Постановление от 27 декабря 2022 г. по делу № А57-13541/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-19973/2022

Дело № А57-13541/2020
г. Казань
27 декабря 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 20 декабря 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 декабря 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.П.,

судей Васильева П.П., Гильмутдинова В.Р.,

при участии представителей:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 26.04.2022,

ФИО3 – ФИО4, доверенность от 13.06.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 23.12.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2022

по делу № А57-13541/2020

по заявлению финансового управляющего ФИО5 ФИО6 о признании сделки недействительной между ФИО5 и ФИО1 и применении последствий ее недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (410017, <...>; ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Саратовской области от 14.12.2020 заявление кредитора ФИО3 о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО6.

Финансовый управляющий ФИО6 обратился в Арбитражный суд Саратовской области с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи доли земельного участка и долей нежилых помещений от 23.08.2019, заключенного между ФИО5 и ФИО1 и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника имущества: 1/2 доли нежилого помещения, кадастровый номер 64:48:000000:47572, площадью 323,3 кв. м, находящегося по адресу: <...> угол им. Чапаева В.И., д. 154/86; 1/2 доли нежилого помещения, кадастровый номер 64:48:030453:111, площадью 180 кв. м, находящегося по адресу: <...> угол им. Чапаева В.И., д. 154/86; 1/2 доли нежилого помещения, кадастровый номер 64:48:000000:48334, площадью 168,9 кв. м, находящегося по адресу: <...> угол им. Чапаева В.И., д. 154/86; права на 116/432 доли земельного участка, кадастровый номер 64648:030453:8, площадью 432+/-0,72 кв. м, для размещения объектов торговли, общественного питания и бытового обслуживания, на землях населенных пунктов, расположенного по адресу: <...> угол им. Чапаева В.И., д. 154/86.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 23.12.2021 заявление удовлетворено, признан недействительным договор купли-продажи доли земельного участка и долей нежилых помещений от 23.08.2019, заключенный между ФИО5 и ФИО1, применены последствия недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу ФИО5 Восстановлено право требования ФИО1 к ФИО5 на сумму 3 000 000,00 руб.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2022 определение Арбитражного суда Саратовской области от 23.12.2021 отменено, принят новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО6 о признании недействительным договора купли-продажи доли земельного участка и долей нежилых помещений от 23.08.2019, заключенного между ФИО5 и ФИО1 и применении последствий недействительности сделки, отказано.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 21.07.2022 постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда отменено, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд.

При повторном рассмотрении обособленного спора постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2022 определение Арбитражного суда Саратовской области от 23.12.2021 оставлено без изменения.

ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Саратовской области от 23.12.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2022 отменить, в связи с нарушением судами норм материального и процессуального права и неполным выяснением всех обстоятельств по делу, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей сторон, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для его отмены в силу следующего.

Как следует из материалов данного обособленного спора и установлено судами первой и апелляционной инстанций, 23.08.2019 между ФИО5 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи доли земельного участка и долей нежилых помещений, в соответствии с которым продавец продал и передал, а покупатель купил и принял в собственность имущество: 1/2 доли нежилого помещения, кадастровый номер 64:48:000000:47572, площадью 323,3 кв. м, находящегося по адресу: <...> угол им. Чапаева В.И., дом 154/86; 1/2 доли нежилого помещения, кадастровый номер 64:48:030453:111, площадью 180 кв. м, находящегося по адресу: <...> угол им. Чапаева В.И., дом 154/86; 1 /2 доли нежилого помещения, кадастровый номер 64:48:000000:48334, площадью 168,9 кв. м, находящегося по адресу: <...> угол им. Чапаева В.И., дом 154/86; права на 116/432 доли земельного участка, кадастровый номер 64648:030453:8, площадью 432 +/- 0,72 кв. м, для размещения объектов торговли, общественного питания и бытового обслуживания, на землях населенных пунктов, расположенного по адресу: <...> угол им. Чапаева В.И., дом 154/86.

В соответствии с пунктом 1 договора купли-продажи, стороны пришли к соглашению о цене объектов, указанных в договоре в размере 3 000 000 руб., которые продавец получил от покупателя полностью до подписания настоящего договора.

29 августа 2019 г. на основании оспариваемого договора купли-продажи произведена регистрация перехода права собственности, о чем в ЕГРН внесены соответствующие записи: 64:48:030453:111-64/006/2019-9, 64:48:000000:47572-64/006/2019-8, 64:48:000000:48334-64/006/2019-5, 64:48:030453:8-64/006/2019-7.

Полагая, что оспариваемый договор купли-продажи от 23.08.2019 является недействительной сделкой на основании пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), финансовый управляющий ФИО6 обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемая сделка является недействительной по мотиву ее неравноценности; направлена на причинение вреда кредиторам должника, злоупотребление правом выразилось в том, что действия обеих сторон по заключению оспариваемого договора были направлены на недопущение продажи спорного имущества с торгов в рамках дела о банкротстве по существенно заниженной цене, о чем стороны сделки не могли не знать; факт неравноценности сделки суд счел установленным исходя из цены продаваемых объектов недвижимости, установленной оспариваемым договором в размере 3 000 000 руб. и ее рыночной стоимости, определенной в заключении экспертизы, выполненной во исполнение определения суда.

Апелляционный суд при повторном рассмотрении данного спора поддержал выводы суда первой инстанции.

При этом суды обоснованно исходили из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 10 Постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 32) разъяснил, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10, 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Исходя из анализа приведенной нормы права, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие объективные факторы: сделка должна быть заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) и неравноценное встречное исполнение обязательств.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 9 постановления Пленума № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 ГК РФ запрет, в зависимости от обстоятельств дела, такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

По смыслу указанной нормы права, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Разрешая данный обособленный спор, суды установили, что 21.06.2019 между ФИО3 (займодавец) и ФИО5 (заемщик) заключен договор займа, удостоверенный нотариусом г. Саратова ФИО7, по условиям которого ФИО5 получил от ФИО3 денежные средства в размере 2 000 000 руб., со сроком возврата 21.08.2019. В случае невозврата суммы займа или его части в сроки, установленные договором, заемщик обязуется уплатить займодавцу неустойку в размере 1 000 000 руб.

В этот же день, между ФИО5 и ФИО3 заключен договор залога недвижимости в обеспечение договора займа от 21.06.2019, объектом залога указано имущество, составляющее предмет оспариваемого договора купли-продажи от 23.08.2019; договор залога зарегистрирован в органах Росреестра. В соответствии с пунктом 5.1 договора залога, основанием прекращения залога является прекращение обеспеченного залогом основного обязательства по договору займа.

20 августа 2019 г., до заключения оспариваемого договора купли-продажи, между ФИО5 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен предварительный договор купли-продажи доли земельного участка и долей нежилых помещений, по условиям которого продавец обязался передать покупателю недвижимое имущество в срок до 31.08.2019 по цене 6 655 000 руб., свободное от прав залога.

Таким образом, по мнению судов, в соответствии с пунктом 1.3 предварительного договора покупателю было известно, что объекты недвижимости находятся в залоге у ФИО3 в обеспечение обязательств продавца по договору займа от 21.06.2019, заключенному между ФИО3 и ФИО5

В соответствии с пунктом 3.2 предварительного договора купли-продажи от 20.08.2019, аванс за объекты недвижимости в сумме 3 655 000 руб. покупатель передал продавцу в день подписания предварительного договора, что подтверждается распиской продавца от 20.08.2019. Из указанной суммы продавец в тот же день погасил свои обязательства перед заимодавцем ФИО3 по договору займа, что подтверждается поданным ФИО3 в Росреестр заявлением о снятии обременении с объектов недвижимого имущества от 20.08.2019. Факт передачи денежных средств от ФИО1 ФИО5 в размере 3 655 000 руб. подтвержден распиской от 20.08.2019.

Вместе с тем, 23.08.2019 между ФИО5 и ФИО1 был заключен договор купли-продажи доли земельного участка и долей нежилых помещений, удостоверенный нотариусом г. Саратова ФИО8

В соответствии с пунктом 3 данного договора, все расчеты за приобретаемые объекты недвижимости были произведены до подписания договора. Продавец своей подписью в договоре купли-продажи от 23.08.2019 подтвердил, что сумма в размере 3 000 000 руб. полностью получена им лично и в полном объеме.

Таким образом, судами было установлено, что передача спорного имущества за сумму встречного обязательства в размере 3 000 000 руб. со стороны ФИО1 произошла на условиях неравноценного встречного исполнения по существенно заниженной цене.

Отклоняя довод ФИО1 о том, что цена спорной недвижимости должна определяться исходя из содержания предварительного договора купли-продажи, суды указали, что при установлении судом цены объекта недвижимости следует исходить из буквального содержания договора купли-продажи, который подписан сторонами в присутствии нотариуса и представлен в органы Росреестра; предварительный договор, вопреки требованиям закона, не заключался с участием нотариуса и не представлялся в органы Росреестра.

Таким образом, при совершении оспариваемой сделки ФИО1 было известно о наличии долгов у должника; спустя непродолжительное время после совершения оспариваемой сделки ФИО1 предоставил ФИО5 денежные средства в долг (определением Арбитражного суда Саратовской области от 18.08.2021 требования ФИО1 в размере 70 000 руб. признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов).

С учетом данных обстоятельствах суды пришли к выводу о злоупотреблении правом, выразившемся в том, что действия обеих сторон по заключению оспариваемого договора были направлены на недопущение продажи спорного имущества с торгов в рамках дела о банкротстве по существенно заниженной цене, о чем стороны сделки не могли не знать.

Поскольку производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 возбуждено 24.08.2020, а оспариваемая сделка совершена 29.08.2019 (зарегистрирована в органах Росреестра 29.08.2019), сделка совершена в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснений, изложенных в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства; имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником; отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Указанные разъяснения также подлежат применению при рассмотрении обособленных споров о признании недействительными сделок должника.

Согласно пояснениям ФИО1, о его финансовой возможности по оплате должнику денежных средств в размере 6 655 000 руб. указывает на наличие денежных средств на вкладах в ПАО «Сбербанк России» договора купли-продажи нежилого помещения от 01.11.2018, договора аренды нежилого помещения от 01.08.2016, договора купли-продажи доли в уставном капитале от 28.02.2019, наличие в собственности недвижимого имущества, от сдачи в наем, за который получает неофициальный доход.

Между тем, суды признали, что представленные документы и сведения не подтверждают финансовую возможность ответчика одномоментно (20.08.2019, 23.08.2019) оплатить приобретаемую недвижимость.

Согласно предоставленного в материалы дела отчета финансового управляющего ФИО5, по состоянию на 09.12.2021 реестр требований кредиторов сформирован на общую сумму 5 789 250,87 руб., при этом конкурсная масса должника не сформирована ввиду отсутствия у должника какого-либо имущества.

Доказательств того, что на момент совершения оспариваемой сделки должник обладал имуществом, достаточным для расчетов с кредиторами в материалы дела не предоставлено.

Таким образом, в силу статьи 10 ГК РФ, оспариваемая сделка совершена должником с целью уменьшения объема имущества, на которое могло быть обращено взыскание в рамках обязательств должника и во вред кредиторам; злоупотребление со стороны должника состояло в реализации правомочия его как собственника по распоряжению своим имуществом, а также в злоупотреблении свободой договора, которое привело к лишению прав кредиторов на получение удовлетворения своих требований путем обращения взыскания на имущество должника, в связи с наличием неисполненных обязательств.

Суды приняли во внимание пояснения ФИО1 о том, что ему было известно о наличии долгов у продавца. Более того, ФИО1 спустя непродолжительное время после сделки передал в долг ФИО5 денежные средства.

Таким образом, действуя добросовестно и разумно, совершая сделку по существенно заниженной цене, ФИО1 должен был понимать, что причиняет вред должнику и возможным кредиторам должника и в этой связи не может считаться добросовестным приобретателем имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с названной главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Признав спорную сделку недействительной, установив наличие спорного имущества у ответчика, суды первой и апелляционной инстанций применили последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу отчужденного по оспариваемой сделке имущества и восстановлении права требования ответчика к должнику на сумму 3 000 000 руб.

Таким образом, удовлетворяя заявленные требования, суды, верно распределив бремя доказывания, исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела требований о признании спорной сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Суд округа, рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, полагает, что вышеуказанные выводы судов первой апелляционной инстанций о наличии оснований для признания сделки недействительной и применения последствий ее недействительности являются правильными, соответствуют установленным им фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения; при повторном рассмотрении данного спора апелляционным судом выполнены указания суда кассационной инстанции.

Судами правильно определен предмет доказывания, верно распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, данные обстоятельства исследованы судами и получили надлежащую оценку.

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом округа не принимаются, поскольку касаются фактических обстоятельств и доказательственной базы по делу и не свидетельствуют о нарушении судами первой и апелляционной инстанций норм права при принятии обжалуемых судебных актов.

Доводы кассационной жалобы фактически сводятся к мнению заявителя о том, что приведенные сторонами спора доводы и доказательства должны быть оценены судом иным образом.

Между тем, положения арбитражного процессуального законодательства, регламентирующие производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду округа при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела, в связи с чем, у суда округа не имеется оснований для иной оценки доказательств (статьи 286 - 288 АПК РФ).

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения судебных актов, либо несоответствия выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, судом округа не установлено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 23.12.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2022 по делу № А57-13541/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судьяЕ.П. Герасимова



СудьиП.П. Васильев



В.Р. Гильмутдинов