Постановление от 6 февраля 2020 г. по делу № А53-27196/2018



АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-27196/2018
г. Краснодар
06 февраля 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2020 года

Постановление в полном объеме изготовлено 06 февраля 2020 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Коржинек Е.Л., судей Афониной Е.И. и Садовникова А.В., при участии в судебном заседании от истца – общества с ограниченной ответственностью «Инжпутьстрой» (ИНН 7714718262, ОГРН 1077762372710) – Супрун С.М. (доверенность от 17.01.2020), ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Производственно-строительная компания “Ремпуть”» (ИНН 5047005973, ОГРН1025006171420) – Верещака Я.В. (доверенность от 17.12.2019), третьего лица – общества с ограниченной ответственностью «Электросвязьмонтаж» – Чуриловского А.О. (доверенность от 01.10.2019), в отсутствие третьего лица – Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Южному Федеральному округу, извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Инжпутьстрой» и общества с ограниченной ответственностью «Электросвязьмонтаж» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 25.07.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2019 по делу № А53-27196/2018, установил следующее.

ООО «Инжпутьстрой» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «Производственно-строительная компания «Ремпуть» (далее – компания) о взыскании 90 490 924 рублей 11 копеек задолженности, 1 538 345 рублей 71 копейки штрафа по договору субподряда от 28.11.2017 № Д-2017-0211.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены временный управляющий общества Демидов Д.Н., ООО «Электросвязьмонтаж» и Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Южному Федеральному округу (далее – управление).

Решением суда от 25.07.2019, оставленным без изменения постановлением от 17.10.2019, в удовлетворении исковых требований отказано.

В кассационной жалобе общество просит отменить обжалуемые судебные акты и направить дело на новое рассмотрение. Заявитель указывает на то, что аффилированность общества по отношению к ответчику не является основанием для квалификации сделки как мнимой и влечет иные правовые последствия. Заключение договора за непродолжительное время до сдачи работ по нему свидетельствует о том, что эти работы выполнялись ранее без договора. Отсутствие самостоятельного договора на выполнение работ не освобождает заказчика от оплаты фактически выполненных и принятых работ. Суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства об истребовании у ОАО «РЖДстрой» доказательств, поскольку именно эти доказательства позволяют установить или опровергнуть вывод о реальном характере исполнения подрядных работ. На момент принятия оспариваемого решения судом первой инстанции конкурсный управляющий общества Демидов Д.Н. отстранен от исполнения своих обязанностей, в связи с чем у истца отсутствовало уполномоченное лицо на представление его интересов. Суды сделали неверный вывод о том, что заявленные к оплате работы являются дополнительными. Подписание ответчиком актов выполненных работ свидетельствует о потребительской ценности этих работ для него и желании воспользоваться их результатом.

В кассационной жалобе ООО «Электросвязьмонтаж» просит отменить обжалуемые судебные акты и направить дело на новое рассмотрение. Заявитель указывает на то, что суды не приняли во внимание причины отказа компании во включении в реестр кредиторов общества по договорам субподряда в рамках дела о банкротстве № А56-64581/2018 – включение в реестр требования материнской аффилированной структуры причинит вред иным кредиторам. Кроме того, суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в деле заказчика АО «РЖД» и генерального подрядчика АО «РЖДСтрой» и в истребовании необходимой документации, подтверждающей реальность и объем выполнения работ.

В судебном заседании представители участвующих в деле лиц высказали свои доводы и возражения.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа приходит к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, 28.11.2017 общество (субподрядчик) и компания (генподрядчик) заключили договор субподряда № Д-2017-0211, по условиям которого общество обязуется выполнить строительно-монтажные работы на объекте: развитие железнодорожной инфраструктуры Московской железной дороги на Ярославском направлении. Строительство IV главного пути Мытищи-Пушкино (Код ИП001.2013.10003472).

На основании пункта 2.1 договора стоимость работ составляет 115 297 362 рубля 22 копейки.

Дополнительный объем работ оформляется дополнительным соглашением.

Оплата выполненных дополнительных работ осуществляется в порядке, который прописывается в дополнительных соглашениях на дополнительные работы.

В силу пунктов 3.2 и 3.3 договора порядок оплаты работ по договору предполагает оплату 95% стоимости выполненных работ на основании предъявленных актов формы № КС-2 и справок № КС-3 и 5% стоимости работ – после ввода объекта в эксплуатацию.

В соответствии с пунктом 6.1 договора срок выполнения работ установлен с 28.11.2017 по 30.11.2017 (3 дня).

Положения договора применяются к отношениям сторон, возникшим после 28.11.2017.

Стороны согласовали ведомость договорной цены (приложение № 1 к договору), календарный график производства работ (приложение № 2).

Субподрядчик выполнил, а генподрядчик принял работы на общую сумму 387 340 281 рубль 46 копеек по актам формы № КС-2.

За период с 01.11.2017 по 15.12.2017 субподрядчик выполнил дополнительные работы по договору на сумму 90 490 924 рубля 11 копеек, которые приняты генподрядчиком без замечаний и возражений.

Неоплата компанией дополнительных работ послужила основанием для обращения общества с иском в арбитражный суд.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суды обоснованно руководствовались следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов либо оплате текущей задолженности).

Проверяя действительность сделки, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по подряду. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение оплаты такого долга в нарушение прав других кредиторов, поскольку такая оплата приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При рассмотрении вопроса о мнимости договора подряда и документов, подтверждающих прием произведенных работ, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Суды установили, что определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области суда от 04.03.2019 по делу № А56-64581/2018, оставленным без изменений постановлениями Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2019 и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 07.08.2019, разрешен обособленный спор по договору субподряда от 28.11.2017 № Д-2017-0211, требования компании о включении в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества на сумму 1 361 123 756 рублей 97 копеек отклонены.

В рамках названного спора суды трех инстанции установили, что компания с 2014 по 2018 годы перечислила на счета общества сумму более 8,2 млрд. рублей, при том, что общая сумма поступлений на счета должника составила 8,8 млрд. рублей. То есть финансирование деятельности должника осуществлялось, в основном, за счет кредитора (94% всех поступлений), что свидетельствует о существенном влиянии кредитора на должника. Таким образом, компания является практически единственным (за редкими исключениями) контрагентом должника.

Суды указали, что должник представляет собою, по сути, «транзитную» организацию, через которую компания проводила денежные средства в адрес фирм «однодневок» в целях обналичивания денежных средств, а также заключала договоры с конечными контрагентами, в целях исключения возникновения обязательств у самого кредитора. Несмотря на наличие задолженности, переплаты по договорам, заявитель с требованиями о возврате денежных средств на протяжении 3-х лет не обращался, что присуще экономически зависимым друг от друга лицам. Кроме того, материалы дела подтверждают факт совмещения одними и теми же лицами руководящих должностей в общества и компании.

Установив, фактическую аффилированность общества и компании, суды пришли к выводу о том, что требование кредитора имеет своей целью причинение вреда интересам должника и его кредиторов, направлены на незаконное получение денежных средств из конкурсной массы и уменьшение числа голосов независимых кредиторов, в связи с чем, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, отказали в удовлетворении требования компании.

В пункте 17 Обзора судебной практики № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, разъяснено следующее, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т. п. В связи с тем, что интересы названных лиц и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели. Принятыми по таким спорам судебными актами могут нарушаться права других кредиторов, имеющих противоположные интересы и, как следствие, реально противоположную процессуальную позицию.

Таким образом, для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

В рассматриваемом споре наличие долга стороны подтверждают договором, актами о приемке выполненных работ, подписанными истцом и ответчиком.

В силу статьи 743 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениями, изложенными в пункте 10 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», подрядчик, не сообщивший заказчику о необходимости выполнения дополнительных работ, не учтенных в технической документации, не вправе требовать оплаты этих работ и в случае, когда такие работы были включены в акт приемки, подписанный представителем заказчика.

Приняв во внимание выводы судов по делу № А56-64581/2018, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суды пришли к выводу о том, что алгоритм поведения сторон со значительной степенью аффилированности в преддверии банкротства свидетельствует о совпадении их правовых интересов.

Как верно указали суды, в материалах дела отсутствуют доказательства заблаговременного уведомления генподрядчика о необходимости выполнения дополнительных работ. В то же время компания, совершая конкретные процессуальные действия, стремится к установлению факта выполнения таких работ истцом, что свидетельствует о том, что ее действия направлены на удовлетворение иска общества, а не защиту собственных имущественных интересов.

Федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции, в числе прочих, по противодействию легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма, – управление, также изложил свою позицию в рамках рассматриваемого дела, пояснив, что компания и общество имеют аффилированные связи с государственной корпорацией ОАО «РЖД», кроме того, до 2007 года оба предприятия располагались по одному юридическому адресу: (г. Москва, ул. Скаковая, дом 32, стр.2).

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки в том числе, в части выполнения дополнительных работ, суды пришли к верному выводу о том, что спорные акты формы № КС-2 составлены для вида и без намерения создать правовые последствия, свойственны для подрядных отношений, и обоснованно отказали обществу в удовлетворении его требований.

Ссылка заявителей на то, что аффилированность сторон не влечет признание сделки мнимой, подлежит отклонению. При аффилированности лиц, именно истец должен исключить разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых.

Вместе с тем истец, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, таких доказательств не представил.

Иные доводы, изложенные в кассационных жалобах, направлены на переоценку фактических обстоятельств дела и представленных сторонами доказательств, которые судами были исследованы и получили надлежащую правовую оценку.

В силу статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд не обладает процессуальными полномочиями по оценке (переоценке) установленных по делу обстоятельств. Основания для отмены или изменения решения и постановления по приведенным в кассационных жалобах доводам отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 –289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа


ПОСТАНОВИЛ:


решение Арбитражного суда Ростовской области от 25.07.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2019 по делу № А53-27196/2018 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий Е.Л. Коржинек

Судьи А.В. Садовников

Е.И. Афонина