Решение от 28 октября 2021 г. по делу № А19-8619/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск Дело № А19- 8619/2021

«28» октября 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 21.10.2021

Полный текст решения изготовлен 28.10.2021

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Липатовой Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником ФИО1, рассмотрев в судебном заседании с использованием средств видеоконференцсвязи при содействии Арбитражного суда Московского округа в помещении арбитражного суда исковое заявление ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "АЗУР ЭЙР" (далее - ООО "АЗУР ЭЙР") (адрес: 660135, КРАСНОЯРСКИЙ КРАЙ, КРАСНОЯРСК ГОРОД, ВЗЛЕТНАЯ <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 22.11.2002, ИНН: <***>)

к АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК" (далее - АО "МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК") (адрес: 664009, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, ИРКУТСК ГОРОД, ШИРЯМОВА УЛИЦА, ДОМ 13, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 01.03.2011, ИНН: <***>)

о взыскании 2 017 885,89 руб.

При участии в судебном заседании:

от истца (в Арбитражном суде Московского округа): представитель по доверенности от 05.03.2021 ФИО2; представитель по доверенности от 09.09.2021 ФИО3, представитель по доверенности ФИО4,

от ответчика: представитель о доверенности ФИО5, представитель о доверенности ФИО6,

установил:

ООО "АЗУР ЭЙР" обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением к АО "МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК" о взыскании суммы убытков, причиненных повреждением воздушного судна в результате ненадлежащего исполнения обязательств по его буксировке, в размере 2 017 885,89 руб.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, представил дополнительные пояснения с учетом отзыва ответчика, дал устные пояснения.

Также истцом к судебному заседанию направлены дополнительные документы в подтверждение доводов о том, что воздушное судно Boeing 757-200 № VQ-BQA проходило надлежащее и своевременное техническое обслуживание, которые приобщены к материалам дела.

Ответчик к судебному заседанию направил дополнительные документы во исполнение определения суда, в том числе, документы, подтверждающие использование сертифицированного пина, в отношении стандартов предприятия пояснил, что указанный стандарт утратил силу, что следует из приказа №0135 от 16.02.2018, дополнительные документы приобщены к материалам дела.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержал, устно просил истребовать у ответчика опись инструментального ящика, в котором находился пин.

Ответчик возражал относительно удовлетворения указанного ходатайства истца.

Статья 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предполагает истребование доказательств у лиц, не являющихся стороной по делу; иное означает нарушение принципа состязательности сторон, закрепленного в статье 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом указанное устное ходатайство истца отклонено, поскольку заявлено об истребовании доказательств у ответчика - лица, являющегося стороной по делу, более того, комиссией по расследованию авиационного происшествия несоответствие пина не указано, как вероятностная причина повреждения воздушного судна.

Истец заявил ходатайство об истребовании у ответчика видеозаписи соседней стоянки, на которую отходил член буксировочной бригады.

Ответчик пояснил, что согласно действующих регламентов видеозапись с соседней стоянки хранится лишь один месяц, по прошествии 3-х лет предоставить ее не имеется объективной возможности.

Судом указанное устное ходатайство истца отклонено, поскольку истребовать указанное доказательство невозможно по объективным причинам.

Иные заявления, ходатайства не поступили.

Исследовав материалы дела, выслушав стороны, арбитражный суд установил следующие обстоятельства.

Между ООО «АЗУР эйр» (Перевозчик, Истец) и АО «Международный аэропорт Иркутск» (Обслуживающая компания, далее также – АО «МАИ», Ответчик) заключен договор № 15Д-16-0898 от 16.08.2016 г. о предоставлении аэропортовых услуг и наземном обслуживании воздушных судов Перевозчика

В силу пункта 1.1. Договора Обслуживающая компания предоставляет аэропортовые услуги и осуществляет наземное обслуживание воздушных судов (далее – ВС) Перевозчика, а Перевозчик оплачивает данные услуги в соответствии с условиями настоящего Договора.

Согласно перечню услуг по наземному обслуживанию (Раздел 4 Договора), Обслуживающая компания оказывает услуги по техническому обслуживанию воздушного судна (п. 4.11 Договора), в частности, по буксировке ВС (подпункт 4.11.2 пункта 4.11 Договора).

09.05.18г. экипаж под управлением КВС - ФИО7 и второго пилота ФИО8 готовился к выполнению рейса по маршруту Иркутск – Анталия, осуществляемый ООО «АЗУР эйр». Предполетная подготовка проведена в полном объеме. Взлетная масса и центровка ВС не выходили за установленные пределы.

Для противообледенительной обработки планировалось выполнение буксировки самолета BOEING 757-200 бортовой номер VQ-BQA со стоянки № 65 на точку запуска № 1. Для выполнения буксировки АО «МАИ» была сформирована буксировочная бригада в составе: ответственного за буксировку - авиатехника-бригадира ФИО9, сопровождающих у концевых обтекателей крыла - инженера ОТК ЛАиД ФИО10 и авиатехника ЛАиД Орла И.И., водителя тягача ФИО11 Перед началом буксировки ответственный за буксировку ФИО9 провел инструктаж по особенностям предстоящей буксировки с членами буксировочной бригады. Проведение инструктажа было оформлено в «Листе инструктажа» приложение к карте-наряду №1744.

В ходе проведения буксировки из-за превышения допустимого усилия при буксировке произошел срез предохранительного болта на буксировочном водиле и последующее разрушение буксировочной серьги на носовой стойки шасси. После чего авиатехник-бригадир ФИО9 остановил буксировку.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 18.06.1998 № 609 утверждены «Правила расследования авиационных происшествий и инцидентов с гражданскими воздушными судами в Российской Федерации» (далее – ПРАПИ-98).

В силу п. 1.1.4 ПРАПИ-98 Авиационное происшествие или инцидент с гражданским воздушным судном Российской Федерации либо с гражданским воздушным судном иностранного государства на территории Российской Федерации подлежат обязательному расследованию в соответствии с настоящими Правилами.

Расследование проводится комиссией, назначаемой в порядке, установленном настоящими Правилами.

Назначенная приказом руководителя ВС МТУ Росавиации от 10.05.2018г. № 24 с 10.05.2018г. по 18.05.2018г. комиссия в составе: Председатель - ФИО12 - специалист-эксперт ОИБП ВС МТУ Росавиации, Зам. председателя - ФИО6 - начальник инспекции по ОБП АО «Международный Аэропорт Иркутск», ФИО13 - начальник ОТК ИАС АО «Международный Аэропорт Иркутск», ФИО14 - начальник смены В1 ООО «АЗУР эйр», ФИО15 - инженер-механик смены ООО «АЗУР эйр» провела расследование производственного происшествия (повреждения воздушного судна на земле) с самолетом Б-757-200 VO-BQA ООО «АЗУР эйр», произошедшего в аэропорту Иркутск 08.05.2018г.

Результаты расследования отражены в отчете по результатам расследования производственного происшествия (повреждения воздушного судна на земле) с самолетом Б-757-200 гос. рег. № VQ-BQA ООО «АЗУР эйр», произошедшего 08.05.2018 г. (время UTC) в аэропорту Иркутск (далее – Отчет). Отчет утвержден Руководителем ВС МТУ Росавиации ФИО16 18.05.2018.

При проведении расследования комиссия пришла к следующим выводам, отраженным в пункте 4.1. отчета, причиной разрушения буксировочной серьги явилось превышение максимально допустимых усилий на буксировочную серьгу после среза предохранительного болта буксировочного водила и установки захвата водила на упор. Срез предо-хранительного болта буксировочного водила и последующее разрушение серьги произошли вследствие не поворота колес носовой стойки шасси при повороте тягача влево. Вероятной причиной не поворота носовой стойки шасси явилось нарушение технологии выполнения буксировки ВС BOEING 757-200.

По мнению истца, из заключения, сделанного комиссией, следует вывод о том, что вина в повреждении воздушного судна ООО «АЗУР эйр» на земле лежит именно на буксировочной бригаде АО «МАИ», которая нарушила технологию буксировки, что привело к разрушению буксировочной серьги.

В результате данного происшествия для выполнения рейса ZF 3893 Иркутск – Анталия ООО «АЗУР эйр» было вынуждено использовать другое воздушное судно – Boeing 767-300 VQ-BSX, находившееся в аэропорту Домодедово г. Москвы. В целях выполнения рейса 09.05.2018 г. был осуществлен технический перегон (перелет без пассажиров) указанного воздушного судна из аэропорта Домодедово г. Москвы в аэропорт Иркутск (рейс ZF 6695 от 09.05.2018). Данное обстоятельство отражено в Задании на полет № 5596 рейса ZF 6695 на ВС типа B-767-300, гос. рег. № VQ-BSX с приложенным Отчетом о рейсе.

Иные имеющиеся во флоте ООО «АЗУР эйр» воздушные суда типа Boeing 757-200 не могли быть использованы для выполнения рейса: ВС VQ-BYC находилось на тяжелой форме техосмотра ВС – C-Check – в Стамбуле, на ВС VQ-BKB производились технические работы по замене двигателя в Анталии, остальные ВС типа Boeing 757-200 выполняли плановую программу полетов. Данные обстоятельства подтверждаются графиком оборота (план полетов) ВС типа Boeing 757-200 с 08.05.18 по 10.05.18 из Информационной системы «Планирование АК», копиями титульных листов утвержденного Росавиацией Перечня минимального оборудования (MEL) с перечнем ВС типа Boeing 757-200, имевшихся на тот момент во флоте ООО «АЗУР эйр» (прилагаются).

Рейс ZF 3893 Иркутск – Анталия был задержан на длительное время. Поврежденное воздушное судно в течение также длительного времени вынужденно находилось в аэропорту Иркутска в целях устранения повреждений.

Факт выполнения рейса ZF3893 Иркутск – Анталия от 09.05.2018 г. на воздушном судне Boeing 767-300 VQ-BSX, направленном для замены поврежденного самолета из а/п Домодедово г. Москвы, подтверждается Заданием на полет № 5410 рейса ZF 3893 на ВС типа B-767-300, гос. рег. № VQ-BSX с приложенным Отчетом экипажа о рейсе (копии прилагаются), в частности, указанием в графе Примечания Отчета о рейсах на размен воздушных судов из-за неисправности ВС VQ-BQA как на причину задержки рейса ZF 3893 в а/п Иркутск.

Указанное происшествие повлекло незапланированные расходы ООО «АЗУР эйр», необходимые для выполнения обязательств по перевозке пассажиров, а также для ремонта поврежденного воздушного судна, а именно:

I. Расходы, связанные с техническим перегоном воздушного судна Boeing 767-300 VQ-BSX (рейс ZF 6695 от 09.05.2018) в аэропорт Иркутск для выполнения задержанного рейса ZF 3893 Иркутск – Анталия:

1. В пользу Филиала Московский центр АУВД «ФГУП Госкорпорация по ОРВД» платежным поручением № 9353 от 15.06.2018 (прилагается) по счету № 1302/0518р01/00/1601 от 31.05.2018 - Общий размер внеплановых расходов ООО «АЗУР эйр» на аэронавигацию в районе аэродрома Домодедово г. Москва составил 15 006, 46 руб.

2. В пользу ФГУП «Госкорпорация по ОрВД» платежным поручением № 9018 от 14.06.2018 по счету № 3243/0518р01/00/0001 от 31.05.2018 - Общий размер внеплановых расходов ООО «АЗУР эйр» в пользу ФГУП «Госкорпорация по ОРВД» составил 37 464 руб.

3. В пользу ООО «ЛУКОЙЛ-АЭРО» платежным поручением № 6671 от 04.05.2018 (в порядке предоплаты по договору НП/679-3 от 13.05.10) по счету № 1215 от 26.04.2018 - Общий размер внеплановых расходов ООО «АЗУР эйр» в пользу ООО «ЛУКОЙЛ-АЭРО» за топливо на привлеченный рейс составил 921 086, 11 руб.

II. Расходы, связанные с обеспечением прав пассажиров и членов экипажей ООО «АЗУР эйр» при задержке рейса, а также с выполнением рейса ZF 3893 от 09.05.2018 на воздушном судне Boeing 767-300 VQ-BSX:

1. В пользу ООО «Истлэндтурс» платежным поручением № 7497 от 17.05.2018 по счету № 277 от 09.05.2018 трансфер аэропорт– гостиница–аэропорт, питание и размещение в гостинице части пассажиров задержанного рейса ZF 3893 от 09.05.2018 Общий размер внеплановых расходов ООО «АЗУР эйр» в пользу ООО «Истлэндтурс» составил 141 050 руб.

2. В пользу АО «Международный аэропорт «Иркутск» (Ответчик) платежным поручением № 6332 от 25.04.2018 в порядке предоплаты по договору № 15-Д-16-0898 от 16.08.2016 по счету № 032638 от 23.04.2018 хранение багажа пассажиров задержанного рейса ZF 3893 от 09.05.2018, доставка экипажа от/к ВС рейса ZF 6695 от 09.05.2018 на Boeing 767-300 VQ-BSX, проживание в гостинице и питание пассажиров задержанного рейса ZF 3893 от 09.05.2018. Общий размер внеплановых расходов, понесенных в пользу АО «МАИ» и связанных с обеспечением прав пассажиров и членов экипажей ООО «АЗУР эйр», составил: 25800 руб. +5324 руб. +246820 руб. = 277 944 руб.

3. В пользу Филиала «Аэронавигация Восточной Сибири» ФГУП «Госкорпорация по ОрВД» платежным поручением № 8755 от 07.06.2018 по счету № 836/0518р01/00/1002 от 31.05.2018 Аэронавигационное обслуживание в районе аэродрома Иркутск рейса ZF 3893 от 09.05.2018, выполненном на ВС Boeing 767-300 VQ-BS. Общий размер внеплановых расходов ООО «АЗУР эйр» на аэронавигацию в районе аэродрома Иркутск составил 10 992, 91 руб.

4. В пользу ООО «РН-Аэро» в порядке предоплаты по договору № 5984117/1246Д от 01.01.2018 платежным поручением № 6898 от 08.05.2018 по счетам № 1392, 1390 от 28.04.2018, а также платежным поручением № 6592 от 28.04.2018 по счету № 1389 от 28.04.2018. Общий размер внеплановых расходов ООО «АЗУР эйр», понесенных в пользу ООО «РН-Аэро» (стоимость топлива + стоимость услуги по заправке), составил: 540602, 09 руб. + 54 784, 32 руб. = 595 386, 41 руб. Общий размер внеплановых расходов ООО «АЗУР эйр», понесенных в пользу ООО «РН-Аэро» (стоимость топлива + стоимость услуги по заправке), составил: 540602, 09 руб. + 54 784, 32 руб. = 595 386, 41 руб.

III. Расходы, связанные с повреждением воздушного судна Boeing 757-200 VQ-BQA, понесенные для устранения возникшей неисправности предоставление сверхнормативной стоянки ВС на аэродроме - Общий размер внеплановых расходов, понесенных в пользу АО «МАИ» в связи с сверхнормативной стоянкой для устранения неисправности воздушного судна, составил: 18 956 руб.

Итого общая сумма внеплановых расходов ООО «АЗУР эйр», понесенных вследствие повреждения воздушного судна Boeing 757-200 VQ-BQA, составила:

- в пользу Филиала МЦ АУВД ФГУП «Госкорпорация ПО ОрВД: 15006, 46 руб.

+ в пользу ФГУП «Госкорпорация ПО ОрВД: 37 464 руб.

+ в пользу ООО «ЛУКОЙЛ-АЭРО»: 921 086, 11 руб.

+ в пользу ООО «Истлэндтурс»: 141 050 руб.

+ в пользу АО «МАИ»: 296 900 руб. (277 944 руб. за хранение багажа/доставку экипажа/проживание и питание пассажиров + 18 956 руб. за сверхнорм. стоянку ВС)

+ в пользу Филиала «АНО Восточной Сибири» ФГУП «Госкорпорация по ОрВД»: 10 992, 91 руб.

+ в пользу ООО «РН-Аэро»: 595 386, 41 руб.

= 2 017 885, 89 руб. (два миллиона семнадцать тысяч восемьсот восемьдесят пять рублей восемьдесят девять копеек).

В целях реализации урегулирования спора в досудебном порядке истцом направлялась досудебная претензия от 15.02.2019 № Исх. 2019-02-15/1 с требованием о компенсации причиненных убытков. Однако ответчиком указанная претензия оставлена без удовлетворения.

Поскольку ответчик в порядке досудебного урегулирования спора не возместил ущерб, истец обратился в суд с настоящим иском.

Ответчик, возражая против удовлетворения исковых требований, ссылался на отсутствие доказательств, достоверно подтверждающих противоправное поведение ответчика, повлекшее причинение вреда, а также причинно-следственной связи между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Суд, рассмотрев заявленные требования, изучив материалы дела и оценив доводы сторон, полагает, что исковые требования не подлежат удовлетворению в силу следующих обстоятельств.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пунктам 11 и 12 постановления пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В силу п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Исходя из содержания указанных норм права, в предмет доказывания по настоящему спору входят следующие обстоятельства: причинение вреда именно ответчиком, наличие причинно-следственной связи между причиненным вредом, действиями ответчика и наступившими негативными последствиями для истца, вина ответчика, а также размер причиненных убытков.

При этом требование о взыскании убытков подлежит удовлетворению при доказанности истцом в порядке статьи 65 АПК РФ совокупности всех приведенных условий; отсутствие хотя бы одного из указанных условий является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

В качестве доказательств причинения вреда действиями ответчика и наличия вины последнего в повреждение воздушного судна на земле истец ссылается на отчет по результатам расследования производственного происшествия с самолетом Б-757-200 VQ-BQA ООО «Азур Эйр», произошедшего 08.05.2018 в аэропорту Иркутск от 18.05.2018 и прилагаемыми к нему документами.

Согласно пункту 2 статьи 95 Воздушного кодекса РФ и пункту 1.1.5 Правил расследования авиационных происшествий и инцидентов с гражданскими воздушными судами в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства РФ от 18.06.1998 №609 (далее - ПРАПИ) целями расследования авиационного инцидента являются установление причин авиационного инцидента и принятие мер по их предотвращению в будущем. Установление чьей-либо вины и ответственности не является целью расследования авиационного инцидента. Любое судебное или административное разбирательство, направленное на установление доли чьей-либо вины или ответственности, проводится отдельно от расследования. Вопрос о допустимости результатов расследования авиационных происшествий и инцидентов с гражданскими воздушными судами в Российской Федерации должен рассматриваться в рамках рассмотрения конкретного спора по поводу предъявления требований, выдачи предписаний или привлечения индивидуальных предпринимателей и юридических лиц к административной, уголовной или гражданско-правовой ответственности (п. 1.1.5 ПРАПИ).

Таким образом, отчет о расследовании не является документом, подтверждающим виновность ответчика, и именно суд при рассмотрении настоящего дела вправе устанавливать степень вины всех участников, давая всестороннюю и объективную оценку всем обстоятельствам дела.

В ходе проведения расследования авиационного события, квалифицируемого комиссией как производственное происшествие, было установлено, что вероятной причиной не поворота носовой (передней) стойки шасси явилось нарушение технологии выполнения буксировки ВС Boeing 757-200.

Следовательно, точная причина происшествия комиссией установлена не была.

При этом, как следует из материалов дела, членом комиссии от АО «Международный Аэропорт Иркутск» ФИО6 в ходе расследования представлено особое мнение, приложенное к отчету комиссии, из которого следует, что в материалах расследования отсутствует экспертная оценка вероятности разрушения буксировочной серьги вследствие усталостности металла, а также наличия трещин и раковин на проушинах буксировочной серьги. Данный факт комиссией не рассматривался. Исследование разрушенных деталей фитинга не проводилось. Также не проводилось исследование агрегата METERING VALVE на возможность возникновения кратковременного отказа агрегата METERING VALVE в процессе буксировки. Записи переговоров между наземным персоналом и экипажем ВС в процессе буксировки комиссии не представлены, что не позволяет ни подтвердить, ни опровергнуть факт доклада авиатехника-бригадира ФИО9 об установке рычага TOWING LEVER на агрегате METERING VALVE в положение «буксировка» и установке предохранительного PIN.

Согласно п. 1.1.6 ПРАПИ-98 процесс расследования авиационного происшествия или инцидента включает в себя сбор и анализ информации, проведение необходимых исследований, установление причин авиационного происшествия или инцидента, подготовку отчета и заключения, разработку рекомендаций, разбор (слушание) по результатам расследования. Расследование авиационного происшествия или инцидента проводится по принципу многофакторности, предусматривающему выявление отклонений от нормального функционирования авиационной транспортной системы и оценку влияния этих отклонений на исход полета воздушного судна

По мнению ответчика, вопрос о возможности повреждения буксировочной серьги в результате усталости металла, а также наличия трещин и раковин на проушинах буксировочной серьги либо в результате некорректной работы (отказа) агрегата и METERING VALVE в ходе расследования происшествия не рассматривался, что является грубейшим и явным нарушением принципа многофакторности, установленного п. 1.1.6 ПРАПИ-98.

Для проверки обстоятельств, изложенных в особом мнении, АО «Международный Аэропорт Иркутск» в адрес истца направлялся запрос № 40.14 - 0850 от 29.05.2018, который, как указал истец, был им получен, содержащий просьбу об отправлении в адрес ответчика одного из элементов буксировочного приспособления носовой стойки шасси ВС Boeing 757-200 VQ-BQA для последующего направления на исследование разрушенных фрагментов.

На указанное письмо зам. ГД – начальника ИБК а/к ООО «Азур Эйр» ФИО17 дан ответ, что в связи с окончанием расследования, все оставшиеся детали были утилизированы.

В ходе судебного разбирательства истец, полагая необоснованными доводы ответчика о возможности повреждения буксировочной серьги в результате усталости металла, а также наличия трещин и раковин на проушинах буксировочной серьги либо в результате некорректной работы (отказа) агрегата и METERING VALVE, ссылался на то, что в материалах расследования отсутствуют доказательства того, что входившими в состав комиссии специалистами авиационной отрасли, в том числе, представлявшими сторону ответчика, поднимался вопрос о необходимости проведения экспертиз деталей буксировочной серьги или агрегата METERING VALVE; материалы расследования не содержат указаний на необходимость таких исследований, комиссия не сочла необходимым и не принимала решений о направлении разрушенных деталей и агрегатов ВС на экспертизы.

Суд, рассмотрев данные доводы истца, считает необходимым указать следующее.

Согласно п. 3.1.2 ПРАПИ-98 Комиссия состоит из председателя, заместителей председателя и членов комиссии. Специалисты, привлекаемые к работе комиссии, могут входить в состав ее рабочих органов (подкомиссий и рабочих групп) или использоваться в качестве экспертов.

Исходя из положения п. 3.4.1 ПРАПИ-98 решения по основным методическим и организационным вопросам расследования принимаются комиссией, при этом председатель комиссии обладает правом окончательного решения.

В соответствии с п. 3.6.1 ПРАПИ-98 необходимость проведения специальных исследований определяется комиссией по расследованию авиационного инцидента.

При этом в силу п. 3.6.3. ПРАПИ-98 основанием для проведения исследований является техническое задание комиссии по расследованию авиационного инцидента. В техническом задании подробно указывается цель проведения исследований и, при необходимости, организации-соисполнители, с участием которых должны быть проведены исследования.

В силу п. 2.9. Приложения 2 к ПРАПИ-98 («Права и обязанности участников расследования»), члены комиссии имеют право, в частности, вносить предложения об участии в расследовании специалистов и экспертов, об истребовании необходимых материалов, а также направлении на исследование узлов и деталей воздушного судна с указанием цели исследования, а также по другим вопросам, связанным с расследованием.

Согласно п. 2.3. Председатель комиссии имеет право, в частности, направлять в соответствии с решением комиссии на лабораторные испытания и исследования материалы, отдельные детали, агрегаты и элементы конструкции воздушного судна и документацию на них.

Как пояснял в ходе судебного заседания представитель ответчика – ФИО6, который, в свою очередь, являлся непосредственно членом комиссии по расследованию авиационного события с самолетом Boeing 757-200 VQ-BQA ООО «АЗУР эйр», произошедшего 08.05.2018 г. в аэропорту Иркутск, им перед председателем комиссии ставился вопрос о необходимости проведения экспертизы для установления причины повреждения воздушного судна, который был проигнорирован.

Действительно, согласно Правилам расследования авиационных происшествий решение о необходимости проведения исследования вышедших из строя деталей воздушного судна принимает председатель комиссии, проводившей расследование.

При этом, как следует из материалов расследования, до принятия председателем комиссии окончательного решения и подписания отчета по результатам расследования, ответчиком 18.05.2018 было представлено особое мнение о причинах повреждения воздушного судна.

По мнению суда, выражая особое мнение, ответчик тем самым заявил о необходимости проведения экспертизы деталей воздушного судна, в том числе, в свете вероятностных выводов комиссии.

Между тем, экспертная оценка проведена не была, исследование деталей фитинга не проводилось, они были утилизированы представителями ООО «Азур Эйр» (что истцом не оспаривается), что фактически лишило ответчика возможности совместного объективного установления причин повреждения воздушного судна.

При этом, суд отмечает, что истец, имея акт о вероятностных причинах повреждения воздушного судна, проявляя должную степень заботливости и осмотрительности, должен был сохранить поврежденные детали, однако, их сохранность не обеспечил.

В ходе рассмотрения дела представитель истца на вопрос суда о причинах утилизации означенных деталей пояснений не дал, на вопрос суда, по какой причине записи переговоров между наземным персоналом и экипажем ВС (в момент осуществления процесса буксировки) не были сохранены ООО «Азур Эйр», в спорных обстоятельствах виновности участников правоотношений, а также с учетом того обстоятельства, что до произошедшего инцидента и после него все переговоры записаны надлежащим образом, представитель истца также пояснений не дал.

В свете обозначенного поведения истца, суд критически оценивает его позицию, занятую по делу.

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности.

Судом принимаются во внимание также выводы комиссии, сделанные при проведении расследования похожего производственного происшествия с самолетом Б-757-200 VQ-BEY ООО «Азур Эйр», произошедшего в аэропорту Бегишево 17.12.2019 года. Из материалов указанного расследования также следует, что при расследовании имело место особое мнение представителя аэропорта, однако исследование вышедших из работоспособности агрегатов не проводилось, детали были утилизированы ООО «Азур Эйр», более того, комиссии также не была предоставлена возможность провести анализ переговоров экипажа и наземного персонала и провести анализ внутрикабинных переговоров экипажа ООО «Азур Эйр».

Оценивая поведение истца, суд не исключает обстоятельства того, что истец намеренно пытается лишить ответчика возможности установления истинной причины повреждений воздушного судна, что недопустимо.

Доводы истца о возможном использовании буксировочной бригадой несертифицированного пина, указанный в качестве возможной причины разрыва буксировочного кольца, суд находит необоснованными и голословными.

Комиссией по расследованию авиационного происшествия несоответствие пина не указано как вероятностная причина повреждения воздушного судна, более того, в ходе расследования были допрошены члены буксировочной бригады, так, под протокол опроса от 11.05.2018 ФИО18 пояснил, что видел, что на носовой стойке был красный флажок, что означает установку пина.

Помимо указанного ответчиком в материалы дела представлен сертификат на пин BC EN ISO 9001:2008 number FM551170, копия технического паспорта на буксировочное водило TOW BAR- 757 PF 09-020-1, таким образом, техническое средство - буксировочное водило TOW BAR - В757 PF09-020-1 являлось исправным. Согласно технического паспорта последнее техническое обслуживание было проведено за 2 месяца до данного происшествия, а именно 06.03.2018. При указанный обстоятельствах суд констатирует, что ответчиком при буксировке использовались сертифицированные средства, более того, как указал ответчик и не опроверг истец, указанный пин и водило используются аэропортом постоянно для данного типа воздушных суден и работают исправно и без нареканий.

Доводы истца об отсутствии достаточной квалификации буксировочной бригады и нарушении технологии выполнения буксировки также не нашли своего подтверждения в суде.

Из материалов расследования следует, что все члены буксировочной бригады прошли медицинское освидетельствование на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), опьянения у челов буксировчной бригады обнаружено не было.

Технический персонал АО «Международный Аэропорт Иркутск», обслуживающий рейс ZF3893 Иркутск-Анталия, был обучен и имел соответствующие допуски для выполнения работ по наземному обслуживанию, включая буксировку воздушного судна.

Руководитель бригады ФИО9 прошел дополнительную профессиональную программу повышения квалификации «Подготовка персонала авиакомпаний и аэропортов к выполнению работ при наземном обслуживании ВС типа B-757-200/300/FREIGHTER в транзитных аэропортах» (GROUND HANDLING TRAINING PROGRAM), что подтверждено удостоверением № Z17N008-08, а также по программе повышения квалификации в объеме: «Выполнение услуг по наземному обслуживанию воздушных судов» (подготовка и поддержание квалификации) (Модуль 1 - Подготовка по выполнению услуг по наземному обслуживанию ВС А-319/320/321), что следует из свидетельства № 037002 от 16.09.2017.

Правила буксировки воздушных судов содержатся в Инструкции по организации движения спецтранспорта и средств механизации на гражданских аэродромах Российской Федерации, утв. приказом Минтранса России от 13.07.2006 № 82 (далее — Инструкция-82), а также в НТЭРАТ.

Решение о буксировке ВС принимает руководитель работ в смене, он же назначает специалиста, ответственного за буксировку, и подчиненный ему состав бригады (п. 5.8.2 НТЭРАТ). Перед началом буксировки ее руководитель проводит инструктаж персонала бригады, назначенной для буксировки ВС. Он указывает на особенности выполнения работ при данных условиях погоды (особенно при гололеде, сильном ветре), размещения судов и СНО на стоянке, состояния путей перемещения ВС и буксировочных средств, проверяет готовность членов бригады к работе, инструктирует их по технике безопасности (п. 5.8.5 НТЭРАТ). Ответственный за буксировку воздушного судна руководит действиями всех лиц, участвующих в буксировке (п. 24 Инструкции-82).

Из пояснений ответчика и представленных видеоматериалов момента буксировки следует, что технология выполнения буксировки воздушного судна техническим персоналом АО «Международный Аэропорт Иркутск» была соблюдена.

Применение меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками.

При установлении причинной связи необходимо выяснять, не вызваны ли убытки иными факторами и не наступили ли они вне зависимости от нарушения обязательства.

В ходе судебного разбирательства суд, с учетом наличия между сторонами спора относительно причин повреждения воздушного судна, предлагал сторонам разрешить вопрос об обращении к суду с ходатайством о назначении по делу судебной экспертизы с целью установления причин происшествия, однако соответствующих ходатайств заявлено не было.

Согласно пояснениям сторон, проведение экспертизы в настоящее время невозможно в связи с отсутствием поврежденных деталей воздушного судна (ввиду их утилизации истцом).

Таким образом, оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, принимая во внимание конкретные обстоятельства данного дела, учитывая вероятностные выводы в отчете о расследовании инцидента, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд приходит к выводу о необоснованности заявленных требований истца, поскольку истец не доказал наличия обязательных элементов для привлечения ответчика к ответственности в виде взыскания убытков.

При таких обстоятельствах суд отказывает в удовлетворении требований истца в полном объеме.

При рассмотрении данного дела всем доводам и возражениям сторон судом дана надлежащая оценка, иные представленные сторонами доказательства не относимы к предмету доказывания по делу и не могут влиять на выводы суда.

В соответствии с требованиями статей 102, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина относится на истца.

Руководствуясь статьями 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Иркутской области в течение месяца после его принятия.

Судья Ю.В. Липатова