Решение от 6 августа 2019 г. по делу № А40-133831/2019

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-133831/19-157-117
город Москва
07 августа 2019 г.
Резолютивная часть решения объявлена 06 августа 2019 года.

Решение в полном объеме изготовлено 07 августа 2019 года.

Арбитражный суд в составе судьи Амбадыковой Г.А.,

при ведении протокола помощником судьи Федотовой М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ООО «СмОг» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Атлант» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии: согласно протоколу,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.12.2017 ООО «Атлант» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» №243 от 28.12.2017.

Определением от 18.02.2019 настоящее дело в порядке ст. 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации передано на рассмотрение судье Амбадыковой Г.А.

В Арбитражный суд города Москвы в электронном виде 28.01.2019 поступило заявление кредитора ООО «СмОг» о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 21.05.2019 из дела № А40-34211/17-86-56 Б о признании несостоятельным (банкротом) Общества с ограниченной ответственностью «Атлант» (ОГРН <***>, ИНН <***>) выделено в отдельное производство заявление ООО «СмОг» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица с присвоением самостоятельного номера дела.

Указанному заявлению присвоен номер дела А40-133831/19-157-117.

Настоящее судебное заседание является предварительным и проводится в порядке подготовки заявления о привлечении к субсидиарной ответственности к судебному разбирательству.

Представитель истца поддержала заявленные требования, заявила ходатайство об истребовании доказательств по делу.

Представитель ответчика возражал по доводам искового заявления, против удовлетворения ходатайства об истребовании доказательств по делу также возражал.

Возражений против перехода в судебное заседание от лиц, участвующих в деле, не поступало.

Суд перешел к рассмотрению дела по существу, что отражено в протоколе судебного заседания.

Представитель истца исковое заявление поддержала в полном объеме.

Представитель ответчика против удовлетворения искового заявления возражал.

Суд, исследовав материалы дела, представленные документы, заслушав представителей сторон, приходит к следующим выводам.

Как следует из ходатайства ООО «СмОг», заявитель просит истребовать у ИФНС России №15 по г.Москве:

- сведения о наличии в период с 23.04.2015 по 17.11.2015 расчетных счетов и движения по ним денежных средств;

- бухгалтерскую отчетность ООО ПО «Оскольская мануфактура» (ИНН <***>) с момента взятия на налоговый учет в ИФНС России №15 по г.Москве (23.04.2015) и по момент присоединения к ООО «Атлант» (17.11.2015).

В соответствии с п. 4 ст. 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту также – АПК РФ) лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

При этом суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством. Арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении такого ходатайства, если сочтет, что оно не относится к делу или недопустимо.

Суд, учитывая основания и предмет рассматриваемого искового заявления ООО «СмОг» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам ООО «Атлант», полагает, что отсутствует необходимость в истребовании указанных доказательств, заявление может быть рассмотрено без них.

При указанных обстоятельствах, суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства истца об истребовании доказательств по делу.

По существу рассматриваемого искового заявления суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, истец в порядке ст. 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту также – Закон о банкротстве) обратился с требованием о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Атлант», в связи с невозможностью погашения требования кредитора ООО «СмОг».

По правилам ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле.

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее по тексту также – Постановление №53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В соответствии с пунктом 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту также – ГК РФ), если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», которой пунктом 22 установлено: при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые 4 имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункт 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. Для привлечения органов управления юридического лица к субсидиарной ответственности необходим следующий юридический состав:

вина (противоправность действий/бездействий);

действия/бездействие, которые довели (способствовали) доведению до банкротства;

причинно-следственная связь между действиями (бездействием), виной и наступившими негативными последствиями, выражающимися в неспособности должника удовлетворить требования кредиторов.

Для привлечения руководителя должника к гражданско-правовой ответственности, которой является субсидиарная ответственность, заявитель должен доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для ее наступления: противоправный характер поведения лица о привлечении к ответственности которого заявлено, наличие вины, наличие вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением и причиненным вредом.

В силу пункта 56 Постановления № 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).

Из искового заявления ООО «СмОг» следует, что основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности послужило то, что вследствие ее действий и (или) бездействия (а именно, путем передачи должнику при присоединении к нему неликвидных активов принадлежащего ответчику общества - ООО ПО «Оскольская мануфактура») отсутствует возможность погашения требования кредитора ООО «СмОг».

В обоснование заявленных требований заявитель ссылается на пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, согласно которому, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Вместе с тем, истцом не доказано, что ФИО1 являлась контролирующим должника лицом.

В соответствии с п.п. 1, 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо, в частности, являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Как установлено судом, руководителем и контролирующим должника ООО «Атлант» лицом ФИО1 никогда не являлась. Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.

Как следует из искового заявления, истец полагает, что в результате поведения директора ООО ПО «Оскольская мануфактура» ФИО1 должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом.

Однако указанный вывод не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Так, в соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц ООО ПО «Оскольская мануфактура» (ИНН <***>) 17.11.2015 года организация прекратила свою деятельность; с 24.06.2015 директором являлся ФИО3, с 23.04.2015 участником общества являлась ФИО4.

Таким образом, решение о прекращении деятельности юридического лица путем реорганизации в форме присоединения ФИО1 не принималось.

В соответствии с ч. 1 ст. 59 ГК РФ передаточный акт должен содержать положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая обязательства, оспариваемые сторонами, а также порядок определения правопреемства в связи с изменением вида, состава, стоимости имущества, возникновением, изменением, прекращением прав и обязанностей реорганизуемого юридического лица, которые могут произойти после даты, на которую составлен передаточный акт.

Согласно ч. 2 ст. 60 ГК РФ кредитор юридического лица, если его права требования возникли до опубликования первого уведомления о реорганизации юридического лица, вправе потребовать в судебном порядке досрочного исполнения соответствующего обязательства должником, а при невозможности досрочного исполнения - прекращения обязательства и возмещения связанных с этим убытков, за исключением случаев, установленных законом или соглашением кредитора с реорганизуемым юридическим лицом.

Поскольку в ЕГРЮЛ внесена запись о регистрации реорганизации ООО ПО «Оскольская мануфактура» в форме присоединения, то приведенные, требования закона и гарантии кредиторов были соблюдены.

Более того, как отмечает ответчик, при передаче ФИО1 первичной бухгалтерской отчетности, а также сведений о кредиторской и дебиторской задолженности ООО ПО «Оскольская мануфактура» какая-либо задолженность перед ООО «СмОг» отсутствовала. Каких-либо претензий, до прекращения деятельности ООО ПО «Оскольская мануфактура» 17.11.2017 от ООО «СмОг» не поступало. Доказательств обратного суду не представлено.

Как указано в п. 23 Постановления №53 согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Доказательств того, что ФИО1 в процессе своей деятельности в должности директора ООО ПО «Оскольская мануфактура» заключала какие-либо значимые сделки не представлено. Более того, согласно материалам дела, требования ООО «СмОг» основаны не на сделках, а на неосновательном обогащении.

Кроме того, как отмечает сам истец, правопредшественниками ООО «АТЛАНТ» являлись также ООО «Дижитал Флоу», ООО «Пост Ком», ООО «Корса» права и обязанности, которых перешли к ООО «Атлант».

Таким образом, обстоятельства, на которые ссылается истец, не свидетельствуют о том, что именно из-за действий ФИО1 возникли препятствия по погашению образовавшейся задолженности должника ООО «Атлант».

Обязанностей по передаче бухгалтерской отчетности конкурсному управляющему у ответчика не имелось.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

Истцом не представлены какие-либо доказательства совершения ФИО1 действий (бездействия), которые довели (способствовали доведению) до банкротства ООО «Атлант», наличия вины ФИО1 в совершении таких действий, а также наличия прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием), виной и наступившими негативными последствиями, выражающимися в неспособности должника удовлетворить требования кредиторов.

При указанных обстоятельствах, суд отказывает в удовлетворении искового заявления ООО «СмОг» о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Атлант».

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 32, 61.10, 61.11, 61.14, 61.16, 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и ст.ст. 13, 64-68, 71, 75, 167-170, 176, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайства ООО «СмОг» об истребовании доказательств отказать.

В удовлетворении искового заявления ООО «СмОг» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам ООО «Атлант» отказать.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции (Девятый арбитражный апелляционной суд) в месячный срок со дня изготовления в полном объеме.

Судья Г.А. Амбадыкова