Постановление от 25 ноября 2022 г. по делу № А53-319/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-319/2021
г. Краснодар
25 ноября 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 24 ноября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 ноября 2022 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Мацко Ю.В., судей Денека И.М. и Илюшникова С.М., при участии в судебном заседании ФИО2 (паспорт), в отсутствие конкурного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Росток» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1, иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 31 июля 2022 года (судья Гамов Д.С.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 9 сентября 2022 года (судьи Долгова М.Ю., Демина Я.А., Емельянова Д.В.) по делу № А53-319/2021, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Росток» (далее – должник) конкурсный управляющий ФИО1 (далее – конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора уступки прав (цессии) от 20.08.2018 № 20/08, заключенного должником и ФИО2 и применении последствий его недействительности в виде возврата в конкурсную массу право требования к ФИО3 на сумму 9 млн рублей на основании договора купли-продажи от 13.07.2018 № 13/07.

К участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО3

Определением суда от 31 июля 2022 года, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 9 сентября 2022 года, признан недействительным договор уступки прав (цессии) от 20.08.2018 № 20/08, заключенный должником и ФИО2 Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника право требования к ФИО3 в размере 9 млн рублей на основании договора купли-продажи от 13.07.2018 № 13/07.

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить судебные акты и отказать в удовлетворении требований. По мнению заявителя, суды пришли к необоснованному выводу о том, что на момент заключения спорного договора уступки прав (цессии) от 20.08.2018 № 20/08 заключенного должником и ФИО2, должник отвечал признакам неплатежеспособности, у должника имелась кредиторская задолженность перед ООО «Премьера» (заявитель по делу о несостоятельности (банкротстве)). Отсутствие в договоре условия о цене само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. Условия договора, заключенного ФИО2 и должником, не могут быть признаны как факт одарения ФИО2, так как из буквального толкования условий договора видно, что договор является возмездным, имеет встречное исполнение со стороны ФИО2 Суды не указали основания, по которым пришли к выводу о бездействии ФИО2, поскольку ФИО2 с 04.04.2019 по 06.12.2021 (11.01.2022) находился в процедуре банкротства. Все действия ФИО2 осуществлял финансовый управляющий, бездействия которого в рамках процедуры банкротства (дело № А53-309/2019) оспаривал ФИО2

В судебном заседании ФИО2 поддержал доводы жалобы.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Из материалов дела видно, что ООО «Премьера» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 08.04.2021 заявление принято к производству.

Определением суда от 30.06.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1

Решением суда от 24.11.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Должник (цедент) и ФИО2 (цессионарий) 20.08.2018 заключили договор уступки прав (цессии) № 20/08, по условиям которого должник передает, а ФИО2 принимает права требования, принадлежащие должнику на основании обязательства, вытекающие из договора купли-продажи от 13.07.2018№ 13/07, в том числе неустойки, определенной в пункте 4.4 договора купли-продажи.

Оплата по договору уступки прав производится цессионарием в течение пяти рабочих дней с момента фактического получения денежных средств (пункт 2.3 договора)

Полагая, что договор уступки прав (цессии) от 20.08.2018 № 20/08 заключен для целей вывода денежных средств должника в ущерб добросовестным кредиторам, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением.

Удовлетворяя требования, суды руководствовались положением статей 10, 157, 167, 327.1, 423, 424, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 2, 19, 61.1, 61.2, 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"», постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»,

Суды установили и из материалов дела видно, что в соответствии с пунктом 1 договора уступки от 20.08.2018 должник (цедент) передает, а ФИО2 (цессионарий) принимает права требования, принадлежащие должнику на основании обязательства, вытекающие из договора купли-продажи от 13.07.2018 № 13/07, в том числе неустойки, определенной в пункте 4.4 договора купли-продажи.

Согласно разделу № 1 договора купли-продажи от 13.07.2018 № 13/07, заключенного должником (покупатель) и ФИО3 (продавец), продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и оплатить товар: пшеницу 2018 года в количестве одной тысячи тонн.

Общая стоимость товара определена в сумме 9 млн рублей (пункт 1.1.5).

Согласно пункту 4.4 договора купли-продажи от 13.07.2018 № 13/07, в случае нарушения обязательств одной из сторон, сторона – нарушившая обязательства обязуется выплатить другой стороне денежные средства в размере 100% от суммы указанной в пункте 1.1.5.

Исходя из этого, сумма требования штрафных санкций составляет 9 млн рублей.

Суды указали, что договор цессии, заключенный между должником и ответчиком, и договор купли-продажи, заключенный должником и ФИО3, содержит подписи и печати сторон, об их фальсификации не заявлено. Сведения о недействительности заключенного ФИО3 и должником договора купли-продажи от 13.07.2018 № 13/07 отсутствуют.

Согласно пункту 2.3 договора цессии, цедент уступает цессионарию права требования, вытекающие из договора купли-продажи от 13.07.2018 № 13/07, состоящие из права требования цедента от виновной стороны ФИО3 уплаты неустойки, в связи с нарушением условий договора за сумму в размере 50% от фактически полученных цессионарием денежных средств по переданным правам требования к предпринимателю. Оплата цессионарием производится в течение 5-ти рабочих дней с момента фактического получения денежных средств по указанным в данном пункте требованиям путем зачисления на расчетный счет цедента либо наличными денежными средствами.

Таким образом, стороны оспариваемой сделки поставили условие о цене и ее оплаты в зависимость от действий цессионария (ответчика) по взысканию задолженности с третьего лица (ФИО3).

Однако условие о цене права требования в оспариваемом договоре выходит за пределы обычного экономического характера подобных соглашений.

Доказательств оплаты по договору уступки от 20.08.2018 не представлено, ответчик факт оплаты по состоянию на июль 2022 года не подтверждается.

Суды также установил аффилированность должника и ФИО2

В суде первой инстанции представитель ФИО2 признал, что ФИО2 является родным братом бывшего руководителя и участника должника ФИО2

Поскольку судебный акт о взыскании с ФИО3 денежных средств в пользу ФИО2 отсутствует, суды пришли к выводу о том, что меры по принудительному взысканию не принимались, расчеты по договору уступки в пользу должника не производились. Фактически должник одарил ФИО2, не осуществившего действия по получению причитающихся денежных средств. Бездействия ФИО2 не является типичным ожидаемым поведением заинтересованного лица по получению причитающегося ему актива.

На момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования по которым впоследствии включены в реестр требований кредиторов. Данные обстоятельства свидетельствуют о признаках неплатежеспособности должника в момент совершения спорной сделки.

Как видно из материалов дела, в реестр требований кредиторов должника включены требования ООО «Премьера» (заявителя по делу о банкротстве) по договору от 13.07.2018, ООО «ТД "РИФ"» по договору от 11.11.2017, требования уполномоченного органа по обязательным платежам за 2018 год.

Решением суда от 29.01.2020 по делу № А53-36065/2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 25.03.2020 с должника в пользу ООО «Премьера» взыскана задолженность по договору купли-продажи от 13.07.2018 № 13/01/1 в размере 1 033 тыс. рублей и расходы по уплате государственной пошлины в размере 23 330 рублей.

Определением суда от 30.06.2021 требования ООО «Премьера» в размере 1 056 330 рублей, из которых 1 033 тыс. рублей основного долга, 23 330 рублей судебных расходов, включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Решением суда от 14.01.2021 по делу № А53-24143/2020 с должника в пользу ООО "ТД "РИФ"» взыскана задолженность по агентскому договору от 11.11.2017 № 6938 в размере 127 720 рублей 50 копеек, 1 808 рублей 51 копейка процентов за пользование чужими денежными средствами и расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 886 рублей.

Определением суда от 13.01.2022 требования ООО «ТД "РИФ"» в размере 134 415 рублей 01копейки, из них которых 127 720 рублей 50 копеек основного долга, 1 808 рублей 51 копейка процентов за пользование чужими денежными средствами, 4 886 рублей расходов по уплате государственной пошлины, включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

3 августа 2021 года уполномоченный орган обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника.

Определением суда от 30.09.2022 требования уполномоченного органа включены в реестр требований кредиторов в размере 1 030 295 рублей 27 копеек, которых во вторую очередь – 9 165 рублей; в третью очередь – 1 021 130 рублей 27 копеек, из которых 725 653 рублей основного долга и 295 477 рублей 27 копеек пени.

Признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества имеют объективный характер и применительно к задолженности по обязательным платежам определяются по состоянию на момент наступления сроков их уплаты за соответствующие периоды финансово-хозяйственной деятельности должника, которые установлены законом, а не на момент выявления недоимки налоговым органом по результатам проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля либо оформления результатов таких мероприятий (пункт 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Поскольку момент возникновения обязанности по уплате налогов определяется в соответствии с пунктом 1 статьи 38, пунктом 1 статьи 44 Налогового кодекса Российской Федерации наличием объекта налогообложения и налоговой базы, а моментом возникновения обязательства по уплате налога является дата окончания налогового периода, установленного для уплаты налога в соответствии с законодательством о налогах и сборах, дата выявления недоимки налоговым органом для определения момента возникновения обязанности по уплате налогов правового значения не имеет.

Суды пришли к выводу о том, что на день заключения договора уступки (цессии) от 20.08.2018 у должника сформирована налоговая база, возникла обязанность по уплате налогов. Следовательно, заключение спорного договора цессии направлено на причинение вреда кредиторам должника.

Отлагательное условие об оплате цессии, совершенной между аффилированными лицами, при наличии неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами нельзя признать типичной сделкой.

Оспариваемая сделка совершена с аффилированным лицом на заведомо невыгодных для общества условиях, которые в части оплаты уступленного права существенно, в худшую для него сторону, отличаются от условий, при которых обычно совершаются аналогичные сделки, поскольку срок и конкретный размер оплаты не установлены, обусловлены взысканием денежных средств с ФИО3, то есть предполагают неопределенно длительную отсрочку и носят вероятностный характер, зависящий не только от исхода взыскания, но и от его финансового состояния.

Оспариваемая сделка с учетом повышенного для должника риска, связанного со встречным предоставлением, не предусматривает стандартных правовых способов их минимизации путем включения в договор цессии от 13.07.2018 условий о способах обеспечения исполнения обязательств, а отсутствие залога уступленного права, как и условий, запрещающих его передачу до момента полной оплаты, создают ситуацию, в которой должник фактически лишен возможности получить от цессионария какое-либо встречное предоставление.

Поскольку оплата по оспариваемой сделке поставлена по существу в зависимость от обстоятельств, наступление которых невозможно с достоверностью предвидеть, а также от действий цессионария, в ситуации, когда ФИО2, являющийся аффилированным с должником лицом, получил активы взамен на встречное предоставление в условиях непредсказуемости его возникновения, отлагательные условия, характеризующие договор цессии от 13.08.2018, изначально являлись подозрительными, существенно отличающимися от условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Созданная сторонами правовая конструкция фактически направлена на придание оспариваемому договору легитимности. В рассматриваемом случае выбор подобной структуры поведения позволил вывести из конкурсной массы реальную к взысканию дебиторскую задолженность, которая является ликвидным имуществом (право требования), причинив тем самым вред имущественным правам кредиторов.

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности и взаимосвязи, доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив, что спорная сделка совершена аффилированными лицами в период неплатежеспособности должника, в отсутствие встречного исполнения со стороны ФИО2, суды пришел к выводу о том, что в результате совершения оспариваемой сделки причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

Поскольку доказательств оплаты цессии не представлено, суды в порядке применения последствий недействительности сделки восстановили право требования должника к ФИО3

Все доводы и доказательства сторон спора являлись предметом исследования судов, им дана надлежащая правовая оценка.

Доводы кассационной жалобы основаны на ошибочном толковании норм права и направлены на переоценку доказательств, исследованных судами. Согласно статье 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная инстанция не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и (или) апелляционной инстанций.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 31 июля 2022 года и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 9 сентября 2022 года по делу № А53-319/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Ю.В. Мацко

Судьи И.М. Денека

С.М. Илюшников