Решение от 3 июня 2022 г. по делу № А73-18003/2021

Арбитражный суд Хабаровского края

г. Хабаровск, ул. Ленина 37, 680030, www.khabarovsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

дело № А73-18003/2021
г. Хабаровск
03 июня 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 02.06.2022.

Арбитражный суд Хабаровского края в составе судьи К.А. Полегкого, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шехиной Е.М.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «ТрансИнвестГрупп» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к акционерному обществу «Газпром газораспределение Дальний Восток» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 1 073 577 руб. 76 коп.

при участии:

от истца: ФИО1, директор, решение от 23.04.2021;

от ответчика: ФИО2, представитель по доверенности от 01.01.2022 № ХБ38-01/2568.

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ТрансИнвестГрупп» (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 680032, <...>; далее – ООО «ТИГ») обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с иском к акционерному обществу «Газпром газораспределение Дальний Восток (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 680011, <...>; далее – АО «ГГДВ») о взыскании неустойки по договору № 08-33/341 (регистрационная дата 26.09.2017) о подключении (технологическом присоединении) объекта капитального строительства к сети газораспределения за период с 20.10.2020 по 12.11.2021 в размере 1 073 577 руб. 76 коп. и далее с 13.11.2021 по день принятия решения по делу, неустойки, рассчитанной как произведение 0,014 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, установленной на дату заключения договора, и общего размера платы по договору (2 319 192 руб. 19 коп.) за каждый день просрочки.

АО «ГГДВ» в отзыве на иск с учетом дополнений предъявленные к нему требования оспорило, указало на то, что датой заключения спорного договора является 18.10.2017. Сослалось на то, что истцом до настоящего момента не соблюдены встречные обязательства перед ответчиком, предусмотренные Правилами подключения (технологического присоединения) объектов капитального строительства к сетям газораспределения, а также об изменении и признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации, утвержденными Постановление Правительства РФ от 30.12.2013 № 1314 (далее – Правила № 1314), а также положениями пунктов 1, 7 договора, а именно не направлено в адрес АО «ГГДВ» уведомление о выполнении в полном объеме технических условий, акт о готовности сетей до настоящего момента не составлен. Также ответчик указал в качестве препятствия к своевременному и в полном объеме исполнению взятых на себя обязательств на не подписание со стороны истца до настоящего момента дополнительного соглашения № 3 к спорному договору, в отношении изменения платы за подключение (технологическое присоединение) объекта. Кроме того ответчик сослался на абзац второй пункта 6 договора, которым ему предоставлено право перенести срок подключения (технологического присоединения) объекта на срок, необходимый для проведения проверки исполнителем готовности сетей заявителя, если заявитель не предоставил исполнителю возможность осуществить проверку готовности сетей газораспределения и газоиспользующего оборудования к подключению и пуску газа. Дополнительно ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ.

Определением суда от 25.03.2022 по настоящему делу произведена замена в составе суда, судья Лесникова О.Н. в связи с длительным отсутствием по причине болезни заменена на судью Полегкого К.А., в связи с чем производство по настоящему делу произведено с самого начала в порядке, предусмотренном статьей 18 АПК РФ.

Судебные заседания по настоящему делу неоднократно откладывались.

В судебном заседании 26.05.2022 в порядке статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв.

Представитель истца в судебном заседании настаивал на удовлетворении иска по доводам, изложенным в исковом заявлении с учетом дополнений к нему, против чего возражал представитель ответчика по мотивам схожим с содержанием представленного отзыва и дополнений к нему.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителей сторон, арбитражный суд установил следующие обстоятельства.

Вступившими в законную силу судебными актами по делу № А73-605/2020, имеющими преюдициальное значение для рассматриваемого спора в силу положений части 2 статьи 69 АПК РФ, установлены следующие обстоятельства.

Между АО «ГГДВ» (исполнитель) и ООО «ТИГ» (заявитель) заключен договор № 08-33/341 (регистрационная дата 26.09.2017) о подключении (технологическом присоединении) объекта капитального строительства к сети газораспределения, в соответствии с пунктом 1 раздела I которого исполнитель принимает на себя обязательства по подключению (технологическому присоединению) объектов капитального строительства «Производственная база ООО «ТИГ» к сети газораспределения, принадлежащей исполнителю на праве собственности или ином законном основании, с учетом максимальной нагрузки (часовым расходом газа) газоиспользующего оборудования. Заявитель принимает на себя обязательства по обеспечению готовности объекта капитального строительства к подключению (технологическому присоединению) в пределах границ земельного участка, расположенного по адресу: по адресу: <...>, кадастровые номера земельных участков: 27:23:0041728:112, 27:23:0041728:39 в соответствии с условиями договора, а также оплатить услуги по подключению (технологическому присоединению).

Согласно пункту 2 раздела I договора подключение осуществляется в соответствии с техническими условиями на подключение (технологическое присоединение) объектов капитального строительства к сетям газораспределения по форме согласно приложению № 1 (технические условия), являющимися неотъемлемой частью настоящего договора.

Пунктом 3 раздела I договора определен срок выполнения мероприятий по подключению (технологическому присоединению) объекта капитального строительства и пуску газа, составляющий 2 года со дня заключения данного договора.

В соответствии с пунктом 10 раздела III договора внесение платы осуществляется заявителем в следующем порядке: 25% платы, что составляет 579 798 руб. 05 коп., в том числе НДС 18% (88 443 руб. 77 коп.), в течение 15 дней со дня заключения договора; 30% платы, что составляет 695 757 руб. 66 коп., в том числе НДС 18% (106 132 руб. 52 коп.), в течение 90 дней со дня заключения договора, но не позднее дня фактического подключения (технологического присоединения); 25% платы, что составляет 579 798 руб. 05 коп., в том числе НДС 18% (88 443 руб. 77 коп.), в течение 365 со дня заключения договора, но не позднее дня фактического подключения (технологического присоединения); 20% платы, что составляет 463 838 руб. 44 коп., в том числе НДС 18% (70 755 руб. 02 коп.), в течение 15 дней со дня подписания акта разграничения имущественной принадлежности, акта разграничения ответственности и акта о подключении.

Пунктом 18 раздела VI договора установлено, что в случае нарушения одной из сторон сроков исполнения своих обязательств по настоящему договору такая сторона в течение 10 рабочих дней со дня наступления срока исполнения обязательств уплачивает другой стороне неустойку, рассчитанную как произведение 0,014 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, установленной на дату заключения настоящего договора, и общего размера платы по настоящему договору за каждый день просрочки.

ООО «ТИГ» исполнило обязательства, предусмотренные пунктом 10 раздела III договора, перечислив ответчику аванс по договору в размере 75% от его общей стоимости, что составляет 1 739 394 руб. 14 коп. и подтверждено платежными поручениями от 25.10.2017 № 597, от 17.01.2018 № 39, от 29.12.2018 № 552.

АО «ГГДВ» не выполнило в сроки, установленные пунктом 3 договора, свои обязательства, предусмотренные пунктами 1, 5 договора: не разработана проектная документация (проект газоснабжения) на создание сети газораспределения до точки подключения (технологического присоединения) на границе земельного участка заявителя, не получено по проекту газоснабжения положительное заключение экспертизы, не направлена заявителю информация о расположении точки подключения, не осуществлены действия по созданию сети газораспределения до точки подключения, не выполнена подготовка сети газораспределения к подключению объектов капитального строительства заявителя и пуску газа не позднее срока, предусмотренного пунктом 3 договора.

Доказательства обратного ответчиком в суд первой инстанции не представлены.

Исходя из содержания пункта 3 договора срок выполнения всех мероприятий по подключению (технологическому присоединению) объекта капитального строительства и пуску газа составляет 2 года со дня заключения договора.

29.03.2019 письмом № ХБ12-05-06/1883 АО «ГГДВ» уведомило ООО «ТИГ» о заключении 11.12.2018 договора с субподрядной организацией на выполнение проектно-изыскательских работ, срок окончания которых составляет 105 календарных дней с даты начала выполнения работ.

Истец направлял в адрес ответчика претензию от 10.12.2019 № 1008, в которой требовал предоставить проектную документацию с положительным заключением экспертизы по созданию сети газораспределения до точки подключения (технологического присоединения) на границе земельного участка ООО «ТИГ», направить информацию о расположении точки подключения, приступить к работам по строительству сети газораспределения до точки подключения, а также выполнить весь комплекс работ по договору не позднее 25.12.2019 и до указанной даты предъявить результат работ ООО «ТИГ».

Установив нарушение ответчиком срока исполнения обязательства, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для начисления договорной неустойки, в связи с чем соответствующие требования истца были удовлетворены, с ответчика взыскана неустойка по договору № 08-33/341 за период с 27.09.2019 по 20.01.2020 в размере 317 381 руб. 45 коп., а также неустойка, рассчитанная как произведение 0,014 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, установленной на дату заключения договора, и общего размера платы по договору за каждый день просрочки, начиная с 21.01.2020 по 17.03.2020, исходя из суммы 2 319 192 руб. 19 коп. (решение от 20.04.2020 Арбитражного суда Хабаровского края с учетом его изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2020).

Вступившим в законную силу решением от 27.10.2020 Арбитражного суда Хабаровского края по делу № А73-13705/2020, имеющим преюдициальное значение для рассматриваемого спора в силу положений части 2 статьи 69 АПК РФ, дополнительно установлено, что АО «ГГДВ» не выполнило свои обязательства, предусмотренные пунктом 5 договора, в том числе и на момент рассмотрения указанного спора, в связи с чем с АО «ГГДВ» взыскана неустойка в сумме 449 853 руб. 71 коп. за период с 18.03.2020 по 27.08.2020 по договору № 08-33/341, а также неустойка, рассчитанная как произведение 0,014 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, установленной на дату заключения договора, и общего размера платы по договору за каждый день просрочки, начиная с 28.08.2020 по 19.10.2020, исходя из суммы 2 319 192 руб. 19 коп.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец указал, что соответствующие обязательства ответчиком не исполнены до настоящего момента, а именно фактически не осуществлено подключение (технологическое присоединение) объекта, между сторонами не подписан акт о подключении.

В силу статей 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Согласно пункту 1 статьи 408 ГК РФ только надлежащее исполнение прекращает обязательство.

В соответствии со статьей 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчик) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

На основании пункта 1 статьи 708 ГК РФ существенными условиями договора подряда являются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

В порядке пункта 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Ответчиком фактически не оспаривается, что конечная цель заключенного между сторонами спора договора № 08-33/341 – подключение (технологическое присоединение) объекта истца и подписание акта о подключении до настоящего момента (02.06.2022) не достигнута сторонами, однако указано, что ООО «ТИГ» не исполняются встречные обязательства, что является препятствием для надлежащего исполнения АО «ГГДВ» своей части обязательств.

Пунктом 1 статьи 719 ГК РФ подрядчику предоставлено право не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328 ГК РФ).

В силу положений пунктов 1, 2 статьи 328 ГК РФ встречным признается исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением другой стороной своих обязательств.

В случае непредоставления обязанной стороной предусмотренного договором исполнения обязательства либо при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения этого обязательства и потребовать возмещения убытков.

Аналогичные положения содержатся в пункте 2 статьи 719 ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 401 ГК РФ предусмотрено, что лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора (пункт 3 статьи 406 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 406 ГК РФ кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

Кредитор не считается просрочившим в случае, если должник был не в состоянии исполнить обязательство, вне зависимости от того, что кредитором не были совершены действия, предусмотренные абзацем первым настоящего пункта.

Между тем в настоящем случае, ответчик, указывая на неисполнение со стороны истца встречных обязательств, работы в соответствии с пунктом 1 статьи 719, статьей 328 ГК РФ не приостановил, непосредственно истцу о наличие конкретных препятствий для выполнения своих обязательств, зависящих исключительно от воли и действий ООО «ТИГ» не сообщил, в связи с чем судом соответствующие доводы АО «ГГДВ» об обратном отклоняются как несостоятельные.

Более того материалами дела подтверждается что истцом все возложенные на него спорным договором обязательства были исполнены надлежащим образом и своевременно.

Подключение (технологическое присоединение) объектов капитального строительства к сети газораспределения осуществляется в порядке, установленном в пункте 3 Правил № 1314 (здесь и далее в применимой к спорным правоотношениям редакции), согласно которому последовательность совершения заинтересованными лицами действий следующая:

а) направление заявителем исполнителю запроса о предоставлении технических условий на подключение (технологическое присоединение) объектов капитального строительства к сетям газораспределения (далее соответственно - технические условия, запрос о предоставлении технических условий) или заявки о заключении договора о подключении (технологическом присоединении) объектов капитального строительства к сети газораспределения (далее – заявка о подключении (технологическом присоединении) по типовым формам, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15.06.2017 № 713 «Об утверждении типовых форм документов, необходимых для подключения (технологического присоединения) объектов капитального строительства к сети газораспределения, и о внесении изменений в Правила подключения (технологического присоединения) объектов капитального строительства к сетям газораспределения»;

б) выдача технических условий в случае направления заявителем запроса о предоставлении технических условий;

в) заключение договора о подключении (технологическом присоединении) объектов капитального строительства к сети газораспределения (далее – договор о подключении) с приложением технических условий, являющихся неотъемлемым приложением к договору о подключении, по типовым формам, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15.06.2017 № 713;

г) выполнение заявителем и исполнителем технических условий;

д) составление акта о готовности сетей газопотребления и газоиспользующего оборудования объекта капитального строительства к подключению (технологическому присоединению);

е) осуществление исполнителем фактического присоединения и составление акта о подключении (технологическом присоединении), содержащего информацию о разграничении имущественной принадлежности и эксплуатационной ответственности сторон (далее – акт о подключении (технологическом присоединении), по типовой форме, утвержденной Постановлением Правительства РФ от 15.06.2017 № 713.

В соответствии с указанным порядком ООО «Синтез» на основании заключенного с истцом договора подряда от 11.02.2020 № Г-11/02/20-1 осуществило для последнего подготовку проектной документации по подключению к природному газу объекта «Производственная база ООО «ТИГ» по адресу: <...>»; на основании заключенного с истцом договора подряда от 16.06.2020 № М-16/06/20-1 осуществило строительно-монтажные работы на указанном объекте; на основании заключённого с истцом договора оказания услуг от 19.10.2020 № У-19/10/20-1 приняло на себя обязательства разработать для истца план локализации и ликвидации авариный ситуаций для указанного объекта.

Выполнив указанные работы ООО «Синтез» сопроводительным письмом от 03.11.2020 № П-449 (получено АО «ГГДВ» 05.11.2020 вх. № 7999) передало ответчику исполнительно-техническую документацию готового к техническому подключению объекта газификации природным газом: «Газификация объекта «Производственная база» по адресу: <...>», что расценивается судом в качестве надлежащего уведомления последнего о готовности названного объекта к подключению.

При этом ссылка ответчика на то, что указанная документация была передана ему ООО «Синтез» в рамках иных гражданско-правовых отношений (договор от 20.02.2019 № ХБ20-02-05/19) судом отклоняется, как прямо противоречащая буквальному содержанию письма от 03.11.2020 № П-449.

Более того суд считает необходимым отметить, что по своей правовой природе предметом договора от 20.02.2019 № ХБ20-02-05/19 и результатом названной сделки являются оказанные ООО «Синтез» ответчику услуги по техническому надзору, а не выполненные работы в виде подготовленной исполнительно-технической документации готового к техническому подключению объекта газификации природным газом: «Газификация объекта «Производственная база» по адресу: <...>», в связи с чем ответчик действуя добросовестно, разумно и осмотрительно имел реальную возможность оценить получение указанной документации как надлежащее уведомление о выполнении в полном объеме технических условий и готовности сетей к подключению.

В договоре от 20.02.2019 № ХБ20-02-05/19 не указано в отношении какого именно строительного объекта он заключен, в связи с чем распространение его действия на спорные отношения между истцом и ответчиком осуществлено последним произвольно без достаточных к тому правовых оснований.

Согласно имеющемуся в материалах дела письму ООО «Синтез» от 15.03.2022 исх. № С-650 последнее отрицает факт осуществления технического надзора за объектом «Газификация объекта «Производственная база» по адресу: <...>» для АО «ГГДВ» в рамках заключённого с ним договора от 20.02.2019 № ХБ20-02-05/19.

Согласно не опровергнутому утверждению истца в комплект исполнительно-технической документации, которую ООО «Синтез» передало ответчику сопроводительным письмом от 03.11.2020 № П-449 (получено АО «ГГДВ» 05.11.2020 вх. № 7999) в том числе входил Приказ ООО «Синтез» от 26.06.2020 № М-260620/1 «О назначении ответственных лиц в целях выполнения строительно-монтажных работ на объекте «Газификация производственной базы ООО «ТИГ», что также позволяло АО «ГГДВ» оценить указанные документы именно в качестве надлежащего исполнения ООО «ТИГ» возложенных на него обязательств по договору № 08-33/341.

Нормативно установленной или согласованной сторонами договора № 08-33/341 обязанности истца лично передать ответчику указанную документацию, последним не приведено, в положения указанной сделки не содержится.

Более того по утверждению истца, которое также не опровергнуто ответчиком, аналогичный порядок взаимодействия между истцом и ответчиком ранее имел место быть в отношении проектной документации на строительство газораспределительной системы внутри объекта, которая также была передана ответчику ООО «Синтез» и согласована последним без указаний истцу на необходимость лично передать эту документацию.

С учетом изложенного противоположная позиция ответчика по приведенному вопросу судом отклоняется как необоснованная.

Относимых, допустимых и достоверных доказательств, безусловно подтверждающих нарушение со стороны ООО «ТИГ» порядка подключения (технологического присоединения) объекта капитального строительства к сети газораспределения, установленного пунктом 3 Правил № 1314, материалы настоящего дела не содержат.

Согласно представленному в материалы настоящего дела договору от 25.06.2019 № 2020/012, заключенному истцом с ООО «Промтехдиагностика ДВ» последнее обязалось оказать истцу услуги по техническому надзору, визуальному и измерительному контролю за строительством объекта: «Производственная база» по адресу: <...>».

В связи с чем наличие замечаний со стороны ответчика, подготовленных последним в отношении полученной от ООО «Синтез» исполнительно-технической документации в рамках осуществленного им самостоятельно технического (строительного) надзора, являлось неправомерным.

Вместе с тем со стороны ООО «Промтехдиагностика ДВ» в рамках возложенных на него функций по техническому надзору, визуальному и измерительному контролю за строительством объекта: «Производственная база» по адресу: <...>» каких-либо замечаний к направленной ООО «Синтез» в адрес АО «ГГДВ» исполнительно-технической документации не имелось, что также подтверждается подписью представителя указанного лица в акте приемки законченного строительством объекта, в связи с чем соответствующие обязательства со стороны истца признаются судом исполненными надлежащим образом.

Кроме того типовая форма акта о готовности сетей газопотребления и газоиспользующего оборудования объекта капитального строительства к подключению (технологическому присоединению) не наделяет газораспределительную организацию правом осуществления строительного контроля.

В данном случае ответчик как исполнитель по спорному договору был вправе участвовать в приемке скрытых работ при строительстве заявителем газопроводов от газоиспользующего оборудования до точек подключения в рамках осуществления мониторинга выполнения заявителем технических условий о присоединении в случаях, предусмотренных договором о подключении (подпункт а) пункта 99 Правил № 1314), однако указанным правом фактически не воспользовался, должный мониторинг не осуществил.

Отдельного договора между истцом и ответчиком, в рамках которого последнему было бы поручено осуществление технического надзора за строительством объекта в данном случае сторонами не заключалось.

С учетом изложенного суд констатирует, что в данном случае ответчик не был наделен правом осуществления строительного контроля (надзора) по строительству спорного объекта, что также согласуется с положениями пункта 104 Правил № 1314, в соответствии с которым запрещается навязывать заявителю услуги и обязательства, которые не предусмотрены настоящими Правилами № 1314.

Какие-либо претензии относительно содержания переданной истцом ответчику исполнительно-технической документации, предусмотренной пунктом 5 технических условий № 106/17Д (приложение № 1 к договору № 08-33/341) в данном случае у последнего отсутствовали.

Также суд считает необходимым дополнительно отметить, что согласно имеющимся в материалах настоящего дела актам форы КС-2, составленным в рамках заключённого между АО «ГГДВ» (заказчик) и ООО «Синтез» (подрядчик) договора подряда от 29.12.2020 № ХБ20-02-08/17 строительство подводящего газопровода закончено ответчиком только в конце 2021 года, указанные работы были приняты представителем Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору в период с 01.11.2021 по 17.12.2021 (письмо от 29.03.2022 № 372-2100), а соответствующие акты по форме КС-2 подписаны только 24.12.2021.

Указанные обстоятельства в совокупности, по мнению суда, в достаточной степени свидетельствуют о надлежащем исполнении истцом своих обязательств по заключенному с ответчиком договору № 08-33/341 и о просрочке исполнения со стороны АО «ГГДВ», что в свою очередь является достаточным правовым основанием для привлечения последнего к договорной ответственности в виде начисления пени в соответствии с пунктом 18 раздела VI договора.

С учетом заявленного истцом периода просрочки разногласия между сторонами относительно даты заключения спорного договора правового значения для итогов рассмотрения настоящего спора не имеют, в связи с чем судом во внимание не принимаются.

Ссылка ответчика на не подписание со стороны истца до настоящего момента дополнительного соглашения № 3 к спорному договору, в отношении изменения платы за подключение (технологическое присоединение) объекта как на препятствие к своевременному и в полном объеме исполнению взятых на себя обязательств признается судом несостоятельной, поскольку в данном случае исполнение сторонами условий названной сделки (порядок подключения (технологического присоединения) объекта капитального строительства к сети газораспределения) не зависит от подписания (не подписания) указанного дополнительного соглашения со стороны истца.

При этом все взаимные расчеты стороны имеют возможность произвести последствии, доказательств иного материалы настоящего дела не содержат. Более того суд считает, что указанные обстоятельства не имеют прямого отношения к предмету рассматриваемого спора.

Каких-либо иных обязательств в рамках спорного договора № 08-33/341, которые до настоящего времени не исполнены истцом, ответчиком не указано, судом самостоятельно не выявлено.

Учитывая отсутствие в материалах дела относимых, допустимых и достоверных доказательств, безусловно подтверждающих факт не предоставления истцом ответчику возможности осуществить проверку готовности сетей газораспределения и газоиспользующего оборудования к подключению и пуску газа, суд полагает, что в настоящее время у АО «ГГДВ» отсутствует право перенести срок подключения (технологическое присоединение) объекта на срок, необходимый для проведения проверки исполнителем готовности сетей заявителя, предусмотренное пунктом 6 договора, в связи с чем ссылка ответчика на его положения является преждевременной.

Наличие каких-либо препятствий со стороны истца ответчику, в том числе в допуске на объект для осуществления проверки готовности сетей газораспределения и газоиспользующего оборудования к подключению и пуску газа материалами дела не подтверждается.

Таким образом, все возражения ответчика против предъявленных к нему требований судом рассмотрены и отклонены, в том числе в связи с тем, что свои работы АО «ГГДВ» не приостанавливало в связи с наличием указанных им обстоятельств, затрудняющих выполнение работ в согласованные сторонами сроки; об указанных обстоятельствах истца должным образом не уведомляло; доказательств принятия всех зависящих от него мер для надлежащего исполнения своих обязательств в согласованные сторонами сроки в материалы настоящего дела не представило.

Учитывая изложенное суд приходит к выводу о правомерности предъявленных истцом требований.

Ответчиком заявлено о снижении неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ.

Рассмотрев заявленное ходатайство и приведенные в его обоснование мотивы, суд приходит к следующему.

Пунктом 1 статьи 333 ГК РФ предусмотрено, что если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2 статьи 333 ГК РФ).

В пункте 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 7) содержаться разъяснения, в соответствии с которыми подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ) (пункт 71 Постановления Пленума ВС РФ № 7).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ) (пункт 73 Постановления Пленума ВС РФ № 7).

В пункте 75 Постановления Пленума ВС РФ № 7 указано, что при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки.

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ) (пункт 77 Постановления Пленума ВС РФ № 7).

В пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 81) разъяснено, что при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.01.2011 № 11680/10).

По существу применяя положения статьи 333 ГК РФ суд должен с учетом доводов и возражений сторон установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, который причинен в результате конкретного правонарушения.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть по существу, на реализацию требования статьи 17 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Заявляя о снижении неустойки, ответчик вопреки требований статьи 65 АПК РФ и вышеприведенных разъяснений каких-либо доказательств, подтверждающих несоразмерность предъявленных к нему требований о взыскании неустойки последствиям нарушения обязательств суду не представил, в связи с чем с учетом положений части 2 статьи 9 АПК РФ несет соответствующие процессуальные риски.

Принимая во внимание установленные обстоятельства суд не находит оснований для удовлетворения заявленного ответчиком ходатайства и снижения размера неустойки, в связи с чем соответствующее требование истца подлежит удовлетворению в заявленном размере.

Требование истца о начислении неустойки по день фактического исполнения ответчиком соответствующего обязательства признается судом соответствующим разъяснениям, содержащимся в пунктах 65, 66 Постановления Пленума ВС РФ № 7, в связи с чем также подлежит удовлетворению.

Проверив указанный истцом период начисления пени, суд признает его неверным, как произведенный без учета принятия Правительством Российской Федерации Постановления от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».

На основании пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10. 2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее – Закон о банкротстве)» в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса РФ), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац 10 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

Из анализа вышеприведенных правовых норм и разъяснений следует, что в период действия моратория (с 01.04.2022 до 01.10.2022) на требования, возникшие до введения моратория, финансовые санкции не начисляются.

Правила о моратории, установленные Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497, распространяют свое действие на всех участников гражданско-правовых отношений (граждан, включая индивидуальных предпринимателей, юридические лица), за исключением лиц, прямо указанных в пункте 2 данного постановления (застройщики многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости, включенных в единый реестр проблемных объектов), независимо от того, обладают они признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет.

Доказательств того, что на ответчика указанный мораторий не распространяется, истцом при обращении в арбитражный суд с настоящим иском не представлено, таким образом соответствующее требование истца подлежит удовлетворению за период с 13.11.2021 по 31.03.2022.

Расходы по оплате государственной пошлины в размере 23 736 руб. возлагаются на ответчика с учетом итогового результата рассмотрения настоящего дела и положений статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Взыскать с акционерного общества «Газпром газораспределение Дальний Восток» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ТрансИнвестГрупп» (ОГРН <***>, ИНН <***>) неустойку по договору № 08-33/341 (регистрационная дата 26.09.2017) за период с 20.10.2020 по 12.11.2021 в размере 1 073 577 руб. 76 коп., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 23 736 руб.

Взыскать с акционерного общества «Газпром газораспределение Дальний Восток» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ТрансИнвестГрупп» (ОГРН <***>, ИНН <***>) неустойку, рассчитанную как произведение 0,014 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, установленной на дату заключения договора, и общего размера платы по договору за каждый день просрочки, начиная с 13.11.2021 по 31.03.2022, исходя из суммы 2 319 192 руб. 19 коп.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия (изготовления его в полном объеме), если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Шестой арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения.

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через Арбитражный суд Хабаровского края.

Судья К.А. Полегкий