Решение от 16 июня 2021 г. по делу № А40-15609/2020

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-15609/20-151-137
г. Москва
16 июня 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 26.05.2021

Решение в полном объеме изготовлено 16.06.2021

Арбитражный суд города Москвы

в составе судьи К.В. Вольской

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

проводит судебное заседание по делу

по иску АО «МОСПРОЕКТ» (ИНН: <***>)

к ответчику ООО «ОПТИМА ЗЕТ ЭС» (ИНН: <***>)

о взыскании 35 654 800 руб.

при участии от истца: ФИО2 по доверенности от 30.12.2020

от ответчика: ген. директор ФИО3, выписка из ЕГРЮЛ от 25.03.2021

У С Т А Н О В И Л:

С учетом уточнений требований в порядке ст. 49 АПК РФ, иск заявлен о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в размере 35 654 800 руб.

Определением от 03.02.2021 в удовлетворении заявления АНО «Лабораторный центр условий труда» (ИНН <***>) о привлечении его к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора отказано.

Иск мотивирован тем, что истцом ответчику были перечислены авансовые платежи по договорам: №042/16 от 09.02.2016, №ПК-08-16 от 03.10.2016, №РАВ-0216-16 от 22.12.2016, №СМП01/03 от 01.03.2017, №ПР-09-16 от 12.10.2016. В обоснование заявленных требований истец заявляет о мнимости спорных договоров и их неисполнении со стороны ответчика, так как истец не нуждался в услугах по договорам и не был обязан заказать эти услуги, услуги не были ему оказаны и, соответственно, ему не передавались никакие предусмотренные договорами отчетные и подтверждающие документы по услугам, стороны подписали фиктивные акты приема-передачи оказанных услуг, которые были полностью оплачены, ответчик не обладал ресурсами для оказания услуг, спорные договоры были заключены, а формальные акты об исполнении были подписаны супругами ФИО3 (со стороны истца, член Совета директоров истца и заместитель генерального директора, муж генерального директора ответчика, лицо, аффилированное с ответчиком и имеющее личную заинтересованность в заключении договоров и придании им видимости формального исполнения) и ФИО4 (генеральный директор ответчика в период спорных договоров, жена ФИО3, лицо, аффилированное с ФИО3 и имеющее личную заинтересованность в заключении договоров и придании им видимости формального исполнения) в ущерб интересам истца, услуги фактически были «задвоены» как по спорным договорам, так и в связи с тем, что те же самые услуги за тот же самый период были оплачены истцом в пользу третьего юридического лица - АНО «ЛЦУТ» - генеральным директором которого являлась также ФИО4, с которым также были заключены договоры по инициативе супругов ФИО3 и ФИО4 Истец полагает, что отчетные документы (протоколы исследований), переданные ответчиком в ходе рассмотрения дела, являются недостоверными и не могут подтверждать факт оказания услуг. Также ссылается на Постановление Арбитражного суда Московского округа от 18.02.2021 и Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2020 по иску истца к АНО «ЛЦУТ» по делу №А40-269071/2019 и на решение суда первой инстанции по указанному делу. Решением суда по делу №А40-269071/2019, установлено, что по договорам между истцом и АНО «ЛЦУТ», подписанным супругами ФИО3 и ФИО4, АНО «ЛЦУТ» оказало истцу оплаченные им авансом услуги по специальной оценке условий труда (СНОУТ), инструментальным и лабораторным исследованиям факторов внешней среды для целей производственного контроля за соблюдением санитарных правил и выполнением санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий в тех же помещениях истца, которые являлись объектом исследований по спорным по настоящему делу договорам. В постановлении суда апелляционной инстанции по делу №А40-269071/2019, установлено, что по договорам между истцом и АНО «ЛЦУТ», подписанным бывшими супругами ФИО3 и ФИО4, которые имеют общего ребенка, поэтому связаны, АНО «ЛЦУТ» не оказало истцу оплаченные им авансом услуги по биологическому исследованию на содержание возбудителя легионеллеза проб воды из водных объектов истца для проведения биологических исследований на содержание возбудителя легионеллеза - у истца отсутствовала необходимость в проведении биологических исследований проб воды на содержание возбудителя легионеллеза, а АНО «ЛЦУТ» в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что у АНО «ЛЦУТ» имелась возможность проведения биологических исследований проб воды на содержание возбудителя легионеллеза. Спорные договоры, а также акты о сдаче-приемке услуг по ним подписаны бывшими супругами ФИО3 и ФИО4 после приема ФИО3 на работу в АО «Моспроект». Письмом от 25.03.2019 исх. №исх-326-19/ЮР (Приложение №4 к исковому заявлению) истец отказался от исполнения спорных договоров, предложив ответчику вернуть всю сумму оплаты по ним, в том числе по причине неоказания ответчиком услуг, в которых истец не нуждался и не нуждается. Дополнительно ответчику направлено уведомления от 20.05.2020 г. (том 2, л.д.7) и уведомление от 20.07.2020 (том 6, л.д.78) об одностороннем расторжении спорных договоров.

Истец основывает требования на положениях ч. 1 ст. 166, ч. 1, 2 ст. 167, ч. 1 ст. 170, ст. 1102 и 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В настоящем судебном заседании дело подлежало рассмотрению по существу.

Представитель истца заявленные требования, с учетом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ, поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным в отзыве, а также письменных пояснениях.

Изучив материалы дела и представленные доказательства, заслушав мнение лиц, участвующих в деле, суд пришел к следующим выводам.

Согласно доводам искового заявления, истцом в пользу ответчика были перечислены авансовые платежи по договорам: №042/16 от 09.02.2016, №ПК-08-16 от 03.10.2016, №РАВ-0216-16 от 22.12.2016, №СМП01/03 от 01.03.2017, №ПР-09-16 от 12.10.2016 на общую сумму 35 654 800 рублей. Истец указывает, что из всех вышеперечисленных договоров между истцом и ответчиком был заключен только договор №РАВ-0216-16 от 22.12.2016, по которому работы фактически не выполнялись.

В материалы дела представлены надлежащие доказательства о полной оплате истцом ответчику авансом сумм по всем спорным договорам:

- два платежа от 26.12.16 и 31.01.17 на сумму 900 400 руб. каждый по договору №РАВ-0216-16 от 22.12.16 (том 14 – л.д.45-46 – от Ответчика, том 2 л.д.40-42– от Истца). В платежном поручении на сумму 299 000 руб. от 16..02.16 (том 14 – л.д.19 – от Ответчика, том 2 л.д.41 – от Истца) указано об оплате по несуществующему договору (п.1 реестровой Справки Истца от 25.03.21 – представлена в с\з 29.03.21), впоследствии стороны в Акте сверки взаиморасчетов (представлен Ответчиком - том 2, л.д.109-110) отразили данную сумму как платеж по Договору №042-16 от 09.02.2016.

- по договору №ПК-08-16 от 03.10.16 на сумму 3 154 000 руб.: платежные поручения от 11.10.16 на 600 000 руб. (том 14 – л.д.41 – от Ответчика) и от 17.10.16 на 2 500 000 руб. (том 14 – л.д.42 – от Ответчика), а также 54 000 руб. – это часть суммы по платежному поручению от 19.10.16 на общую сумму 2 400 000 руб. (том 14 – л.д.43 – от Ответчика). В представленном Ответчиком Акт сверки взаимных расчетов (том 2, л.д.109-110) вся сумма 2 400 000 руб. зачтена по договору №ПК-08-16 от 03.10.2016 без указания на ДС №2 и/или ДС№1 к нему.

- по ДС №2 от 17.10.16 к Договору №ПК-08-16 от 03.10.16 на сумму 13 301 000 р.: платежные поручения от 20.12.16 на 2 300 000 руб. – мемориальный ордер (том 14 – л.д.35 – от Ответчика, том 2 л.д.30– от Истца), от 22.12.16 на 2 400 000 руб. (том 14 – л.д.36 – от Ответчика, том 2 л.д.23– от Истца), от 22.12.16 на 2 600 000 руб. (том 14 – л.д.37 – от Ответчика, том 2 л.д.24– от Истца), от 23.12.16 на 2 460 000 руб. (том 14 – л.д.38 – от Ответчика, том 2 л.д.27– от Истца), от 23.12.16 на 2 540 000 руб. (том 14 – л.д.39 – от Ответчика, том 2 л.д.25– от Истца), 1 001 000 руб. – это часть суммы по платежному поручению от 19.12.16 на общую сумму 1 900 000 руб. (том 14 – л.д.34 – от Ответчика, том 2 л.д.31– от Истца), как это предусмотрено п.2 представленного Ответчиком Соглашения о зачете (том 2, л.д.93-94).

- по договору №ПР-09-16 от 12.10.16 на сумму 4 590 000 руб.: платежные поручения от 27.10.16 на 3120547 руб. (том 14 – л.д.21 – от Ответчика, том 2 л.д.36 – от Истца), от 28.10.16 на 354 525,10 руб. (том 14 – л.д.22 – от Ответчика, том 2 л.д.37 – от Истца), от 31.10.16 на 21 000 руб. (том 14 – л.д.23 – от Ответчика, том 2 л.д.32 – от Истца), от 31.10.16 на 614 390 руб. (том 14 – л.д.24 – от Ответчика, том 2 л.д.33 – от Истца), от 01.11.16 на 118 000 руб. (том 14 – л.д.25 – от Ответчика, том 2 л.д.35 – от Истца), от 01.11.16 на 236 000 руб. (том 14 – л.д.26 – от Ответчика, том 2 л.д.34 – от Истца), от 01.11.16 на 125 537,90 руб. (том 14 – л.д.27 – от Ответчика, том 2 л.д.38 – от Истца).

- по ДС №1 от 10.10.2016 к Договору №ПК-08-16 от 03.10.2016 на сумму 10 510 000 руб.: платежные поручения от 16.11.16 на 1 970 000 руб. (том 14 – л.д.28 – от Ответчика, том 2 л.д.15, том 1, л.д.6 – от Истца), от 21.11.16 на 275 000 руб. (том 14 – л.д.29 – от Ответчика, том 2 л.д.18 – от Истца), от 21.11.16 на 330 000 руб. (том 14 – л.д.30 – от Ответчика, том 2 л.д.19 – от Истца), от 30.11.16 на 420 000 руб. (том 14 – л.д.31 – от Ответчика, том 2 л.д.17 – от Истца), от 30.11.16 на 1 200 000 руб. (том 14 – л.д.32 – от Ответчика, том 2 л.д.26 – от Истца), от 12.12.16 на 1 470 000 руб. (том 14 – л.д.33 – от Ответчика, том 2 л.д.22 – от Истца), от 26.10.16 на 950 000 руб. (том 14 – л.д.44 – от Ответчика), 899 000 руб. – это часть суммы по платежному поручению от 19.12.16 на общую сумму 1 900 000 руб. (том 14 – л.д.34 – от Ответчика, том 2 л.д.31– от Истца), 2 346 000 руб. – это часть суммы по платежному поручению от 19.10.16 на общую сумму 2 400 000 руб. (том 14 – л.д.43 – от Ответчика), как это предусмотрено п.2 представленного Ответчиком Соглашения о зачете (том 2, л.д.93-94), от 07.11.16 на 650 000 руб. (том 2 – л.д.20 – от Истца).

- по договору №СМП 01/03 от 01.03.17 на сумму 2 000 000 руб.: платежное поручение от 01.03.17 на 2 000 000 руб. (том 14 – л.д.40 – от Ответчика, том 2 л.д.39 – от Истца).

Письмом от 25.03.2019 исх. №исх-326-19/ЮР (Приложение №4 к исковому заявлению) истец отказался от исполнения спорных договоров, предложив ответчику вернуть всю сумму оплаты по ним, в том числе по причине неоказания ответчиком услуг, в которых истец не нуждался и не нуждается. Дополнительно ответчику направлено уведомления от 20.05.2020 г. (том 2, л.д.7) и уведомление от 20.07.2020 (том 6, л.д.78) об одностороннем расторжении спорных договоров.

Истец указывает указывает, что на стороне ответчика образовалось неосновательное обогащение в сумме 35 654 800 рублей.

Истцом в адрес ответчика была направлена претензия. Требования претензии ответчиком не исполнены. Указанные обстоятельства послужили основаниями для обращения в суд.

Удовлетворяя требования в полном объеме, суд принимает во внимание положения ст. 8, 10, 12, 166, 167, 170, 196, 199, 200, 202, 203, 309, 310, 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также учитывает следующее.

Подписание Актов о сдаче-приемке услуг не лишают заказчика права оспаривать объем и стоимость фактически оказанных услуг.

Суд соглашается с доводами истца о том, услуги были фактически задвоены:

- по договорам №042-16 от 09.02.2016 (том 2, л.д.75-78) и №РАВ-0216-16 от 22.12.2016 (том 2, л.д.95-97);

- по договору №ПК-08-16 от 03.10.2016 (том 2, л.д.80-82), ДС №2 от 17.10.2016 к Договору №ПК-08-16 от 03.10.2016 (том 2, л.д.89), договорам №ПР-09-16 от 12.10.2016 (том 2, л.д.100-102) и №СМП 01/03 от 01.03.2017 (том 2, л.д.105-107). При этом услуги «задвоены» по двум договорам за один и тот же период (с 12.10.2016 по 29.12.2017).

При этом, как установлено судебными актами по делу №А40-269071/2019, АНО «ЛЦУТ» уже оказало истцу оплаченные им авансом услуги по инструментальным и лабораторным исследованиям факторов внешней среды для целей производственного контроля за соблюдением санитарных правил и выполнением санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий в тех же помещениях истца, которые являлись объектом тех же исследований по спорным по настоящему делу договорам.

Суд принимает во внимание, что материалами дела подтверждается позиция истца, что у него отсутствуют санитарно-защитные зоны и производственные площадки (том 1, л.д.66-90, том 1, л.д.44-51, том 7, л.д.139-140), на которые распространяются Санитарные правила «Организация и проведение производственного контроля за соблюдением санитарных правил и выполнением санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий. СП 1.1.1058-01», утвержденные Главным государственным санитарным врачом РФ 10.07.01 (том 1, л.д.44-48). Основными видами деятельности истца являются деятельность в области архитектуры и проектирования и операции с недвижимым имуществом, что подтверждается выписками из Устава в редакции №4 (2005), действовавшего на период спорных правоотношений (см. раздел 5 «Цель и предмет деятельности», - том 1, л.д.49-51) и Устава от 2017 г, действующего в настоящее время (см. раздел 4 «Цель и предмет деятельности», - том 1, л.д.52-53).

Согласно п.17 раздела 2 письма Руководителя Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 13.04.2009 №01/4801-9-32 об утверждении «Типовых программ проведения производственного контроля на предприятиях общественного питания, пищевой промышленности, в лечебно-профилактических учреждениях, учреждениях бытового обслуживания населения» к числу объектов, на которых не требуется выполнение лабораторно-инструментальных исследований в рамках производственного контроля, отнесены офисные помещения.

Поэтому истец не нуждался в услугах ответчика по производственному контролю за соблюдением санитарно-эпидемиологических требований и выполнением санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий с применением лабораторных исследований, испытаний.

Согласно ДС №1 от 10.10.2016 к Договору №ПК-08-16 от 03.10.2016 (том 2, л.д.85) ответчик должен был оказать истцу услуги по проведению биологических исследований проб воды на содержание возбудителя легионеллеза в водных объектах истца.

Материалами дела в своей совокупности не подтверждается фактическое оказание услуг ответчиком истцу по биологическому исследованию на содержание возбудителя легионеллеза проб воды из водных объектов истца для проведения биологических исследований на содержание возбудителя легионеллеза. У истца отсутствовала необходимость в проведении биологических исследований проб воды на содержание возбудителя легионеллеза, а ответчиком в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что у него имелась возможность проведения биологических исследований проб воды на содержание возбудителя легионеллеза.

Согласно п.8.7. Санитарно-эпидемиологических Правил СП 3.1.2.2626-10 «Профилактика легионеллеза» к водным системам, потенциально опасным в отношении распространения легионеллезной инфекции и требующим периодического исследования на наличие возбудителя легионеллеза:

8.7.1. системы охлаждения воды промышленных предприятий (градирни и испарительные конденсаторы);

8.7.2. централизованные системы кондиционирования и увлажнения воздуха, используемые для создания микроклимата в общественных зданиях, торговых центрах, ресторанах, клубах, учреждениях, гостиницах, на пассажирских судах.

Избыточное тепло, образующееся при охлаждении воздуха, отводится через конденсатор, охлаждаемый водой, поступающей из градирни или другого водоисточника. В теплой воде охладительного контура создаются благоприятные условия для формирования биопленок легионелл. Микробиологическое исследование данных систем на наличие легионелл необходимо осуществлять не реже 2 раз в год (кондиционирующие установки небольшой мощности без увлажнения воздуха и сплит-системы не опасны и контролю на легионеллы не подлежат). Точкой отбора проб является контур централизованного кондиционера;

8.7.3. бассейны, аквапарки, джакузи общественного пользования (в том числе в ЛПО).

8.7.4. Системы горячего и холодного водоснабжения.

Данные системы могут быть контаминированы легионеллами в диапазоне температур от 25° до 60 °C. При наличии застойных зон, участков трубы с низкой скоростью потока воды, в накопительных баках или резервуарах воды при данной температуре вероятно образование биопленок, содержащих высокую концентрацию легионелл. При температуре горячей воды выше 60 °C планктонные формы легионелл погибают, но в составе ранее сформировавшихся биопленок в ассоциациях с другими микроорганизмами и водорослями могут сохранять жизнеспособность и при более высоких температурах. При снижении температуры в системе горячего водоснабжения до температуры менее 50 °C условия для размножения легионелл наиболее благоприятны. Микробиологическое исследование данных систем на наличие легионелл необходимо осуществлять не реже 2 раз в год. Отбор проб воды рекомендуется проводить в аккумуляторном баке котельной, выходе воды в распределительную сеть - в системе горячего водоснабжения, на входе в учреждение и в резервуаре-хранилище - в системе холодного водоснабжения.

Из представленных истцом доказательств (том 1, л.д.35-38, л.д.49-90) следует, что истец не является промышленным предприятием, не имеет бассейнов, аквапарков, джакузи.

Относительно систем кондиционирования и систем водоснабжения истцом представлены в материалы дела следующие доказательства:

- истец в период действия спорных договоров (с 03.10.2016 по 29.12.2017) имел на своем балансе около 300 кондиционеров и сплит-систем (что подтверждается бухгалтерской ведомостью амортизации основных средств (ОС) за указанный период – том 6, л.д.99-110);

- перечисленные в данной ведомости сплит-системы согласно п.8.7.2. Санитарно-эпидемиологических Правил СП 3.1.2.2626-10 "Профилактика легионеллеза" не опасны и контролю на легионеллы не подлежат;

- перечисленные в данной ведомости кондиционеры не имеют функции увлажнения воздуха, поэтому согласно п.8.7.2. Санитарно-эпидемиологических Правил СП 3.1.2.2626-10 "Профилактика легионеллеза" не опасны и контролю на легионеллы не подлежат;

- доказательством отсутствия у кондиционеров функции увлажнения воздуха является (а) справка с одноименным названием, выданная Руководителем эксплуатационно-технической службы истца, в которой в отношении каждого из имевшихся на балансе кондиционеров указана общая и техническая характеристика со ссылкой на имеющиеся в открытом доступе в сети Интернет паспорта и инструкции, текст которых подтверждает отсутствие функции увлажнения воздуха, (б) Инструкция в отношении одного из кондиционеров – Mitsubishi MUH 09, (в) Справка от 21.07.2020 об отсутствии на балансе АО «Моспроект» кондиционирующих установок с увлажнением воздуха, выданная Руководителем эксплуатационно-технической службы истца (том 7, л.д.1-13);

- заключения ООО «РЭИ-Регион» от 01.09.2020 №Р-1-149/20 и Индивидуального предпринимателя ФИО5 (без номера и даты, получено 03.09.2020), о том, что имеющееся у истца кондиционирующее оборудование не опасно и контролю на легионеллы не подлежит, а также, что нет предмета исследования на наличие легионелл в системах горячего и холодного водоснабжения АО «Моспроект» (том 7, л.д.85-93);

- действующий договор между АО «Мопроект» и АО «Мосводоканал» на отпуск питьевой и технической воды из системы московского водопровода и приему сточных вод, подтверждающий, что у истца отсутствует предмет исследования на наличие легионелл в системах горячего и холодного водоснабжения, так как в силу ч.1 ст.23 Федерального закона от 07.12.2011 №416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении» именно на АО «Мосводоканал», как на организацию, осуществляющую холодное водоснабжение с использованием централизованной системы холодного водоснабжения, возложена обязана подавать абонентам (АО «Моспроект») питьевую воду, соответствующую установленным требованиям.

На основании п.4.1. и п.4.2. указанного договора АО «Моспроект» обязано только организовывать анализ сточных вод.

Утвержденные Главным государственным санитарным врачом РФ, Руководителем Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека 30 мая 2007 года Методические указания МУК 4.2.2217-07 «Методы контроля, биологические и микробиологические факторы. Выявление бактерий Legionella pneumophila в объектах окружающей среды» (далее – Методические указания на выявление легионелл») устанавливают, что соответствующие исследования должны проводиться в лабораториях, аккредитованных в установленном порядке на право осуществления контроля безопасности объектов окружающей среды на наличие возбудителя болезни легионеров (п.1.2.).

Ответчик представил в материалы дела договор с АНО УКЦ «Труд» и её аттестат (том 8, л.д.81-85) и пояснил, что данные документы подтверждают, что исполнение спорных договоров осуществлялось с привлечением аккредитованной испытательной лаборатории АНО УКЦ «Труд» (том 8, л.д.52-53).

Однако, суд критически оценивает данное доказательство, принимая во внимание, что в п.1.1. договора с АНО УКЦ «Труд» указано, что его предмет определен также в Приложении №1, которое ответчиком не представлено; условие договора о безвозмездном оказании услуг препятствует проверке действительности его фактического исполнения (в то время как истец представил доказательства, что АНО УКЦ «Труд» оказывало истцу платные услуги), ответчик не представил в материалы дела доказательств оказания со стороны АНО УКЦ «Труд» услуг по спорным договорам, а сам текст данного договора не является подтверждением факта оказания услуг; ФИО3, подписант спорных договоров от имени истца, бывший ранее (до заключения спорных сделок) генеральным директором ответчика и ставший им снова после увольнения из АО «Моспроект», аффилированный с генеральным директором ответчика ФИО4, является одновременно и генеральным директором АНО УКЦ «Труд», а ответчик - учредителем АНО УКЦ «Труд», ответчик не представил в материалы дела доказательств того, что в спорный период АНО УКЦ «Труд» и сам ответчик имели оборудование, необходимое для проведения бактериологический исследований на наличие в водных объектах возбудителей легионеллеза (как установлено Методическими указаниями МУК 4.2.2217-07 на выявление легионелл - том 7, л.д.121-138), что также установлено Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2019 по делу №А40- 269071/2019.

Также признаются обоснованными доводы истца о том, что являются недостоверными и не доказывают факт оказания услуг, в которых истец не нуждался, представленные в материалы настоящего дела ответчиком по истечении 7 месяцев со дня возбуждения производства по делу протоколы лабораторных исследований по химическому фактору, по фактору «аэрозоли преимущественно фиброгенного действия (АПФД)», по факторам шума, неионизирующего излучения, микроклимату, световой среды, вибрации общей, по обследованию потенциально опасных водных объектов (том 8, л.д.32-33).

Ответчик не представил доказательств, что данные протоколы составлены и размещены в личном кабинете ответчика на сайте Росаккредитации в период подписания актов сдачи-приемки услуг по спорным договорам (2016-2017 гг.).

Протоколы не содержат подписей лиц, их составивших.

В протоколах по каждому фактору производственной среды указано 2 объекта истца, на которых проводятся лабораторные исследования, однако, в соответствующих строках протоколов не идентифицированы помещения применительно к объектам истца (в каком объекте истца находится помещение, в котором взяты пробы).

В протоколе оценки воздействия неионизирующих излучений источники измерений (мониторы жидкокристаллические и трансформаторы) не идентифицированы ни по их месту нахождения (нет номеров кабинетов и адресов зданий, в которых расположен тот или иной кабинет), ни по инвентарным номерам, ни по ФИО их пользователей. Как следует из бухгалтерской справки истца и представленным им ведомостям «Остатки по ОС и малоценным материалам» идентифицировать мониторы не представляется возможным, в связи с отсутствием в протоколе их инвентарных номеров, также ответчиком не указаны номера кабинетов, где размещены мониторы, имеется существенное расхождение в количестве находящихся на балансе истца мониторов в рассматриваемый период и количеством, указанным в протоколе ответчика.

Даты проведения измерений по химическому фактору, по фактору «аэрозоли преимущественно фиброгенного действия (АПФД)», по факторам шума, неионизирующего излучения, микроклимату, световой среды, вибрации общей, (сентябрь - декабрь 2016 года) совпадают с периодом оказания истцу аналогичных услуг со стороны АНО «ЛЦУТ», что подтверждается представленными истцом подписанными ФИО3 (от АО «Моспроект») и ФИО4 (от АНО «ЛЦУТ»), датированными 28.10.2016 и 16.11.2016 актами сдачи-приемки услуг (том 1, л.д.124-132, том 7, л.д.14-15).

В журнале регистрации проб исследования водных объектов истца на содержание возбудителя легионеллеза указаны, в т.ч., такие места отбора проб, как санузлы. Однако, в силу п. 8.7.4. Санитарно-эпидемиологических Правил СП 3.1.2.2626-10 «Профилактика легионеллеза» вода в санузлах не подлежит исследованию на содержание возбудителя легионеллеза. В сводном протоколе №8/л/000287 лабораторных исследований на наличие в водных объектах возбудителей легионеллеза, составленном ответчиком, содержатся противоречивые сведения: на первом листе указано о проведении исследований испытательной лабораторией ответчика, а на последнем листе – о проведении исследований испытательной лабораторией АНО УКЦ «Труд». ФИО6, руководитель испытательной лаборатории ответчика, указан также как руководитель испытательной лаборатории АНО УКЦ «Труд».

Протоколы оценки воздействия вредных факторов, выполненные ответчиком, фактически дублируют протоколы, выполненные АНО «ЛЦУТ» в один и тот же период времени (4 квартал 2016). При проведении замеров обе лаборатории пользовались одними и теми же приборами, на что указывает название, заводской номер, свидетельство о поверке. Установлено, что 25 ноября 2016 года одновременно обе лаборатории – и АНО «ЛЦУТ», и ответчика, - пользовались одни и теми же приборами для замеров. ФИО6 указан руководителем обеих испытательных лабораторий.

Истец представил суду надлежащие доказательства (штатное расписание и кадровая служебная записка с подтвержденным анализом представленных данных) того, что количество аттестованных рабочих мест в протоколах ответчика превышает количество штатных единиц в штатном расписании истца в спорный период. В протоколах указано разное количество аттестованных должностей. В протоколах указаны структурные подразделения и должности, которые отсутствуют в штатном расписании. В протоколах отсутствуют структурные подразделения, имеющиеся в штатном расписании.

Рассмотрев заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, суд не находит правовых оснований для признания его обоснованным, при этом учитывает следующее.

В силу ст.196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст.200 ГК РФ.

Поскольку предметом настоящего спора является неосновательное обогащение, право требования по которому у истца возникло лишь после направления в адрес ответчика отказа от исполнения спорных договоров письмом от 25.03.2019 исх. №исх-326-19/ЮР, срок исковой давности по спорным требованиям не пропущен.

В ходе рассмотрения дела, ответчиком заявлено о фальсификации доказательств, представленных истцом – протоколов исследований, выполненных АНО «ЛЦУТ». В качестве подтверждений доводов о фальсификации представленных доказательств, ответчиком представлено заключение специалиста АНО «Центр медико-криминалистических исследований» от 02.03.2021. Представитель истца возражал против исключения представленных доказательств. Суд отклоняет данное заявление как необоснованное и документально не подтвержденное.

В материалы дела от истца поступило заявление о фальсификации доказательств (т. 3, л.д. 59, 61, 62, 64, 65, 66, 74, 75, 83, 84).

В ходе судебного заседания 29.03.2021 представитель ответчика представил письменное заявление об исключении из числа доказательств указанных документов, поддержал заявление об исключении доказательств из дела. В связи с чем, заявление о фальсификации судом не рассматривалось.

Совокупность представленных со стороны истца доказательств подтверждает обоснованность заявленных требований, ввиду отсутствия бесспорных доказательств фактического оказания спорных услуг.

Изучив материалы дела, в том числе предмет и основание заявленного иска, действуя в строгом соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд, оценив представленные в материалы дела доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании, оценив также относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, находит требования истца подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Расходы по оплате государственной пошлины подлежат распределению в порядке ст. 110 АПК РФ.

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст. 8, 10, 12, 166, 167, 170, 196, 199, 200, 202, 203, 309, 310, 1102, 1103 ГК РФ, ст. 4, 9, 27, 63-68, 71, 102, 110, 121, 122, 123, 167-171, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ООО «ОПТИМА ЗЕТ ЭС» в пользу АО «МОСПРОЕКТ» сумму неосновательного обогащения в размере 35 654 800 руб., расходы на оплату госпошлины в размере 200 000 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья К.В. Вольская