Постановление от 17 апреля 2023 г. по делу № А50-9270/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8693/21

Екатеринбург

17 апреля 2023 г.


Дело № А50-9270/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 10 апреля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 апреля 2023 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Савицкой К. А.,

судей Соловцова С. Н., Оденцовой Ю. А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего акционерным обществом «Второе Пермское Управление «Уралхиммонтаж» ФИО2 на определение Арбитражного суда Пермского края от 19.10.2022 по делу № А50-9270/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, проведенном посредством использования системы веб-конференции, принял участие представитель конкурсного управляющего ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 11.10.2022).



Решением арбитражного суда от 09.10.2019 открытое акционерное общество «Второе Пермское Управление «Уралхиммонтаж» (далее – общество «Второе Пермское Управление «Уралхиммонтаж», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился с заявлением о привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (после уточнения требования, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО8 – ФИО9.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 19.10.2022 установлены основания для привлечения ФИО4 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Второе Пермское Управление «Уралхиммонтаж» на основании пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); в удовлетворении остальной части заявления отказано; производство по определению размера субсидиарной ответственности приостановлено до завершения мероприятий по формированию конкурсной массы.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2022 определение суда первой инстанции от 19.10.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами в части отказа в удовлетворении требований, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и материалам дела, просит указанные судебные акты в обжалуемой части отменить и принять новый судебный акт, которым признать доказанными основания для привлечения ФИО7 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В обоснование кассационной жалобы управляющий приводит доводы о том, что по результатам выездной налоговой проверки установлено, что ФИО7 действовал по доверенности и в интересах общества с ограниченной ответственностью «УралМеталл» (далее – общество «УралМеталл») при совершении операций по расчетному счету, а денежные средства, снятые со счета вышеуказанной организации, в последующем были переданы в наличной форме ФИО8 Заявитель кассационной жалобы настаивает на доводах о том, что приведенные обстоятельства свидетельствуют о соучастии ФИО7 и ФИО8 наравне с иными ответчиками в безосновательном перечислении денежных средств, ставшем причиной банкротства

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Второе Пермское Управление «Уралхиммонтаж» зарегистрировано 01.02.2014 в качестве юридического лица, учредителями должника являются ФИО10, ФИО11.

Должность директора в разные периоды занимали:

ФИО10 в период с 15.01.2004 по 02.09.2008;

ФИО4 в период с 03.09.2008 по 23.04.2019;

ФИО5 в период с 24.04.2019 по 01.10.2019.

Согласно ЕГРЮЛ основным видом деятельности должника являлось выполнение работ по монтажу стальных строительных конструкций.

В реестр требований кредиторов должника включены требования в сумме 329 316 180 руб. 30 коп., в том числе: во вторую очередь – 14 487 054 руб. 37 коп., в третью очередь – 314 829 125 руб. 93 коп.

Требования, подлежащие учету за реестром, составили 2 990 247 руб. 31 коп.

С учетом частичного погашения требований, остаток непогашенной задолженности перед кредиторами составляет 271 749 786 руб. 29 коп.

Обращаясь с рассматриваемым заявлением (после уточнения требований), конкурсный управляющий просил привлечь к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по следующим основаниям:

- ФИО4 за неисполнение обязанности по передаче имущества конкурсному управляющему;

- ФИО4 и ФИО5 за неисполнение обязанности по передаче документов конкурсному управляющему;

- ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО4 за причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок с обществом «УралМеталл».

Предметом рассмотрения суда округа являются выводы судов первой и апелляционной инстанций об отказе в удовлетворении заявления управляющего о привлечении ФИО8 и ФИО4 к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Исследовав материалы дела, суды установили, что в период с 04.04.2016 по 27.02.2017 в отношении должника проведена выездная налоговая проверка правильности исчисления и уплаты налогов в 2014–2015 годах. По результатам налоговой проверки должник привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Определением от 29.05.2019 (с учетом определения об исправлении описки от 28.06.2019) требования уполномоченного органа в сумме 24 666 947 руб. 86 коп. основного долга, 23 179 839 руб. 34 коп. финансовых санкций включены третью очередь реестра требований кредиторов.

В акте налоговой проверки от 27.04.2017 № 05-25/05460 сделаны выводы о совершении должником в проверяемом периоде ряда сделок с сомнительными контрагентами (организациями «однодневками») для завышения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость, а также занижения налоговой базы по налогу на прибыль.

Обращаясь с заявлением о привлечении ФИО8 и ФИО4 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий приводил доводы о том, что в рассматриваемом случае имело место соучастие указанных лиц, а также ФИО6 в совершении действий по выводу денежных средств из активов должника в пользу общества «УралМеталл», приведших к банкротству предприятия.

В подтверждение заявленного требования управляющий ссылался исключительно на обстоятельства, установленные по результатам налоговой проверки, проведенной в отношении должника.

Возражая против удовлетворения требований, ФИО8 и ФИО4 приводили доводы о том, что не являлись контролирующими должника лицами, а также выгодоприобретателями по сделкам должника.

Рассматривая заявленные требования и представленные против них возражения, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, с которыми управляющий связывают ответственность контролировавших должника лиц (с 16.06.2014 по 07.12.2016) настоящий спор должен быть разрешен с применением пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые были необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, при этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка, которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок (иных операций), совершенных под влиянием контролирующего лица, способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», абзац первый пункта 22 Постановления № 53).

Предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим, поэтому контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности (пункт 7 Постановления № 53).

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений, следовательно, доказывание наличия объективной стороны правонарушения является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.

Исследовав решение о привлечении должника у ответственности за совершение налогового правонарушения, суды первой и апелляционной инстанций установили, что применительно к ФИО8 и ФИО4 указано, что ФИО7 действовал по доверенности, выданной ФИО8, в интересах общества «УралМеталл» при совершении операций по расчетному счету общества, снятые с расчетного счета наличные денежные средства были переданы им в офисе общества с ограниченной ответственностью «Регионнефтепродукт» (далее – общество «Регионнефтепродукт») ФИО8

Вместе с тем, отметив, что из материалов налоговой проверки не установлено ни одного документа, подтверждающего снятие денежных средств со счетов общества «УралМеталл» ФИО7 и передача их ФИО8, доверенность от имени общества «УралМеталл» на ФИО7, приведенная в решении налогового органа, не приобщена в материалы налоговой проверки и не представлена при рассмотрении спора, суды сделали выводы, что конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что ФИО7 и ФИО8 обладали властно-распорядительными полномочиями в отношении денежных средств, товарно-материальных ценностей, могли прямо или косвенно влиять и определять решения руководства должника, давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия должника, а также являлись выгодоприобретателями от неправомерных действий должника по выводу активов, ввиду чего оснований полагать указанных лиц выгодоприобретателями по сделкам с должником и, как следствие, контролирующими должника лицами, не имеется, доказательств обратного в материалы дела не представлено (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа полагает, что судами исследованы все приведенные участвующими в деле о банкротстве доводы и доказательства, установлены все существенные для правильного рассмотрения данного спора фактические обстоятельства, выводы судов о применении нормы прав соответствуют установленным ими фактическими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Доводы конкурсного управляющего, настаивающего на доводах о том, что ФИО7 и ФИО8 являлись конечными выгодоприобретателями, судом округа отклоняются ввиду того, что в подтверждение указанных доводов заявителем представлено только решение налогового органа о привлечении должника к ответственности, которое в отсутствие иных доказательств, подтверждающих обстоятельства, которые отражены в решении, не является достаточным для постановки такого вывода.

Суд округа также отмечает, что управляющий не ссылался на наличие формально-юридических признаков подконтрольности должника ФИО7 и ФИО8, при этом такие обстоятельства не усматриваются из материалов дела; доказательства наличия у указанных ответчиков фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия(пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве) не представлены.

Таким образом, учитывая, что выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии оснований для признания ФИО7 и ФИО8 контролирующими должника лицами и, соответственно, привлечения к субсидиарной ответственности являются правильными, соответствующими материалам дела и положениям действующего законодательства, обжалуемые судебные акты являются законным и обоснованным, ввиду чего отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежит.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 19.10.2022 по делу № А50-9270/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего акционерным обществом «Второе Пермское Управление «Уралхиммонтаж» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий К.А. Савицкая


Судьи С.Н. Соловцов


Ю.А. Оденцова