Постановление от 15 марта 2021 г. по делу № А40-93219/2020

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-93219/20
15 марта 2021 года
г. Москва



Арбитражный суд Московского округа

в составе: судьи Петровой В.В. (единолично),

рассмотрев в порядке ч. 2 ст. 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации без вызова сторон кассационную жалобу – Акционерного общества Страховая компания «УРАЛСИБ Жизнь» (АО «УРАЛСИБ Жизнь»)

на решение Арбитражного суда города Москвы от 03 сентября 2020 года

и на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17 ноября 2020 года,

принятые в порядке упрощенного производства,

по иску Общества с ограниченной ответственностью "ТРАСТ" (ООО «ТРАСТ»)

к АО «УРАЛСИБ Жизнь»

о взыскании денежных средств,



УСТАНОВИЛ:

ООО «ТРАСТ» (истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к АО «УРАЛСИБ Жизнь» (ответчик) о взыскании страхового возмещения в размере 413 730 руб. 82 коп., а также взыскании расходов по уплате государственной пошлины по иску в размере 11 275 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 03.09.2020 г. по делу № А40-93219/20, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2020 г. (принятыми в порядке упрощенного производства по правилам главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) ходатайство АО «УРАЛСИБ Жизнь» об истребовании доказательств отклонено, заявленные исковые требования удовлетворены.

По делу № А40-93219/20 поступила кассационная жалоба от АО «УРАЛСИБ Жизнь», в которой заявитель просит отменить решение суда первой, постановление суда апелляционной инстанций и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд в ином судебном составе, взыскать в пользу АО «УРАЛСИБ Жизнь» расходы на оплату государственной пошлины в размере 3 000 руб.

В обоснование приведенных в кассационной жалобе доводов ответчик указывает, что судами не дана оценка его доводам относительно размера страховой суммы (суды допустили неверное толкование и применение норм материального права при определении размера страховой суммы); судами неверно распределено бремя доказывания, возлагаемое на истца и ответчика; суды не мотивировали, по какой причине отклонили ссылку ответчика на п. 2 ст. 939 Гражданского кодекса Российской Федерации и положения договора; судебные акты, по мнению заявителя кассационной жалобы, противоречат положениям ст. ст. 934, 956 Гражданского кодекса Российской Федерации, судами допущено неверное толкование норм материального права при определении порядка замены выгодоприобретателя по договору личного страхования. Кроме того, заявитель кассационной жалобы указывает на то, что суды, по его мнению, в нарушение положений действующего законодательства (в том числе положений Гражданского кодекса Российской Федерации и главы 7 «Доказательства и доказывание»: ст. ст. 64-89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) не дали соответствующую оценку его доводам о том, что истцом (ООО «ТРАСТ») пропущен срок исковой давности.

Согласно ч. 2 ст. 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, п. 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 г. № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве», арбитражным судом кассационные жалобы на судебные акты по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются без проведения судебного заседания, без вызова лиц, участвующих в деле, и без осуществления протоколирования (ч. 2 ст. 284, ч. 2 ст. 288.2 Кодекса).

ООО «ТРАСТ» представило отзыв на кассационную жалобу АО «УРАЛСИБ Жизнь», в котором оно возражает против удовлетворения жалобы, ссылаясь на законность и обоснованность вынесенных судами первой и апелляционной инстанций судебных актов – решения и постановления.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, проверив в порядке ст. ст. 284, 286, 287, 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также выводов, содержащихся в обжалуемых решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены или изменения указанных судебных актов.

Из материалов дела усматривается, судами первой и апелляционной инстанций установлено, что ПАО «БАНК «УРАЛСИБ» на основании договора уступки права (требования) от 22.10.2018 г. № УСБ00/ПАУТ2018-39 передало ООО «ТРАСТ» права к клиентам, вытекающие из условий кредитных договоров согласно акту уступки права (требования) (приложение № 1 к договору уступки права (требования) от 22.10.2018 г. № УСБ00/ПАУТ2018-39), в том числе по кредитному договору от 06.03.2013 г. № 7406-FN3/00169 (далее – кредитный договор), заключенному между ПАО «БАНК «УРАЛСИБ» (банк) и ФИО1 (заемщик; ФИО2), по условиям которого банк предоставил заемщику кредит в размере 660 300 руб. сроком - по 06.10.2017 г. под 22,00 % годовых.

Согласно приложению № 1 к договору уступки права (требования) от 22.10.2018 г. № УСБ00/ПАУТ2018-39 к ООО «ТРАСТ» перешло право требования исполнения кредитных обязательств по указанному кредитному договору в размере 413730 руб. 82 коп. (основной долг и проценты за пользование кредитом).

На основании договора уступки права (требования) от 22.10.2018 г. № УСБ00/ПАУТ2018-39 Банк передал истцу документы, подтверждающие существование права требования, в том числе кредитный договор и подписанное ФИО2 заявление на присоединение к Договору добровольного коллективного страхования жизни и здоровья заемщиков потребительского кредита от 06.03.2013 г. (заявление на страхование, страховщик АО СК «УРАЛСИБ Жизнь»).

Согласно заявлению на страхование, одним из страховых случаев является смерть застрахованного лица от любых причин, при этом ФИО2 согласился с назначением Банка выгодоприобретателем в сумме фактической задолженности по кредитному договору.

В период действия договора страхования, 03.06.2017 г. наступила смерть ФИО2 (подтверждено справкой о смерти № 153, выданной органом ЗАГС Прокопьевского района Кемеровской области от 20.06.2017 г.).

Согласно заявлению на страхование, страховщик при наступлении страхового случая (смерти застрахованного лица) выплачивает выгодоприобретателю страховую выплату в размере фактической задолженности по кредитному договору. В соответствии с п. 5 заявления на страхование сумма страховой выплаты определяется в размере задолженности по кредитному договору, установленной первоначальным графиком возврата кредита на дату очередного платежа, предшествующую дате наступления страхового случая, и включающей в себя остаток задолженности по основному долгу и платежи в погашение процентов по кредитному договору. Пунктом 4 заявления на страхование предусмотрено, что период страхования соответствует сроку действия кредитного договора.

06.03.2013 г. ФИО2 произведена плата за присоединение к договору добровольного коллективного страхования жизни и здоровья заемщиков потребительского кредита от 06.03.2013 г., что подтверждается банковским ордером №31780766 от 06.03.2013 г.

Сумма задолженности ФИО2 по кредитному договору составила 413 730 руб. 82 коп., соответственно, сумма страховой выплаты составляет 413 730 руб. 82 коп.

В связи с наступлением страхового случая истец направил ответчику уведомление о наступлении страхового случая, ответа на которое не последовало; страховая выплата ответчиком не произведена, направленная в его адрес претензия оставлена без удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с иском.

Разрешая спор по существу, суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив в соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, руководствуясь положениями ст. ст. 329, 382, 384, 388, 934, 939, 956 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 10 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», правовой позицией, содержащейся в п. 4 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.05.2013 г., пришли к выводу о том, что у страховщика возникла обязанность по выплате страхового возмещения, в связи с чем, удовлетворили требование истца о взыскании страхового возмещения в заявленном размере.

При этом суды исходили из того, что заемщик (ФИО2) заключил договор страхования жизни и здоровья как способ обеспечения исполнения своих кредитных обязательств в качестве заемщика ПАО «БАНК «УРАЛСИБ»; в соответствии с заявлением на страхование ФИО2 выразил свое согласие с тем, что выгодоприобретателем по договору страхования при наступлении страхового случая будет являться Банк, который впоследствии уступил истцу свои права по договору страхования, обеспечивающим исполнение обязательств по кредитному договору; при наступлении страхового случая выгодоприобретатель выполнил все необходимые условия, уведомив страховщика о наступлении страхового случая и представив документы, свидетельствующие об этом; страхование производилось на случай смерти застрахованного лица от любых причин, и страховщик обязался возместить выгодоприобретателю убытки в пределах страховой суммы; наступление страхового события документально подтверждено, уступка права требования взыскания суммы страхового возмещения доказана.

Отклоняя доводы ответчика о том, что замена выгодоприобретателя по договору личного страхования допускается только с согласия застрахованного лица и по его письменному уведомлению страховщика страхователем, суды исходили из того, что замена выгодоприобретателя произведена по его собственной инициативе, что не противоречит действующему законодательству, в том числе ст. 956 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрен запрет на передачу выгодоприобретателем принадлежащего ему требования другим лицам, кроме того, при заключении договора цессии истец проинформировал ответчика о наступлении страхового случая.

Отклоняя ссылку ответчика на недоказанность факта наступления страхового случая ввиду непредставления документов, подтверждающих причину смерти застрахованного лица, суды исходили из того, что факт смерти подтвержден справкой о смерти, а невозможность предоставления истцом иных документов обусловлена положениями Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и Федерального закона от 27.07.2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных», при этом ответчик, являющийся профессиональным участником страховых правоотношений, в силу п. 8 ст. 10 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» имел право и возможность самостоятельно запросить все непредставленные истцом документы.

Суды, руководствуясь положениями п. 2 ст. 200, ст. ст. 934, 956, п. 2 ст. 966 Гражданского кодекса Российской Федерации, отклонили доводы ответчика о пропуске срока исковой давности, установив, что о нарушении своих прав истцу фактически стало известно только после того, как страховщик уклонился от выплаты возмещения, в связи с чем пришли к выводу о то, что на момент обращения в суд с иском срок исковой давности пропущен не был; в обязательственных правоотношениях ненадлежащее исполнение или неисполнение обязательства должником нарушает субъективное материальное право кредитора, а значит право на иск возникает с момента нарушения права кредитора, и именно с этого момента определяется начало течения срока давности (с учетом того, когда это стало известно или должно было стать известно кредитору).

Такая позиция соответствует судебной практике (постановления Арбитражного суда Московского округа от 27.04.2020 г. по делу № А40-193962/2019, от 22.06.2020 г. по делу № А40-236363/2019, от 28.07.2020 г. по делу № А40-303510/2019 и др.).

Ссылка заявителя в кассационной жалобе на иную судебную практику отклоняется, поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела и применяет нормы права к установленным обстоятельствам, с учетом представленных доказательств.

Судами соблюдены правила оценки доказательств, предусмотренные ст. ст. 9, 41, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Оснований для иной оценки приведенных выводов у суда кассационной инстанции не имеется, учитывая отсутствие полномочий по переоценке доказательств и установленных обстоятельств (ст. ст. 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая изложенное, принимая во внимание положения ст. ст. 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной ст. ст. 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы АО «УРАЛСИБ Жизнь», а принятые по делу решение суда первой и постановление суда апелляционной инстанций считает законными и обоснованными. Приведенные в кассационной жалобе доводы повторяют доводы апелляционной жалобы, которые уже были всесторонне и полно рассмотрены и отклонены судом апелляционной инстанции с приведением в судебном акте мотивов, основанных на материалах дела и законе.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены решения суда первой и постановления суда апелляционной инстанций (ч. 4 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), при принятии обжалуемых судебных актов не допущено.

Основаниями для пересмотра в порядке кассационного производства решений и постановлений, принятых по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов (ч. 3 ст. 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд кассационной инстанции, рассмотрев кассационную жалобу АО «УРАЛСИБ Жизнь», не усмотрел существенных нарушений норм материального или процессуального права, влекущих отмену обжалуемых судебных актов по основаниям, предусмотренным положениями ч. 3 ст. 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба АО «УРАЛСИБ Жизнь» - без удовлетворения.

Кроме того, суд кассационной инстанции, учитывая доводы кассационной жалобы (в просительной части кассационной жалобы заявитель просит взыскать в его пользу государственную пошлину по кассационной жалобе) полагает необходимым отметить, что в соответствии с ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь ст. ст. 284, 286, 287, 288.2, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 03 сентября 2020 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17 ноября 2020 года по делу № А40-93219/20 оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества «УРАЛСИБ Жизнь» – без удовлетворения.


Судья В.В. Петрова