Решение от 25 октября 2024 г. по делу № А40-149960/2024

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-149960/24-51-1167
25 октября 2024 года
город Москва


Резолютивная часть решения объявлена 11 октября 2024 года

Решение в полном объеме изготовлено 25 октября 2024 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

судьи О. В. Козленковой, единолично,

при ведении протокола судебного заседания секретарем В. А. Кундузовой,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ТЕЛЕМЕДИЦИНСКИЕ ИНФОРМАЦИОННЫЕ СИСТЕМЫ» (ОГРН <***>)

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЭРНА» (ОГРН <***>)

о взыскании по лицензионному договору № 02.02-2024 от 02 февраля 2024 года долга в размере 8 000 000 руб., процентов в размере 612 021 руб. 88 коп., по день фактической оплаты, об обязании представить отчетную документацию,

при участии:

от истца – ФИО1, по дов. № б/н от 01 июля 2024 года; ФИО2, по дов. № б/н от 10 сентября 2024 года;

от ответчика – ФИО3, по дов. № 03 от 01 октября 2024 года;

У С Т А Н О В И Л:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ТЕЛЕМЕДИЦИНСКИЕ ИНФОРМАЦИОННЫЕ СИСТЕМЫ» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением, с учетом принятого в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) увеличения размера исковых требований, к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЭРНА» (далее – ответчик) о взыскании по лицензионному договору № 02.02-2024 от 02 февраля 2024 года долга в размере 8 000 000 руб., процентов в размере 612 021 руб. 88 коп., по день фактической оплаты, об обязании представить отчетную документацию.

В судебном разбирательстве, назначенном на 11 октября 2024 года, ответчик заявил о принятии к производству встречного искового заявления о признании недействительным одностороннего отказа от лицензионного договора № 02.02-2024 от 02 февраля 2024 года, об обязании передать программное обеспечение путем его установки в инфраструктуре лицензиата, о взыскании по лицензионному договору № 02.02-2024 от 02 февраля 2024 года долга неустойки в размере 2 000 000 руб.,

Согласно части 1 статьи 132 АПК РФ, ответчик до принятия арбитражным судом первой инстанции судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, вправе предъявить истцу встречный иск для рассмотрения его совместно с первоначальным иском.

В соответствии с частью 3 статьи 132 АПК РФ встречный иск принимается арбитражным судом в случае, если: 1) встречное требование направлено к зачету первоначального требования; 2) удовлетворение встречного иска исключает полностью или в части удовлетворение первоначального иска; 3) между встречным и первоначальным исками имеется взаимная связь и их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному рассмотрению дела.

Арбитражный суд возвращает встречный иск, если отсутствуют условия, предусмотренные частью 3 названной статьи, по правилам статьи 129 Кодекса.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 5 пункта 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», из которых следует, что в соответствии с частью 4 статьи 132 АПК РФ при отсутствии хотя бы одного из условий, предусмотренных частью 3 статьи 132 АПК РФ, встречный иск подлежит возвращению по правилам статьи 129 АПК РФ.

Условием принятия иска как встречного является процессуальная экономия, а именно совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному рассмотрению спора.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», арбитражный суд, установив, что встречный иск не был своевременно подан лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления процессуальным правом и его подача со всей очевидностью направлена на воспрепятствование рассмотрению дела (затягивание судебного разбирательства), на основании части 2 статьи 41, части 5 статьи 159 АПК РФ вправе вынести определение о возвращении встречного иска и разъяснить ответчику право на предъявление самостоятельного иска. Возвращение встречного иска по данному основанию не допускается, если ответчик ранее не имел возможности подать такое заявление по объективным или иным заслуживающим внимания причинам, которые были сообщены суду.

Исковое заявление поступило в суд 02 июля 2024 года и было принято к производству 09 июля 2024 года.

Встречный иск поступил в суд спустя более трех месяцев после принятия судом к производству первоначального иска.

Такой длительный срок для подачи встречного иска свидетельствует о намеренном затягивании судебного разбирательства.

К моменту подачи встречного искового заявления по делу уже состоялось предварительное судебное заседание 13 сентября 2024 года, в котором представитель ответчика принимал участие.

При указанных обстоятельствах, действуя разумно и добросовестно, проявив должную степень заботливости при реализации своих процессуальных прав, ответчик имел возможность подать встречное исковое заявление заблаговременно. Объективные причины, препятствующие своевременному обращению в суд по независящим от ответчика обстоятельствам, им не приведены.

Суд приходит к выводу о нецелесообразности совместного рассмотрения обоих исков, поскольку это не привело бы к более быстрому и правильному урегулированию спора иска, а лишь приведет к необоснованному затягиванию рассмотрения дела. Такой правовой подход следует и из судебной практики, которая допускает возможность возвращения встречного искового заявления, несмотря на взаимную связь между первоначальным и встречным исками, если в случае его принятия рассмотрение дела затянется и усложнится, что является нецелесообразным (определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.07.2009 № ВАС-8361/09 по делу № А10-2492/08). Кроме того, возврат встречного иска не препятствует повторному обращению в арбитражный суд в общем порядке после устранения обстоятельств послуживших основанием для его возврата.

При изложенных обстоятельствах, суд отказывает в принятии к производству встречного искового заявления ответчика.

Ответчик против удовлетворения заявленных требований возражает по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Рассмотрев заявленные требования, выслушав представителей сторон, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 02 февраля 2024 года между истцом (ТИС (лицензиаром)) и ответчиком (Эрна (лицензиатом)) был заключен лицензионный договор № 02.02-2024.

В соответствии с пунктом 1.1. договора ТИС предоставляет Эрне право использования ПО на условиях исключительной лицензии, а Эрна выплачивает ТИС вознаграждение.

В соответствии с терминами договора по нему предоставляются права на использование следующего программного обеспечения (программ для ЭВМ), созданного и разработанного ООО «ТИС», являющегося правообладателем следующих программ для ЭВМ (далее – ПО): «ТИС: Телемедицинская информационная система», предназначенное для работы с данными ЭКГ (свидетельство о государственной регистрации № 2017612215; запись в Едином реестре российских программ для электронных вычислительных систем и баз данных от 11.12.2017 № 4089); специальная медицинская информационная система «Дистанционное диспансерное наблюдение пациентов» (СМИС ДДН), предназначенное для визуализации данных с ПМП для контроля в динамике (свидетельство о государственной регистрации № 2023660461); «Система Искусственного Интеллекта для анализа кардиологических исследований» (ИС ИИ-Кардио), предназначенное для диагностики сердечно-сосудистых заболеваний с помощью искусственного интеллекта (свидетельство о государственной регистрации № 2023619747).

В соответствии с пунктами 2.1., 2.2. договора вознаграждение по договору состоит из фиксированного платежа и переменного платежа. Фиксированный платеж за все ПО составляет 2 000 000 руб. в месяц. Переменный платеж составляет 50 % от суммы прибыли Эрна по сделкам за месяц с третьими лицами о предоставлении права на соответствующее ПО (сублицензирования).

В соответствии с пунктом 2.6. договора вознаграждение выплачивается ежемесячно до 15 числа месяца, следующего за тем, в котором было осуществлено использование ПО.

Согласно пункту 1 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах.

Согласно пункту 5 статьи 1235 ГК РФ, по лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ответчик не выплатил предусмотренное договором ежемесячное вознаграждение за периоды 02.02.2024 – 29.02.2024, 01.03.2024 – 31.03.2024, 01.04.2024 – 30.04.2024, 01.05.2024 – 31.05.2024, а также не представил отчёты об использовании программного обеспечения за те же периоды, что, по мнению истца, может свидетельствовать о заключении ответчиком договора в отсутствие целей исполнения своих обязательств по договору. Истец неоднократно направлял в адрес ответчика обращения и претензии с требованием о возврате задолженности по договору, однако указанные обращения оставлены без ответа.

Вопреки приведенным в тексте отзыва на исковое заявление, претензионный порядок, установленный частью 5 статьи 4 АПК РФ, истцом соблюден.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указал, что истец не предоставил программное обеспечение до настоящего времени. По мнению ответчика, истцом не исполнены обязательства по лицензионному договору по передаче экземпляров ПО. Неисполнение истцом обязанности по передаче ПО исключает возможность его использования ответчиком. В соответствии с пунктом 4.1. лицензионного договора лицензиар был обязан передать экземпляры ПО путем его установки в инфраструктуре лицензиату, о чём подписывается акт. До настоящего времени ПО истцом ответчику не передано, что подтверждается запросами и требованиями, направляемыми истцу.

Как установлено судом, спорный лицензионный договор содержит все необходимые согласованные сторонами условия для указанного вида договора, предусмотренные нормами ГК РФ.

Основными спорными вопросами, подлежащими установлению в рамках настоящего дела, являются исполнение обязанности истца по передаче ПО и факт использования или неиспользования ответчиком предоставленных ему программ для ЭВМ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 ГК РФ программы для ЭВМ относятся к объектам авторских прав и охраняются как литературные произведения.

В силу статьи 1261 ГК РФ авторские права на все виды программ для ЭВМ (в том числе на операционные системы и программные комплексы), которые могут быть выражены на любом языке и в любой форме, включая исходный текст и объектный код, охраняются так же, как авторские права на произведения литературы. Программой для ЭВМ является представленная в объективной форме совокупность данных и команд, предназначенных для функционирования ЭВМ и других компьютерных устройств в целях получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения.

Согласно пункту 2 статьи 1270 ГК РФ, использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности, воспроизведение произведения, то есть изготовление одного и более экземпляра произведения или его части в любой материальной форме. При этом запись произведения на электронном носителе, в том числе запись в память ЭВМ, также по общему правилу считается воспроизведением. В соответствии со статьей 1235 ГК РФ право использования результата интеллектуальной деятельности может быть предоставлено лицу (лицензиату) на основании лицензионного договора. В соответствии с пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 ГК РФ в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1270 ГК РФ. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

В соответствии с пунктом 4.1. договора ТИС обязан передать экземпляры ПО путем его установки в инфраструктуре Эрны, о чем подписывается акт.

Как следует из фактических обстоятельств дела, такой акт сторонами подписан не был.

Из уведомления ответчика исх. № 05/02-2024 от 05 февраля 2024 года следует, что последний напомнил истцу о необходимости предоставления указанных в письме документов, в том числе содержащих логины и пароли от физических серверов, сетевых устройств, хранилища кода для соответствующего доступа.

В ответ на данное уведомление истец письмом исх. № 02/58 от 06 февраля 2024 года предоставил комментарии по запрашиваемым документам, во вложении предоставил документ «ТИС ИТ Инфраструктура.docx» в архиве, защищенном паролем, в котором содержались авторизационные данные, не присутствующие в Базе знаний и ссылки на содержащие такие данные разделы Базы знаний, доступ к которой представлен в том же документе в виде пароля учетной записи admin, с доступом ко всем разделам и административным функциям Confluence.

Данная переписка подтверждает довод истца о том, что после заключения договора представители истца в порядке рабочего взаимодействия с сотрудниками ответчика и в ходе официальной переписки выявили техническую невозможность установки ПО в техническую инфраструктуру ответчика.

Как указал истец, несмотря на отсутствие прямой обязанности ответчика письменно уведомить истца о готовности инфраструктуры ООО «Эрна», сама готовность инфраструктуры компании для установки и полноценной работы ПО критически важна с точки зрения полноценного функционала и корректной работоспособности самого ПО. Учитывая «чувствительность» предназначения ПО (сфера здравоохранения) и тот факт, что часть ПО является изделием медицинского назначения – производитель (в данном случае правообладатель ООО «ТИС») несёт повышенную ответственность, в связи с чем должен предпринимать дополнительные меры предосторожности в работе и предоставлении экземпляров использования ПО. Одной из таких мер является техническая возможность корректной работы ПО в инфраструктуре пользователя.

Судом установлено, что запросы и требования, направленные истцу, на которые ссылается ответчик в отзыве, вопреки его доводам, не подтверждают умышленное со стороны истца отсутствие передачи ПО, поскольку на них были даны официальные письменные обоснованные ответы, в которых констатируется фактическая невозможность установки ПО в инфраструктуру ООО «Эрна» и уклонение его сотрудников от взаимодействия для решения соответствующего вопроса. С момента направления последнего такого запроса от 19.03.2024 № 02/99 истец не получил ни одного ответа на свои письменные обращения. Доказательств обратного ответчиком в материалы дела не представлено.

Кроме того, ряд запросов и требований, приложенных ответчиком к отзыву, представляют собой обращения участника ООО «ТИС» ФИО4 к генеральному директору ООО «ТИС», в связи с чем не могут рассматриваться как доказательства спорных вопросов взаимоотношений между ООО «ТИС» и ООО «ЭРНА» и как относящиеся к настоящему делу. Судом установлено, что протокол внеочередного собрания учредителей (участников) ООО «ТИС» от 02 февраля 2024 года является внутрикорпоративным документом ООО «ТИС», не влечет возникновение, изменение или прекращение обязательств с третьими лицами, в том числе с ООО «ЭРНА», поэтому не может рассматриваться в качестве относимого к настоящему делу документа.

Вместе с тем, вопреки невозможности передать ПО, согласно пункту 4.1. договора, по обстоятельствам, не зависящим от истца, ответчикам и его сотрудникам был предоставлен удалённый доступ к ПО, то есть право использования ПО, размещённого на серверной инфраструктуре ООО «ТИС». Данный доступ был предоставлен с момента получения запроса непосредственно после заключения договора с 06.02.2024. Получение такого удалённого доступа не оспаривается ответчиком в отзыве и частично подтверждается им.

Суд считает необходимым отметить, что предоставление соответствующего доступа фактически означает предоставление права использования ПО, за которое в соответствии с пунктом 2.6. договора выплачивается денежное вознаграждение ежемесячно до 15 числа месяца, следующего за тем, в котором было осуществлено использование ПО.

Таким образом, обеспечение готовности инфраструктуры ООО «ЭРНА» – обязанность лицензиата, вытекающая из существа договора, правоотношений в целом и технических особенностей предмета договора. Несмотря на отсутствие прямой обязанности уведомить лицензиара о готовности инфраструктуры, такое уведомление является необходимым элементом для выполнения ООО «ТИС» своих обязательств по договору в полном объёме, в отсутствие которого передача экземпляров ПО невозможна. Истец предпринял все возможные меры, направленные на обеспечение своих обязательств по договору в полном объёме, в том числе по передаче ПО.

Ответчик в отзыве отмечает, что предоставление истцом ответчику права использования ПО без его физической передачи лишило ответчика возможности использовать ПО в целях, установленных протоколом о намерениях между ООО «ЭРНА» и ООО «ТИС» от 25.01.2024 и лицензионным договором.

Суд приходит к выводу, что указанные доводы ответчика опровергаются доказательствами, представленными в материалы дела, и не соответствуют действительности в связи со следующим.

Исходя из текста протокола о намерениях между ООО «Эрна» и ООО «ТИС» от 25.01.2024, предусмотрен такой порядок взаимодействия сторон, по которому ООО «ЭРНА» осуществляет действия по предоставлению прав на ПО третьим лицам (сублицензирование), в том числе: продажа продукции, организация продвижения продукции, популяризация ПО в медицинской сфере, коммерческое продвижение и организация взаимодействия с потенциальными заказчиками и пользователями ПО. Все указанные действия не предполагают необходимости использования ПО, установленного непосредственно в инфраструктуре ООО «ЭРНА», по его прямому функциональному назначению и извлечение непосредственно из данного ПО полезных свойств. Данные цели договорённостей сторон подтверждаются в отзыве ответчика и не оспариваются им.

Ответчик в период действия договора имел возможности использования ПО в полном объеме в целях, установленных договорённостями сторон, протоколом о намерениях между ООО «ЭРНА» и ООО «ТИС» от 25.01.2024 и лицензионным договором.

Несмотря на установленное протоколом о намерениях распределение направлений сотрудничества, ООО «ЭРНА» самостоятельно оказывает услуги по использованию и технической поддержке предоставленного ему по договору ПО. Так, ООО «ЭРНА» является исполнителем государственного контракта на оказание услуг (ЕГИСЗ) по сопровождению и технической поддержке централизованной системы «Организация оказания медицинской помощи больным сердечно-сосудистыми заболеваниями» в Республике Саха (Якутия) на 2024 год от 25.03.2024 № 0816500000624002785 (https://zakupki.gov.ru/epz/order/notice/rpec/documents.html?regNumber=08165000006240027850001). В предмет данного государственного контракта входит «…оказание услуг по сопровождению и технической поддержке Системы (свидетельство Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам о регистрации программы для ЭВМ № 2017612215 от 17.02.2017, регистрационное удостоверение на медицинское изделие № РЗН 2019/9184 от 08.11.2019)…» (раздел 1.2 технического задания, приложение № 1 к государственному контракту), которая является составным элементом предоставленного по договору ПО.

Кроме того, ООО «ЭРНА» использовало права сублицензирования ПО, предоставленные ему по договору, и после прекращения действия лицензионного договора. ООО «ЭРНА» приняло участие в процедуре государственной закупки № 0164200001924002489 «Приобретение программного обеспечения с применением технологий искусственного интеллекта для анализа кардиологических исследований и оказание услуг по его внедрению и адаптации» (заказчик – ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко»; идентификационный код закупки 242683200841168290100100790015829244). 07.08.2024 ООО «ЭРНА» подало жалобу на процедуру проведения закупки, в которой ссылалась на то, что могло принимать участие в закупке, поскольку имело все необходимые права, предоставленные по договору (жалоба размещена в публичном доступе на сайте https://zakupki.gov.ru/epz/complaint/card/documents.html?id=2355770). Объектом данной закупки является его приобретение, влекущее для исполнителя необходимости предоставления прав на соответствующее ПО.

Данное действие ответчика подтверждает не только нарушение им исключительных прав ООО «ТИС», но и осознаваемую возможность предоставить права на ПО третьему лицу, причём в процедуре закупки для государственных и муниципальных нужд. Невозможность исполнения соответствующих государственных контрактов повлекла бы за собой повышенную ответственность ответчика. Несмотря на это, ответчик, подавая заявку на участие в закупках, выигрывая их и обжалуя порядок проведения закупки, очевидно был готов нести такую повышенную ответственность. Соответственно, ответчик своими действиями подтверждает наличие у него всех необходимых прав и инструментов для выполнения соответствующих государственных контрактов и, таким образом, возможность использования ПО, предоставленного по договору.

В соответствии с п. 1 ст. 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Перечень способов использования ПО, установленный статьей 1270 ГК РФ, предусматривает в качестве непосредственного способа использования ПО его распространение путём продажи или иного отчуждения (подпункт 2 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ), и является открытым, что предполагает иные возможные варианты использования ПО.

Указанное выше участие ответчика в процедуре государственной закупки в полной мере подтверждает его возможность использовать ПО путём его распространения – предоставления прав использования третьему лицу. Такая возможность, учитывая в том числе положения протокола о намерениях между ООО «ЭРНА» и ООО «ТИС» от 25.01.2024, была полностью обеспечена истцом. Данной позиции, подтверждающей, что возможность предоставления прав на использование ПО, в том числе в порядке сублицензирования, является предусмотренным законом способом использования ПО, придерживается и судебная практика (например, в постановлении Суда по интеллектуальным права от 11.05.2016 № А56-26565/2015).

Кроме того, исходя из разъяснений профильных органов исполнительной власти, сам факт предоставления удалённого доступа к ПО свидетельствует о предоставлении возможности его использования. Так, в Письме Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации от 15.03.2023 № МП-П11-070-17504 «О рассмотрении обращений субъектов предпринимательской деятельности и заинтересованных лиц в сфере информационных технологий» указано, что получая доступ к программе для ЭВМ, базе данных, размещенным на удаленно находящемся сервере, пользователь начинает использовать программу для ЭВМ, базу данных, при этом контроль над экземпляром программы для ЭВМ, базы данных сохраняется за лицом, осуществившим предоставление удаленного доступа к программе для ЭВМ, базе данных. В данном письме Минцифры России также дано разъяснение о том, что использованием ПО являются также все операции, выполняемые в составе сопровождения соответствующих программ для ЭВМ.

В соответствии с данной позицией, выполнение ответчиком государственного контракта на оказание услуг по сопровождению и технической поддержке централизованной системы от 25.03.2024 № 0816500000624002785 также является реализацией предоставленного ему полномочия по использованию ПО.

Исходя из вышесказанного, суд приходит к выводу, что предоставление удалённого доступа к программному обеспечению рассматривается как законный и предполагаемый по смыслу гражданского законодательства способ использования ПО. Данная позиция подтверждается и судебной практикой (например, в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 24.10.2014 по делу № А71-14257/2013).

Таким образом, ответчик, вопреки его доводам, не только имел полную возможность использования ПО в целях, установленных протоколом о намерениях между ООО «ЭРНА» и ООО «ТИС» от 25.01.2024 и лицензионным договором, но и на практике реализовал такую возможность. Имея полный, хоть и удаленный, доступ к ПО, ответчик мог использовать его в полном объеме по своему усмотрению.

Предоставление ответчику возможности использования программного обеспечения по смыслу положений гражданского законодательства, реализация данной возможности и выполнение истцом своих обязательств по договору подтверждается вышеуказанным.

При этом даже фактическое неиспользование ПО не является основанием для вывода об отсутствии обязанности выплачивать лицензионное вознаграждение. Данное вознаграждение – исходя из смысла лицензионного договора, не предусматривающего сохранения за лицензиаром права выдачи лицензий другим лицам (исключительная лицензия), определённого действующим законодательством – является формой оплаты лицензиару за предоставление прав (возможности) использования ПО, а также формой оплаты лицензиару за невозможность предоставления прав на ПО иным (третьим) лицам. Неполученное лицензионное вознаграждение представляет собой неполученный доход истца, который истец должен был получить при обычных условиях гражданского оборота и добросовестном выполнении ответчиком своих обязательств по Договору.

Данный вывод согласуется с разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации. Как следует из абзацев второго и третьего пункта 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу пункта 5 статьи 1235 ГК РФ в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 ГК РФ вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Если сторонами согласована плата за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в твердой сумме, а также дополнительно согласован размер вознаграждения в форме процентных отчислений от дохода (выручки) (абзац третий пункта 5 статьи 1235 ГК РФ), при неиспользовании результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицензиатом уплате подлежит только сумма, согласованная в твердом размере. В связи с изложенным лицензиару не может быть отказано в удовлетворении требования о взыскании вознаграждения по мотиву неиспользования лицензиатом соответствующего результата или средства.

Таким образом, ответчик должен был выплачивать лицензионное вознаграждение за использование ПО и предоставлять отчёты о его использовании, так как получил полную возможность использования ПО, а гражданское законодательство не связывает обязанность уплаты фиксированного лицензионного вознаграждения фактом использования ПО.

Как установлено судом, 30 апреля 2024 года истец направил в адрес ответчика средствами почтовой связи (РПО № 80545695133559) и по электронной почте (ekaterina.kobykova@erna.moscow) уведомление исх. № 03/28 от 30 апреля 2024 года об отказе от лицензионного договора в связи с существенным нарушением ответчиком обязанности по выплате предусмотренного договором вознаграждения.

31 мая 2024 года истец направил в адрес ответчика средствами почтовой связи (РПО № 80545696424373) и по электронной почте (ekaterina.kobykova@erna.moscow) уведомление исх. № 03/49 от 31 мая 2024 года о прекращении лицензионного договора в связи с неоднократным грубым нарушением ответчиком его условий.

Довод ответчика об отсутствии у истца права в одностороннем внесудебном порядке отказаться от исполнения лицензионного договора не соответствует нормативным положениям гражданского права.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 2 статьи 154 ГК РФ односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны.

Согласно статье 155 ГК РФ, односторонняя сделка создает обязанности для лица, совершившего сделку. Она может создавать обязанности для других лиц лишь в случаях, установленных законом либо соглашением с этими лицами.

В силу положений статьи 450.1 ГК РФ предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310 ГК РФ) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

В силу п. 1 ст. 1237 ГК РФ лицензиат обязан представлять лицензиару отчеты об использовании результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если лицензионным договором или настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Если в лицензионном договоре, предусматривающем представление отчетов об использовании результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, отсутствуют условия о сроке и порядке их представления, лицензиат обязан представлять такие отчеты лицензиару по его требованию.

Согласно пункту 4 вышеуказанной статьи ГК РФ, при существенном нарушении лицензиатом обязанности выплатить лицензиару в установленный лицензионным договором срок вознаграждение за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицензиар может отказаться в одностороннем порядке от лицензионного договора и потребовать возмещения убытков, причиненных его расторжением. Договор прекращается по истечении тридцатидневного срока с момента получения уведомления об отказе от договора, если в этот срок лицензиат не исполнил обязанность выплатить вознаграждение.

В соответствии с пунктом 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» в случае правомерного одностороннего отказа от исполнения договорного обязательства полностью или частично договор считается соответственно расторгнутым или измененным (пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ). В силу пункта 1 статьи 450.1 ГК РФ право на одностороннее изменение условий договорного обязательства или на односторонний отказ от его исполнения может быть осуществлено управомоченной стороной путем соответствующего уведомления другой стороны. Договор изменяется или прекращается с момента, когда данное уведомление доставлено или считается доставленным по правилам статьи 165.1 ГК РФ, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или условиями сделки либо не следует из обычая или из практики, установившейся во взаимоотношениях сторон.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от его исполнения она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны (пункт 3 статьи 307, пункт 4 статьи 450.1 ГК РФ). Нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства или одностороннего отказа от его исполнения (пункт 2 статьи 10, пункт 2 статьи 168 ГК РФ). Из вышеприведенных правовых норм также следует, что под злоупотреблением правом понимается и ситуация, когда лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным способом.

Суд считает, что указанные в исковом заявлении и в письменных пояснениях истца обстоятельства свидетельствуют о существенных нарушениях и о недобросовестном поведении ООО «ЭРНА» в отношении ООО «ТИС», в том числе в связи с существенным нарушением лицензиатом обязанности выплатить лицензиару в установленный договором срок вознаграждение за предоставление права использования ПО и сроков, предусмотренных договором и гражданским законодательством, а также отсутствием возможности урегулирования возникших в ходе исполнения договора вопросов путём переговоров и переписки.

Факт существенного нарушения обязанности выплатить лицензионное вознаграждения влечёт за собой предусмотренное гражданским законодательством право лицензиара отказаться во внесудебном порядке от лицензионного договора.

Довод ответчика о неполучении писем и претензий по исполнению лицензионного договора не подтверждается материалами дела. Исходя их материалов переписки, приложенных к исковому заявлению, все письма истца направлялись единым порядком – таким же, как и полученное ответчиком уведомление от 31.05.2024 № 03/49 о прекращении лицензионного договора. Каждое письмо или претензия направлялись посредством почтового отправления АО «ПОЧТА РОССИИ» по адресу ответчика, указанному в договоре, что полностью соответствует его пункту 13.3. Дополнительно – исходя из принципов добросовестного поведения и установившегося порядка взаимодействия сторон – скан-копии писем и претензий направлялись на адрес электронной почты генерального директора ответчика в домене @erna.moscow. Как указал истец и данное обстоятельство ответчиком не опровергнуто, данный адрес электронной почты всегда использовался ответчиком для ведения рабочей и официальной переписки с ООО «ТИС». Нахождение данного адреса в домене @erna.moscow позволяет идентифицировать его в качестве рабочего, а не личного адреса. Приложения к исковому заявлению содержат скриншоты программы электронной почты, подтверждающие прочтение указанных электронных писем адресатом.

Исходя из указанных обстоятельств, довод ответчика о получении лишь одного письма из всех, направленных единым порядком, представляется суду сомнительным. Кроме того, вопреки письменному утверждению ответчика, истец не получал ответа на уведомление от 31.05.2024 года № 03/49 или иного возражения относительно прекращения лицензионного договора. Такой ответ, несмотря на заявление ответчика, не приложен ни к отзыву на исковое заявление и не содержится в материалах дела.

В соответствии с пунктом 2 статьи 165.1 ГК РФ общие правила о доставке юридически значимых сообщений применяются с учётом особенностей, определённых условиями сделки и практикой, установившейся во взаимоотношениях сторон. В соответствии с абзацем вторым пункта 64 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» договором может быть установлено, что юридически значимые сообщения, направляются одной стороной другой стороне этого договора исключительно по указанному в нем адресу (адресам). Такое правило установлено пунктами 11.6.–11.7. договора, согласно которым, сообщения, переданные по указанному в договоре адресу, считаются переданными надлежащим образом, риск неполучения юридически значимого сообщения несёт сторона, указавшая не соответствующий действительности адрес; любой документ, связанный с договором, будет считаться полученном и в том случае, если сторона не получила его по зависящим от неё обстоятельствам; стороны обязуются письменно извещать друг друга о любых изменениях своих контактных и юридических адресов, реквизитов в трёхдневный срок с момента изменения.

ООО «ТИС» не получало от ООО «ЭРНА» никаких официальных извещений об изменении его реквизитов и, в том числе, почтовых адресов. Обратного ответчиком не доказано. В связи с этим указанные уведомления о прекращении договора были направлены по юридическому адресу, указанному в договоре.

Кроме того, судом установлено, что во взаимоотношениях сторон договора установилась практика направления юридически значимых сообщений посредством электронной почты, что соответствует пунктам 11.1. и 11.3. договора.

Несмотря на то, что в пункте 11.3.1. договора не указаны конкретные адреса электронной почты сторон (данный раздел в имеющейся в материалах дела копии договора не заполнен), принадлежность ответчику адресов электронной почты, указанных в приложенных к исковому заявлению распечатках, последним не оспорена.

В соответствии с разъяснениями положений ст. 165.1 ГК РФ Верховным Судом РФ юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. Если в юридически значимом сообщении содержится информация об односторонней сделке, то при невручении сообщения по обстоятельствам, зависящим от адресата, считается, что содержание сообщения было им воспринято, и сделка повлекла соответствующие последствия (например, договор считается расторгнутым вследствие одностороннего отказа от его исполнения) (абзацы второй-третий пункта 67 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25).

Истец реализовал свое право на отказ в одностороннем внесудебном порядке от договора, а порядок реализации данного права соответствует положениям гражданского законодательства и установившемуся порядку обычного взаимодействия сторон. Истцом соблюден истцом соблюдён предусмотренный законом и договором досудебный порядок урегулирования споров.

Таким образом, обязанность ответчика по уплате лицензионного платежа по договору в фиксированном размере 2 000 000 руб. в месяц и в размере 50 % от суммы выручки ответчика по сделкам о предоставлении права использования ПО (сублицензирования) третьим лицам основана на нормах действующего гражданского законодательства, положениях договора и подтверждается обстоятельствами и материалами настоящего дела. Неисполнение ответчиком обязанности по уплате лицензионных платежей в полном объеме за весь период действия договора наряду с отсутствием ответов на обращения и претензии истца с середины марта 2024 года и самостоятельным участием ответчика в государственных закупках в том числе на техническую поддержку информационных систем здравоохранения, содержащих ПО в своем составе, вопреки положениям протокола о намерениях свидетельствуют об отсутствии у ответчика изначального намерения добросовестного исполнения договора со стороны ответчика.

Поскольку доказательств погашения задолженности ответчиком не представлено, суд признает заявленные истцом требования о взыскании с ответчика по лицензионному договору № 02.02-2024 от 02 февраля 2024 года долга за периоды 02.02.2024 – 29.02.2024, 01.03.2024 – 31.03.2024, 01.04.2024 – 30.04.2024, 01.05.2024 – 31.05.2024 в размере 8 000 000 руб. подлежащими удовлетворению.

Истец просит суд взыскать с ответчика проценты за период с 16.03.2024 по 11.10.2024 в размере 612 021 руб. 88 коп., по день фактической оплаты.

В силу пункта 1 статьи 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

Со стороны ответчика контррасчет процентов не представлен, какие-либо возражения в отношении арифметической правильности расчета истца не приведены.

Расчет процентов за пользование чужими денежными средствами судом проверен, арифметически и методологически выполнен верно.

Принимая во внимание положения статьи 395 ГК РФ, проверив представленный истцом расчет процентов за пользование чужими денежными средствами, установив, что ответчик неправомерно удерживает денежные средства истца, суд удовлетворяет требование истца о взыскании процентов в заявленном размере.

Пунктом 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» предусмотрено, что сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Истец просит суд обязать ответчика предоставить отчетную документацию.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1237 ГК РФ лицензиат обязан представлять лицензиару отчеты об использовании результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если лицензионным договором или настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Если в лицензионном договоре, предусматривающем представление отчетов об использовании результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, отсутствуют условия о сроке и порядке их представления, лицензиат обязан представлять такие отчеты лицензиару по его требованию.

Такая обязанность лицензиата установлена пунктами 7.2., 7.3., 7.4. спорного договора.

В данном случае для установления суммы задолженности по сделкам о предоставлении права использования ПО (сублицензирования) третьим лицам необходимо предоставление ответчиком отчетов об использовании ПО за периоды с 02.02.2024 по 29.02.2024, март, апрель и май 2024 года.

На основании изложенного, поскольку обязанность по предоставлению отчетов лицензиатом не исполнена, суд признает подлежащими удовлетворению требования истца о возложении на ответчика обязанности по их представлению.

В силу части 1 статьи 174 АПК РФ при принятии решения, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные с взысканием денежных средств или с передачей имущества, арбитражный суд в резолютивной части решения указывает лицо, обязанное совершить эти действия, а также место и срок их совершения.

Руководствуясь частью 1 статьи 174 АПК РФ, суд устанавливает срок для представления ответчиком отчетов – 14 календарных дней с даты вступления решения суда в законную силу.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В силу абзаца 2 части 2 статьи 129 АПК РФ в определении указываются основания для возвращения заявления, решается вопрос о возврате государственной пошлины из федерального бюджета.

Поскольку истцу предоставлялась отсрочка уплаты государственной пошлины на общую сумму 72 060 руб., исковые требования удовлетворены в полном объеме, а ответчику возвращен встречный иск, за рассмотрение которого была уплачена государственная пошлина в сумме 185 000 руб., суд признает подлежащей возврату ответчику из дохода федерального бюджета Российской Федерации оставшуюся сумму государственной пошлины в размере 112 940 руб. (185 000 руб. – 72 060 руб.).

Руководствуясь ст. ст. 9, 65, 110, 123, 156, 167 - 170 АПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Отказать ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЭРНА» в принятии к производству встречного искового заявления.

Возвратить ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЭРНА» встречный иск и приложенные к иску документы.

Возвратить ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЭРНА» из дохода федерального бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размере 112 940 руб., уплаченную по платежным поручениям от 08 октября 2024 года №№ 318, 319, 320.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЭРНА» в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ТЕЛЕМЕДИЦИНСКИЕ ИНФОРМАЦИОННЫЕ СИСТЕМЫ» по лицензионному договору № 02.02-2024 от 02 февраля 2024 года долг в размере 8 000 000 руб., проценты по состоянию на 11 октября 2024 года в размере 612 021 руб. 88 коп., проценты, начисленные на сумму 8 000 000 руб. за период с 12 октября 2024 года по день фактической оплаты в соответствии со ст. 395 ГК РФ.

Обязать ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЭРНА» в течение 14 календарных дней с даты вступления решения суда в законную силу предоставить ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ТЕЛЕМЕДИЦИНСКИЕ ИНФОРМАЦИОННЫЕ СИСТЕМЫ» отчёты об использовании ПО по лицензионному договору № 02.02-2024 от 02 февраля 2024 года за периоды с 02.02.2024 по 29.02.2024, март, апрель и май 2024 года.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья: О. В. Козленкова