Постановление от 22 января 2024 г. по делу № А45-31186/2017

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А45-31186/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 января 2024 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Зюкова В.А.,

судей Глотова Н.Б.,

ФИО1 -

при ведении протокола помощником судьи Рахмеевой Д.Р. рассмотрел в судебном заседании с использованием системы веб-конференции посредством сервиса «Картотека арбитражных дел» кассационную жалобу ФИО2, ФИО3 (далее - акционеры) на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 04.06.2023 (судья Лихачёв М.В.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2023 (судьи Михайлова А.П., Дубовик В.С., Кудряшева Е.В.) по делу № А45-31186/2017 о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Макс Моторс Проект» (далее – ЗАО «Макс Моторс Проект», должник), принятые по жалобе акционеров на действия (бездействие) конкурсного управляющего должником ФИО4 (далее – управляющий) с ходатайством об его отстранении, а также по заявлению о взыскании убытков с конкурсного управляющего.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсенал».

В судебном заседании в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» участвует представитель управляющего ФИО4 - ФИО5 по доверенности от 28.06.2023.

Суд установил:

производство по делу о признании должника банкротом возбуждено на основании заявления индивидуального предпринимателя ФИО6, принятого определением Арбитражного суда Новосибирской области от 25.10.2017.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 18.10.2018 в отношении ЗАО «Макс Моторс Проект» введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

ФИО2 15.09.2022 обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением об отстранении конкурсного управляющего ФИО4 и о взыскании с него убытков в размере 123 000 000 руб., причиненных должнику в результате бездействия по не оспариванию мирового соглашения должника с ФИО7 в рамках дела № А45-7552/2018.

ФИО3 привлечена в качестве соистца, поддержала заявленные доводы.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 04.06.2023, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2023, в удовлетворении жалобы и ходатайства об отстранении отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, акционеры обратились с кассационной жалобой, в которой просят отменить определение Арбитражного суда Новосибирской области от 04.06.2023 и постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2023, направить дело на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы акционеры ссылаются на то, что в результате заключения мирового соглашения по делу № А45-7552/2018, ФИО7, наряду с сохранением своих требований к должнику, безвозмездно получил в собственность недвижимое имущество, принадлежащее должнику, что, по мнению кассаторов, для любого разумного арбитражного управляющего свидетельствует о том, что такая сделка нанесла ЗАО «Макс Моторс Проект» имущественный ущерб, при этом мер для оспаривания мирового соглашения, ФИО4 не принято. Полагают, что выводы судов о том, что мировое соглашение заключено на выгодных для ЗАО «Макс Моторс Проект» условиях, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Согласие С-вых на заключение мирового соглашения было дано при иных условиях. Ссылаются на обстоятельства аффилированности ФИО4 по отношению к кредиторам должника (ФИО7 и АО «ЮниКредит Банк») через одних и тех же представителей.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО4 считает доводы, изложенные в ней, несостоятельными, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов.

Суд округа приобщил к материалам дела возражения на отзыв арбитражного управляющего.

В судебном заседании представитель ФИО4 просит оставить без изменения обжалуемые судебные акты.

Представителю ФИО2 - ФИО8, действующему на основании доверенности от 08.08.2023, которым заявлено ходатайство об участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции (в онлайн-режиме), судом округа обеспечено участие. Средства связи суда округа воспроизводят видео- и аудиосигнал, технические неполадки отсутствуют, представитель ФИО4 подключился к системе веб-конференции.

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, в рамках дела № А45-7552/2018 определением суда от 25.04.2018 утверждено мировое соглашение, по условиям которого должник передал ФИО7 в собственность нежилое здание (6287.9 кв.м.) и право аренды земельного участка под ним.

Суд утвердил мировое соглашение от 09.04.2018, заключенное индивидуальным предпринимателем ФИО7 (ОГРНИП 304547323700100) и закрытым акционерным обществом «МАКС Моторс Проект» (ОГРН <***>), содержащее следующие условия: «Истец индивидуальный предприниматель ФИО7 (ОГРНИП 304547323700100, ИНН <***>) с одной стороны, и ответчик закрытое акционерное общество «МАКС Моторе Проект» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице генерального директора ФИО2, действующего на основании устава, с другой стороны, вместе именуемые «стороны», в целях урегулирования спора по делу № А45-7552/2018, рассматриваемому Арбитражным судом Новосибирской области, в целях прекращения спора, возникшего в связи с обращением взыскания на заложенное имущество, руководствуясь статьями 139 - 141 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), заключили настоящее мировое соглашение о нижеследующем:

1. Условия: в счет исполнения обязательств по договору уступки прав (требований) № 22/12 от 22.12.2017, заключенному между (ПАО) Банк «Левобережный» и ФИО7, ответчик передает истцу следующее имущество и права: торгово-сервисный центр по продаже и обслуживанию автомобилей, назначение: нежилое здание. Площадь: общая 6287,9 кв.м. литер: А. этажность: 2. адрес (местоположение): <...>. Кадастровый (или условный) номер: 54:35:052335:2037; право аренды на земельный участок, земли населенных пунктов - для строительства торгово-сервисного центра по продаже и обслуживанию автомобилей. Площадь: 21 954 кв. Кадастровый (условный) номер: 54:35:052335:91. Адрес (местоположение) объекта: <...>. Право аренды принадлежит ответчику на основании договора аренды земельного участка на территории города Новосибирска № 116281 от 18.01.2014 сроком по 18.01.2024, зарегистрированного Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Новосибирской области 06.03.2014. Номер регистрации 54-54-01/817/2014-554.

2. По обоюдному согласию сторон стоимость передаваемого торгово-сервисного центра и права аренды на земельный участок составляет 120 003 000 руб., из них: стоимость торгово-сервисного центра составляет 67 818 000 руб.; стоимость права аренды на земельный участок составляет 52 185 000 руб.



Ссылаясь на аффилированность с кредиторами и предпочтительное погашение требований ФИО7 в результате заключения мирового соглашения, акционеры обратились в арбитражный суд с настоящей жалобой, заявив ходатайство об отстранении управляющего ФИО4, а также о взыскании с него убытков.

Отказывая в удовлетворении жалобы, суды первой и апелляционной инстанций исходили из отсутствия оснований для признания действий (бездействия) ФИО4 незаконными, не усмотрели оснований для его отстранения от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, а также недоказанности совокупности обстоятельств для взыскания с ФИО4 убытков.

Проверив законность обжалуемых судебных актов на основании статей 284, 286 АПК РФ, исходя из доводов кассационной жалобы, суд кассационной инстанции считает, что обжалуемые определение и постановление не подлежат отмене.

Согласно пункту 4 статьи 20.4, пунктом 3 статьи 25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения требований данного Закона арбитражный управляющий несет предусмотренную законом ответственность и обязан возместить убытки должнику, кредиторам и иным лицам убытки.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Из смысла названной нормы права следует, что для взыскания убытков необходимо доказать наличие одновременно нескольких условий, а именно: факт причинения убытков, противоправное поведение ответчика (вина ответчика, неисполнение им своих обязательств, обязанностей), причинно-следственную связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств и непосредственно размер убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве лицам, участвующим в деле о банкротстве, в целях защиты нарушенных прав и законных интересов предоставлено право на подачу жалобы в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей.

При рассмотрении таких жалоб лицо, обратившееся с суд, обязано доказать факт незаконности действий (бездействия) арбитражного управляющего и то, что эти действия (бездействие) управляющего нарушили права и законные интересы заявителя, кредиторов и должника, а арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе представить доказательства, свидетельствующие о соответствии спорных действий (бездействия) требованиям добросовестности и разумности исходя из сложившихся обстоятельств (статья 65 АПК РФ).

Преследуя цель конкурсного производства, арбитражный управляющий должен, с одной стороны, предпринять меры, направленные на увеличение конкурсной массы должника, в том числе на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, посредством обращения в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (пункты 2, 3 статьи 129 Закона о банкротстве). С другой стороны, деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов.

Разрешая вопрос о том, соотносились ли те или иные действия (бездействие) управляющего с принципом добросовестности, следует принимать во внимание разъяснения, изложенные в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». По смыслу указанных разъяснений, несмотря на то, что управляющий обладает определенной дискрецией, оценивая его действия как добросовестные или недобросовестные, суд должен соотнести их с поведением, ожидаемым от любого независимого профессионального управляющего, находящегося в сходной ситуации и учитывающего права и законные интересы гражданско-правового сообщества кредиторов, а не отдельных лиц.

В настоящем случае суды правомерно исходили из того, что между ПАО «Банк «Левобережный» и ЗАО «Макс Моторс Премьер», ООО «Макс Моторс Бизнес» в 2015 году заключен ряд кредитных договоров, согласно которым Банк выдал группе компаний Макс Моторс денежные средства в кредит.

Обязательства группы компаний по возврату кредита были обеспечены договором ипотеки недвижимого имущества должника, являющего предметом настоящей жалобы.

Заемщики свои обязательства по кредиту не выполнили. Долг перед Банком по состоянию на 22.12.2017 составил 297 млн. руб., из которых 196 млн. руб. - основной долг.

На основании договора уступки № 22/12 Банк 22.12.2017 передал указанный долг ФИО7 за 120 000 000 руб. По условиям договора уступки к ФИО7 перешли и права, вытекающие из договоров, предметом которых является обеспечение исполнение заемщиками своих обязательств по кредиту (то есть и по договору ипотеки).

Таким образом вопреки доводам акционеров о том, что ФИО7 безвозмездно получил в собственность спорные объекты недвижимости, права требования по кредитным договорам приобретены им за 120 млн. руб.

Как следует из текста определения суда от 25.04.2018 по делу № А45-7552/2018 взыскатель заявил сумму основного долга в размере 110 000 000 руб. и проценты по кредиту в сумме 13 175 476,07 руб.

В рассматриваемом случае судами верно установлено, что у ЗАО «Макс Моторс Проект» после заключения мирового соглашения осталось иное имущество, достаточное для погашения обязательств первой и второй очереди, текущих платежей, а именно: основные средства (недвижимость) - 8 нежилых помещений, 5 нежилых зданий и шесть земельных участков; основные средства (транспорт) - 12 грузовых, легковых автомобилей; оборудование - 3 единицы; ценные бумаги; дебиторская задолженность - 3 762 500 руб.

В результате реализации такого имущества в ходе процедуры конкурсного производства погашены текущие обязательства должника, а также требования первой и второй очереди реестра требований кредиторов должника, погашена часть требований, включенных в третью очередь реестра (согласно отчета конкурсного управляющего).

Кроме того, суды правомерно исходили из того, что при согласовании в рамках дела № А45-7552/2018 условий мирового соглашения между ЗАО «Макс Моторс Проект» и ФИО7, последний 20.04.2018 уточнил свои требования к должнику, а именно заменил свои требования о взыскании неустойки на требования о взыскании основного долга (копия уточнений приобщалась в суде первой инстанции).

Указанное также подтверждается и содержанием самого определения суда об утверждении мирового соглашения от 25.04.2018 по делу № А45-7552/2018. Таким образом, условия о погашении неустоек мировое соглашение не предусматривало.

Принимая во внимание положения статьи 61.3 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений, изложенных в пункте 29.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), суды пришли к правильному выводу об отсутствии условий предпочтительности в сделке по заключению мирового соглашения.

При этом судами обоснованно учтено, что стоимость недвижимого имущества, переданного по мировому соглашению, определена сторонами исходя из отчета об оценке от 04.04.2018 № 15540418, который при первоначальном рассмотрении дела никем не оспорен, в том числе и ФИО2, который лично подписал указанное мировое соглашение со стороны должника.

Из материалов дела следует, что акционеры С-вы выразили письменное согласие на заключение мирового соглашения, приняли его условия.

Проанализировав процессуальное поведение акционеров, которые спустя почти пять лет представили рецензию от 22.03.2023 на отчет оценщика, суды аргументированно признали его направленным на пересмотр вступившего в законную силу судебного акта об утверждении мирового соглашения, в обход предусмотренного действующим процессуальным законодательством порядка пересмотра судебных актов и на попытку нивелировать выводы суда.

Отклоняя доводы о том, что о недействительности мирового соглашения свидетельствует определение Арбитражного суда Новосибирской области от 18.09.2018 по делу № А45-31186/2017, которым требования ФИО9 включены в реестр ЗАО «Макс Моторс Проект», суды учли, что указанный судебный акт не содержит каких-либо выводов о недействительности условий мирового соглашения.

Суды верно указали, что доводы, изложенные в настоящей жалобе о несогласии с размером требований ФИО7, включенными в реестр требований кредиторов должника, подлежат отклонению, поскольку направлены на преодоление вступившего в законную силу судебного акта (определение суда от 18.09.2018).

Кроме того, как следует из материалов дела определением Арбитражного суда Новосибирской области от 03.11.2023 требования ФИО7 исключены из реестра требований кредиторов должника в размере 120 003 000 руб.

Суды первой и апелляционной инстанции оценили действия (бездействие) управляющего на предмет их соответствия принципам добросовестности и разумности (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а также другим обязательным требованиям, предъявляемым к деятельности конкурсного управляющего нормами Закона о банкротстве.

По результатам оценки суды пришли к законному выводу об отсутствии оснований для признания действий (бездействия) конкурсного управляющего незаконным.

Основания для взыскания с конкурсного управляющего убытков также отсутствовали ввиду того, что обязанность по возмещению убытков возникает только в случае их причинения в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, чего судами установлено не было.

В силу положения абзаца четвертого пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в случае выявления обстоятельств, препятствовавших утверждению лица конкурсным управляющим, а также в случае, если такие обстоятельства возникли после утверждения лица конкурсным управляющим.

Заявители в обоснование требования об отстранении ФИО4 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего указывали, что интересы ФИО7 по данному делу представляют юристы компании ООО ЮК «Гребнева и Партнеры», с этой же юридической компанией арбитражный управляющий ФИО4 12.10.2018 от имени должника заключил договор об оказании юридических услуг должнику. То есть, интересы должника и его кредиторов в настоящем деле представляют одни и те же лица.

Как следует из разъяснений, изложенных в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Согласно Определениям Верховного суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 основной критерий определения наличия фактической заинтересованности - анализ поведения участников правоотношений.

Сформированные правовые позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в определении от 20.02.2017 № 309-ЭС14-647(19), от 14.02.2019 № 309-ЭС18-334(3), от 11.03.2019 № 305-ЭС18-7372(2), состоят в том, что даже выявленная заинтересованность (фактическая либо юридическая по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве) арбитражного управляющего по отношению к должнику, кредиторам, не является сама по себе самостоятельным и достаточным основанием для отстранения арбитражного управляющего. Ключевым условиям для отстранения арбитражного управляющего в случае выявления заинтересованности является наличие фактов нарушения со стороны арбитражного управляющего прав и законных интересов кредиторов, недобросовестности арбитражного управляющего, а также наличие действий арбитражного управляющего в ущерб интересам должника и кредиторов, негативных последствий, вытекающих из заинтересованности арбитражного управляющего.

Представительство не относится к основаниям признания лица аффилированным с арбитражным управляющим или его кредиторами.

Суды обоснованно исходили из недоказанности того, что в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств того, что интересы управляющего и залогового кредитора представляло одно и то же лицо, в рамках одного и того же дела. Не указаны судебные акты по делу о банкротстве ЗАО «Макс Моторс Проект», в которых принимали участие представители кредиторов ФИО7 и АО «ЮниКредит Банк», а также управляющего ФИО4

Доводы кассатора о безвозмездные передачи объектов недвижимого имущества ФИО7 по мировому соглашению не подтверждается материалами дела, поскольку как следует из текста определения суда от 25.04.2018 по делу № А45-7552/2018 взыскатель заявил сумму основного долга в размере 110 000 000 руб. и проценты по кредиту в сумме 13 175 476,07 руб.

Довод кассатора о заниженной цене имущества, передаваемого по мировому соглашению, судами также оценены и отклонены.

Цена недвижимого имущества была определена по результатам проведения оценки непосредственно перед самым заключением мирового соглашения. Согласно обычаям делового оборота, стороны производят оценку каких-либо объектов, на актуальную дату перед совершением сделки с такими объектами.

Так, отчет об оценке выполнен 05.04.2018 г., мировое соглашение заключено 25.04.2018 г. Таким образом, у ФИО4 не имелось оснований считать отчет об оценке недостоверным.

Результаты такого отчета об оценке никем не оспаривались, в том числе и самим ФИО2, хотя он сам подписывал указанное мировое соглашение со стороны должника. Кроме прочего, оба акционера, заявителя по жалобе, выразили письменное согласие на заключение мирового соглашения, приняли его условия.

В определении суда от 25.04.2018 в пункте 2 указано, что по обоюдному согласию сторон стоимость передаваемого торгово-сервисного центра и права аренды на земельный участок составляет 120 003 000 руб., из них: стоимость торгово-сервисного центра составляет 67 818 000 руб.; стоимость права аренды на земельный участок составляет 52 185 000 руб.

Таким образом, стоимость недвижимого имущества, переданного по мировому соглашению, определена сторонами исходя из отчета об оценке от 04.04.2018 № 15540418, который при первоначальном рассмотрении дела никем не оспорен, в том числе и ФИО2, который лично подписал указанное мировое соглашение со стороны должника.

Суд апелляционной инстанции оценивая довод заявителя о том, что недвижимое имущество передавалось по мировому соглашению в счет погашения всего размера долга перед ФИО7, а не только в части, указал, что в суде первой инстанции он не заявлялся, во-вторых, акционеры, заявляя такой довод, занимают противоречивую позицию, потому что в пункте 1 своей жалобы утверждают, что долг перед ФИО7 должен был быть уменьшен на сумму мирового соглашения (а не на сумму полного погашения), первоначально утверждая о том, что долг в ходе заключения мирового соглашения был погашен только в части стоимости залогового имущества, сейчас акционеры не могут утверждать обратного.

Суд округа отмечает, что если бы указанным определением об утверждении мирового соглашения была погашена вся задолженность перед группой компаний, то определением суда от 18.09.2018 требования ФИО7 не были бы включены в реестр требований кредиторов (в указанном определении отражены кредитные договоры и с иными организациями), однако данное определение о включении в реестр требований кредиторов вступило в законную силу, никем, в том числе и ФИО2 в вышестоящей судебной инстанции не оспорено. При этом, если принять во внимание довод кассатора о том, что была погашена вся задолженность (более 200 млн. рублей), то тем более оснований для оспаривания мирового соглашения не было, предметом настоящей жалобы является именно не оспаривание мирового соглашения и действий по его исполнению.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, являлись предметом рассмотрения судов двух инстанций, выражают несогласие ее подателей с выводами судов об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судами положений законодательства об исполнении арбитражным управляющим обязанностей, возложенных на него в деле о банкротстве, и подлежат отклонению как направленные на переоценку доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Согласно правовому подходу, изложенному в определении от 17.02.2015 № 274-О Конституционного Суда Российской Федерации, иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допущена (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями части 7 статьи 71 АПК РФ. Нормы материального права применены правильно.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 04.06.2023 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2023 по делу № А45-31186/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.



Председательствующий В.А. Зюков


Судьи Н.Б. Глотов


ФИО1