Постановление от 30 мая 2022 г. по делу № А57-7033/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-17458/2022

Дело № А57-7033/2020
г. Казань
30 мая 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 25 мая 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 мая 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В.,

судей Ивановой А.Г., Моисеева В.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Палеевой С.Г. (протоколирование ведется с использованием систем веб?конференции, материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу)

при участии в режиме веб-конференции:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Архангельское» ФИО1 – ФИО2, доверенность от 15.04.2022,

при участии в Арбитражном суде Поволжского округа:

некоммерческой организации «Фонд содействия развитию венчурных инвестиций в малые предприятия в научно-технической сфере Саратовской области» – ФИО3, доверенность от 11.09.2020,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу некоммерческой организации «Фонд содействия развитию венчурных инвестиций в малые предприятия в научно-технической сфере Саратовской области»

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 14.12.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2022

по делу № А57-7033/2020

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Архангельское» ФИО1 к ФИО4, некоммерческой организации «Фонд содействия развитию венчурных инвестиций в малые предприятия в научно-технической сфере Саратовской области» о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок, заинтересованные лица: Министерство экономического развития Саратовской области, ФИО5, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Архангельское» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Саратовской области от 07.05.2020 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Архангельское» (далее – должник).

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 21.07.2020 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 21.12.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Саратовской области с заявлением о признании недействительными сделок, заключенных между должником и некоммерческой организацией «Фонд содействия развитию венчурных инвестиций в малые предприятия в научно-технической сфере Саратовской области» (далее – Фонд):

- договора ипотеки от 24.08.2018, залогодатель должник, в отношении следующего имущества: нежилое двухэтажное здание производственного корпуса, площадь 2489,2 кв.м, этажность (этаж) – 2, находящееся по адресу: <...>, залоговой стоимостью, определенной по соглашению сторон в размере 7 500 000 руб.; право аренды земельного участка, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для эксплуатации нежилого здания (производственного корпуса), площадью 5007 кв. м, находящегося по адресу: <...>, кадастровый номер 64:04:230151:31, залоговой стоимостью, определенной по соглашению сторон в размере 25 000 руб.,

- договора залога оборудования от 24.08.2018, с дополнительным соглашением к договору залога оборудования от 25.01.2019, в отношении движимого имущества залоговой стоимостью, определенной по соглашению сторон в размере 3 868 000 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 14.12.2021, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2022, заявленные конкурсным управляющим требования удовлетворены.

В кассационной жалобе Фонд просит принятые по обособленному спору судебные акты отменить, заявленные требования оставить без удовлетворения, мотивируя неправильным применением судами норм материального и процессуального права, несоответствием выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Заявитель жалобы указывает на отсутствие доказательств того, что спорные сделки совершены с целью причинения вреда должнику и его кредиторам, а также того, что Фонд является недобросовестным участником гражданских правоотношений.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд кассационной инстанции находит их подлежащими отмене, исходя из следующего.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в период с 05.10.2016 и до 06.07.2018 участниками должника являлись Фонд и ФИО6

С 06.07.2018 и до 15.08.2018 Фонд являлся единственным участником доли в уставном капитале должника (100% доли).

Единоличным исполнительным органом должника был назначен ФИО4, о чем 21.06.2018 внесена соответствующая запись в ЕГРЮЛ.

Между Фондом и ФИО4 заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале должника от 07.08.2018, согласно которому Фонд отчуждает 100% доли в уставном капитале должника ФИО4 за 16 000 000 руб., срок оплаты до 20.11.2020.

С 15.08.2018 единственным учредителем (участником) должника является ФИО4

В обеспечение исполнения обязательств ФИО4 по договору купли-продажи доли в уставном капитале должника от 07.08.2018, между должником и Фондом заключен договор ипотеки от 24.08.2018 № 64 АА2516545.

Согласно пункту 1.1. указанного договора ипотеки должник (залогодатель) передает в залог Фонду (залогодержателю) принадлежащее ему на праве собственности и аренды имущество: нежилое двухэтажное здание производственного корпуса, площадью 2489,2 кв.м, находящееся по адресу: <...>, залоговой стоимостью в размере 7 500 000 руб.; право аренды земельного участка, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для эксплуатации нежилого здания (производственного корпуса), площадью 5007 кв. м, находящегося по адресу: <...>, кадастровый номер 64:04:230151:31, залоговой стоимостью в размере 25 000 руб.

Кроме того, с целью обеспечения исполнения обязательства по договору купли-продажи доли в уставном капитале должника, заключенного 07.08.2018 между Фондом и ФИО4, между должником и Фондом заключен договор залога от 24.08.2018 № 64 АА2516553, согласно пункту 1.1. которого должник (залогодатель) передает в залог Фонду (залогодержателю) принадлежащее ему на праве собственности оборудование залоговой стоимостью в размере 3 868 000 руб.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что спорные сделки совершены между заинтересованными лицами, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, на момент совершения сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности, на основании положений пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суды первой и апелляционной инстанций, удовлетворяя заявленные требования, ссылаясь на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статью 10 ГК РФ, руководствуясь разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), сочли доказанной всю совокупность обстоятельств, необходимых для признания спорных сделок недействительными.

При разрешении спора суды пришли к выводу о том, что участники оспариваемых сделок, являются аффилированными лицами, на момент заключения оспариваемых сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности, а в результате совершения оспариваемых сделок стал отвечать признаку недостаточности имущества.

Судами принято во внимание, что согласно анализу финансового состояния должника, проведенного временным управляющим, должник прекратил финансово-хозяйственную деятельность с октября 2018 года, тогда же прекратились расчеты с кредиторами. В 2019 году выручка от реализации товаров, выполнения работ и оказания услуг отсутствует, что свидетельствует о прекращении деятельности должника.

Также суды указали, что 30.09.2018 по инициативе должника было заключено соглашение о расторжении договора финансовой аренды (лизинга) № 272-Л, на момент расторжения которого у должника уже имелась задолженность перед лизингодателем в размере 538 264,19 руб., начислены пени.

Кроме того, суды установили, что на дату заключения оспариваемых договоров на 24.08.2018 должник имел невыполненные денежные обязательства:

- в размере 96 239,74 руб. перед ООО «МегаМикс» по оплате поставленных товаров по договору № 147/18 от 05.02.2018, возникшее с 08.02.2018 (решение Арбитражного суда Волгоградской области по делу № А12-14207/2018 от 26.06.2018);

- в размере 136 417,55 руб. перед ООО «НПК «Биоэнергия» по оплате товара по накладной № 501 от 04.05.2017 (решение Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-231767/17-16-1418 от 13.02.2018);

- в размере 56 313,35 руб. перед ПАО «Саратовэнерго» за потребленную электрическую энергию по договору энергоснабжения № 64080440000772 за период с 01.08.2018 по 30.09.2018 (решение Арбитражного суда Саратовской области по делу № А57-26346/2018 от 22.01.2019);

- в размере 437 930,14 руб. перед ООО «Региональный партнер» по договору купли-продажи № 30/11/17 от 30.11.2017 (решение Арбитражного суда Воронежской области по делу № А17-20567/2018 от 29.12.2018).

- в размере 112 955,51 руб. по обязательным платежам (требование № 3844 от 07.08.2018).

Судами принято во внимание, что стоимость имущества должника, переданного в залог Фонду, составляла 11 393 000 руб., иного имущества у должника на момент заключения оспариваемых договоров не имелось, которое, кроме того, являлось единственным средством производства, использовавшимся должником в хозяйственной деятельности (помещение и оборудование), в связи с чем обращение взыскания на указанное имущество влечет безусловное приостановление деятельности должника и невозможность отвечать по обязательствам должника перед кредиторами.

При этом судами отмечено, что должник не получил какого-либо встречного исполнения по оспариваемым сделкам.

Решением Калининского районного суда Саратовской области от 11.11.2020 по делу № 2-2-95/2020 с ФИО4 в пользу Фонда взысканы денежные средства за неисполнение его обязательств перед Фондом, на залоговое имущество должника обращено взыскание, в связи с тем, что оно являлось предметом залога по оспариваемым сделкам, заключенным в целях исполнения обязательств ФИО4 перед Фондом.

В связи с изложенным суды пришли к выводу о том, что указанные обстоятельства в условиях аффилированности всех участников спорных отношений, имущественного положения должника, отсутствия экономической целесообразности для должника в заключении оспариваемых сделок, совершения указанных сделок должником без условий какого-либо встречного исполнения, то есть – безвозмездно, свидетельствуют о том, что оспариваемые сделки привели к увеличению размера имущественных требований к должнику и к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований к должнику за счет его имущества, указав, что Фонд не мог не знать о неплатежеспособности должника, и знал о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Отклоняя доводы Фонда о том, что указанное недвижимое имущество и оборудование, принадлежащее должнику и явившееся предметом оспариваемых сделок, приобретены на денежные средства, предоставленные должнику Фондом в качестве инвестиций в 2016 году, суды указали, что инвестиционное участие Фонда в деятельности должника, в том числе в части предоставления ему денежных средств за счет которых (возможно) было приобретено спорное имущество, осуществлялось в рамках предпринимательского риска и не исключало вероятности отсутствия дохода от данного участия. Обуславливая заключение оспариваемых сделок предыдущим инвестиционным участием фонда в деятельности должника, участники спорной сделки фактически распределили свои риски от результатов предпринимательской деятельности между должником и его независимыми кредиторами.

Суды указали, что Фондом не опровергнуты разумные доводы конкурсного управляющего о том, что фактически действия Фонда свидетельствовали о намерении выйти из состава учредителей должника, получив при этом действительную стоимость доли в уставном капитале должника. Фонд преследовал, в том числе, цель минимизации негативных последствий, связанных с его корпоративным участием в деятельности должника.

Между тем при разрешении спора судами не принято во внимание следующее.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 постановления Пленума № 63, по правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пунктах 5 - 7, 9 постановлении Пленума № 63 разъяснено, что в силу нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Для констатации сомнительности предоставления залога должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения залогодержателя от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении залогодержателем своими правами во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника (пункт 4 статьи 1 и пункт 1 статьи 10 ГК РФ). К их числу могут быть отнесены, в том числе следующие: участие кредитора в операциях по неправомерному выводу активов; получение кредитором безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности; реализация договоренностей между залогодержателем и залогодателем, направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали, и т.п.

Однако доказательства, которые бы могли подтверждать соответствующие факты, в материалах дела отсутствуют.

Заключение договоров залога в целях обеспечения обязательств иного лица само по себе не свидетельствует о намерении сторон причинить вред имущественным интересам кредиторов должника и не является основанием для признания таких договоров недействительными на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Оценка договора залога с точки зрения наличия экономического интереса у залогодателя применительно к статье 10 ГК РФ противоречит существу обеспечительных сделок, делает невозможными защиту прав кредитора и обеспечение стабильности гражданского оборота, поскольку экономическая выгода для залогодателя в нем всегда отсутствует.

Сделки залога обычно не предусматривают встречного исполнения со стороны кредитора в пользу предоставившего обеспечение лица. Поэтому не имелось оснований ожидать, что Фонд должен был заботиться о выгодности спорных сделок для залогодателя.

Установленные судами обстоятельства не свидетельствуют о том, что поведение должника и Фонда по заключению договоров залога отклонялось от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав.

Материалами дела подтверждается гражданско-правовой характер сложившихся между должником и Фондом правоотношений.

Предоставление должником в залог имущества в обеспечение обязательств своего единственного участника, не может быть признано отклоняющимся от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, а сама по себе аффилированность Фонда и должника – доказательством их недобросовестного поведения по отношению к независимым кредиторам.

При этом следует отметить, что при заключении договоров залога Фонд уже не являлся участником должника и не мог давать хозяйственному обществу обязательные для исполнения указания, оказывать какое-либо влияние на совершение должником сделок.

Действия, направленные на повышение вероятности возврата долга иным экономическим субъектом, сами по себе не могут быть квалифицированы в качестве недобросовестных.

Учитывая, что целью совершения Фондом оспариваемых сделок залога являлось создание дополнительных гарантий исполнения обязательств покупателем доли должника, такие действия не могут быть квалифицированы в качестве направленных на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника.

Доказательств, безусловно свидетельствующих о преследовании Фондом и должником при совершении оспариваемых сделок цели причинения вреда имущественным правам кредиторов путем вывода активов должника либо о необоснованном увеличении имущественных требований к должнику, не представлено.

Кроме того, приходя выводу о неплатежеспособности должника на дату заключения оспариваемых сделок, суды указали на наличие у должника кредиторской задолженности перед контрагентами и уполномоченным органом на общую сумму 839 865,29 руб.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность – это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. В свою очередь, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества (активов).

В рассматриваемом случае размер требований по договорам залога (11 393 000 руб.) не противопоставим размеру требований кредиторов на момент совершения обеспечительных сделок (839 865,29 руб.) ввиду их несоизмеримости, в связи с чем суждение судов о намерении Фонда выйти из состава участников должника в целях минимизации негативных последствий, связанных с его корпоративным участием в деятельности должника, не соответствует установленным судами обстоятельствам спора.

Требование арбитражного управляющего о признании в рамках дела о банкротстве подозрительной сделки недействительной направлено на защиту интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника. При разрешении такого требования имущественные интересы сообщества кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам контрагента (выгодоприобретателя) по сделке. Соответственно, право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые.

В рассматриваемом случае согласно отчету конкурсного управляющего по состоянию на 14.04.2022 в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на общую сумму 1 349 112,77 руб. (49 295 руб. – вторая очередь, 1 299 817,77 руб. – третья очередь). Иные конкурсные кредиторы у должника отсутствуют.

С учетом изложенного необходимая совокупность условий для признания оспариваемых сделок недействительными по статье 61.2 Закона о банкротстве не доказана.

При таких обстоятельствах у судов не имелось оснований для признания оспариваемого договора недействительным.

В соответствии с абзацем четвертым пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт на основании пункта 2 части 1 статьи 287 АПК РФ, если установленные судами фактические обстоятельства соответствуют имеющимся в деле доказательствам и позволяют правильно применить нормы права, подлежащие применению.

Поскольку судами установлены все фактические обстоятельства дела, дополнительного исследования доказательств не требуется, суд кассационной инстанции полагает возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении соответствующих требований конкурсного управляющего.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа




ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 14.12.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2022 по делу № А57-7033/2020 отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Архангельское» о признании сделок недействительными отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья М.В. Коноплёва


Судьи А.Г. Иванова


В.А. Моисеев