Постановление от 12 октября 2021 г. по делу № А60-12254/2020




АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7565/21

Екатеринбург

12 октября 2021 г.


Дело № А60-12254/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 06 октября 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 октября 2021 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Артемьевой Н.А., Тихоновского Ф.И.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Щукиной Екатерины Николаевны (далее – должник) на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2021 по делу № А60-12254/2020 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняла участие представитель акционерного общества Коммерческий банк «Агропромкредит» (далее – Банк, кредитор) – Бирюкова Л.В. (доверенность от 24.08.2020 № 245).


В Арбитражный суд Свердловской области 12.03.2020 поступило заявление Щукиной Е.Н. о признании ее несостоятельной (банкротом) в связи с наличием неисполненных свыше трех месяцев обязательств в размере более 18 млн. руб.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.05.2020 Щукина Е.Н. признана банкротом, в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, до 14.10.2020; финансовым управляющим имуществом должника утверждена Ряполова Ольга Андреевна.

Определениями Арбитражного суда Свердловской области от 23.09.2020, 08.02.2021 срок процедуры реализации имущества был продлен до 14.03.2021.

В Арбитражный суд Свердловской области 09.04.2021 поступило ходатайство финансового управляющего Ряполовой О.А. о завершении процедуры реализации имущества должника Щукиной Е.Н., освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, установлении вознаграждения Ряполовой О.А. в сумме 3 885 руб. и выплате вознаграждения в сумме 25 000 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.05.2021 процедура реализации имущества должника Щукиной Е.Н. завершена; в отношении Щукиной Е.Н. применены положения пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от обязательств; определено перечислить с депозитного счета арбитражного суда финансовому управляющему Ряполовой О.А. денежное вознаграждение в сумме 25 000 руб.; установлена сумма процентов по вознаграждению в сумме 3 885 руб.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2021 определение Арбитражного суда Свердловской области от 01.05.2021 отменено в части освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами; постановлено не применять в отношении должника Щукиной Екатерины Николаевны положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств.

В кассационной жалобе Щукина Е.Н. просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, определение суда первой инстанции оставить в силе.

Заявитель жалобы не согласен с выводом суда апелляционной инстанции о недобросовестности действий со стороны должника, выразившиеся в наращивании своей кредиторской задолженности, указывая, что столь короткий срок принятия на себя обязательств являлся вынужденным из-за необходимости передать эти денежные средства сестре Щукиной Е.Н., в связи с чем действия должника необходимо квалифицировать как неразумное поведение, что не могло являться основанием для неосвобождения Щукиной Е.Н. от исполнения обязательств.

Кроме того, заявитель жалобы указывает, что судом апелляционной инстанции не был учтен тот факт, что доход должника составлял действительно 120 000 руб., однако работодателем не были сделаны соответствующие отчисления в налоговый орган и пенсионный фонд, о чем должник не знала и не могла знать, поэтому вывод суда о несоответствии доходов принятым на себя обязательствам является неверным. Должник отмечает, что суммы доходов хватало ей для исполнения обязательств на первоначальном этапе, что подтверждается тем обстоятельством, что просрочка исполнения обязательств возникла с мая 2014 года; банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок, проверки предоставленного для получения кредита пакета документов, а также запроса информации о кредитной истории обратившегося к ним лица. По мнению заявителя жалобы, одного лишь факта неуказания в анкете при получении кредита сведений о наличии иных кредитных обязательств, при условии, что такие сведения являются проверяемыми, недостаточно для вывода о недобросовестности должника.

Заявитель жалобы также не согласен с выводом суда апелляционной инстанции о том, что должник целенаправленно наращивал кредиторскую задолженность, указывая, что процедура банкротства граждан была введена позднее, и должник не мог воспользоваться механизмом списания задолженности.

В отзывах на кассационную жалобу кредиторы Банк «Агропромкредит», общество с ограниченной ответственностью «НБК», общество с ограниченной ответственностью «Дил-Банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» просят оставить оспариваемый судебный акт без изменения.

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами, следует из материалов дела и общедоступной информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.03.2020 принято к производству суда заявление Щукиной Е.Н. о признании ее несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве гражданина.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 04.05.2020 Щукина Е.Н. признана банкротом.

В ходе процедуры реализации в реестр включены требования следующих кредиторов на общую сумму 27 757 638 руб. 65 коп.:

– Банк «Агропромкредит» в сумме 9 171 236 руб. 15 коп., из которых: основной долг – 656 886 руб. 82 коп., проценты за пользование кредитом – 713 785 руб. 01 коп.; неустойка за просрочку уплаты суммы кредита и процентов за пользование кредитом – 7 790 360 руб. 88 коп., судебные расходы – 10 203 руб. 44 коп. (определение от 09.07.2020);

– общество с ограниченной ответственностью «АРС ФИНАНС» в сумме 820 289 руб. 18 коп., из которых основной долг – 723 000 руб., проценты –97 289 руб. 18 коп. (определение от 31.08.2020);

– общество «НБК» в сумме 2 525 624 руб. 45 коп., из которых основной долг – 2 212 335 руб. 85 коп.; задолженность по процентам за пользование кредитом – 313 288 руб. 60 коп. (определение от 31.08.2020);

– общество с ограниченной ответственностью «Экспресс-кредит» в сумме 676 450 руб. 31 коп., из которых основной долг – 361 889 руб. 29 коп, проценты – 314 561 руб. 02 коп. (определение от 31.08.2020);

– публичное акционерное общество «Сбербанк России» в сумме 74 541 руб. 72 коп, из которых основной долг – 65 474 руб. 67 коп, проценты – 5 864 руб. 57 коп., неустойка – 2 002 руб. 36 коп., судебные расходы 1 200 руб. 12 коп. (определение от 31.08.2020);

– акционерное общество «Банк Русский стандарт» в сумме 478 232 руб. 73 коп., из которых основной долг – 470 232 руб. 73 коп., неустойка – 8 000 руб. (определение от 04.09.2020);

– публичное акционерное общество «Совкомбанк» в сумме 2 997 914 руб. 08 коп., из которых просроченная ссудная задолженность – 616 564 руб. 12 коп., проценты на просроченную ссуду – 584 006 руб. 56 коп., неустойка на просроченную ссуду – 1 752 019 руб. 34 коп., неустойка на просроченные проценты – 25 324 руб. 06 коп (определение от 04.09.2020);

– общество «Дил-Банк» в сумме 9 154 669 руб. 26 коп., из которых основной долг – 720 952 руб. 13 коп.; проценты – 1 062 169 руб. 89 коп., неустойка – 7 356 358 руб. 21 коп., судебные расходы – 15 189 руб. 03 коп. (определение от 07.10.2020);

– общества с ограниченной ответственностью «ЭОС» в сумме 1 858 680 руб. 77 коп., в том числе по кредитному договору от 11.09.2014 № KD13881000069512 в сумме 1 381 715 руб. 75 коп., из которых основной долг – 974 500 руб., проценты – 392 182 руб. 34 коп., судебные расходы – 15 033 руб. 41 коп.; по кредитному договору от 25.03.2013 № 13/1401/00000/400226 в сумме 476 965 руб. 02 коп., из которых основной долг – 364 291 руб. 74 коп., проценты – 108 708 руб. 28 коп., судебные расходы – 3 965 руб.

Кредиторы первой и второй очереди не установлены.

Согласно описи имущества гражданина, составленной самим должником, а также подтвержденной сведениями из Единого государственного реестра недвижимости, Щукина Е.Н. владела нежилым помещением, расположенным по адресу: Свердловская область, г. Новоуральск, ул. Сергея Лазо, строение 13, помещение 8775, площадью 29,6 кв.м.

Иное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, финансовым управляющим не выявлено.

Должник не трудоустроена, в качестве получателя пенсии и других социальных выплат от органов Пенсионного фонда России по Свердловской области не значится.

На основе проверки наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника, проведенной в процедуре реализации имущества, управляющим были сделаны выводы об отсутствии признаков преднамеренного банкротства должника, об отсутствии признаков фиктивного банкротства должника.

Денежные средства в размере 55 000 руб., поступившие на счет должника в связи с реализацией имущества, включенного в конкурсную массу, направлены на погашение текущих расходов, а также частичное погашение требований, включенных в реестр.

Требования кредиторов, включенные в третью очередь реестра требований кредиторов должника, не погашены в полном объеме в связи с отсутствием достаточного имущества, за счет которого такое погашение было бы возможным.

По итогам проведения процедуры реализации имущества финансовым управляющим Ряполовой О.А. представлено ходатайство о завершении процедуры банкротства, освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств по основаниям, предусмотренным статьей 213.28 Закона о банкротстве, со ссылкой на завершение всех предусмотренных в процедуре банкротства должника мероприятий, приложены документы, подтверждающие объем проведенных финансовым управляющим мероприятий в процедуре банкротства, отчет по расходованию денежных средств.

Суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества в отношении должника, применил положения статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств.

В части завершения процедуры реализации имущества судебные акты не обжалуются.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для освобождения должника от обязательств, определение в данной части отменил, указав на неприменение в отношении Щукиной Е.Н. положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств.

Предметом кассационного обжалования со стороны должника является неприменение к нему общего правила об освобождении его от исполнения обязательств по итогам процедуры банкротства.

Отказывая в применении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

Исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума № 45), следует, что согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, в том числе при принятии на себя обязательств, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом разъяснений постановления Пленума № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на накопление долговых обязательств без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25), при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела о банкротстве суд апелляционной инстанции, проанализировав фактические обстоятельства дела, установив, что в реестр требований кредиторов должника включены требования девяти кредиторов – банков (либо их правопреемников), при этом в отношении шести кредиторов кредитные договоры были заключены в течение короткого промежутка времени – с 22.03.2013 по 28.03.2013; отметив, что должник, давая пояснения относительно расходования денежных средств, указывала на приобретение в 2013 году недвижимости стоимостью 4 млн. руб., которую в дальнейшем в 2014 году продала, а остальные денежные средства передала своей сестре, однако никаких доказательства фактического расходования полученных от кредиторов значительных по размеру денежных средств должник в материалы дела не представила, необходимость столь значительных денежных средств и их расходование в небольшой временной период – не раскрыла; исходя из того, что с учетом размера (около 7 млн. руб.) и договорных сроков погашения обязательств (в среднем 3 года) по кредитным договорам должник, принимая на себя обязательства перед кредиторами, не имела реальной возможности исполнить их в последующем надлежащим образом, а допустимых доказательств того, что ухудшение финансового состояния должника вызвано обстоятельствами, не зависящими от нее, должник не представила; заключив, что хронология возникновения включенной в реестр требований кредиторов задолженности свидетельствует о том, что должник последовательно принимала на себя новые обязательства, не имея намерения погашать при этом в сколь-нибудь значительной степени возникшие долги, пришел к выводу, что в данном случае должник, принимая на себя финансовые обязательства в течение короткого промежутка времени, последовательно наращивала кредиторскую задолженность путем получения денежных средств у различных кредиторов, не исполняя ранее возникших обязательств, создав видимость финансовой состоятельности и недобросовестно получив денежные средства, возврат которых очевидно был невозможен с учетом фактического финансового положения заемщика, принимала на себя все новые и новые обязательства, порождая ситуацию заведомой их неисполнимости, что в конечном итоге и привело к критическому моменту – моменту банкротства должника.

Установив указанные обстоятельства и заключив, что подобное поведение должника нельзя признать добросовестным, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для применения к Щукиной Е.Н. механизма освобождения должника от обязательств, предусмотренного пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела считает выводы суда апелляционной инстанции соответствующими конкретным фактическим обстоятельствам настоящего дела и основанными на верном применении положений действующего законодательства, регулирующих спорные правоотношения.

По общему правилу, ординарным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При применении процедуры банкротства завершение расчетов с кредиторами влечет освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве), что позволяет такому гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

Такой подход к регулированию потребительского банкротства ставит основной его целью социальную реабилитацию гражданина.

Между тем, поскольку институт банкротства – это крайний, экстраординарный способ освобождения от долгов, так как в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им, названная цель ориентирована исключительно на добросовестного гражданина, призвана к достижению компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств.

Реабилитационная цель института банкротства граждан должна защищаться механизмами, исключающими недобросовестное поведение граждан.

Предусмотренные Законом о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума № 25).

Если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно (например, скрыл или умышленно уничтожил имущество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности), то в силу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение о долгов, о чем указывается судом в судебном акте (пункт 2 статьи 223.6 Закона о банкротстве).

Злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств.

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

Вопреки доводам кассационной жалобы об отсутствии в поведении должника признаков недобросовестности, в рассматриваемом деле суд апелляционной инстанции обратил внимание на поведение должника при принятии на себя долговых обязательств, а также при раскрытии обстоятельств расходования денежных средств и погашении кредитов и заключил, что подобное поведение свидетельствует об отклонении от стандартов добросовестного поведения должника.

В частности, суд апелляционной инстанции отметил, что должник в течение короткого промежутка времени – с 22.03.2013 по 28.03.2013 – заключила шесть кредитных договоров на сумму около 7 млн. руб.; согласно справке 2-НДФЛ заработная плата должника составляла 120 000 руб. (при том, что налоговым органом подтверждена заработная плата в сумме от 16 500 руб. в 2015 году до 32 318 руб. в 2014 году), в то же время по расчету кредитора, озвученному в судебном заседании суда первой инстанции от 26.04.2021, средний размер ежемесячных платежей по кредитным обязательствам составлял 174 000 руб., а по отчету финансового управляющего – от 193 573 руб. в 2013 году до 232 864 руб. в 2015 году, что и позволило суду апелляционной инстанции прийти к выводу о последовательном наращивании должником кредиторской задолженности, в отсутствие реальных возможностей ее погашения, с учетом документально подтвержденных должником доходов ниже уровня кредитных обязательств и отсутствия каких-либо хотя бы минимально обоснованных сведений о наличии и размере дополнительного дохода, позволившего бы погашать ежемесячно кредиторскую задолженность.

Щукина Е.Н., настаивавшая на том, что ее поведение являлось добросовестным, не представила в подтверждение данного довода хоть сколько-нибудь значимых документальных доказательств, которые могли бы быть исследованы судами наряду с доводами кредиторов, вследствие чего приняла на себя негативные последствия несовершения процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Утверждения должника, что денежные средства были переданы сестре в связи с наличием к последней претензий со стороны ее кредиторов, документально подтверждены не были, равно как не были раскрыты обстоятельства, на какие цели были израсходованы денежные средства в сумме 3,6 млн. руб., полученные в 2014 году от реализации объектов недвижимости (приобретенных за счет средств кредиторов) и почему данные средства не были направлены на погашение уже существовавших кредитных обязательств, а также причины, по которым должник, продолжая работать в должности коммерческого директора общества с ограниченной ответственностью «Домовой» вплоть до сентября 2016 года, получая, по ее утверждению, достойную заработную плату, перестала исполнять обязательств перед кредиторами уже с 2014 года.

Суд апелляционной инстанции, отложив определением от 12.07.2021 судебное разбирательство, предложил должнику представить письменные пояснения с документальным подтверждением относительно обстоятельств получения и расходования полученных должником заемных денежных средств (указать дату получения кредита, цели и порядок использования, порядок исполнения обязательств по погашению кредита по договорам, размер фактического и официального дохода на дату получения заемных средств; размер ежемесячных обязательств, подлежащих исполнению по заключенным кредитным договорам); указать источники существования в период с 2016 года до настоящего времени.

Должник, в свою очередь, никаких пояснений по указанным обстоятельствам, позволяющих устранить возникшие сомнения относительно отклонения ее действий от добросовестного поведения, не представил, не раскрыв в достаточной мере обстоятельств исполнения кредитных обязательств, источников доходов, а также порядка распоряжения средствами, полученными от кредиторов и от сделок по реализации имущества.

Данные обстоятельства в совокупности с тем, что должник принял на себя значительные по объему обязательства, превышающие уровень его подтвержденных доходов, при наличии стабильного заработка прекратил исполнение обязательств, позволили суду апелляционной инстанции прийти к выводу, что, заключая последовательно несколько кредитных договоров на значительные суммы, должник не мог не осознавать непосильность принятых долговых обязательств, подобное поведение, по сути, лишило кредиторов возможности рассчитывать на удовлетворение своих требований; установив такие обстоятельства, суд апелляционной инстанции заключил, что в данном случае имело место отклонение действий должника от стандарта добросовестного поведения.

В свою очередь, недобросовестное поведение должника исключает возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства.

Суд округа при установленном судом апелляционной инстанции факте неправомерного поведения должника оснований для удовлетворения кассационной жалобы по приведенным в ней доводам не усматривает. Несогласие должника с выводом суда о недобросовестности, основанным на установленных фактических обстоятельствах и совокупной оценке доказательств по делу, не может служить основанием для отмены судебных актов, поскольку направлено на переоценку доказательств (статья 286 АПК РФ).

Доводы должника о возможности банков как профессиональных участников кредитного рынка проверить данные анкеты-заявления не опровергают выводы суда апелляционной инстанции о его недобросовестном поведении при получении кредитных средств и в дальнейшем при исполнении кредитных обязательств, а статус кредитора не освобождает заемщика от обязанности действовать добросовестно при заключении и исполнении кредитного договора.

Таким образом, отказывая в освобождении должника от исполнения обязательств перед кредиторами, суд апелляционной инстанции исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами наличия в данном случае всех необходимых и достаточных обстоятельств, при которых не допускается освобождение должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Доводы заявителя судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом апелляционной инстанции норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2021 по делу № А60-12254/2020 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу Щукиной Екатерины Николаевны – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Ю.В. Кудинова


Судьи Н.А. Артемьева


Ф.И. Тихоновский