесса в подтверждение своих требований и возражений по спору обязан представить соответствующее обоснование с подтверждающими документами, а неисполнение названной обязанности может повлечь отклонение требований и возражений.

Из материалов дела следует, что истец обратился с иском к ответчику с целью защиты исключительного права на Программы для ЭВМ посредством такого способа защиты как взыскание компенсации.

Исходя из статей 8 и 12 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают вследствие создания результатов интеллектуальной деятельности, вследствие причинения вреда другому лицу, иных действий граждан и юридических лиц.

К способам защиты гражданских прав относится возмещение убытков.

В силу положений статей 1225, 1226, 1229 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности (интеллектуальной собственностью) являются, среди прочего, Программы для ЭВМ, которые охраняются законом и на которые признаются интеллектуальные права, включая исключительное право, являющееся вещным.

Правообладатель Программы для ЭВМ, то есть, гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на Программы для ЭВМ, вправе использовать Программы для ЭВМ по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом, может распоряжаться исключительным правом на Программы для ЭВМ, если ГК РФ не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование Программы для ЭВМ. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, в частности, Программы для ЭВМ, без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. В противном случае, то есть, при использовании без согласия правообладателя, такое использование является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ.

Из статей 1248, 1250, 1252 ГК РФ следует, что споры, связанные с защитой нарушенных или оспоренных интеллектуальных прав, рассматриваются и разрешаются судом, посредством применения заинтересованными лицами, в частности, правообладателями, способов, предусмотренных ГК РФ, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. В том числе, такого способа как выплата компенсации за нарушение исключительного права.

При этом предусмотренные ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено ГК РФ. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Вместе с тем, такая мера ответственности как компенсация за нарушение исключительного права, может быть применена независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В соответствии с положениями статей 1255, 1259, 1261, 1270, 1301 ГК РФ интеллектуальные права на Программы для ЭВМ являются авторскими правами, включающими, среди прочего, исключительное право на произведение.

Программы для ЭВМ, относящиеся к объектам авторских прав, охраняются как литературные произведения, их регистрация для осуществления авторских прав возможна по желанию правообладателя.

Программой для ЭВМ является представленная в объективной форме совокупность данных и команд, предназначенных для функционирования ЭВМ и других компьютерных устройств в целях получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения.

Использованием произведения, в том числе, Программ для ЭВМ, считается воспроизведение произведения, переработка произведения.

Под воспроизведением произведения понимается изготовление одного и более экземпляра произведения или его части в любой материальной форме, в том числе в форме звуко- или видеозаписи, изготовление в трех измерениях одного и более экземпляра двухмерного произведения и в двух измерениях одного и более экземпляра трехмерного произведения. При этом запись произведения на электронном носителе, в том числе запись в память ЭВМ, также считается воспроизведением.

Под переработкой произведения понимается создание производного произведения (обработки, экранизации, аранжировки, инсценировки и тому подобного). Под переработкой (модификацией) Программы для ЭВМ или базы данных понимаются любые их изменения, в том числе перевод такой программы или такой базы данных с одного языка на другой язык, за исключением адаптации, то есть внесения изменений, осуществляемых исключительно в целях функционирования Программы для ЭВМ или базы данных на конкретных технических средствах пользователя или под управлением конкретных программ пользователя.

Помимо того, следует учитывать, что согласно разъяснениям в пунктах 87, 91 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 10) , переработка произведения предполагает создание нового (производного) произведения на основе уже существующего. В отношении Программ для ЭВМ под переработкой произведения (модификацией) понимаются любые их изменения, за исключением адаптации.

При этом использование переработанного произведения (в том числе модифицированной Программы для ЭВМ) без согласия правообладателя на такую переработку само по себе образует нарушение исключительного права на произведение независимо от того, является ли лицо, использующее переработанное произведение, лицом, осуществившим переработку.

Также в соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении от 08.06.2016, использование Программ для ЭВМ, в том числе, применительно к случаям неправомерного использования без согласия правообладателя, осуществляется как в форме записи (сохранения) в память компьютера, так и в форме хранения в его памяти, поскольку как сохранение, так и хранение влекут воспроизведение Программ для ЭВМ.

В случае нарушения исключительного права на Программы для ЭВМ правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ, вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации. В частности, в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующих Программ для ЭВМ тем способом, который использовал нарушитель.

Необходимо учитывать и то, что, с учетом разъяснений в пунктах 59, 61, 62, 71 Постановления Пленума № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности истцом факта нарушения, а равно с лица, в результате противоправных действий которого нарушено исключительное право, на основании одного из способов определения размера компенсации, выбранного истцом, и при представлении истцом документов, подтверждающих заявленный размер компенсации.

Лицо, к которому предъявлено требование о выплате компенсации, вправе оспорить как факт нарушения, так и размер компенсации.

Приведенные правовые нормы и правовые позиции позволяют сделать вывод, что применение такого способа защиты как компенсация за нарушение исключительных прав допускается по требованию правообладателя вместо требования о возмещении убытков и при доказанности им принадлежности исключительных прав и факта правонарушения в деянии лица, к которому предъявлено такое требование. То есть, при доказанности использования указанным лицом результата интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации без согласия правообладателя. В свою очередь, лицо, к которому предъявлено требование о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав, вправе представлять доказательства правомерности своих действий по использованию результата интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, оспорить заявленный к возмещению размер компенсации.

Материалами настоящего дела в совокупности и взаимосвязи подтверждено, что ООО «1С-Софт» является правообладателем в отношении таких Программ для ЭВМ как «1С:Предприятие 8», о чем, в частности, имеется Договор об отчуждении с Приложением № 1 и подписанным во исполнение условий данного договора актом.

Ссылки ответчика в отзыве на иск на недоказанность факта принадлежности прав на указанные программные продукты истцу отклоняются, поскольку мотивированных возражений, опровергающих названные выше обстоятельства и доказательства, ответчиком не представлено.

Соответственно, у ООО «1С-Софт» имеется право на обращение с иском к ООО «Дружба», направленным на защиту исключительных прав в отношении таких Программ для ЭВМ как «1С:Предприятие 8».

Заявляя требования к ООО «Дружба», ООО «1С-Софт» обосновало их, среди прочего, тем, что о нарушении своих прав узнало по результатам ознакомления с Заключением эксперта, полученным в ходе производства по административному делу № 5-31/2016.

Возражая против требований ООО «1С-Софт», ООО «Дружба» заявило об истечении срока исковой давности для защиты исключительных прав, полагая, что представителю истца, который также являлся представителем другого юридического лица в административном деле № 5-31/2016 (ООО «1 С»), о рассматриваемых в настоящем деле нарушениях стало известно 20.04.2015. То есть, в момент подачи заявления, на основании которого возбуждено административное дело № 5-31/2016.

Проанализировав позиции сторон по вопросу о сроке исковой давности, суд приходит к следующему выводу.

В силу статей 195, 196, 199, 200 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, и составляет такой срок, по общему правилу, три года. Исчисляется такой срок со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Истечение срока исковой давности, то есть, обращение в суд с иском, за пределами указанного трехлетнего срока, исчисленного по названным выше правилам, является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Согласно разъяснениям в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Мнение ответчика о том, что истцу о рассматриваемых в настоящем деле нарушениях стало известно 20.04.2015, представляется необоснованным.

В заявлении, имеющемся в административном деле № 5-31/2016 и поданным тем же лицом, которое представляет интересы истца в настоящем дела, отсутствует какая-либо информация о нарушениях со стороны ООО «Дружба» исключительных прав в отношении таких Программ для ЭВМ как «1С:Предприятие 8».

В то же время, как в обоснование иска, так и в опровержение доводов ответчика об истечении срока исковой давности, истец указывает на то, что о рассматриваемых в настоящем деле нарушениях ему стало известно из Заключения эксперта.

При этом в рамках административного дела № 5-31/2016 именно в тексте Заключения эксперта, датированного 03.08.2015, появляются сведения относительно таких Программ для ЭВМ как «1С:Предприятие 8».

В связи с этим, поскольку об иных датах, в которые истец узнал о рассматриваемых в настоящем деле нарушениях, истцом не заявлено, трехгодичный срок исковой давности в анализируемой ситуации подлежит исчислению с 03.08.2015 – даты составления Заключения эксперта, и на момент подачи иска 05.07.2018 не пропущен.

Соответственно, основания для отказа в иске по причине пропуска срока исковой давности отсутствуют.

Оценивая обоснованность требований истца к ответчику, суд приходит к следующим выводам.

Оспаривая требования истца, ответчик в отзыве на иск ссылается, среди прочего, на то, что Заключение эксперта, с учетом которого заявлены требования, получено с нарушением закона и является ненадлежащим доказательством, поскольку подготовлено экспертом, который ранее участвовал в административном деле № 5-31/2016 в качестве специалиста.

По мнению суда, оснований считать в настоящем деле Заключения эксперта ненадлежащим доказательством не усматривается, исходя из следующего.

Согласно разъяснениям в пункте 55 Постановления Пленума № 10 по делам о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения. Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

В связи с этим и в силу статьи 89 АПК РФ, пункта 13 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», материалы по административному делу № 5-31/2016 относятся к такой разновидности доказательств как иные документы и материалы.

Указанные материалы, включая Заключение эксперта, допускаются в качестве доказательств, поскольку содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения настоящего дела.

Обоснования и доказательств того, что Заключение эксперта содержат недостоверные сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения настоящего дела, ответчиком не приведено.

То обстоятельство, что Заключение эксперта подготовлено тем же лицом, которое по административному делу № 5-31/2016 участвовало в качестве специалиста, само по себе не исключает достоверность изложенных в нем сведений, а равно не является достаточным основанием для признания Заключения эксперта ненадлежащим доказательством.

Суд учитывает, что в силу статей 25.12 и 25.13 КоАП РФ выявление обстоятельств, исключающих возможность участия эксперта в производстве по делу об административном правонарушении, в частности, если он ранее выступал в качестве иного участника в производства по данному делу, влечет отвод эксперта.

Между тем, как следует, из административного дела № 5-31/2016 ООО «Дружба» в лице своего законного представителя, будучи ознакомленным с определением о назначении экспертизы от 21.04.2015, правом на заявление отвода эксперту не воспользовалось. Впоследствии, после ознакомления с Заключением эксперта, ООО «Дружба» в лице своего законного представителя также замечаний относительного указанного документа не высказало. Тем самым, ООО «Дружба» в лице своего законного представителя согласилось как с кандидатурой эксперта, так и с Заключением эксперта.

В связи с этим, по мнению суда, в настоящем деле объективных и безусловных причин для исключения Заключения эксперта из числа доказательств не имеется, данный документ подлежит исследованию наряду с иными документами дела.

Размер заявленной истцом компенсации документально обоснован, ответчиком не оспаривается.

Однако, оценив представленные в настоящее дело доказательства в своей совокупности и взаимосвязи, суд полагает возможным согласиться с доводом ответчика о недоказанность факта использования им нелицензионных программных продуктов «1С:Предприятие 8», считает, что имеющиеся в деле доказательства не позволяют признать требования истца к ответчику подлежащими удовлетворению.

Действительно, как указывает истец и согласуется с материалами административного дела № 5-31/2016, в частности, Протоколом осмотра, Протоколом изъятия, Объяснениями, из помещения ООО «Дружба», в частности, из Кабинета, в котором находится рабочее место главного бухгалтера, изъяты три предмета – 2 системных блока и 1 ноутбук (СБ..18, СБ…16, Ноутбук).

Из данных документов во взаимосвязи с Заключением эксперта, в частности, выводами по вопросам 3, 4, 5, Пояснениями ФИО4 следует, что такие Программы для ЭВМ как «1С:Предприятие 8», в отношении которых заявлен рассматриваемый иск, обнаружены на Ноутбуке, отсутствовали на других изъятых материальных носителях - 2 системных блоках.

Данные программные продукты являются работоспособными, имеют такие признаки контрафактности как запуск в отсутствие физического (аппаратного) и электронного ключа защиты программы.

Тем самым, усматривается использование переработанного произведения, в частности, модифицированных Программ для ЭВМ.

Вместе с тем, в Объяснениях главный бухгалтер ФИО1 заявила о нахождении Ноутбука в ее личной собственности и использовании его для исполнения функций главного бухгалтера в отношении иных организаций.

Иных сведений от ФИО1, привлеченной к участию в настоящем деле в качестве третьего лица, не поступило.

Указанные выше пояснения не противоречат иным материалам административного дела № 5-31/2016, в том числе, Заключению эксперта.

Так, из выводов по вопросам, 6, 7, следует, что по результатам исследования Ноутбука, установлено, в частности, подключение к таким Программам для ЭВМ как «1С:Предприятие 8» 4 баз данных других организаций, а не ООО «Дружба» приведены сведения об этих организациях.

Заключение эксперта не содержит сведений о наличии на Ноутбуке файлов, относящихся к финансово-хозяйственной деятельности ответчика, с такими содержанием или расширением, которые бы указывали на их использование (возможность использования) именно в обнаруженных нелицензионных Программах для ЭВМ как «1С:Предприятие 8».

Напротив, в Заключении эксперта указано на наличие на Ноутбуке иных файлов, а именно: 1 файл, содержащий в своем наименовании, либо содержании символы «дружба», с расширением xls, который может быть открыт или отредактирован в Microsoft Office Standard 2007 / Microsoft Office Стандартный 2007; 91 файл (фотография) с расширением ipg в папке с названием «фото дружба», открываемые в «просмотр фотографий Windows».

Прочих доказательств, позволяющих однозначно, без каких-либо сомнений, установить наличие именно со стороны ответчика противоправного поведения относительно нелицензионных программных продуктов «1С Предприятие:8» трех версий, не имеется.

Более того, ответчиком сообщено и документально подтверждено о приобретении для использования в своей деятельности лицензионного программного продукта «1С Предприятие:8», что истцом не опровергнуто.

Ссылки истца на то, что об использовании Ноутбука ответчиком могут свидетельствовать материалы дела № А28-13771/2016, несостоятельны, поскольку в материалах данного дела отсутствуют процессуальные документы, свидетельствующие об исследовании вопроса, а равно о достижении сторонами договоренности относительно конкретных материальных носителей, с помощью которых ответчик использовал нелицензионные программные продукты «1С:Предприятие 7».

Суд учитывает и то, что в рамках административного дела № 5-31/2016, как позволяет утверждать буквальное содержание Протокола осмотра, Протокола изъятия и Протокола от 15.04.2016, определения о назначении экспертизы от 21.04.2015, Заключения эксперта, уполномоченными должностными лицами Отдела в качестве предметов правонарушений рассматривались (изъяты и переданы эксперту) 2 системных блока и Ноутбук. При этом привлекаемому к ответственности лицу вменено использование в деятельности ООО «Дружба» нелицензионного программного обеспечения «1С:Предприятие 7.7», установленного именно на системных блоках.

Также аргумент истца о том, что Ноутбук находился в помещении ответчика, не имеет значения, так как, исходя из разъяснений в пункте 92 Постановления Пленума № 10, само по себе хранение материального носителя, в котором выражен объект авторского права, без цели введения его в гражданский оборот не является самостоятельным способом использования произведения.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу об отсутствии достаточных оснований считать, что собранные в настоящем деле доказательства свидетельствуют о нарушении именно ответчиком исключительных прав истца на такие Программы для ЭВМ как «1С:Предприятие 8» посредством их использования без согласия правообладателя, в том числе, в виде использования модифицированных Программ для ЭВМ, включая сохранение и хранение.

При этом для установления указанного нарушения со стороны именно ответчика, что согласуется, среди прочего, с правовой позицией, изложенной в Определении от 08.06.2016, пункте 71 Постановления Пленума № 10, необходимо установить, что ответчик является владельцем материального носителя, на котором обнаружены контрафактные компьютерные программы, либо использовал их в своих интересах.

В настоящем деле, с учетом изложенного выше, то обстоятельство, что ответчик является владельцем Ноутбука, на котором обнаружены контрафактные такие Программы для ЭВМ как «1С:Предприятие 8», либо использовал их в своих интересах, не подтверждается.

При таких обстоятельствах суд считает, что в данной конкретной ситуации по собранным в ходе судебного процесса доказательствам факт нарушения ответчиком прав истца, в частности, исключительных прав на программные продукты «1С Предприятие:8» трех версий не находит подтверждения.

В связи с этим заявленные уточненные требования истца к ответчику о взыскании денежных средств в сумме 389 400 рублей 00 копеек – компенсация за нарушение авторских и смежных прав, в частности, исключительных прав на программные продукты «1С Предприятие:8» трех версий – не подлежат удовлетворению.

Достаточных правовых и фактических оснований для иного вывода суд не усматривает.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по иску, в частности, государственная пошлина в размере 2000 рублей 00 копеек, поскольку оснований для удовлетворения иска не выявлено, относятся на истца и не перераспределяются на ответчика.

Руководствуясь статьями 49, 110, 167-170, 176, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

отказать обществу с ограниченной ответственностью «1С-Софт» (ИНН: <***>; ОГРН: <***>; место нахождения (юридический адрес): 127434, <...>, этаж 6, комната 38) в удовлетворении уточненных исковых требований к обществу с ограниченной ответственностью «Дружба» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>, место нахождения (юридический адрес): 613540, <...>) о взыскании денежных средств в сумме 389 400 (триста восемьдесят девять тысяч четыреста) рублей 00 копеек, а также судебных расходов по государственной пошлине.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства во Второй арбитражный апелляционный суд в месячный срок в соответствии со статьями 181, 257, 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в двухмесячный срок со дня вступления решения в законную силу в соответствии со статьями 181, 273, 275, 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кировской области.

Пересмотр решения арбитражного суда в Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации производится в порядке и сроки, предусмотренные статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кассационные жалоба, представление в этом случае подаются непосредственно в Верховный Суд Российской Федерации.

Судья Т.В. Мочалова