Постановление от 27 апреля 2026 г. ФАС ЗСО (ФАС Западно-Сибирского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Тюмень Дело № А70-23869/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 27 апреля 2026 года. Постановление изготовлено в полном объёме 28 апреля 2026 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Шаровой Н.А.,

судей Доронина С.А.,

ФИО1 -


при ведении судебного заседания с использованием средств аудиозаписи рассмотрел кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 04.12.2025 (судья Мингалева Е.А.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2026 (судьи Аристова Е.В., Брежнева О.Ю., Целых М.П.) по делу № А70-23869/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН <***>; далее также – должник), принятые по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО3 – ФИО4 (далее – управляющий) к ФИО2 (далее также – ответчик) о признании недействительным договора купли-продажи доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение от 07.12.2020, применении последствий недействительности сделки.

В заседании принял участие представитель ФИО2 ФИО5 по доверенности от 26.06.2024.

Суд установил:


в деле о банкротстве должника управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение от 07.12.2020, заключённого между ФИО3 и ФИО2, применении последствий недействительной сделки в виде возврата в конкурсную массу 351/37983 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение, находящееся по адресу: <...>, общей площадью 3798,3 кв. м, с кадастровым номером 72:23:0217002:8433 (далее – машино-место).

Определением суда от 04.12.2025, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 24.02.2026, заявление удовлетворено.


В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить определение суда от 04.12.2025 и постановление апелляционного суда от 24.02.2026, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления, в обоснование ссылается на доказанность наличия у ответчика финансовой возможности произвести оплату спорной сделки с учётом официального (декларированного) дохода семьи Г-вых за период с 2013 по 2021 годы (заработная плата, пенсия, доходы от предпринимательской деятельности) в размере, превышающего бытовые потребности; возмездный характер спорной сделки с учётом закрытия ответчиком вклада 1 300 000 руб. в кредитном учреждении и внесения 21.06.2019 в кассу другого кредитного учреждения 1 200 000 руб., которые 04.03.2020 выданы ответчику в наличной форме и внесены 07.12.2020 на счёт очередного банка для безналичного расчёта 07.12.2020 с должником по спорной сделке; отсутствие преюдициального значения обстоятельств получения ФИО6 (бывшая супруга должника, дочь ФИО2 и ФИО7) займа у родителей, установленных в ином обособленном споре (по заявлению об оспаривании договора от 06.08.2020 купли-продажи долей в праве общей собственности на земельный участок, жилой дом и строения), поскольку 1) ответчик не принимал участие в этом споре, 2) средства, полученные из вклада и направленные на оплату машино-места, в ином споре не заявлялись как источник предоставления родителями займа дочери, 3) на дату открытия вклада (21.06.2019) семья Г-вых не предоставляла заём дочери (договор займа от 16.11.2020), 4) средства, полученные при закрытии вклада, изначально не включались в расчёт заимствования дочери у родителей; ответчик раскрыл цель спорной сделки - удовлетворение личных потребностей в машино- месте в новом доме в центре города, сдача его в аренду; отсутствие аффилированности сторон спорной сделки ввиду того, что на дату (07.12.2020) совершения сделки брак между должником и дочерью ответчика расторгнут (21.02.2020 вступило в законную силу решение суда общей юрисдикции), а фактически брак прекращён в мае 2019 года; неосведомлённость ответчика о неплатёжеспособности должника на момент совершения сделки, поскольку условия оспариваемой сделки согласовывались до подачи заявления об оспаривании сделок в деле о банкротстве ФИО8 (01.12.2020), должностное положение должника и предъявление ему обвинения по уголовному делу не свидетельствовали о том, что на момент совершения спорной сделки должник как руководитель акционерного общества «Антипинский нефтеперерабатывающий завод» (далее – общество «АНПЗ») несёт субсидиарную ответственность за вредоносные сделки. В приобщении отзыва на кассационную жалобу управляющему отказано по причине несоблюдения правила о заблаговременном направлении участвующим в деле лицам процессуальных документов.

Представитель ФИО2 в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Учитывая надлежащее извещение иных участвующих в обособленном споре лиц


о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями части 3 статьи 284 АПК РФ.

Изучив материалы обособленного спора, заслушав представителя, обеспечившего явку в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационной жалобе, законность обжалуемых определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО3 в период с 2004 года по 23.11.2018 являлся генеральным директором общества «АНПЗ».

В отношении общества «АНПЗ» определением суда от 21.05.2019 возбуждено дело № А70-8365/2019 о несостоятельности (банкротстве), определением суда от 10.09.2019 введена процедура наблюдения, решением суда от 14.01.2020 открыта процедура конкурсного производства.

В решении суда от 14.01.2020 по делу № А70-8365/2019 установлено, что деятельность общества «АНПЗ» является финансово неустойчивой, недостаточно активов для покрытия краткосрочных и долгосрочных обязательств; производственный процесс обеспечивается практически полностью за счёт заёмных средств; величина непокрытых убытков за период с 2016 по 2018 годы составляет 70,87 - 104,82 млн. руб., рентабельность продаж низкая.

В отношении ФИО3 возбуждено уголовное дело № 11902710040000080 по признакам преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 201, части 3 статьи 30, части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), по фактам злоупотребления полномочиями и покушения на хищение денежных средств общества «АНПЗ» в особо крупном размере. 22.08.2019 ФИО3 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 201 УК РФ. Обществом «АНПЗ» в рамках уголовного дела заявлен иск к ФИО3 о взыскании в счёт возмещения имущественного вреда, причинённого преступлением, 65,98 млн. руб.

Постановлением от 22.08.2019 ФИО3 объявлен в международный розыск.

Конкурсный управляющий обществом «АНПЗ» 30.12.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «АНПЗ».

Определением суда от 27.04.2023 в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, требование ФИО8 в размере 64,44 млн. руб. (подтверждено определением суда от 14.03.2022 по делу № А40-216654/19 о применении последствий недействительности договоров беспроцентного займа от 17.07.2017, 19.07.2017), включено в третью очередь реестра кредиторов должника, финансовым управляющим утверждён ФИО9.

Решением суда от 21.11.2023 ФИО3 признан несостоятельным


(банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО4

В рассматриваемом заявлении управляющего указано на следующее: 07.12.2020 между ФИО3 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключён договор купли-продажи машино-места по цене 1 200 000 руб., расчёт безналичный, залог на случай неоплаты не устанавливается.

В подтверждение оплаты указана безналичная операция зачисления цены договора на счёт должника.

Переход права собственности зарегистрирован в декабре 2020 года.

Рыночный характер цены договора не оспорен.


В период с 02.11.2013 по 21.02.2020 ФИО3 состоял в браке с ФИО6 (дочь ФИО2).

Указав на то, что договор купли-продажи от 07.12.2020 заключён между заинтересованными лицами с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, поскольку сделка по отчуждению парковочного места является безвозмездной для должника, к моменту совершения такой сделки имущественное положение должника отвечало признакам неплатёжеспособности, управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявление, суды исходили из доказанности недействительности сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку машино-место отчуждено в отсутствие финансовой возможности оплаты аффилированному ответчику, осведомлённому о наличии имущественных требований к должнику, в том числе с учётом возбуждённого уголовного дела по факту хищения денежных средств у подконтрольного должнику общества.

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,


если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При определении наличия признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий (недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатёжеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Направленность сделки на уменьшение имущества должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Сама по себе недоказанность признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и без использования презумпций, на общих основаниях.

В случае, если контрагентом должника по оспариваемой сделке является заинтересованное лицо, то при проверке обстоятельств встречного исполнения с его стороны должен быть применён ещё более строгий стандарт доказывания, чем к независимому лицу, поскольку общность экономических интересов повышает вероятность представления с противоправной целью внешне безупречных доказательств фиктивного исполнения по сделке.

В соответствии с разъяснениями пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 г. № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» именно на аффилированном с должником контрагенте лежит бремя опровержения разумных сомнений конкурсного управляющего и независимых кредиторов относительно мнимости правоотношений между сторонами и экономической целесообразности заключения сделок. Такое лицо не может ограничиться представлением минимального набора документов в подтверждение реальности рассматриваемых отношений.

В рассматриваемом случае дело о банкротстве должника возбуждено 17.11.2022,


договор купли-продажи заключён 07.12.2020, переход к ответчику права собственности на зарегистрирован 08.12.2020 - в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Должник и ответчик являются аффилированными лицами через ФИО6 (дочь ФИО2 и мать общего с должником ребёнка), поскольку расторжение брака не прекращает вхождение должника, его бывшей супруги, ребёнка, ответчика в одну группу лиц по правилам статьи 19 Закона о банкротстве, подпунктов 7, 8 части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

Вопреки приведённому в кассационной жалобе доводу заинтересованность сторон сохраняется.

Обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по договору займа (статья 810 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)) или кредитному договору (статья 819 ГК РФ), возникает с момента предоставления денежных средств заёмщику (пункт 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве»).

Недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).

Таким образом, обязательство по возврату ФИО8 денежных средств имелось у должника с 2017 года, а с 01.12.2020 возник и очевидный для должника и его группы лиц риск присуждения соответствующего долга и обращения взыскания на имущество.

Соответственно, суды сделали обоснованный вывод о совершении сделки в условиях наличия в рамках уголовного дела иска о взыскании с должника 65 979 673,27 руб. в возмещение причинённого преступлением вреда, а также поданного 01.12.2020 в деле о банкротстве ФИО8 заявления об оспаривании перечислений на сумму 64 684 900 руб. в пользу ФИО3, аффилированного через группу компаний Новый Поток, в которую входило и общество «АНПЗ» (сделки признаны недействительными определением суда от 14.03.2022 по делу № А40-216654/2019).

Обстоятельства оформления сделки подтверждают цель заинтересованных сторон сохранения машино-места внутри семьи и предотвращения обращения на него взыскания: так, спорная сделка заключена в пределах недели после заявления 01.12.2020 об оспаривании предоставления должнику займов 17.07.2017 и 19.07.2017 в деле о банкротстве ФИО8 ( № А40-216654/2019) и в период наличия в уголовном деле гражданского иска против должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется


принять этот товар и уплатить за него определённую денежную сумму (цену).

Гражданский оборот строится на принципах эквивалентности встречных предоставлений и недопустимости недобросовестного поведения в ущерб правам и законным интересам других лиц.

Передача должником вещи в отсутствие встречного стоимостного предоставления направлена на необоснованный безвозмездный вывод активов должника.

В целях предотвращения неправомерного выбытия активов должника, уменьшения конкурсной массы и тем самым снижения эффективности процедуры банкротства судебной практикой сформирован подход, согласно которому суд в рамках дела о банкротстве должен проводить более тщательную проверку обоснованности выбытия имущества должника, её целесообразности в преддверии банкротства по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

При оценке доводов об оплате судами констатирована недоказанность соответствующей финансовой возможности у ответчика.

Так, единственным источником доходов ФИО2 в 2013 – 2019 годах являлась страховая пенсия по старости в общем размере 2 289 629,12 руб., иные источники дохода не раскрыты.

Судами также оценены доводы о наличии у супруга ФИО2 существенных доходов.

Так, в постановлении суда апелляционной инстанции от 23.09.2025 на основании справок по форме 2-НФДЛ за 2013 – 2019 годы установлен доход ФИО7 от трудовой деятельности за 7 лет за вычетом НДФЛ - 13 590 306,67 руб.

Вместе с тем в другом споре ФИО6 в подтверждение финансовой возможности оплаты иного имущества должника (по договору купли-продажи от 06.08.2020) ссылалась на получение от родителей (Г-вых) займа по договору от 16.11.2020 на общую сумму 14 181 000 руб. в период с 19.11.2020 по 17.03.2021.

Ссылки ответчика на отсутствие преюдициального значения судебных актов по иным спорам не исключают их обязательный характер по правилам статьи 16 АПК РФ и не освобождают ответчика в настоящем обособленном споре от обязанности доказывания по установленному стандарту достаточности совокупных доходов Г-вых для оплаты всего имущества, отчуждённого из собственности должника по ряду оспариваемых сделок, что места не имеет.

Кроме того, не раскрыт образ жизни Г-вых и не исключено расходование их доходов на собственные нужды и цели, а также ни в коей мере документально не опровергнуто предположение о том, что безналичная операция, проведённая в подтверждение оплаты машино-места, является звеном оборота одних и тех денежных средств, в том числе принадлежащих должнику и причитающихся его кредиторам.

По версии ответчика, снятие со вклада денежных средств произведено в марте 2020 года, спорная сделка совершена в декабре 2020 года.


Обычным и разумным является размещение гражданином свободных средств с целью сохранности и доступного дохода в кредитных учреждениях, даже если одно из них перестало вызывать доверие. Однако такое поведение ФИО2 не продемонстрировано.

Кроме того, управляющий в опровержение связи закрытия вклада с оформлением через 9 месяцев безналичной операции по спорной сделке указывал, что на момент закрытия вклада АО «Банк «Окрытие» находилось в обстоятельствах, сомнений в платёжеспособности не вызывающих, а вклад, учитывая его размер, был застрахован.

В совокупности указанные обстоятельства истолкованы в пользу выводов об отсутствии достаточных объективных доказательств финансовой возможности ответчика произвести оплату машино-места, противоправности безвозмездного отчуждения имущества, осведомлённости аффилированного ответчика о наличии к должнику значительных по размеру требований кредиторов, причинении вреда их имущественным интересам.

Имеющиеся в электронном деле о банкротстве пояснения должника о передаче полномочий на распоряжение его счётом в Российской Федерации сыну, который поступающие на этот счёт денежные средства направлял за границу, а также имеющиеся в деле сведения о передвижениях и уровне расходов должника за пределами Российской Федерации после объявления в розыск, свидетельствуют об обмене натуральных активов должника на их денежный эквивалент с выводом в распоряжение должника в обход имущественных интересов кредиторов, что подтверждает наличие у должника и его группы лиц цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов и её фактическое достижение даже при допущении оплаты машино-места за счёт собственных средств ответчика (что, тем не менее, не доказано).

Таким образом, обстоятельства, входящие в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, установлены.

Ссылка ответчика на приобретение машино-места в новом доме в центре города для личных потребностей и сдачи в аренду свидетельствует о ценности актива, но подозрительный характер спорной сделки не опровергает, более того, ответчик проживает в другом месте, а доходы от аренды и срок аренды очевидно не подтверждают стандарт поведения обычного инвестора и экономическую целесообразность спорной сделки.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, направлены на переоценку доказательств по делу, что в соответствии со статьёй 287 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Фактические обстоятельства установлены судами двух инстанций в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, выводы судов соответствуют установленным обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам,


нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено.

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 04.12.2025 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2026 по делу № А70-23869/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.А. Шарова

Судьи С.А. Доронин

ФИО1