Решение от 12 ноября 2021 г. по делу № А40-160487/2021

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А40-160487/21-96-1140
12 ноября 2021 года
г. Москва



Резолютивная часть решения объявлена 08.11.2021

Полный текст решения изготовлен 12.11.2021

Арбитражный суд в составе:

судья Гутник П.С. (единолично), при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТРАСТ" (665824, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 16.08.2006, ИНН: <***>)

к ответчику ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ КАРДИФ" (127015, <...>, ЭТАЖ 18 ПОМ СХ, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 03.07.2007, ИНН: <***>)

о взыскании 106 263,85 руб.

при участии:

от истца: не явился, извещён;

от ответчика: не явился, извещён,

Рассмотрев материалы дела, суд

УСТАНОВИЛ:

ООО "ТРАСТ" (далее по тексту – Истец) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО "СК КАРДИФ" (далее по тексту – Ответчик) о взыскании суммы страхового возмещения в размере 106 263 руб. 85 коп. по факту смерти Застрахованного лица ФИО2.

Определением арбитражного суда от 05.08.2021 г. исковое заявление было принято к производству в порядке упрощённого производства.

Определением арбитражного суда от 01.10.2021 г. арбитражный суд перешёл к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

От истца в арбитражный суд поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Представители сторон спора и третьего лица, надлежащим образом извещенные, в судебное заседание не явились. Дело рассмотрено в порядке ст.ст. 123, 156 АПК РФ.

Суд в отсутствие возражений сторон спора, в порядке ч. 4 ст. 137 АПК РФ завершил предварительное судебное заседание и перешел к рассмотрению спора по существу.

Рассматривая данный спор по существу, суд исходит из следующего.

19.06.2019 между ОАО «Сбербанк России» и ООО «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ» был заключен договор (уступки прав (требований)) № ПЦП13-1 (далее – Договор цессии), на основании которого Банк передал ООО «ТРАСТ» право требования по просроченным кредитам физических лиц, в объеме и на условиях, существующих к моменту перехода прав (требований), а так же права (требования), принадлежащие Банку на основании договоров, обеспечивающих исполнение обязательств по кредитным договорам, в том числе и по кредитному договору № <***> от 26.12.2013 заключенному с ФИО2.

По условиям указанного кредитного договора Банк предоставил заемщику кредит в размере 164 000 руб. 00 коп., под 16,5 % годовых, сроком на 39 месяцев.

Согласно Приложения № 3 к договору цессии к ООО «ТРАСТ» перешло право требования исполнения ФИО2 кредитных обязательств по кредитному договору в размере 106 263 руб. 85 коп.

.
На основании Договора цессии, ч.3 ст.385, ст.ст.388, 390 ГК РФ Банк передал ООО «ТРАСТ» документы, подтверждающие существование права требования, в том числе кредитный договор № <***> от 26.12.2013 заключенный между ФИО2 и Банком, Заявление на страхование от 26.12.2013 подписанное ФИО2 (далее по тексту – Договор страхования).

26.12.2013 ФИО2 подписал Заявление на страхование, в котором выразил свое согласие быть застрахованным лицом по Договору страхования от несчастных случаев и болезней (далее – Договор страхования) заемщика ОАО «Сбербанк России» в соответствии с «Условиями участия в Программе коллективного добровольного страхования жизни и здоровья заемщиков ОАО «Сбербанк России», в связи с чем просила включить ее в список застрахованных лиц. Страховщик – ООО «СК «КАРДИФ».

В соответствии с Заявлением на страхование страховыми случаями являются: смерть застрахованного в результате несчастного случая или болезни; установление инвалидности 1-й группы в результате несчастного случая или болезни.

Банк является выгодоприобретателем по Договору страхования при наступлении страхового случая.

Согласно заявлению сумма страховой премии (платы за подключение к Программе страхования) в размере 9 594,00 руб. за весь период кредитования включена в сумму выдаваемого кредита. Следовательно, срок страхования – 39 месяцев, страховая сумма – 164 000 руб. 00 коп

В соответствии со ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора, в котором могут предусмотреть способ обеспечения исполнения обязательств (ст.329 ГК РФ). Перечень приведенных в ст.329 ГК РФ способов исполнения обязательств не является исчерпывающим, исполнение обязательств может обеспечиваться, помимо перечисленных в названной норме способов и другими способами предусмотренными законом или договором.

Данная позиция нашла свое отражение в п.4 Обзора судебной практики Верховного суда РФ по гражданским делам связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств (утв. Президиумом Верховного суда РФ от 22.05.2013). «в кредитных договорах может быть предусмотрена возможность заемщика застраховать свою жизнь и здоровье в качестве способов обеспечения исполнения обязательств и в этом случае в качестве выгодоприобретателя может быть указан Банк. То обстоятельство, что Банк является выгодоприобретателем по договору страхования, то есть исходя из договора установил за собой право на получение страховой выплаты равной размеру задолженности заемщика в случае его смерти, свидетельствует о его воле на исполнение кредитного договора в случае смерти заемщика путем получения от страховщика страховой выплаты, которая обеспечивает требование по кредитному договору».

Договор страхования подписанный ФИО2 обладает всеми обеспечительными признаками: договор страхования и кредитный договор заключены в один день; срок страхования равен сроку кредитного обязательства; сумма кредита и страховая сумма одинаковы; Банк является выгодоприобретателем при наступлении страхового случая.

Таким образом, при выдаче потребительского кредита Банк применил разработанные им правила выдачи кредитов физическим лицам, согласно которым страхование жизни и здоровья заемщиков относится к мерам по снижению риска не возврата кредита.

Договор страхования был заключен заемщиком ФИО2 именно в связи с заключением кредитного договора, то есть был сопутствующим при заключении кредитного договора, что свидетельствует о взаимосвязи указанных договоров.

Со своей стороны Страховщик заключая договор страхования подтвердил, что страхование производилось в рамках страхования жизни и здоровья заемщика кредита (о ОАО «Сбербанк России» включением ФИО2 в список застрахованных лиц, а так же указанием в качестве выгодоприобретателя по данному договору при наступлении страхового случая Банк.

Учитывая, что в случае полного погашении кредита, участие ФИО2 в программе страхования автоматически прекращается, следовательно, договор страхования от несчастных случаев и болезней был заключен как обеспечительные меры исполнения обязательств по возврату заемных средств по кредитному договору.

Страховые суммы по этому договору определены пределами суммы выданного кредита и изменяются в течение срока действия этого договора и не могут превышать задолженности застрахованного по кредитному договору.

Из указанного условия следует, что при отсутствии задолженности заемщика по кредитному договору страховая сумма также обнуляется, то есть договор страхования прекращается.

Таким образом, заемщик ФИО2 в данном случае заключил договор страхования жизни и здоровья как способ обеспечения исполнения своих обязательств в качестве заемщика кредитного договора № <***> от 26.12.2013г.

Наличия других кредитных обязательств ФИО2 перед Банком не усматривается.

В ч.1 ст.384 ГК РФ указано, что если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Как указывалось выше в соответствии с п.1.1., договора цессии и ст.ст. 382, 384, 388, 389.1, 390 ГК РФ Банк передал ООО «ТРАСТ» право требования к физическим лицам по кредитным договорам, в объеме и на условиях, существующих к моменту перехода прав (требований), а так же права (требования), принадлежащие Банку на основании договоров, обеспечивающих исполнение обязательств по кредитным договорам, в том числе и по кредитному договору № <***> от 26.12.2013 заключенному с ФИО2

Таким образом, к ООО «ТРАСТ» в силу закона и договора цессии перешло право обратиться к Страховщику с заявлениями (уведомлениями) о наступлении страхового случая (смерти заемщика) и выплате страхового возмещения. В силу норм главы 24 Гражданского кодекса РФ об уступке требования выгодоприобретатель вправе заменить себя на другое лицо на любой стадии исполнения страховщиком своих обязательств, вытекающих из договора страхования.

Данные обстоятельства свидетельствуют, о том, что на момент уступки прав (требований) Банк, как выгодоприобретатель по договорам страхования, имел право обратиться к Страховщику с заявлением о наступлении страхового случая (смерти заемщика) и выплате страхового возмещения, и данное право в силу закона и договора перешло к ООО «ТРАСТ». Следовательно, ООО «ТРАСТ» имеет все законные основания обратиться к Страховщику с соответствующим заявлением.

В период действия Договора страхования – 04.01.2016 наступила смерть застрахованного лица ФИО2 данный факт подтверждает справка о смерти №А-01987 выданная органом ЗАГС по Ангарскому району и г.Ангарску Иркутской области от 05.03.2021г.

Из содержания справки о смерти исключение из страхового покрытия не не усматривается, следовательно, смерть ФИО2 является страховым случаем «смерть в результате болезни».

Согласно ст.934 ГК РФ по договору личного страхования страховщик при наступлении страхового случая обязан выплатить обусловленную договором сумму (страховую сумму). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

В соответствии с ч.2 ст.9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992г. «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Из содержания заявления на страхование следует, что Страховщик при наступлении страхового случая (смерти застрахованного лица) выплачивает выгодоприобретателю страховую выплату в размере задолженности по кредитному договору, но не более страховой суммы. Страховая сумма составляет – 164 000 руб. 00 коп. Сумма задолженности ФИО2 по кредитному договору составила 106 263 руб. 85 коп.

22.03.2021 ООО «ТРАСТ» в адрес ООО «СК «КАРДИФ» направило уведомление о наступлении страхового случая (исх.№ 86201). К уведомлению прилагались следующие документы: копия кредитного договора № <***> от 26.12.2013; копия заявления на страхование от 26.12.2013; копия договора об уступке прав (требований) № ПЦП13-1 от 19.06.2016; копия Приложения № 3 к договору об уступке прав (требований) № ПЦП13-1 от 19.06.2016 (первая страница с должником, последняя страница); оригинал справки о смерти №А-01987 выданная органом ЗАГС Иглинского района Республики Башкортостан от 05.03.2021г. Факт отправки уведомления подтверждает список № 157внутренних почтовых отправлений от 22.03.2021г.

Таким образом, ООО «ТРАСТ» как выгодоприобретатель по договору страхования, представило документы, подтверждающие факт наступления страхового случая и выполнило все обязанности, возложенные на него Условиями страхования, ст.939 ГК РФ.

Иные необходимые Страховщику документы, как профессиональный участник страховых правоотношений, имел право запросить самостоятельно в силу ч.8 ст.10 Закон РФ от 27.11.1992г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» и Договора страхования.

15.04.2021 ООО «ТРАСТ» в адрес ООО «СК «КАРДИФ» направило претензию (исх№ 111950) факт отправки претензии подтверждает список № 135 внутренних почтовых отправлений от 15.04.2021г.

17.04.2021 в адрес ООО «ТРАСТ» поступило письмо (исх№И20210408/163 от 08.04.2021) в котором Страховщик сославшись на нормы ст.956 ГК РФ фактически отказал ООО «ТРАСТ» в страховой выплате.

Ответчик против удовлетворения исковых требований возражал, указал на истечение срока исковой давности.

Довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности отклоняется судом в связи со следующими обстоятельствами.

Срок исковой давности по требованиям, основанным на договорах личного страхования и договорах страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, равен общему сроку и составляет три года (п. 2 ст. 966 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, сформулированной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 г. № 11750/13, в обязательственных правоотношениях ненадлежащее исполнение или неисполнение обязательства должником нарушает субъективное материальное право кредитора, а значит право на иск возникает с момента нарушения права кредитора, и именно с этого момента определяется начало течения срока давности (с учетом того, когда это стало известно или должно было стать известно кредитору).

Наступление страхового случая означает лишь возникновение права страхователя обратиться с требованием к страховщику о страховой выплате, сама же реализация права на страховую выплату осуществляется в порядке, предусмотренном договором страхования или законом.

Поэтому, если в договоре страхования или в законе установлен срок для страховой выплаты, то течение срока исковой давности начинается с момента, когда страхователь узнал или должен был узнать об отказе в выплате страхового возмещения или о выплате его в неполном объеме в этот срок, а при несовершении таких действий - с момента окончания срока, установленного для страховой выплаты.

Если же в договоре страхования или в законе не установлен срок для страховой выплаты, то подлежат применению правила п. 2 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому по обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства.

Течение срока исковой давности не может начаться ранее момента нарушения права. Именно отказ страховщика в страховой выплате является нарушением прав и законных интересов выгодоприобретателя, так как до этого момента выгодоприобретатель рассчитывал на получение страховой выплаты и именно с этого момента у выгодоприобретателя появились основания не согласиться с решением страховщика (отказом в выплате) и обратиться в суд за защитой своих нарушенных прав.

При таких обстоятельствах, принимая во внимания разъяснения, изложенные в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 г. № 11750/13, суд кассационной инстанции не может признать законными и обоснованными выводы судов об отказе в иске (о пропуске исковой давности, учитывая, что суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции неправильно определил начало течения срока исковой давности – с даты смерти застрахованного лица), полагает, что судами обеих инстанций допущены нарушения норм материального и процессуального права, в связи с чем имеются предусмотренные ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены обжалуемых судебных актов.

Такая позиция по рассматриваемому вопросу соответствует судебной практике (постановления Арбитражного суда Московского округа от 04.03.2021 г. по делам № № А40- 97110/2020, А40-97084/2020, А40-94043/2020, А40-36510/2020, А40-166850/2019, А40-94005/20 и др.).

ООО "ТРАСТ" как выгодоприобретатель по договору страхования, представило документы, подтверждающие факт наступления страхового случая и выполнило все обязанности, возложенные на него Условиями страхования, ст. 939 ГК РФ.

Иные необходимые Страховщику документы, как профессиональный участник страховых правоотношений, имел право запросить самостоятельно в силу ч. 8 ст. 10 Закон РФ от 27.11.1992 г. N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" и Полиса страхования.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик ссылался на то, что истцом не представлены необходимые для подтверждения наступления страхового события документы о причинах смерти заемщика; а также указывал, что к истцу не перешли права выгодоприобретателя, поскольку в силу закона замена выгодоприобретателя по договору личного страхования, назначенного с согласия застрахованного лица, допускается лишь с согласия этого лица.

Согласно ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Договор личного страхования считается заключенным в пользу застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо. В случае смерти лица, застрахованного по договору, в котором не назван иной выгодоприобретатель, выгодоприобретателями признаются наследники застрахованного лица.

В соответствии со ст. 956 Гражданского кодекса Российской Федерации страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика. Замена выгодоприобретателя по договору личного страхования, назначенного с согласия застрахованного лица (п. 2 ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации), допускается лишь с согласия этого лица.

Согласно п. 1 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. При этом для перехода к другому лицу прав кредитора согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором, не требуется (п. 2 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании п. 1 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

В соответствии со ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону (п. 1). Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника (п. 2).

Статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В силу ст. 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться, помимо указанных в ней способов, и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Таким образом, перечень приведенных в ст. 329 Гражданского кодекса Российской Федерации способов исполнения обязательств не является исчерпывающим.

Данная позиция нашла свое отражение в п. 4 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 22.05.2013, согласно которому в кредитных договорах может быть предусмотрена возможность заемщика застраховать свою жизнь и здоровье в качестве способов обеспечения исполнения обязательств и в этом случае в качестве выгодоприобретателя может быть указан Банк.

То обстоятельство, что банк является выгодоприобретателем, и, исходя из договора, установил за собой право на получение страховой выплаты равной размеру задолженности заемщика в случае его смерти, свидетельствует о его воле на исполнение кредитного договора в случае смерти заемщика путем получения от страховщика страховой выплаты, которая обеспечивает требование по кредитному договору в том объеме, какой оно имело к моменту удовлетворения.

Следовательно, подписав заявления на страхование, заемщик подтвердил свое согласие на применение страхования как способа обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору (основное обязательство).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 N 1600-О-О, положение п. 2 ст. 956 Гражданского кодекса Российской Федерации регламентирует лишь отношения, связанные с заменой выгодоприобретателя другим лицом по воле страхователя и как таковое направлено на защиту выгодоприобретателя.

Таким образом, запрет, установленный указанным законоположением, не может распространяться на случаи, когда замена выгодоприобретателя происходит по его собственной воле в силу главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, банк после передачи права требования по кредитным договорам фактически утрачивает интерес в обеспечении таких обязательств, в связи с чем условиями заключенного сторонами договора цессии договора предусмотрена передача права требования, которая подтверждается не только кредитными договорами, но и договорами, обеспечивающими основное обязательство.

Замена выгодоприобретателя произведена в рассматриваемом случае по его собственной инициативе, что не противоречит ст. ст. 934, 956 Гражданского кодекса Российской Федерации. Действующим законодательством, в том числе ст. 956 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрен запрет на передачу выгодоприобретателем принадлежащего ему требования другим лицам. Обращаясь к ответчику с требованием за страховой выплатой, истцом представлены ответчику все имеющиеся в его распоряжении документы, подтверждающие наступление страхового случая.

Удовлетворяя исковые требования частично, арбитражный суд учитывает, что согласно акту приема-передачи прав (требований) от 24.06.2019 г. сумма основного долга по кредитном договору составляет 99 038 руб. 85 коп. Доказательства наличия задолженности на сумму долга, превышающую указанную истцом в материалы дела не предоставлено.

В силу ч. 1 ст. 64, ст. 71 и 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами ст. ст. 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

Оценив представленные в дело доказательства в порядке, предусмотренном ст. 71 АПК РФ, руководствуясь названными нормами права, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований в размере 99 038 руб. 85 коп.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по оплате госпошлины возлагаются на ответчика пропорционально размеру удовлетворенных требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 110, 167-170, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ООО "СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ КАРДИФ" (ИНН: <***>) в пользу ООО "ТРАСТ" (ИНН: <***>) задолженность в размере 99 038 руб. 85 коп., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3 904 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья П.С. Гутник