Постановление от 1 апреля 2019 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-113574/2017
02 апреля 2019 года
г. Санкт-Петербург
/тр.5

Резолютивная часть постановления объявлена 26 марта 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 02 апреля 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Бурденкова Д.В.

судей Зайцевой Е.К., Казарян К.Г.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем Шалагиновой Д.С.

при участии:

от ФИО1: не явился, извещен,

от ОАО «ВИАСМ»: представитель ФИО2 по доверенности от 18.03.2019,

от ООО «Атлас»: не явился, извещен,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-32641/2018) ООО «Атлас»

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.11.2018 по делу № А56-113574/2017/тр.5 (судья Звонарева Ю.Н.), принятое

по заявлению ФИО1

о включении требования в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «ВИАСМ»,

установил:

В Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 21.12.2017 обратилась Федеральная налоговая служба России № 22 по Санкт-Петербургу с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) открытого акционерного общества «ВИАСМ» (далее – должник, ОАО «ВИАСМ»).

Определением от 14.05.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО3 (196657, город Санкт-Петербург, Колпино, Заводской <...>).

Соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» 19.05.2018.

В арбитражный суд 28.05.2018 поступило заявление ФИО1 (далее – кредитор) о включении требования в размере 64 169 236 руб. 51 коп., в том числе 36 689 000 руб. невозвращенных заемных средств, 21 231 028 руб. 25 коп. процентов за пользование заемными средствами и 6 249 208 руб. 26 коп. процентов в порядке статьи 395, 811 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением от 06.11.2018 (с учетом определения об исправлении арифметической ошибки от 06.11.2018) суд включил в реестр требований кредиторов ОАО «ВИАСМ» требование ФИО1 в сумме 57 920 028 руб. 25 коп. основного долга (невозвращенных заемных средств и процентов за пользование заемными средствами) и 6 249 208 руб. 26 коп. процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, с отнесением к третьей очереди удовлетворения требований кредиторов.

На определение суда подана апелляционная жалоба, в которой ООО «Атлас» просит определение от 06.11.2018 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении требования ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов требования в размере 36 689 000 руб. основного долга, 21 231 028 руб. 25 коп. процентов за пользование заемными средствами, 6 249 208 руб. 26 коп. процентов отказать.

Податель апелляционной жалобы отмечает, что предоставление займов аффилированному лицу, отсутствие в течение длительного времени требований об их возврате, учитывая аффилированность и заинтересованность к должнику, свидетельствует о намерении ФИО1 фактически подарить денежные средства должнику, оформив это договорами займа. Фактически договоры займа, на которых ФИО1 основывает свое требование, прикрывали дарение денежных средств. Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что отсутствуют доказательства притворности сделки, является полностью необоснованным. Материалами настоящего обособленного спора подтверждается, что должник в течение четырех лет привлекал заемные денежные средства аффилированных лиц для погашения кредиторской задолженности и систематического погашения задолженности по заработной плате перед работниками. Руководитель должника вместо того, чтобы обратиться в суд с заявлением о признании ОАО «ВИАСМ» несостоятельным (банкротом) наращивал кредиторскую задолженность с аффилированными лицами. Таким образом, включение аффилированного и заинтересованного кредитора ФИО1 на сумму около 64 000 000 руб. наносит вред другим независимым кредиторам, позволяет установить контроль над процедурой банкротства с целью получения большей части конкурсной массы при ее реализации и получения контроля над процедурой банкротства.

Представитель конкурсного управляющего должником в судебном заседании заявил, что позиция по настоящему делу у арбитражного управляющего не сформирована в связи с тем, что ему не были переданы документы по настоящему обособленному спору.

Иные участники обособленного спора, извещенные о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123, абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», в судебное заседание не явились.

В соответствии с пунктом 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО1 (займодавцем) и ОАО «ВИАСМ» (заемщиком) были заключены 24 договора о предоставлении займов, из них 23 с начислением процентов за пользование займом - 15 процентов годовых.

Договоры от 11.04.2014, сумма займа - 210 000 руб.; от 15.04.2014, сумма займа - 100 000 руб.; от 17.04.2014, сумма займа - 950 000 руб.; от 23.04.2014, сумма займа - 7 000 000 руб.; от 28.04.2014, сумма займа - 300 000 руб.; от 29.04.2014, сумма займа - 6 260 000 руб.; от 05.05.2014, сумма займа - 3 900 000 руб.; от 14.05.2014. сумма займа - 400 000 руб.; от 20.05.2014, сумма займа - 2 100 000 руб.; от 26.06.2014, сумма займа - 2 500 000 руб.; от 24.07.2014, сумма займа - 100 000 руб.; от 29.07.2014, сумма займа - 110 000 руб.; от 31.07.2014, сумма займа - 3 900 000 руб.; от 04.08.2014, сумма займа - 3 600 000 руб., от 06.08.2014, сумма займа - 2 000 000 руб.; от 04.09.2014, сумма займа - 2 000 000 руб.; от 27.11.2014, сумма займа - 150 000 руб.; от 04.12.2014, сумма займа - 100 000 руб.; от 25.03.2015, сумма займа - 59 000 руб.; от 09.07.2015, сумма займа - 100 000 руб.; от 12.08.2015, сумма займа - 300 000 руб.; от 17.08.2015, сумма займа - 200 000 руб.; от 20.08.2015, сумма займа - 150 000 руб.

Пунктом 1.2 названных договоров было предусмотрено, что заемщик был обязан возвратить сумму займа в срок до 30.06.2016.

Один договор (от 07.12.2017 на сумму займа в размере 200 000 руб.) был заключен как беспроцентный.

Целью предоставления заемных средств было оплата заработной платы сотрудникам, оплата электроэнергии и т.д., о чем указано в самих договорах.

Предоставление кредитором займов должнику подтверждается платежными документами (квитанциями к приходным кассовым ордерам), учетом полученных денежных средств должником в бухгалтерском учете.

Также подтверждается направление должником большей части полученных от кредитора денежных средств на исполнение обязательств перед работниками по выплате заработной платы.

Суд первой инстанции признал обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов ОАО «ВИАСМ» требование ФИО1 в сумме 57 920 028 руб. 25 коп. основного долга (невозвращенных заемных средств и процентов за пользование заемными средствами) и 6 249 208 руб. 26 коп. процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Повторно оценив доказательства в деле в их совокупности, достаточности и взаимной связи, проверив доводы апелляционной жалобы и возражения иных участников обособленного спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно положениям части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона о банкротстве размер денежных обязательств или обязательных платежей считается установленным, если он определен судом в порядке, предусмотренном названным Законом.

В силу пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в законную силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер.

Под денежным обязательством в силу абзаца четвертого статьи 2 Закона о банкротстве понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ) основанию.

В соответствии со статьей 71 Закона о банкротстве требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 26 постановления от 22.06.2012 N 35 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление N 35), следует, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии со статьей 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Пунктом 1 статьи 810 ГК РФ установлено, что заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно пункту 1 статьи 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника. При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-12 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Если же заем является внутригрупповым, денежные средства остаются под контролем группы лиц, в силу чего, с точки зрения нормального гражданского оборота, отсутствует необходимость использовать механизмы, позволяющие дополнительно гарантировать возврат финансирования. Поэтому в условиях аффилированности заимодавца и заемщика между собой, на данных лиц в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки, в том числе выдачи займа. В обратном случае следует исходить из того, что выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого участника группы лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6)).

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Согласно правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 по делу N 306-ЭС16-20056(6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

Постановлением от 19.02.2019 по настоящему делу установлено, что между аффилированными лицами ООО «ВИАСМ» (займодавцем) и ОАО «ВИАСМ» (заемщиком) заключен договор денежного займа от 23.06.2014 N 23/06-14 о предоставлении заемщику 65 000 000 руб., под 15 процентов годовых от суммы займа, на срок до 15.07.2015. Определением от 16.08.2018 требование ООО «ВИАСМ» к ОАО «ВИАСМ» в сумме 102 466 828 руб. 76 коп., на основании договора займа от 23.06.2014 N 23/06-14 было включено в реестр требований кредиторов должника.

Также было установлено, что денежные средства ООО «ВИАСМ» (займодавец) для передачи должнику были предоставлены участником и генеральным директором ООО «ВИАСМ» ФИО1

Согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475).

Договор денежного займа от 23.06.2014 N 23/06-14 заключен аффилированными лицами, поскольку участником, владеющим 50 процентами доли в уставном капитале ООО «ВИАСМ» является ФИО4, внучка генерального директора ОАО «ВИАСМ» ФИО5, подписавшего названный договор от имени должника.

ФИО1, как следует из выписки в отношении ООО «ВИАСМ» является генеральным директором и участником общества, которому принадлежит 50 процентов долей в уставном капитале.

При названных обстоятельствах суд пришел к выводу, что в рассматриваемом случае, аффилированность носить фактический характер.

Доказательства того, что кредитор и должник действовали как независимые лица при заключении договоров займов, не представлены.

Таким образом, спорные договоры заключены фактически аффилированными лицами.

Кроме того, согласно протоколу общего собрания акционеров от 21.04.2017, ФИО1 избран членом совета директоров должника. Согласно выписке из реестра акционеров от 10.03.2015 акционером должника является ФИО6, отец кредитора.

В ходе рассмотрения обособленного спора кредитором в подтверждение обоснованности своего требования не раскрыты разумные экономические мотивы предоставления займов должнику в преддверии первого банкротства (2016 год), с учетом того обстоятельства, что ФИО1, как аффилированному лицу и лицу, которое ранее предоставило ОАО «ВИАСМ» займ в размере 65 000 000 руб., уже было известно, что должник не имеет финансовой возможности вернуть денежные средства.

Исходя из конкретных обстоятельств, установленных при рассмотрении настоящего спора, а именно, того, что выдача ФИО1 займов должнику была обусловлена наличием фактической аффилированности кредитора с должником, цели предоставления заявителем денежных средств должнику - для ведения финансово-хозяйственной деятельности должника (выплата заработной платы), а также поведения ФИО1, предоставлявшего обществу в займ денежные средства при неисполнении последним обязательств по возврату ранее выданных ему займов и на протяжении значительного времени до банкротства не обращавшегося с требованием о взыскании долга и процентов по договорам займа, суд пришел к выводу о корпоративном характере спорных правоотношений по передаче ФИО1 должнику заемных средств, что исключает возможность включения данных требований в реестр требований кредиторов должника.

Соответствующая правовая позиция отражена в определениях Верховного Суда Российской Федерации N 308-ЭС17-1556 от 06.07.2017, N 305-ЭС17-17208 от 15.02.2018, N 310-ЭС17-17994(1,2) от 21.02.2018.

Указанные обстоятельства порождают обоснованные сомнения в действительной направленности воли потенциального кредитора и должника, на совершение разумных и добросовестных действий в рамках обычного гражданского оборота.

Неправомерны действия, направленные на противопоставление подобных обязательств требованиям независимых кредиторов.

ФИО1 до избрания его членом совета директоров должника и до введения процедуры банкротства не обращался к последнему с требованием о возврате ему долга и процентов по договорам займа, срок исполнения которых был предусмотрен договорами до 30.06.2016.

Указанные выше мотивы поведения ФИО1 в процессе исполнения уже заключенных договоров займов не раскрыты.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что в рассматриваемом случае, указанные выше действия и бездействие кредитора по возврату сумм займа в срок установленный договорами в период, когда наступили обстоятельства, свидетельствующие об объективном банкротстве должника, позволил члену совета директоров ФИО1 нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность на сумму 57 920 028 руб. 25 коп. с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Действия сторон, являющихся аффилированными лицами, в рассматриваемом случае, не отвечают критериям добросовестности, нарушают права и интересы кредиторов, не входящих с ними в одну группу лиц, при этом заявленные требования к должнику утрачивают гражданско-правовой характер, приобретают признаки корпоративного требования и не наделяет заявителя правами, принадлежащими в деле о банкротстве независимым кредиторам.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование кредитора вытекает, по сути, из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такое лицо переходит бремя по опровержению соответствующего довода («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017)», утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

Такие доказательства опровергающие доводы ООО «Атлас», ФИО1 также не представлены.

При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Доводы со ссылкой на свободу в осуществлении юридическими и физическими лицами своей экономической деятельности, не освобождает суды от проверки обстоятельств заключения сторонами гражданско-правовых сделок в рамках рассмотрения дел о банкротстве на предмет их целесообразности и обоснованности. Данная особенность рассмотрения дел о банкротстве позволяет избежать ситуаций, при которых возможна реализация противоправного интереса.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение от 06.11.2018 подлежит отмене с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявления ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов ОАО «ВИАСМ».

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.11.2018 по делу № А56-113574/2017/тр.5 отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении заявления ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов ОАО «ВИАСМ» отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Д.В. Бурденков

Судьи

Е.К. Зайцева

К.Г. Казарян