Постановление от 9 октября 2025 г. по делу № А60-58850/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000, http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-4394/25

Екатеринбург 10 октября 2025 г. Дело № А60-58850/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 09 октября 2025 г. Постановление изготовлено в полном объеме 10 октября 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Морозова Д.Н., судей Артемьевой Н.А., Кочетовой О.Г.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 11.06.2025 по делу № А60-58850/2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.08.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети Интернет, в судебное заседание в суд округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

ФИО1 известил арбитражный суд в порядке, предусмотренном частью 2 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о возможности рассмотрения кассационной жалобы в его отсутствие.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2024 принято к производству заявление ФИО1 (далее – должник) о признании себя банкротом.

Решением суда от 14.11.2024 должник признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

Финансовый управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении реализации имущества ФИО1, освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.06.2025 процедура реализации имущества в отношении ФИО1 завершена, в отношении должника не применены положения пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от обязательств.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.08.2025 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 11.06.2025 и постановление апелляционного суда от 12.08.2025 отменить, принять новый судебный акт, применить в отношении него положения об освобождении от обязательств.

В кассационной жалобе должник ссылается на ошибочность вывода судов о его неразумном поведении при заключении в течение непродолжительного периода времени кредитных договоров с разными банками. В обоснование довода кассатор отмечает, что, что он, оставляя заявки в кредитных организациях, не нарушал закон. Банки самостоятельно одобряли кредиты и брали на себя все сопутствующие риски. Поскольку ФИО1 получал одобрение кредитов, он не полагал необходимым отказаться от какого-либо из них, так как банк, являясь профессиональной кредитной организацией и одобряя кредит, выразил согласие на выдачу заемных средств.

Кроме того, заявитель кассационной жалобы указывает на необоснованность выводов судов о недобросовестности поведения должника на стадии принятия кредитных обязательствах в значительном размере. ФИО1 обращает внимание на то, что обращение в арбитражный суд с заявлением о банкротстве через пять месяцев после заключения кредитных договоров является лишь исполнением им обязанности, установленной пунктом 1 статьи 213.3 Закона о банкротстве, не преследуя цели навредить кредиторам.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, финансовым управляющим ФИО2 представлен отчет о своей деятельности и о результатах проведенных мероприятий в рамках процедуры реализации имущества гражданина, а также сделаны выводы об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства должника и невозможности восстановления ее платежеспособности.

С целью выявления имущества и имущественных прав должника финансовым управляющим в установленном порядке направлены запросы в регистрирующие органы и кредитные учреждения, проведена опись имущества должника, по результатам которой имущества, подлежащего реализации, не выявлено.

Должник с 15.03.2022 состоит в браке с ФИО3; на иждивении имеет двух несовершеннолетний детей.

Должник ранее был трудоустроен в акционерном обществе «Тандер». В процедуре банкротства являлся самозанятым с доходом 27 602 руб. в месяц, которые были выплачены должнику в качестве прожиточного минимума на него и несовершеннолетних детей.

Финансовым управляющим сформирован реестр требований кредиторов должника на общую сумму 4 751 027,73 руб., из них 165 722,37 руб. – финансовые санкции (третья очередь, кредиторы первой и второй очередей отсутствуют), которые не погашены; текущие расходы по делу о банкротстве составили 20 989,91 руб. (не погашены).

В реестр включены требования публичных акционерных обществ «Банк ВТБ», «Уральский банк реконструкции и развития», «Сбербанк», «Совкомбанк», акционерного общества Коммерческий банк «Локо-Банк», Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 32 по Свердловской области.

Кроме того, проведен анализ финансового состояния должника, по результатам которого финансовый управляющий ФИО2 пришел к выводу, что сделок, подлежащих оспариванию, не выявлено (должником отчуждено транспортное средство Kia Cerato по договору купли-продажи от 24.05.2023), сокрытие или уничтожение имущества должника и сообщение должником недостоверных сведений финансовому управляющему материалами дела не подтверждено и судами не установлено.

Ссылаясь на то, что все возможные мероприятия реализации имущества должника окончены и дальнейшие мероприятия, которые могли бы привести к пополнению конкурсной массы, отсутствуют, финансовый управляющий ФИО2 обратился с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества ФИО1 и освобождении должника от обязательств.

Конкурсный кредитор – акционерное общество Коммерческий банк «Локо-Банк» возражал против освобождения должника от обязательств, ссылаясь на то, что он в период с 28.02.2024 по 01.03.2024 оформил 12 кредитных продуктов на общую сумму 4 807 928,35 руб. с ежемесячным платежом по кредитным обязательствам более 140 000 руб. Ежемесячный доход должника в размере 74 000 руб. недостаточен для погашения всех кредитных обязательств.

Возражая против ходатайства, ФИО1 указал на то, что кредиты (займы) были взяты на ведение сельскохозяйственной деятельности, он вносил платежи до того, когда сельскохозяйственная деятельность начала приносить убытки. Покупки осуществлялись за наличные средства. Все документы, подтверждающие ведение сельскохозяйственной деятельности, были утрачены. На попытки трудоустройства для получения дополнительного заработка получил отказы. Платежи по кредитным обязательствам производились до момента, когда денежных средств стало едва хватать на существование. Кредиторам сообщал достоверную информацию о своем имущественном, семейном положении. В данный момент живет у друзей и родственников. В анкете информацию указывал достоверную, правдивую.

Установив, что финансовым управляющим проведены все необходимые мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства, а дальнейшие мероприятия, которые могли бы привести к пополнению конкурсной массы, отсутствуют, и, исходя из отсутствия доказательств, свидетельствующих о возможности обнаружения имущества должника, суды пришли к выводу о

наличии всех необходимых и достаточных оснований, свидетельствующих о том, что процедуру реализации имущества гражданина в отношении ФИО1 надлежит завершить.

В части завершения реализации имущества гражданина судебные акты не обжалуются и судом округа не пересматриваются.

Отказывая в освобождении от исполнения обязательств на основании пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, суд первой инстанции исходил из недобросовестного поведения должника, выразившегося в принятии на себя заведомо неисполнимых обязательств.

Суд апелляционной инстанции признал выводы законными и обоснованными.

При этом суды руководствовались следующим.

В соответствии с абзацем четвертым пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Законодательство о банкротстве позволяет освободиться от долгов честному должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение (пункты 3 и 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

При установлении недобросовестности должника суд в зависимости от обстоятельств дела, с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестных кредиторов от недобросовестного поведения должника, в виде отказа в освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов по итогам завершения банкротных процедур.

Одновременное обращение потенциального заемщика в разные банки для определения оптимальных для него условий кредитования еще не свидетельствует о недобросовестном поведении должника.

Вместе с тем, после определения таких оптимальных условий кредитования стандартным поведением добросовестного заемщика является обращение в банк, предложивший лучшие условия, с целью получения кредита на всю необходимую сумму, предоставив тем самым банку возможность оценить перспективы и риски заключения сделки.

При одновременном обращении за получением кредита в несколько банков стандартным поведением добросовестного потенциального заемщика будет являться указание соответствующей информации о получении им заемных средств в иных кредитных учреждениях, поскольку иное лишает кредиторов возможности объективно оценить риски и возможности заемщика исполнить обязательства.

Сложившаяся судебная практика исходит из того, что законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Применительно к обстоятельствам настоящего дела суды установили, что ФИО1 в течение непродолжительного времени (с 28.02.2024 по 01.03.2024) заключил кредитные договоры с разными банками на общую сумму 4 691 908,23 руб. Оформляя обязательства, должник не раскрыл банкам информацию об одновременном получении заемных средств на значительную сумму в нескольких кредитных учреждениях, тогда как среднемесячный доход от трудовой деятельности должника согласно сведениям налогового органа составил в 1 квартале 2024 года 46 765,77 руб.

На момент обращения ФИО1 в банки за получением кредитных средств информация о заключении кредитного договора передавалась в бюро кредитных историй в срок не позднее окончания третьего рабочего дня после наступления соответствующего события (подпункт 1 пункт 6 статьи 2 Федеральный закон от 31.07.2020 № 302-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О кредитных историях» в части модернизации системы формирования кредитных историй»). Самостоятельно информацию об одномоментном оформлении кредитных договоров в нескольких банках должник своим кредиторам не сообщал. Таким образом, действия ФИО1 квалифицированы судами как умышленное сокрытие от банков информации о долговой нагрузке, невозможность обслуживания которой и повлекло банкротство должника.

Общий размер платежей по кредитным обязательствам превышал ежемесячный доход ФИО1, что с очевидностью для него свидетельствовало о принятии непосильных обязательств, обслуживание которых в принципе невозможно. Доказательств, подтверждающих наличие иных источников дохода, позволяющих исполнять кредитные обязательства, должником не предоставлено. Более того, получив заемные денежные средства,

должник прекратил трудовую деятельность, лишив себя какого-либо дохода, что не соотносится с добросовестными действиями заемщика.

Кроме того, ФИО1 указал на направление полученных по потребительским кредитам средств на ведение бизнеса – сельскохозяйственной деятельности, доходом от которого должник планировал погашать обязательства, что также не соответствует поведению добросовестного заемщика. Процесс получения кредита с целью развития бизнеса предполагает предоставление в банк дополнительных сведений о таком бизнесе, возможность банка оценить бизнес-план заемщика.

Отсутствие успеха в реализации бизнес-плана, как указывает сам должник, стало одной из причин банкротства. Сокрытие от банков информации о реальной цели получения кредитных средств также лишило кредиторов возможности объективно оценить риски при их выдаче и предостеречь от сомнительных финансовых вложений предоставляемых денежных средств (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2025 № 304-ЭС24-24028).

При таких обстоятельствах суды заключили о том, что действия ФИО1 ограничили возможности кредиторов по оценке рисков заключаемых с должником сделок (абзац четвертый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве), и, следовательно, возложение всех негативных последствий от неисполнения таких сделок на должника путем отказа в получении им выгоды – освобождения от обязательств перед кредиторами в рассматриваемом случае является справедливым.

Подобное поведение само по себе неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства и является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Проверяя поведение должника на предмет добросовестности, суды возложили на него бремя опровержения приводимых кредитором доводов (подтвержденных соответствующими доказательствами).

Однако должник в нарушение статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не опроверг доводов кредитора и не представил обоснования добросовестности своего поведения (либо простой неразумности, либо объективной невозможности исполнения обязательств, в том числе вследствие нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств).

Таким образом, суды пришли к выводу о том, что в настоящем случае имело место осознанное принятие должником на себя невозможных к исполнению обязательств, сокрытие полученных денежных средств и направления их расходования, а также источников своих доходов, в связи с чем не усмотрели оснований для применения в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела полагает, что выводы судов первой и апелляционной

инстанций соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям действующего законодательства.

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно статье 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются, в том числе, несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права.

Учитывая опровержимость презумпции полноты и достоверности установленных судом обстоятельств, заявитель кассационной жалобы в связи с этим должен указать конкретные кассационные основания.

Кассационная жалоба повторяет доводы, которые являлись предметом проверки судов, и сводится к несогласию с выводами судов первой и апелляционной инстанций. Несогласие кассатора с их оценкой, иная интерпретация, а также иное толкование им норм закона, не означают судебной ошибки.

Пределы рассмотрения дела в суде округа ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Арбитражный суд округа не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из материалов спора и мотивировочной части обжалуемых судебных актов следует, что судами правильно определен предмет доказывания, верно распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, данные обстоятельства исследованы судами и получили надлежащую оценку.

Выводы судов основаны на полном и всестороннем исследовании материалов настоящего дела о банкротстве; достаточно мотивированы и обоснованы, произведены с учетом максимально полного изучения всех обстоятельств, действий и пояснений участников спора в совокупности

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов в любом случае (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 11.06.2025 по делу № А60-58850/2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.08.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Д.Н. Морозов

Судьи Н.А. Артемьева

О.Г. Кочетова