Постановление от 8 февраля 2023 г. по делу № А56-46219/2018

165/2023-9335(1)



АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000 http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

08 февраля 2023 года Дело № А56-46219/2018

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Мирошниченко В.В., Яковца А.В.,

при участии от конкурсного управляющего ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 08.11.2022), от общества с ограниченной ответственностью «РВД» ФИО3 (доверенность от 10.03.2022), от ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 20.08.2021),

рассмотрев 01.02.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «РВЛ» ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.03.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2022 по делу № А56-46219/2018/суб.1,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.05.2018 принято к производству заявление кредитора о признании общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «РВЛ», адрес: 195112, Санкт-Петербург, Малоохтинский пр., д. 64, лит. В, оф. 27Н, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 13.08.2018 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6.

Решением от 17.01.2019 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6

В арбитражный суд 11.10.2021 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении лиц, контролирующих деятельность должника, а именно: ФИО7, ООО «РВД», ФИО8 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, а также о взыскании с них в конкурсную массу должника в порядке привлечения к субсидиарной ответственности денежных средств в размере 363 386 396,14 руб. К участию обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены финансовый управляющий ФИО7 – ФИО9 и конкурсный управляющий ООО «РВД» – ФИО10.

Определением от 18.03.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2022, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1,


ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Податель кассационной жалобы указывает, что действия бывшего генерального директора должника ФИО8 по заключению договоров поручительства в условиях недостаточности имущества, заведомо неисполнимых и убыточных, по сути кабальных, являются недобросовестными и неразумными, так как привели к невозможности погашения требований кредиторов, что привело к существенному нарушению их прав. Податель жалобы ссылается на осведомленность единственного участника должника ФИО7 о сделках поручительства, являющихся крупными сделками. По мнению подателя жалобы, ООО «РВД» является по отношению к должнику аффилированным лицом. Податель жалобы считает, что судами не были применены подлежащие применению положения статьи 10, пунктов 3 и 4 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53).

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий ООО «РВД» просит оставить в силе принятые по делу судебные акты, считая их обоснованными и законными.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должником ФИО1 поддержала доводы, приведенные в кассационной жалобе, а представители ООО «РВД» и ФИО4 возражали против ее удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО7, являлся единственным участником Общества (доля в уставном капитале - 100%), а также единственным участником ООО «РВД»; ФИО8 являлся генеральным директором должника в период с 10.08.2015 по 13.10.2017, ФИО4, с 09.01.2018 являлась главным бухгалтером Общества.

Ссылаясь на то, что действия названных ответчиков привели к ухудшению финансового положения должника, нарушению прав кредиторов и невозможности удовлетворения требований, включенных в реестр, конкурсный управляющий должником ФИО1 обратилась в суд с настоящим заявлением.

Применительно к ФИО7 заявитель указала на то, что этот ответчик, как участник должника, одобрил сделки (в том числе по поручительству) на невыгодных условиях, а к ФИО4 - на совершение ей сделки по премированию - приобретению транспортного средства за счет должника, оспоренной в рамках дела о банкротстве.

В отношении ответчика ООО «РВД» конкурсный управляющий указала, что


названное лицо являлось выгодоприобретателем в результате деятельности должника, было инициатором банкротства Общества.

Также, указывая на наличие условий для привлечения ООО «РВД» к ответственности, податель жалобы сослалась на судебный акт Арбитражного суда Северо-Западного округа от 08.10.2019, в котором указано на недобросовестную цель ООО «РВД».

Применительно к директору должника - ФИО8 управляющий сослалась на то, что данный ответчик заключил договоры поручительства, требования по которым впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника, при этом договоры были заключены в условиях неплатежеспособности Общества и отсутствия экономической целесообразности.

Также в обоснование заявленных требований к ФИО8 конкурсный управляющий указала, что данный ответчик, исполнявший обязанности руководителя должника в период с 10.08.2015 по 13.10.2017, имел возможность выявить признаки несостоятельности должника и своевременно обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 01.02.2016 - указанная дата определена конкурсным управляющим исходя из данных финансового анализа Общества, проведенного в рамках процедуры наблюдения, согласно которому, по состоянию на 01.01.2015 собственные средства предприятия составили 37,1% от всех пассивов, а на конец периода - на 01.01.2018 показатель снизился до своего отрицательного значения - минус 0,8% - за счет колоссального увеличения убытка - в размере 8 654 тыс. руб. - при неизменении уставного капитала.

Суд первой инстанции сделал вывод об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, пришел к следующим выводам.

Согласно статье 223 АПК РФ, пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях названного Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим Обществом в материалы дела не представлено доказательств того, что бухгалтер должника ФИО4 и ООО «РВД» являлись лицами, обладающими правами определять действия должника.

Суды первой и апелляционной инстанций правомерно указали, что


заявление о банкротстве должника, инициированное аффилированным кредитором - ООО «РВД», не подтверждает статус последнего как контролирующего ООО «РВЛ» лица; также не свидетельствует о наличии у ООО «РВД» признаков контролирующего лица и его вхождение с должником в одну группу компаний и выступление должника в качестве поручителя ООО «РВД» перед банковскими организациями.

Относительно ответчика ФИО4, судами учтено, что определением арбитражного суда от 10.02.2021 был признан недействительным приказ Общества от 31.05.2018 о премировании бухгалтера ФИО4 в размере 2 900 000 руб.; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в пользу Общества указанной суммы.

В этой связи суды правомерно исходили из того, что заявителем не доказано, что в результате совершения этой сделки должник был доведен до банкротства, при том, что неблагоприятные последствия этой сделки компенсированы путем применения последствий ее недействительности, то есть факт взыскания с ФИО4 денежных средств в данном случае формирует актив в виде дебиторской задолженности и подлежит взысканию в установленном порядке.

С учетом изложенного суд округа считает правомерными и обоснованными выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии доказательств для привлечения ООО «РВД» и ФИО4 к субсидиарной ответственности по основаниям, указанным конкурсный управляющий Обществом.

Между тем суд кассационной инстанции не может согласиться с выводами судов, относительно отказа в привлечении к субсидиарной ответственности учредителя Общества ФИО7 и генерального директора должника ФИО8

Гражданское законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности (пункт 1 статьи 48, пункты 1 и 2 статьи 56, пункт 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ).

Исходя из сложившееся судебной практики, это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и по общему правилу исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование его правовой формы для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ), на что обращено внимание в пункте 1 Постановления № 53.

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована волеизъявлением контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности (статья 1064 ГК РФ, статья 61.11 Закона о банкротстве, пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к


субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

Процесс доказывания того, что требования кредиторов стало невозможным погасить в результате действий ответчиков, упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Из материалов дела следует, что ФИО7 являлся единственным участником как Общества, так и кредитора-заявителя – ООО «РВД», в отношении которого также проводятся процедуры банкротства.

Как указала конкурный управляющий Обществом, в реестр требований кредиторов должника включены требования банков по сделкам поручительства, которым были обеспечены кредитные обязательства ООО «РВД». Так же в реестр требований кредиторов включена задолженность Общества перед ООО «РВД» по договорам аренды.

Доводы конкурсного управляющего должником о том, что ФИО7 являлся лицом, контролировавшим и координировавшим деятельность Общества и кредитора-заявителя; лицом, которое давало обязательные для исполнения должником указания, определяя условия и согласовывая действия должника, в том числе по совершению таких сделок, как договоры поручительства по кредитным обязательствам ООО «РВД» (крупные сделки) и арендным отношениям с этим же юридическим лицом, подтверждены материалами дела и не опровергнуты ответчиком.

Вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, ФИО7 не представлено доказательств, что полное погашение требований кредиторов Общества невозможно вследствие объективных обстоятельств.

Кроме того, законодательством о банкротстве, действительно, предусмотрена возможность привлечения к ответственности как фактических (теневых), так и действительных исполнительных органов должника, а также и номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Суды первой и апелляционной инстанций, отказав в привлечении к субсидиарной ответственности бывшего директора должника ФИО8, не установили, что явилось причиной банкротства Общества и когда у должника возникли признаки банкротства.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротства, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если существенный вред имущественным правам кредиторов причинен в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона.

Поскольку в реестр требований кредиторов Общества включены банки по договорам поручительства и ООО «РВД» по договорам аренды, заключенным от имени Общества генеральным директором ФИО8, именно на нем лежит обязанность опровергнуть презумпцию доведения Общества до


банкротства заключением названным сделок, а также и тех сделок, которые были оспорены конкурсным управляющим и признаны судом недействительными в рамках дела о банкротстве Общества.

При этом конкурсный управляющий ссылался на проведенный в рамках банкротства Общества анализ финансовой деятельности и выявление на 01.01.2016 признаков банкротства.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на 01.01.2016, положение которой содержатся в настоящее время в пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В связи с тем, что судами первой и апелляционной инстанций не установлена дата возникновения признаков банкротства Общества и причины его банкротства, суд кассационной инстанции считает, что судами не установлены все существенные обстоятельства и неправильно применены положения статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве в отношении требований о привлечении к субсидиарной ответственности участника должника ФИО7 и бывшего генерального директора ФИО8

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.03.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2022 по делу № А5646219/2018/суб.1 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 и ФИО8 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «РВЛ» отменить.

Дело в отмененной части направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

В остальной части определение от 18.03.2022 и постановление от 13.09.2022 по настоящему делу оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «РВЛ» ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий Е.Н. Бычкова

Судьи В.В. Мирошниченко

А.В. Яковец