Решение от 13 августа 2018 г. по делу № А11-4236/2018

г. Владимир Дело № А11-4236/2018

"13" августа 2018 г.


Резолютивная часть решения объявлена 06.08.2018.


Решение в полном объеме изготовлено 13.08.2018.


Арбитражный суд Владимирской области в составе судьи Белова А.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску

ФИО2, г. Москва,

к открытому акционерному обществу "Гусевский стекольный завод им. Ф.Э. Дзержинского" (601500, <...> Советской власти, д.8; ОГРН <***>, ИНН <***>)

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: 1. ФИО3, г. Тамбов,

2. ФИО4, г. Москва,

3. ФИО5, г. Тамбов,

о взыскании 1 315 359 руб. 35 коп.,

при участии:

от истца – ФИО2, лично,

от ответчика – не явились,

от третьих лиц: 1. ФИО3 – не явились,

2. ФИО4 – не явились,

3. ФИО5 – не явились,

установил:

истец, ФИО2, г. Москва (далее – ФИО2), обратился в Арбитражный суд Владимирской области с исковым заявлением к ответчику, открытому акционерному обществу "Гусевский стекольный завод имени Ф.Э. Дзержинского", г. Гусь-Хрустальный Владимирской области (далее - ОАО "СЗД", общество), о взыскании долга из невыплаченного вознаграждения членов совета директоров в сумме 1 088 291 руб. 70 коп., процентов в сумме 227 067 руб. 65 коп. за пользование чужими денежными средствами (далее – проценты) за период с 01.04.2015 по 27.03.2018, процентов с 28.03.2018 по день фактической уплаты.

Определением арбитражного суда от 13.06.2018 соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены ФИО3, г. Тамбов (далее – ФИО3), ФИО4, г. Москва (далее – ФИО4), ФИО5, г. Тамбов (далее – ФИО5).

Ответчик в отзыве от 27.07.2018 без номера полагает его необоснованным и подлежащим лишь частичному удовлетворению.

В обоснование своих возражений в частности указал, что расчет вознаграждения является арифметически неверным, поскольку истцом неверно применено понятие "минимальный размер оплаты труда" при расчете вознаграждения. Требование ФИО2 о выплате ему в порядке цессии вознаграждения ФИО3, ФИО5, ФИО4 основаны на ничтожных сделках и не подлежат удовлетворению.

Кроме того, ответчик указал, что лицо, исполняющее обязанности члена Совета директоров общества вправе получать вознаграждение только за те периоды, когда оно фактически участвовало в работе коллегиального органа управления обществом. ФИО2, ФИО3 участвовали не во всех заседаниях совета директоров ОАО "СЗД", состоявшихся в спорном периоде.

Также ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по требованиям, возникшим в период с 01.02.2015 по 28.02.2015.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 в отзыве от 31.07.2018 на исковое заявление полагает требования ФИО2, основанные на договорах цессии, заключенных с ФИО3, ФИО5, ФИО4 подлежащими отклонению.

При этом ФИО4 указал, что в силу неплатежеспособности ФИО2 не мог оплатить стоимость уступленного права, поэтому договоры цессии фактически совершены безвозмездно. Полагает договоры цессии притворными сделками.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании, назначенном на 30.07.2018 на 13 час. 30 мин., объявлялся перерыв до 06.08.2018 до 09 час. 30 мин.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

ОАО "СЗД" было зарегистрировано в качестве юридического лица при создании 20.05.1994 администрацией города Гусь-Хрустального Владимирской области, регистрационный номер 520.

Сведения об ОАО "СЗД" внесены в Единый государственный реестр юридических лиц 27.01.2003, ОГРН <***>.

Гражданин ФИО2 в период с 01.02.2017 по 22.06.2017 являлся членом совета директоров ОАО "СЗД".

Граждане ФИО3, ФИО5 и ФИО4 являлись членами совета директоров ОАО "СЗД" в период с 01.02.2015 по 20.11.2015.

По мнению данных членов совета директоров ОАО "СЗД" у общества имелись неисполненные обязательства по выплате в их пользу вознаграждения, связанного с исполнением ими функций членов совета директоров общества в вышеназванные периоды времени.

При этом согласно представленным расчетам, вознаграждение, подлежащее выплате в пользу ФИО2, за период с 01.02.2017 по 22.06.2017 составило 198 318 руб.

Вознаграждение, подлежащее выплате в пользу ФИО3, ФИО5 и ФИО4 за период с 01.02.2015 по 20.11.2015 составило по 345 970 руб. в пользу каждого.

19.03.2018 между ФИО3 (цедентом) и ФИО2 (цессионарием) бы заключен договор уступки прав (цессии) № 319/18, согласно пункту 1.1. которого цедент передает, а цессионарий принимает в полном объеме права (требования), принадлежащие цеденту и вытекающие из гражданско-правовых отношений между цедентом и третьим лицом – ОАО "СЗД" (должником) на получение цедентом вознаграждения от должника (в качестве встречного исполнения должником исполненных на возмездной основе цедентом обязанностей члена органа управления должника (совета директоров) в периоды времени с 01.02.2015 по 20.11.2015, а также иные права с указанными обстоятельствами и характером взаимоотношений должника и цессионария в качестве нового кредитора и включающие право на компенсацию ненадлежащего исполнения должником своих обязательств перед цессионарием и/или цедентом.

Стороны согласны с тем, что стоимость передаваемого цедентом цессионарию права составляет сумму невыплаченного должником цеденту вознаграждения за период с 01.02.2015 по 20.11.2015 (345 970 руб.) и проценты на эту сумму, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 01.04.2015 по 27.03.2015 (82 019 руб. 79 коп.) за вычетом 13% (НДФЛ: 55 638 руб. 67 коп.), а именно: 372 351 руб. 12 коп. (согласно соответствующего расчета (Приложение № 1 от 19.03.2018 к договору).

Стороны признают, что на момент подписания договора цессионарий осуществил цеденту, а последний принял встречено исполнение за передаваемое право (требование) по договору в полном объеме, взаимные претензии у сторон по этому факту отсутствуют (пункт 1.4. договора цессии).

20.03.2018 между ФИО5 (цедентом) и ФИО2 (цессионарием) бы заключен договор уступки прав (цессии) № 320/18, согласно пункту 1.1. которого цедент передает, а цессионарий принимает в полном объеме права (требования), принадлежащие цеденту и вытекающие из гражданско-правовых отношений между цедентом и третьим лицом – ОАО "СЗД" (должником) на получение цедентом вознаграждения от должника (в качестве встречного исполнения должником исполненных на возмездной основе цедентом обязанностей члена органа управления должника (совета директоров) в периоды времени с 01.02.2015 по 20.11.2015, а также иные права с указанными обстоятельствами и характером взаимоотношений должника и цессионария в качестве нового кредитора и включающие право на компенсацию ненадлежащего исполнения должником своих обязательств перед цессионарием и/или цедентом.

Стороны согласны с тем, что стоимость передаваемого цедентом цессионарию права составляет сумму невыплаченного должником цеденту вознаграждения за период с 01.02.2015 по 20.11.2015 (345 970 руб.) и проценты на эту сумму, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 01.04.2015 по 27.03.2015 (82 019 руб. 79 коп.) за вычетом 13% (НДФЛ: 55 638 руб. 67 коп.), а именно: 372 351 руб. 12 коп. (согласно соответствующего расчета (Приложение № 1 от 20.03.2018 к договору).

Стороны признают, что на момент подписания договора цессионарий осуществил цеденту, а последний принял встречено исполнение за передаваемое право (требование) по договору в полном объеме, взаимные претензии у сторон по этому факту отсутствуют (пункт 1.4. договора цессии).

23.03.2018 между ФИО4 (цедентом) и ФИО2 (цессионарием) бы заключен договор уступки прав (цессии) № 23/3-18, согласно пункту 1.1. которого цедент передает, а цессионарий принимает в полном объеме права (требования), принадлежащие цеденту и вытекающие из гражданско-правовых отношений между цедентом и третьим лицом – ОАО "СЗД" (должником) на получение цедентом вознаграждения от должника (в качестве встречного исполнения должником исполненных на возмездной основе цедентом обязанностей члена органа управления должника (совета директоров) в периоды времени с 01.02.2015 по 20.11.2015, а также иные права с указанными обстоятельствами и характером взаимоотношений должника и цессионария в качестве нового кредитора и включающие право на компенсацию ненадлежащего исполнения должником своих обязательств перед цессионарием и/или цедентом.

Стороны согласны с тем, что стоимость передаваемого цедентом цессионарию права составляет сумму невыплаченного должником цеденту вознаграждения за период с 01.02.2015 по 20.11.2015 (345 970 руб.) и проценты на эту сумму, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 01.04.2015 по 27.03.2015 (82 019 руб. 79 коп.) за вычетом 13% (НДФЛ: 55 638 руб. 67 коп.), а именно: 372 351 руб. 12 коп. (согласно соответствующего расчета (Приложение № 1 от 23.03.2018 к договору).

Стороны признают, что на момент подписания договора цессионарий осуществил цеденту, а последний принял встречено исполнение за передаваемое право (требование) по договору в полном объеме, взаимные претензии у сторон по этому факту отсутствуют (пункт 1.4. договора цессии).

За взысканием суммы 1 088 291 руб. 70 коп., а также процентов, начисленных на данную сумму ФИО2 обратился в арбитражный суд.

Арбитражный суд считает иск обоснованным и подлежащим удовлетворению на основании следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 64 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее – Закон об акционерных обществах, Закон) по решению общего собрания акционеров членам совета директоров (наблюдательного совета) общества в период исполнения ими своих обязанностей могут выплачиваться вознаграждение и (или) компенсироваться расходы, связанные с исполнением ими функций членов совета директоров (наблюдательного совета) общества. Размеры таких вознаграждений и компенсаций устанавливаются решением общего собрания акционеров.

Пунктом 13.2.22. устава ОАО "СЗД" установлено, что выплата членам совета директоров общества вознаграждения и (или) компенсация членам совета директоров расходов, связанных с выполнением ими функций членов совета директоров общества, устанавливаются Положением "О совете директоров", принимаемым простым большинством голосов участвующих в общем собрании акционеров.

Согласно пункту 1 раздела 5 положения "О совете директоров ОАО "Гусевский стекольный завод имени Ф.Э. Дзержинского" (в первоначальной редакции) (далее – Положение о совете директоров) члены совета директоров, избранные собранием, за исполнение своих обязанностей получают вознаграждение ежеквартальное а размере 50 МРОТ и по итогам года в размере 12 % от размера начисленных дивидендов. Сумма средств, направляемая на вознаграждение членов совета директоров, подлежит распределению среди членов совета директоров по предложению председателя совета директоров. Решение о распределении утверждается советом директоров большинством голосов, присутствующих на заседании совета директоров.

Решением годового общего собрания акционеров ОАО "СЗД", от 30.06.2014 в пункт 1 раздела 5 Положения о совете директоров были внесены изменения.

Согласно пункту 1 в новой редакции общество выплачивает членам совета директоров общества вознаграждение в размере 42 МРОТ (минимальный размер оплаты труда) ежемесячно, а по итогам года – дополнительное вознаграждение в размере 10 % от начисленных за год дивидендов. Вознаграждения членам совета директоров выплачиваются в течение месяца по окончании расчетного периода, а также после утверждения годовым общим собранием акционеров общества результатов деятельности общества за год с учетом соответствующих указаний и/или пожеланий по порядку таких выплат со стороны членов совета директоров. Отсутствие решения общего собрания акционеров общества о порядке распределения вознаграждения между членами совета директоров в расчетном периоде является свидетельством того, что установленный размер вознаграждения в расчетном периоде распределяется между всеми членами совета директоров равными частями.

Как видно из материалов дела общим собранием акционеров не принималось решений о выплате членам совета директоров дополнительного вознаграждения, исчисляемого от начисленных за год дивидендов.

Предметом данного иска является только вознаграждение в твердой сумме, исчисляемое исходя из минимального размера оплаты труда (МРОТ).

Приняв Положение о совете директоров, общество при наличии указанных в нем оснований для выплаты такого вознаграждения, отказать в его выплате не вправе.

По смыслу пункта 13.2.22. устава ОАО "СЗД" пункта 1 раздела 5 Положения о совете директоров дополнительных решений общего собрания акционеров (помимо решения, утвердившего Положение о совете директоров) касающихся выплаты вознаграждения в твердой сумме не требуется, поскольку общее собрание акционеров по вопросу выплаты вознаграждения не может специально созываться в течение месяца по окончании расчетного периода.

При этом арбитражный суд не может согласиться с изложенными в отзыве на исковое заявление доводами ответчика о том, что при определении размера МРОТ следовало руководствоваться частью 2 статьи 5 Федерального закона от 19.06.2000 № 82-ФЗ "О минимальном размере оплаты труда" (далее – Закон о минимальном размере оплаты труда).

Так согласно, статьи 3 Закона о минимальном размере оплаты труда (в действующей редакции) минимальный размер оплаты труда применяется для регулирования оплаты труда и определения размеров пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, а также для иных целей обязательного социального страхования. Применение минимального размера оплаты труда для других целей не допускается.

Согласно же части 2 статьи 5 названного Закона исчисление платежей по гражданско-правовым обязательствам, установленных в зависимости от минимального размера оплаты труда, производится с 1 июля 2000 года по 31 декабря 2000 года исходя из базовой суммы, равной 83 рублям 49 копейкам, с 1 января 2001 года исходя из базовой суммы, равной 100 рублям.

При этом согласно контррасчету ответчика сумма ежемесячного вознаграждения всем членам совета директоров, например, исходя из 42 МРОТ, составила бы 4200 руб., то есть каждый член совета директоров мог бы рассчитывать на ежемесячное вознаграждение в 600 руб.

Однако из системного толкования статьи 3, частей 1 и 2 статьи 5 Закона о минимальном размере оплаты труда следует, что применение минимального размера оплаты труда для исчисления платежей по гражданско-правовым обязательствам, установленных в зависимости от минимального размера оплаты труда, не применяется лишь в тех случаях, когда зависимость таковых от МРОТ установлена законодательными актами, в частности, пунктом 1 статьи 808, пунктом 1 статьи 887 Гражданского кодекса Российской Федерации и иными.

Установление вознаграждения в зависимости от МРОТ, применяемого для регулирования оплаты труда и определения размеров пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, а также для иных целей обязательного социального страхования, в локальных нормативных актах, законодательством не запрещается.

По смыслу Положения о совете директоров в рассматриваемом случае МРОТ представляет собой некую условную, периодически индексируемую величину, применяемую для исчисления вознаграждения членам совета директоров, привязанную к минимальной величине оплаты труда работника, установленной Законом о минимальном размере оплаты труда.

В любом случае, коль скоро при принятии Положения о совете директоров был использован некорректный и неоднозначный способ определения вознаграждения, ОАО "СЗД" не может толковать данное условие в свою пользу в споре с более слабой стороной.

Довод ответчика о том, что лицо, исполняющее обязанности члена Совета директоров общества вправе получать вознаграждение только за те периоды, когда оно фактически участвовало в работе коллегиального органа управления обществом, а ФИО2, ФИО3 участвовали не во всех заседаниях совета директоров ОАО "СЗД", состоявшихся в спорном периоде, отклонен арбитражным судом.

Ни Закон об акционерных обществах, ни устав, ни Положение о совете директоров ОАО "СЗД" не ставят размер вознаграждения в зависимость от фактического участия члена совета директоров в работе коллегиального органа управления обществом и не определяют порядок его определения, если член совета директоров участвовал не во всех заседаниях.

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

С учетом изложенного арбитражным судом проверен расчет вознаграждения членам совета директоров.

Вознаграждение ФИО2 за период с 01.02.2017 по 22.06.2017.

Размер мин. з/п с 01.07.2016 по 30.06.2017 – 7500 руб. х 42 = 315 000 руб. в месяц Х 4 = 1 260 000 руб. + 22 дня пропорционально = 231 000 руб., всего 1 491 000 руб./7 членов = 213 000 руб., т.е. с 01.02.2017 по 22.06.2017 – 213 000 руб.

Вознаграждение ФИО3, ФИО5, ФИО4 за период с 01.02.2015 по 20.11.2015.

Размер мин. з/п с 01.01.2015 по 31.12.2015 – 5965 руб. х 42 = 250 530 руб. в месяц Х 9 = 2 254 770 руб. + 20 дней пропорционально = 167 020 руб., всего 2 421 790 руб./7 членов = 345 970 руб., т.е. с 01.02.2015 по 20.11.2015 – 345 970 руб.

Общий размер вознаграждения составил 1 250 910 руб.

Заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по требованиям, возникшим в период с 01.02.2015 по 28.02.2015, отклоняется арбитражным судом.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 199 Кодекса ОАО "СЗД" сделано заявление о пропуске истцом срока исковой давности по требованиям, возникшим в период с 01.02.2015 по 28.02.2015.

Согласно статье 201 Кодекса перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Арбитражный суд принимает заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности и на этом основании отказывает истцу в удовлетворении требований о взыскании вознаграждения за период с 01.02.2015 по 28.02.2015.

Как указано выше согласно пункту 1 раздела 5 Положения о совете директоров в редакции от 30.06.2014 вознаграждение членам совета директоров выплачивается в течение месяца по окончании расчетного периода, а также после утверждения годовым общим собранием акционеров общества результатов деятельности общества за год с учетом соответствующих указаний и/или пожеланий по порядку таких выплат со стороны членов совета директоров.

Таким образом, срок выплаты вознаграждения членам совета директоров ОАО "СЗД" ФИО3, ФИО5, ФИО4 за расчетный период – февраль 2015 года истек 31.03.2015.

Именно 31.03.2015 данные лица (с учетом статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации) должны были узнать о нарушении своего права на получение вознаграждения за февраль 2015 года.

Исковое заявление согласно почтовому штемпелю на конверте было подано в арбитражный суд 27.03.2018, то есть в пределах трехгодичного срока исковой давности.

Общая сумма исковых требований 1 250 910 руб. коп. с учетом уменьшения на 13% (162 618 руб. 30 коп.), что сделано самим истцом, составит 1 088 291 руб. 70 коп.

Таким образом, в части взыскания вознаграждения иск подлежит удовлетворению в полном объеме

Требование истца о взыскании процентов также подлежит удовлетворению.

Согласно пункту 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (в первоначальной редакции) за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующей в месте жительства кредитора, а если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения учетной ставкой банковского процента на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части. При взыскании долга в судебном порядке суд может удовлетворить требование кредитора, исходя из учетной ставки банковского процента на день предъявления иска или на день вынесения решения. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В силу пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 08.03.2015 № 42-ФЗ) за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующими в месте жительства кредитора или, если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения, опубликованными Банком России и имевшими место в соответствующие периоды средними ставками банковского процента по вкладам физических лиц. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно пункту 1 той же статьи (в редакции Федерального закона от 03.07.2016 № 315-ФЗ) в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Расчет суммы процентов судом проверен, и ответчиком не оспорен.

Поскольку ответчик не оплатил вознаграждение членам совета директоров, он обязан уплатить истцу проценты, в связи с чем, требование истца о применении к ответчику ответственности, предусмотренной статьёй 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, арбитражный суд считает обоснованным и удовлетворяет его в полном объеме - в сумме 227 067 руб. 65 коп.

Согласно пункту 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации проценты за пользование чужими денежными средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Требование ФИО2 о выплате ему в порядке цессии вознаграждения ФИО3, ФИО5, ФИО4 основаны на ничтожных сделках и не подлежат удовлетворению.

Возражения ответчика и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, касающиеся ничтожности договоров цессии, отклоняется арбитражным судом.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Доводы ответчика и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, о том, что ФИО2 не оплатил стоимость уступленного права голословны; доказательств признания договоров цессии недействительными в судебном порядке не представлено.

Если принять позицию ответчика и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, допустив, что договоры цессии притворны, то в действительности они прикрывали бы договоры дарения права требования.

Поскольку действующим гражданским законодательством договоры дарения между физическими лицами не запрещены, то уступленное право перешло бы к ФИО2 законным образом даже при притворности договоров цессии.

На основании изложенного иск подлежит удовлетворению в полном объеме.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 17, 110, 167-171, 176, 180, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



РЕШИЛ:

взыскать с открытого акционерного общества "Гусевский стекольный завод им. Ф.Э. Дзержинского", г. Гусь-Хрустальный Владимирской области, в пользу ФИО2, г. Москва, задолженность в сумме 1 088 291 руб. 70 коп. проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 01.04.2015 по 27.03.2018 в сумме 227 067 руб. 65 коп., а также проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на непогашенную сумму задолженности, начиная с 28.03.2018 и по день фактической уплаты долга по ключевым ставкам Банка России, действующим в соответствующие периоды, и расходы по государственной пошлине в сумме 26 154 руб.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Владимирской области в срок, не превышающий месяца со дня его принятия.


Судья А.А.Белов