Постановление от 30 апреля 2021 г. по делу № А03-11172/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А03-11172/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 28 апреля 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 30 апреля 2021 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Глотова Н.Б.,

судей Доронина С.А.,

Шаровой Н.А. -

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств видеоконференц-связи при ведении протокола помощником судьи Нурписовым А.Т. кассационную жалобу Романенко Кирилла Константиновича на определение от 20.10.2020 Арбитражного суда Алтайского края (судья Закакуев И.Н.) и постановление от 29.12.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Кудряшева Е.В., Иващенко А.П., Усанина Н.А.) по делу № А03-11172/2017о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Аверс» (ИНН 2223581200, ОГРН 1112223005289), принятые по заявлению конкурсного управляющего Гузеева Дмитрия Валентиновича о привлечении к субсидиарной ответственности Веремьева Сергея Михайловича, Соловьёва Евгения Сергеевича, Крупина Антона Олеговича, Романенко Кирилла Константиновича, при участие в рассмотрении обособленного спора третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Ерутина Ольга Евгеньевна.

Путём использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Алтайского края (судья Куличкова Л.Г.) в заседании приняли участие: Веремьев Сергей Михайлович, Романенко Кирилл Константинович, представитель акционерного общества «Барнаульская генерация» – Манахова О.В. по доверенности от 22.12.2020.

Суд установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Аверс» (далее – управляющая компания, должник) его конкурсный управляющий Гузеев Дмитрий Валентинович (далее – конкурсный управляющий) обратилсяв Арбитражный суд Алтайского края с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении к субсидиарной ответственности Веремьева Сергея Михайловича, Соловьёва Евгения Сергеевича, Крупина Антона Олеговича, Романенко Кирилла Константиновича (далее – Романенко К.К., ответчик) за непередачу бухгалтерской документации должника; Романенко К.К. за невозможность полного погашения требований кредиторов в связи с совершением недействительной сделки;Веремьева С.М., Соловьёва Е.С., Крупина А.О., Романенко К.К. – за совершение действий, существенно ухудшивших положение должника.

Определением суда от 20.10.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 29.12.2020, признано доказанным наличие оснований для привлечения Крупина А.О., Романенко К.К.к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В остальной части заявленные требования оставлены без удовлетворения. Производствопо рассмотрению заявления в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчётов с кредиторами.

Не согласившись с принятыми судебными актами, Романенко К.К. обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и принять новый судебный акт о признании доказанным наличие основанийдля привлечения его ответственности в виде возмещения убытков.

По мнению кассатора, судебные акты приняты при неполном исследовании обстоятельств дела.

В обоснование кассационной жалобы Романенко К.К. указываетна то, что конкурсный управляющий не доказал причинно-следственную связь между совершением им сделки цессии, признанной судом недействительной, и банкротством управляющей компании.

С позиции кассатора, отчуждение прав требований, принадлежащих должнику, по заниженной цене являлось вынужденной мерой, необходимость которой вызвана наличием задолженности по заработной плате перед работниками управляющей компании; цессия не нарушала нормы Жилищного кодекса Российской Федерации, была экономически оправдана, совершена с профессиональным участником долгового рынка.

Обстоятельства, связанные с неполучением должником платежейот населения за коммунальные услуги, которые были им оказаны и могли пополнить конкурсную массу, ответчик связывает с бездействием конкурсного управляющего, факт которого установлен судебным актом.

Кассатор считает, что конкурсный управляющий возложил на него свою меру ответственности за бездействие в процедуре.

Отзыв Веремьева С.М., в котором он просит удовлетворить кассационную жалобу, не приобщён к материалам дела по причине нарушения правила пункта 2 статьи 279 АПК РФ о заблаговременном направлении участвующим в деле лицам.

В заседании кассационной инстанции Романенко К.К. поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, просил судебные акты отменить.

Представитель акционерного общества «Барнаульская генерация»с кассационной жалобой не согласился, считает выводы судов правомерными.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверивв соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит основанийдля их отмены.

Как следует из материалов, основным видом деятельности должника является управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждениеили на договорной основе.

Руководителями управляющей компании в различные периоды времени, согласно сведениям из Единого государственного реестр юридических лиц, являлись: Веремьев С.М. с 29.08.2011 по 22.12.2016, Соловьёв Е.С.с 23.12.2016 по 21.02.2017, Крупин А.О. с 22.02.2017 по 16.03.2017,Романенко К.К. с 17.03.2017 по 05.03.2018 (дата открытия конкурсного производства).

В ходе процедур банкротства в реестр требований кредиторов включены требования на общую сумму 25 559 806 руб. Текущие обязательства должника составляют 404 157,18 руб., из них не оплачено 208 528,75 руб.

Денежных средств и имущества, достаточных для погашения указанных требований конкурсным управляющим не выявлено.

Полагая, что имеются основания для привлечения Веремьева С.М., Соловьёва Е.С., Крупина А.О., Романенко К.К. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ«О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) - непередача бухгалтерской документации должника;

Романенко К.К. на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве - причинение вреда имущественным правам кредиторовв результате совершения сделки;

Веремьева С.М., Соловьева Е.С., Крупина А.О., Романенко К.К.на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве - совершение действий, существенно ухудшивших положение должника, конкурный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, частично удовлетворяя заявление и привлекаяк субсидиарной ответственности Романенко К.К. и Крупина А.Л., исходилиз того, что неплатёжеспособность управляющей компании возниклав результате их незаконных действий, направленных на вывод активов должника.

С позиции суда, совершая действия, направленные на уменьшение имущества должника, Крупин А.О. и Романенко К.К. не имели своей целью восстановить его платёжеспособность, наладить экономические процессы,а, напротив, полностью прекратили взыскание дебиторской задолженности; действий, направленных на погашение кредиторской задолженности,не предпринимали.

Признавая наличие оснований для привлечения Романенко К.К.к субсидиарной ответственности, суд счёл, что совершённаяим подозрительная сделка по отчуждению дебиторской задолженностипо существенно заниженной цене, причинила существенный вред должникуи его кредиторам, явилась причиной его банкротства.

Крупин А.О. привлечён к ответственности за совершение нецелевых операций с денежными средствами (увеличение заработной платы, переводы подконтрольным организациям), а также присвоение вверенныхему денежных средств в общей сумме 2 425 444,11 руб.

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции.

Суд округа считает, что судами по существу приняты правильные судебные акты.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении измененийв Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) внесены изменения в Закон о банкротстве, положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили силу. Закон № 266-ФЗ вступилв силу со дня его официального опубликования - 30.07.2017.

Пунктом 3 статьи 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ предусмотрено,что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьёй 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве(в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должникак субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявлениео привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращенияс заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Действия по совершению сделки и ухудшению финансового состояния должника, которые, по мнению конкурсного управляющего, являются основаниями для привлечения Романенко К.К. к субсидиарной ответственности, имели место в мае 2017 года.

Следовательно, в рамках заявленного правового основаниядля привлечения ответчика к субсидиарной ответственности подлежит применению статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (далее - Закон № 134-ФЗ)

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственностьпо его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, если причинён вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицомили в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Законао банкротстве.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинён существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительнок масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723 (2,3), следует,что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.По смыслу абзаца третьего пункта 16 Постановления № 53 к ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки и (или) получило (потенциальную) выгодуот её совершения.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лицк субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестными действия ответчиков. И, напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утверждённый Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020).

Исследуя обстоятельства, послужившие причиной банкротства должника, суды установили, что в период руководства Романенко К.К., между управляющей компанией и обществом с ограниченной ответственностью «Альфа и Омега» (далее – ООО «Альфа и Омега») заключён договор уступки прав (требований), по условиям которого должник передал право требования неисполненных денежных обязательствза коммунальные услуги к населению (собственникам) многоквартирных домов на общую сумму 5 643 945, 54 руб., а ООО «Альфа и Омега» обязалось оплатить уступленное право в сумме 564 394, 55 руб.

Определением суда от 14.12.2018 вышеуказанный договор уступки прав (требований) от 18.05.2017 признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде восстановления сторонв первоначальное положение.

По итогам оценки представленных в материалы обособленного спора доказательств в их совокупности и взаимосвязи в порядке, предусмотренном статьёй 71 АПК РФ, суды пришли к выводу о том,что в результате совершения Романенко К.К. за полтора месяцадо банкротства спорной сделки кредиторы управляющей компании лишились того, на что они справедливо рассчитывали при взыскании должником задолженности с населения.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства суды сочли,что неправомерные действия (бездействие) контролирующего должника лица, выраженные в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, привели к тому,что управляющая компания, утратив свой основной актив, не смогла отвечать по свои обязательствам.

Какого-либо положительного экономического результатапри заключении оспариваемого договора должник не получил,его совершение к обычному предпринимательскому риску не относится. Более того, уступка осуществлена за счёт целевых средств, подлежащих направлению в адрес ресурсоснабжающих организаций на оплату коммунальных услуг, потребляемых собственниками помещений многоквартирных жилых домов, находящихся в управлении должника.

Установленные судами обстоятельства в своей совокупности позволили прийти к выводу о том, что банкротство управляющей компании находитсяв причинно-следственной связи с неправомерным совершением сделки, направленной на вывод ликвидного имущества должника.

С учётом объёма деятельности должника и размера его кредиторской задолженности, утраченная сумма квалифицирована как существенный вред, причинённый имущественным правам кредиторов.

Доказательств, опровергающих указанные выводы судов, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не представлено.

Суждение ответчика о том, что судами не учтены причины уступки (необходимость выплаты заработной платы), было ими правомерно отклонено, поскольку временная компенсация негативных последствий перед отдельной категорией кредиторов путём избавления от основного активапо минимальной цене, приводящая в итоге прекращению деятельности общества, не может оправдывать поведение руководителя, повышать степень законности принятого им решения при одновременном снижении уровня ответственности.

При таких обстоятельствах суд округа считает доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Романенко К.К. по пункту 4 статьи 10 Законао банкротстве.

При этом степень вины Романенко К.К. подлежит установлению при определении размера ответственности контролирующих должника лиц,об уменьшении которого он вправе заявить в суде первой инстанции при рассмотрении данного вопроса при возобновлении производства(пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Возражения Романенко К.К., основанные на том, что после признания сделки недействительной конкурсным управляющим уступленная задолженность не взыскивалась, отклоняются, так как бездействие конкурсного управляющего не исключает оценки действий ответчиком, совершённых до возбуждения дела о банкротстве.

С учётом изложенного по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела суд округа считает, что судами вернои в полной мере установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения настоящего спора по существу,им дана надлежащая правовая оценка, приведённые сторонами спора доводыи возражения исследованы в полном объёме с указанием в обжалуемом судебном акте мотивов, по которым он был принят или отклонён, выводы судов соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствами имеющимся в деле доказательствам.

Ссылки на неправильное применение судами норм материальногои процессуального права подлежат отклонению, поскольку не нашли своего подтверждения в ходе кассационного производства.

Иное толкование кассатором положений закона не означает допущенную при рассмотрении дела судебную ошибку.

Таким образом, оснований для отмены принятых судебных актовпо приведённым в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствиис частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289,290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

п о с т а н о в и л :

определение от 20.10.2020 Арбитражного суда Алтайского края и постановление от 29.12.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А03-11172/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу Романенко Кирилла Константиновича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Н.Б. Глотов


Судьи С.А. Доронин


Н.А. Шарова