Решение от 3 ноября 2020 г. по делу № А47-8653/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Краснознаменная, д. 56, г. Оренбург, 460024

http: //www.Orenburg.arbitr.ru/


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А47-8653/2019
г. Оренбург
03 ноября 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 26 октября 2020 года

В полном объеме решение изготовлено 03 ноября 2020 года


Арбитражный суд Оренбургской области в составе судьи Сердюк Т.В., при ведении протокола до перерыва секретарем судебного заседания ФИО1, после перерыва – секретарем судебного заседания ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании заявление исх. б/№, от 24.06.2019 (поступило в арбитражный суд 24.06.2019) Общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Орская горно – металлургическая компания», г.Оренбург (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Инспекции Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Оренбурга

о признании незаконным решения от 16.03.2018 года № 13-24/744 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения и его отмене в части доначисления налога на прибыль организаций в размере 132 134 955 руб., соответствующие пени в размере 23 262 004 руб. 77 коп., штрафа в размере 52 853 982 руб., а также штрафа по статье 126 НК РФ в сумме 156 000 руб.,

Стороны извещены надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, в соответствии со ст. 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 19.10.2020 объявлялся перерыв до 26.10.2020 до 12 часов 30 минут.

В судебном заседании приняли участие (до и после перерыва):

от заявителя: ФИО3 – представитель (доверенность от 16.09.2019г., выдана на 3 года, паспорт);

от заинтересованного лица: ФИО4 – ведущий специалист – эксперт (доверенность от 27.06.2019 № 03-01-28/21, пост., удостоверение); ФИО5 - зам. начальника отдела выездных проверок (доверенность от 29.07.2020г., № 03-01/28/31, выдана на 1 год, удостоверение);


Общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Орская горно – металлургическая компания» (далее – заявитель, общество, налогоплательщик, ООО «ТД «Орская горно – металлургическая компания», ООО «ТД «ОГМК») обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением кИнспекции Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Оренбурга о признании незаконным решения от 16.03.2018 года № 13-24/744 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

28.05.2020 обществом представлено уточнение заявленных требований, данное уточнение судом принято.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.01.2020 удовлетворено ходатайство общества об истребовании доказательств. У Инспекции Федеральной налоговой службы № 15 по г. Москве, а также Инспекции Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Оренбурга истребованы документы, поименованные в ходатайстве ООО «ТД «Орская горно – металлургическая компания».

В судебном заседании представитель заявителя требования поддержал в полном объеме с учетом уточнения, дал соответствующие пояснения по существу спора.

В судебном заседании представители заинтересованного лица возражали против заявленных требований.

В обоснование заявленных требований о недействительности решения налогового органа общество ссылается на незаконность доначисления налога на прибыль организаций, в связи с тем, что налоговым органом неполно исследованы и отражены все необходимые обстоятельства и доказательства. По мнению заявителя, налоговый орган не опроверг документально подтвержденные доводы налогоплательщика, касающиеся реальности исполнения рассматриваемых сделок.

Инспекция требования заявителя отклонила по основаниям, изложенным в отзыве и дополнительных пояснениях, из которых следует несогласие указанного лица с заявленными требованиями.

Указывает, что оспариваемое решение принято законно и обоснованно по материалам выездной налоговой проверки и не нарушает права и законные интересы налогоплательщика в сфере предпринимательской деятельности.

Налоговый орган считает, что в ходе выездной налоговой проверки получены доказательства подтверждающие факт того, что налогоплательщиком со спорными контрагентами договоры заключались для видимости (имитации) осуществления хозяйственных операций, без намерения создать соответствующие им правовые последствия.

Указанные выводы, по мнению налогового органа, подтверждаются совокупностью представленных доказательств и установленных фактов, показаниями свидетелей, полученных в ходе проверки.


Исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителей заявителя, заинтересованного лица арбитражный суд первой инстанции в открытом судебном заседании установил следующие обстоятельства.

Инспекцией Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Оренбурга (далее -инспекция, налоговый орган) проведена выездная налоговая проверка ООО «ТД «Орская горно – металлургическая компания»по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 01.01.2014 по 05.12.2016.

По результатам проверки налоговым органом составлен акт выездной налоговой проверки от 21.01.2018 № 13-24/0003дсп и вынесено решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 16.03.2018 № 13-24/744(далее -решение от 16.03.2018 № 13-24/744). Заявителю предложено уплатить налог на прибыль организаций в сумме 132 134 955 руб. 00 коп., налог на добавленную стоимость (далее - НДС) - 12 287 308 руб.00коп., пени, штраф в соответствии с пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) в размере в общей сумме 80 700 459 руб. 26 коп., а также штраф в соответствии со статьей 126 НК РФ в размере 156 200 руб.

Решением УФНС России по Оренбургской области от 28.03.2019 жалоба ООО«ТД «Орская горно – металлургическая компания»удовлетворена частично. Решение инспекции от 16.03.2018 № 13-24/744 отменено в части доначисления НДС за 3 квартал 2016 года в сумме 12 287 308 руб. 00 коп., начисления пени и штрафа в соответствии с пунктом 1 статьи 122 НК РФ в соответствующих суммах. В оставшейся части решение инспекции оставлено без изменений и вступило в силу.

Не согласившись с принятым по результатам проверки решением в оспариваемой части, общество обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с соответствующим заявлением.


На основании имеющихся в деле доказательств, представленных в материалы дела и исследованных согласно требованиям, определенным статьями 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заслушав объяснения представителей сторон, суд приходит к следующим выводам.

В силу статей 198, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для признания незаконным решения государственного органа, органа местного самоуправления необходима совокупность двух условий: его несоответствие закону и иным нормативным правовым актам и нарушение им прав и законных интересов заявителя.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, наличия у органа надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, возлагается на орган, который принял акт (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом нарушение прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности должен в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать заявитель.

Основанием для вывода инспекции о завышении обществом расходов, учитываемых при исчислении налога на прибыль организаций за 2014 – 2016 годы по сделкам с контрагентами ООО «Зевс», ООО «Ракурс», ООО «Комплектные системы», ООО «Промкомплект», ООО «Восток – Ресурс», ООО «Сатурн», ИП ФИО6, ИП ФИО7 явились установленные в ходе мероприятий налогового контроля следующие обстоятельства:

- предмет сделок по приобретению заявителем шлака конвертерного у ООО «Зевс», ООО «Ракурс», ООО «Комплексные системы», ООО «Промкомплект», ООО «Восток – Ресурс» и ООО «Сатурн» не соответствуют сведениям об основном виде экономической деятельности, содержащимся в ЕГРЮЛ, в отношении указанных организаций;

- согласно свидетельским показаниям руководителя и учредителя ООО «Комплексные системы» ФИО8 ведение финансово – хозяйственной деятельности от имени указанной организации им не осуществлялось, документы подписывались формально (протокол допроса свидетеля от 13.09.2016 № 4166);

- наличие у ООО «Зевс», ООО «Ракурс», ООО «Комплексные системы», ООО «Промкомплект», ООО «Восток – Ресурс» и ООО «Сатупн» критериев риска, в частности, непредставление налоговой отчетности либо представление «нулевой» налоговой отчетности, отсутствие связи по адресу регистрации, неисполнение требований о представлении документов (информации). Отсутствие работников и лиц, привлеченных по договорам гражданско – правового характера;

- представление ООО «Зевс», ООО «Ракурс», ООО «Промкомплект» налоговой и бухгалтерской отчетности с минимальными показателями, не сопоставимыми с финансовыми оборотами организаций по их банковским счетам. Последняя налоговая отчетность ООО «Промкомплект» представлена за 2 квартал 2017 года «нулевая». ООО «Комплексные системы с даты постановки на учет в налоговом органе налоговую и бухгалтерскую отчетность не представляло;

- отсутствие у ООО «Зевс», ООО «Ракурс», ООО Комплексные системы», ООО «Промкомплект», ООО «Восток – Ресурс» и ООО «Сатурн» имущества, транспортных средств, трудовых ресурсов, необходимых для осуществления хозяйственной деятельности. Справки по форме 2- НДФЛ в налоговый орган ООО «Зевс», ООО «Комплексные системы» за 2014 год, ООО «Восток – Ресурс» за 2016 год не представлены, ООО «Ракурс» и ООО «Сатурн» представлены за 2016 год на 1 человека, ООО «Промкомплект» за 2014 год не представлены, за 2015 и 2016 годы представлены на 2 человек;

- опросить должностных лиц и работников ООО «Зевс», ООО «Ракурс», ООО «Промкомплект», ООО «Восток – Ресурс» и ООО «Сатурн» по вопросам финансово – хозяйственных взаимоотношений с заявителем не представилось возможным, в том числе в связи с их не явкой;

- адрес регистрации ООО «Зевс» является «массовым» адресом регистрации (письмо ИФНС России № 28 по г. Москве от 05.12.2017 № 24-12054659);

- отсутствие ООО «Ракурс», ООО «Промкомплект», ООО «Сатурн» по адресу государственной регистрации юридического лица. Из пояснений собственника помещения, расположенного по государственной регистрации ООО «Ракурс» ФИО9 следует, что ею дано согласие на регистрацию по данному адресу ООО «Ракурс», однако в дальнейшем представители данной организации для заключения договорных отношений не явились (акт обследования недвижимости от 04.12.2017 № 000217, протокол допроса свидетеля от 04.12.2017 № 000217, акт проверки данных учета и сведений об адресе, заявленном при государственной регистрации в качестве места нахождения постоянно действующего исполнительного органа юридического лица от 28.01.2013 № 221, пояснительная записка от 10.08.2017 № 11-23/27368);

- непредставление ООО «Зевс», ООО «Ракурс», ООО «Промкомплект», ООО «Восток – Ресурс» и ООО «Сатурн» документов (информации) по требованию налогового органа, свидетельствующих о финансово – хозяйственных взаимоотношениях с заявителем;

- отсутствие платежей по расчетным счетам ООО «Зевс», ООО «Ракурс», ООО «Комплексные системы», ООО «Промкомплект», ООО «Восток – Ресурс» и ООО «Сатурн» на обеспечение ведения финансово – хозяйственной деятельности (на оплату коммунальных услуг, арендных платежей и тд.);

- в результате анализа движения денежных средств по расчетному счету ООО «Промкомплект» установлено перечисление денежных средств данной организацией поставщику ООО «Профкомплект» за шлак конвертерный. При этом по расчетному счету ООО «Профкомплект» перечисление денежных средств за спорный товар не установлено;

- отсутствие платежей по расчетным счетам ООО «Зевс», ООО «Ракурс», ООО «Комплексные системы», ООО «Профкомплект», ООО «Восток – Ресурс» и ООО «Сатурн», связанных с приобретением спорного товара и его транспортировкой;

- ООО «Комплексные системы» 09.01.2017 на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» исключено из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа как недействующее юридическое лицо.

Совокупность изложенных обстоятельств, по мнению налогового органа, свидетельствует об отсутствии у ООО «Зевс», ООО «Ракурс», ООО «Комплексные системы», ООО «Промкомплект», ООО «Восток – Ресурс» и ООО «Сатурн», обладающих признаками «анонимной структуры», реальной возможности поставки шлака конвертерного в адрес ООО «ТД «ОГМК» и создании спорных контрагентов в целях оказания услуг реальным хозяйствующим субъектам по минимизации налогообложения.

Кроме того, как следует из оспариваемого решения, в результате проведенных мероприятий налогового контроля инспекцией в отношении ИП ФИО6 и ИП ФИО7 установлены следующие обстоятельства:

- поставщики шлака конвертерного ИП ФИО6 и ИП ФИО7 осуществляли свою деятельность на территории Оренбургской области, хранение шлака осуществлялось на шлакоотвале по адресу: п. Первомайский, Первомайский район Оренбургской области. При этом земельный участок, на котором находится шлакоотвал арендован ЗАО «ОГМК» (взаимозависимое лицо с ООО «ТД «ОГМК») у Администрации муниципального образования «город Орск» по договору аренды земельного участка от 06.11.2009 № 2932);

- ООО «ТД «ОГМК», ИП ФИО6 и ФИО7 являются взаимозависимыми лицами, поскольку ФИО7 является женой учредителя ООО «ТД «ОГМК» ФИО10, а ФИО6 матерью его жены (протоколы допроса свидетеля от 23.05.2016 № 1695 и от 20.10.2016 № 1822). ФИО7 являлась в спорный период сотрудником ООО «ТД «ОГМК» и его взаимозависимых лиц – ООО «ТД «ОГМК – 2» и ЗАО «ОГМК» (справки о доходах физических лиц по форме 2-НДФЛ за 2014 – 2016 годы);

- в результате анализа движения денежных средств по расчетному счету ООО «ТД «ОГМК» установлено перечисление денежных средств в спорный период за шлак на расчетные счета ИП ФИО6 и ИП ФИО7 на общую сумму 218 980 000 руб. 00 коп. При этом по расчетным счетам ИП ФИО6 и ИП ФИО7 установлено перечисление денежных средств на приобретение шлака у ЗАО «ОГМК» лишь на сумму менее 15 000 000 руб. 00коп. Вместе с тем, по расчетному счету ЗАО «ОГМК» перечисление денежных средств на приобретение спорного товара не установлено;

-отсутствие платежей по расчетным счетам ИП ФИО6 и ФИО7, связанных с транспортировкой спорного товара;

- денежные средства, поступившие на расчетные счета ИП ФИО6 и ИП ФИО7 от ООО «ТД «ОГМК», в дальнейшем перечисляются на карточные счета данных лиц;

- непредставление ИП ФИО6 и ИП ФИО7 документов (информации) по требованию налогового органа, свидетельствующих о финансово – хозяйственной взаимоотношениях с заявителем;

- опросить ИП ФИО6 и ИП ФИО7 по вопросам финансово – хозяйственных взаимоотношений с заявителем не представилось возможным;

- отсутствие у ИП ФИО6 и ИП ФИО7 имущества, транспортных средств, трудовых ресурсов, необходимых для осуществления хозяйственной деятельности. Справки по форме 2- НДФЛ в налоговый орган за 2015- 2016 годы не представлены;

- прекращение ИП ФИО6 15.06.2016 ведения деятельности в качестве индивидуального предпринимателя.

Суд считает, что указанная выше совокупность обстоятельств установленных инспекцией при проведении выездной налоговой проверке ООО «ТД «ОГМК»не может однозначно свидетельствовать об отсутствии реальных хозяйственных операций по спорными контрагентами в связи со следующим.

В соответствии с постановлением Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - ПленумВАС РФ от 12.10.2006 № 53) под налоговой выгодой понимается, в частности, уменьшениеналоговой базы, получение налогового вычета, возмещение налога из бюджета.

На основании статьи 246 НК РФ общество является плательщиком налога на прибыль организаций.

Согласно статье 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком, под которой для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов.

Статьей 313 НК РФ установлено, что налогоплательщики исчисляют налоговую базу по итогам каждого отчетного (налогового) периода на основе данных налогового учета, которые формируются, в том числе, на основании первичных документов.

Принцип документального подтверждения расходов также установлен статьей 252 НК РФ, содержащей указание на уменьшение налогоплательщиком полученных доходов на сумму произведенных расходов.

При этом расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, а в случаях, предусмотренных статьей 265 НК РФ, убытки, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Право налогоплательщика на уменьшение полученного им дохода на сумму произведенных расходов является разновидностью налогового вычета, предоставляемого добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат, связанных с получением дохода, в связи с чем обусловлено необходимостью подтверждения надлежащими документами факта несения таких расходов.

В силу действия принципа презумпции добросовестностина логоплательщиков предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежаще оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или)противоречивы.

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Если главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

При этом доказательства фактических обстоятельств заключения и исполнения спорных сделок имеют существенное значение для установления судом факта реальности исполнения договора заявленным контрагентом.

Таким образом, в деле о налоговом правонарушении первостепенное значение имеет сбор доказательств о конкретных хозяйственных проявлениях результатов сделок непосредственно в обороте самого налогоплательщика, а также третьих лиц, вовлеченных в движение товарно-материальных ценностей.

В силу действия принципа презумпции добросовестности налогоплательщиков предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежаще оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или)противоречивы.

В соответствии с пунктом 9 постановления установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Как следует из материалов судебного дела, ООО «ТД «ОГМК» в спорный период являлось экспортером в Республику Казахстан (покупатель АО «Арселор Миттал Темиртау» шлака конвертерного, с применением в порядке статьи 164 НК РФ ставки 0%. В период с 01.01.2014 по 05.12.2016 заявителем в адрес указанной иностранной организации была осуществлена реализация шлака на общую сумму 1 319 085 177 руб. 00 коп., представлены 115 заявлений о ввозе товаров и уплате косвенных налогов.

Установлено, что с 26.08.2014 по 22.11.2016 ООО «ТД «ОГМК» состояло на учете в ИФНС № 15 по г. Москве. Для подтверждения применения нулевой ставки по НДС заявителем в рамках камеральных налоговых проверок были представлены: контракт № 4600015193 от 30.12.2013, заказы на поставку шлака конвертерного, выписки банка, подтверждающие фактическое поступление выручки от реализации экспортированных товаров, заявления о ввозе товаров, железнодорожные накладные, подтверждающие перемещение товаров с территорию России на территорию Казахстан, регистры налогового учета, книги покупок ООО «ТД «ОГМК».

Как следует из материалов дела и не оспорено заинтересованным лицом по итогам камеральных проверок за период 2014 – 2016 гг. ИФНС России № 15 по г. Москве было подтверждено право на получение налогового вычета по НДС в отношении контрагентов ООО «Зевс», ООО «Ракурс», ООО «Комплексные системы», ООО «Промкомплект», ООО «Восток – Ресурс», ООО «Сатурн». ИП ФИО6, ИП ФИО7

Из ответа Департамента государственных доходов по Карагандинской области от 30.11.2017 № 14-55/01/19855@ (вх. № 58924) на запрос налогового органа от 07.09.2017 № 14-55/01/14926 относительно финансово – хозяйственных взаимоотношений между ООО «ТД «ОГМК» и АО «АрселорМиттал Темиртау», а также полученных от ИФНС № 15 г. Москвы при переходе заявителя на учет в Инспекцию Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Оренбурга документами (заказы на поставку шлака конвертерного, заявления АО «Арселор Миттал Темиртау» о ввозе товаров на таможенную территорию Республики Казахстан и уплате косвенных налогов, счета – фактуры, вставленные в адрес иностранного покупателя, счета – фактуры, полученные от поставщиков в адрес ООО «ТД «ОГМК», железнодорожные накладные с указанием наименования перевозимого груза) следует, что весь конвертерный шлак в период 2014 – 2016 гг. был фактически поставлен в республику Казахстан.

В рамках рассмотрения настоящего судебного дела заявителем в обоснование понесенных расходов по сделкам со спорными контрагентами были представлены следующие документы: договоры, счета – фактуры, товарные накладные.

Также, в ходе рассмотрения настоящего дела заявителем представлены нотариально заверенные пояснения ИП ФИО7, ИП ФИО11, ФИО12, а также договоры, заключенные ИП ФИО7, ИП ФИО6, ООО «Ракурс», ООО «Сатурн» и ООО «Промкомплект» с ЗАО «ОГМК» на поставку шлама и его хранение.

Суд исходит из того, что налогоплательщик в рамках судопроизводства в арбитражном суде в любом случае не может быть лишен права представлять документы независимо от того, были ли они исследованы налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки и решении вопроса о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности.

При этом суд отмечает, что о фальсификации указанных документов налоговым органом в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в ходе рассмотрения дела заявлено не было.

Из материалов налоговой проверки следует, что все расчеты с контрагентами заявитель производил безналичным путем через банковские учреждения.

Анализ операций на расчетных счетах, проведенный налоговым органом в рамках проверки, о наличии замкнутой схемы расчетов, о возврате денежных средств проверяемому налогоплательщику не свидетельствует, иное материалы дела не содержат.

Также, выводы налогового органа о транзитном характере денежных средств, сделаны при неполном выяснении обстоятельств, не подтверждены доказательствами и не могут быть положены в основу отказа обществу в получении налоговых вычетов.

Суд соглашается с доводом заявителя о том, что налоговым органом не доказана согласованность действий общества с контрагентами.

В силу ч. 5 ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Исходя из положений статей 89, 90, 101 НК РФ, следует принимать во внимание, что свидетельские показания, полученные в порядке статьи 90 НКРФ, служат только источником информации о каких-либо обстоятельствах и не могут являться единственным, безусловным доказательством в деле о налоговом правонарушении, доказательства в котором подлежат оценке в совокупности.

Ссылки инспекции на свидетельские показаний ФИО13, водителей ООО «Сара Авто»,ФИО8 от 13.09.2016, в котором он отрицает руководство ООО «Комплексные системы», вместе с тем указывает, что паспорт он не терял, подписывал какие – то документы, возможно доверенность, точно не помнит, судом отклоняются как несостоятельные, поскольку не доказывают отсутствия реальных взаимоотношений между сторонами сделок.

Суд отмечает, что по правилам статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетельские показания - это разновидность доказательств по делу, а значит, на них в полной мере распространяются требования достоверности и непротиворечивости.

Кроме того, доказательств, подтверждающих показания ФИО8 в частности –заключения почерковедческих исследований, которые опровергали бы факт подписания им спорных документов (договора, счета – фактуры, товарные накладные) материалы дела не содержат.

Ссылка налогового органа на то, что опросить ИП ФИО6 и ИП ФИО7, ООО «Зевс», ООО «Ракурс», ООО «Промкомплект», ООО «Восток – Ресурс» и ООО «Сатурн» по вопросам финансово – хозяйственных взаимоотношений с заявителем не представилось возможным, что по мнению налогового органа также свидетельствует об отсутствие хозяйственных отношений между данными контрагентами и заявителем, судом признана несостоятельной по следующим основаниям.

В случае ссылки налогового органа на неполноту, недостоверность и (или) противоречивость сведений, содержащихся в представленных налогоплательщиком документах, обязанность доказывания существования этих обстоятельств возлагается на налоговый орган.

При соблюдении контрагентом требований по оформлению необходимых документов, оснований для вывода о недостоверности либо противоречивости сведений, содержащихся в упомянутых счетах-фактурах, не имеется, если не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о предоставлении продавцом недостоверных либо противоречивых сведений(постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09).В рассматриваемом случае у суда отсутствуют основания полагать, что налогоплательщик располагал сведениями о недобросовестности продавцов.

Суд соглашается с доводами заявителя о том, что право на отнесение расходов при исчислении налога на прибыль организаций не связано с соотношением величины расходов и доходов контрагента, с наличием персонала, основных средств и складских помещений, а также наличия платежей, направленных на обеспечение ведения финансово-хозяйственной деятельности (аренду имущества, коммунальные услуги, электроэнергию).

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 №53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» указанные обстоятельства подлежат оценке в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами по делу.

К доводу налогового органа о том, что указанные фирмы обладают признаками фирм «однодневок», в связи с чем, не имели ресурсов для выполнения обязательств по договорам поставки, суд относится критически по следующим основаниям.

Отсутствия у контрагентов налогоплательщика трудовых и материальных ресурсов, не указывает на невозможность осуществления хозяйственных операций обществом, и не является доказательством недобросовестности. Гражданское законодательство предполагает привлечение контрагентом третьих лиц для исполнения обязательств по договору. Действующее законодательство не запрещает подобные действия, являющиеся нормальной деловой практикой. При этом суд исходит из того, что заинтересованным лицом указанный вопрос не был исследован в ходе выездной налоговой проверки. Инспекция ограничилась лишь констатацией отсутствия по данным ФИР у контрагентов необходимых, по мнению инспекции, ресурсов для выполнения обязательств по договорам подряда и поставки товара. То, что контрагенты заявителя не имели в собственности транспортные средства, не влияет на их способность выполнять договорные обязательства.

При этом действующее законодательство не содержит положений, обязывающих налогоплательщика нести ответственность за действия своих контрагентов и третьих лиц, и, более того, не наделяет налогоплательщика подобными полномочиями в силу того, что общество не является контролирующим органом, уполномоченным проводить встречные проверки.

Согласно Определению Конституционного Суда Российской Федерации от 16.10.2003 г. № 329-О истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет.

Невыполнение или неполное исполнение контрагентами и третьими лицами общества своих налоговых обязанностей, в том числе, за счет указания в отчетности незначительных сумм, сокрытия наличия основных средств и действительного количества работников, использования расчетов с нанятыми работниками, оплату аренды и других расходов наличными средствами (при таких расчетах денежные средства через банковский счет не проходят), а также перевод денежных средств в иные организации, не означает, что заявитель, проявивший надлежащую осмотрительность при их выборе и не располагающий возможностью влиять на выполнение контрагентами и третьими лицами их конституционных обязанностей, лишается права на вычеты по НДС или утрате права на включение соответствующих расходов при исчислении налога на прибыль организаций.

В ходе рассмотрения судебного дела установлено и не оспорено налоговым органом, что ООО «Ракурс», ООО «Сатурн» представлялись декларации по НДС и налогу на прибыль организаций за 2016 год, в которых отражены спорные операции по реализации, исчисление и последующее перечисление налога с них.

Довод заинтересованного лица относительно того, что в результате анализа движения денежных средств по расчетному счету ООО «Промкомплект» установлено перечисление денежных средств данной организацией поставщику ООО «Профкомплект» за шлак конвертерный, при этом по расчетному счету ООО «Профкомплект» перечисление денежных средств за спорный товар не установлено, вместе с тем противоречит материалам дела (декларации по НДС за 4 квартал 2014 года, 2015 – 2016 гг., декларации по налогу на прибыль 2014 – 2016 гг., решениями от 28.11.2016 № 04-12/38853-10 (НДС 1 квартал 2016 года), от 10.12.2015 № 28-23/32338 (НДС 4 квартал 2014 года), исходя из которых следует, что ООО «Промкомплект» реализовывался в адрес заявителя шлак конверторный, приобретаемый у ООО «ВВВ-ОПТ», ООО «Профкомплект», ООО «Полимерпак»).

Суд также находит состоятельным довод заявителя относительно того, что оспаривание взаимоотношений между ИП ФИО6 и ИП ФИО7 и ООО «ТД «ОГМК» обосновывается налоговым органом только фактом взаимозависимости сторон в сделке, исходя из следующего.

Участие в сделках лиц, признанных судами взаимозависимыми, не свидетельствует о необоснованной налоговой выгоде, поскольку каждый налогоплательщик ведет предпринимательскую деятельность на свой риск и вправе единолично оценивать ее эффективность и целесообразность. Хозяйствующие субъекты по своему усмотрению выбирают способы достижения результата предпринимательской деятельности, при этом в полномочия налоговых органов входит только контроль за соблюдением законодательства о налогах. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2008 № 11542/07.

Согласно разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 6 Постановления Пленума от 12.10.2006 № 53, сама по себе взаимозависимость участников сделок не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной. Взаимозависимость налогоплательщика и его поставщика сама по себе не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды. Каждый участник сделки осуществляет предпринимательскую деятельность самостоятельно на свой риск и несет свою долю налогового бремени. Аналогичный вывод изложен в Постановлении Президиума ВАС РФ от 06.04.2010 № 17036/09.

Исходя из толкования положений статьи 20 НК РФ, с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 04.12.2003 № 441 – О, в ходе мероприятий налогового контроля за правильностью исчисления и уплаты налогов налоговым органом должны быть представлены доказательства, что отношения между участниками хозяйственных операций, признаваемых взаимозависимыми лицами, объективно могут повлиять на результаты сделок по реализации товаров (работ, услуг), в том числе в случаях совершения хозяйствующим субъектом сделок с заинтересованными лицами, признаваемыми таковыми законом.

Взаимозависимыми в целях налогообложения в соответствии с положениями НК РФ признаются лица, если особенности отношений между ними могут оказывать влияние: на условия, результаты сделок, совершаемых этими лицами; экономические результаты их деятельности представляемых ими лиц. При определении взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 105.3 НК РФ, если в сделках между взаимозависимыми лицами устанавливаются: коммерческие, финансовые условия, отличные от условий в сопоставимых сделках между лицами, не являющимися взаимозависимыми, то любые доходы, которые могли бы быть получены одним из этих лиц, но впоследствии указанного отличия не были им получены, учитываются для целей налогообложения у этого лица. Учет для целей налогообложения доходов в соответствии с пунктом 1 статьи 105.3 НК РФ, производится в случае, если это не приводит к уменьшению суммы налога, подлежащего уплате в бюджетную систему Российской Федерации.

В оспариваемом решении налоговый орган приводит доводы о том, что поставщики шлака конвертерного ИП ФИО6 и ИП ФИО7 осуществляли свою деятельность на территории Оренбургской области, хранение шлака осуществлялось на шлакоотвале по адресу: п. Первомайский, Первомайский район Оренбургской области. При этом земельный участок, на котором находится шлакоотвал арендован ЗАО «ОГМК» (взаимозависимое лицо с ООО «ТД «ОГМК») у Администрации муниципального образования «город Орск» по договору аренды земельного участка от 06.11.2009 № 2932), а также, что ООО «ТД «ОГМК», ИП ФИО6 и ФИО7 являются взаимозависимыми лицами, поскольку ФИО7 является женой учредителя ООО «ТД «ОГМК» ФИО10, а ФИО6 матерью его жены (протоколы допроса свидетеля от 23.05.2016 № 1695 и от 20.10.2016 № 1822). ФИО7 являлась в спорный период сотрудником ООО «ТД «ОГМК» и его взаимозависимых лиц – ООО «ТД «ОГМК – 2» и ЗАО «ОГМК» (справки о доходах физических лиц по форме 2-НДФЛ за 2014 – 2016 годы).

Вместе с тем налоговым органом не представлено безусловных доказательств того, что данными индивидуальными предпринимателями не могли быть заключены и исполнены рассматриваемые сделки с заявителем с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов и т.д. Налоговым органом не оспаривается декларирование и уплата индивидуальными предпринимателями с полученных доходов налогов в бюджет. Так, ИП ФИО7 исчислено и уплачено за 2015 – 2016 годы 7 928 994 руб. 06 коп., ИП ФИО6 4 742 010 руб. 67 коп. Данное обстоятельство заинтересованным лицом не оспорено, доказательств обратного не представлено.

Ссылка налогового органа на то, что заверение нотариусов в один день показаний ИП ФИО7 и ИП ФИО6 свидетельствует о факте подконтрольности данных лиц ООО «ТД «ОГМК» судом отклоняется как носящая вероятностный характер.

При этом суд считает необходимым отметить, что в случае установления в ходе выездной налоговой проверки взаимозависимости лиц в обязанность налогового органа входит доказывание каким образом особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия, результаты сделок, совершаемых этими лицами; каким образом особенности отношений между взаимозависимыми лицами могут оказывать влияние на экономические результаты их деятельности или деятельности представляемых ими лиц, а также проверка цены по сделке на соответствие рыночным ценам и определение исходя из этого налоговых обязательств сторон в порядке статьи 105.7 НК РФ.

Вместе с тем, безусловных доказательств того, что взаимозависимость привела к нерыночному ценообразованию в целях занижения налога на прибыль организаций инспекцией в оспариваемом решении не приведено.

Заинтересованным лицом не представлено однозначных доказательств того, что цены указанные в сделках между ИП ФИО6 и ФИО7 и заявителем не соответствуют уровню цен на спорный товар.

Счета-фактуры, товарные накладные, иные документы, полученные от контрагентов содержат все необходимые реквизиты, предусмотренные статьей 9 Федерального Закона «О бухгалтерском учете», оплата произведена, что отражено на счетах общества и не оспаривается налоговым органом.

Если товар и услуги был получены, работы выполнены и оплачены, то недостатки в оформлении документов не должны влиять на налоговые последствия у налогоплательщика.

Назначение документов - лишь фиксировать факты совершения тех или иных операций, то есть документы вторичны по отношению к фактической деятельности.

В случае ссылки налогового органа на неполноту, недостоверность и (или) противоречивость сведений, содержащихся в представленных налогоплательщиком документах, обязанность доказывания существования этих обстоятельств возлагается на налоговый орган.

Доказательств того, что исполнение договоров с контрагентами и их результаты не были необходимы для финансово-хозяйственной деятельности заявителя, налоговым органом не представлены.

Все дальнейшие действия контрагента с полученными от общества денежными средствами, в том числе, перечисление их на счета иных организаций, не могут быть проконтролированы налогоплательщиком и не могут вменяться в вину налогоплательщику и служить основанием для его привлечения к налоговой ответственности.

Доводы, на которые ссылается налоговый орган в обоснование своей позиции об отсутствии реальных взаимоотношений налогоплательщика и контрагентов ввиду отсутствия у последних необходимых условий для осуществления экономической деятельности и невозможности осуществления ими фактических услуг в адрес налогоплательщика, судом отклоняются как противоречащие правовым позициям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении Президиума 03.07.2012 № 2341/12, а также в определениях Верховного Суда Российской Федерации № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016, № 305-КГ16-14921 от 06.02.2017.

Согласно позиций высших судебных инстанции, сформулированных в указанных судебных актах, установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств)само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Вместе с тем, налоговый орган в оспариваемом решении не указал, в чем состояло несоответствие представленных документов налогоплательщиком документов по спорным сделкам фактическим обстоятельствам их осуществления, ограничившись общим замечанием об отсутствии у контрагентов налогоплательщика условий для осуществления предпринимательской деятельности.

Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создание формального документооборота (пункт 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами(определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2016 №305-КГ16-4155).

Доказательств того, что цена поставленного товара не соответствовала рыночному уровню, а налогоплательщик вступал в отношения с данными лицами на особых (не на обычных) условиях, инспекцией не представлено.

Доказательств того, что спорные контрагенты введены в цепочку искусственно для целей уменьшения налогового бремени, и установление реального исполнителя оспариваемое решение не содержит, в ходе рассмотрения судебного дела не установлено.

Суд также считает необходимым отметить, что при наличии реальной хозяйственной операции, опровергая проявление должной осмотрительности, налоговый орган вправе приводить аргументы о том, что налогоплательщик исходил лишь из коммерческой привлекательности сделки и не придавал значения добропорядочности контрагентов, а также доказывать, что налогоплательщик должен был знать о допускаемых контрагентом нарушениях.

В свою очередь налогоплательщик может дать объяснение тому, какие соответствующие деловому обороту критерии учитывались им при выборе контрагента, доказывать свою осведомленность о том, каким образом (за счет каких ресурсов, с привлечением каких соисполнителей и т.п.) должен был исполняться договор. Как следует из пояснений заявителя, выбирая поставщиков и заключая договоры поставки шлака ООО «ТД «ОГМК» было осведомлено о фактическом наличии в собственности контрагентов приобретаемого количества шлака. Вывоз спорного шлака подтверждается также материалами дела (документами перевозчика - ООО «Сара Авто» (отвесы, ТТН, счета – фактуры, оплата), хранителя на своей площадке до его погрузки в вагоны - ООО «ЮУНК» (договоры хранения, акты, счета – фактуры, оплата).

Границы проявления должной осмотрительности определяются, в том числе доступностью сведений, которые могут быть получены налогоплательщиком о своих контрагентах.

Меры, включающие в себя получение официальных документов о деятельности контрагента, предпринимаемые налогоплательщиком в целях подтверждения добросовестности его контрагента, условия сделок, обстоятельствах их заключения и исполнения свидетельствуют о его осмотрительности и осторожности при выборе контрагента и совершении хозяйственных операций.

Законом не закреплена обязанность налогоплательщика проверять своих контрагентов на предмет нахождения по месту регистрации, выполнения ими обязательств перед бюджетом.

Вменение налоговым органом таких обязанностей налогоплательщику можно расценивать исключительно как возложение на него дополнительных обязанностей, связанных с проведением мероприятий налогового контроля, что ни ст. 23 НК РФ, ни иными положениями налогового или гражданского законодательства не предусмотрено. Более того, налоговое законодательство не наделяет налогоплательщика правами на проведение, по существу, мероприятий налогового контроля.

Обществом заключен договор с зарегистрированными в установленном порядке контрагентами, сведения о которых содержатся в ЕГРЮЛ и ЕГРИП, что было проверено заявителем при заключении договоров.

Из материала дела не следует и налоговым органом не доказан факт несамостоятельности в своей финансово-хозяйственной деятельности указанных контрагентов, а, следовательно, формального характера хозяйственных отношений посредством документального оформления для получения необоснованной налоговой выгоды.

Представленные в материалы судебного дела сведения не содержат информации, позволяющей усомниться в добросовестности контрагентов – ООО «Зевс», ООО «Ракурс», ООО «Комплектные системы», ООО «Промкомплект», ООО «Восток – Ресурс», ООО «Сатурн», ИП ФИО6, ИП ФИО7, и оснований полагать, что на момент оформления налогоплательщиком хозяйственных отношений с этими лицами в указанных ресурсах содержалась иная информация, не имеется.

То есть, доступными для налогоплательщиками способами установить обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестности поведения контрагентов в части исполнения налоговых обязательств, а также их деловой репутации, не представлялось возможным.

Кроме того, из материалов дела не усматривается и налоговым органом не подтверждено, что доля операций с каждым из контрагентов в общей массе хозяйственных отношений заявителя в рассматриваемый период времени являлась существенной для налогоплательщика, в связи с чем основания для предъявления к заявителю требования о проявлении повышенной степени осмотрительности при осуществлении таких операций не имеется.

Доказательств обратного налоговым органом в материалы судебного дела не представлено.

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что именно на налоговый орган возложена обязанность представить доказательства, почему именно к конкретной сделке налогоплательщиком должна была быть проявлена повышенная степень осмотрительности.

В налоговом споре налоговый орган не может только ставить под сомнение налогооблагаемую сделку, а должен доказать отсутствие такой операции ввиду отсутствия товарно-денежного оборота и его номинальное оформление, имитацию с единственной целью получения незаконных налоговых выгод и налоговой экономии.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 25.07.2001 № 138-О и от 15.02.2005 № 93-О, следует, что для подтверждения недобросовестности налогоплательщика налоговому органу необходимо представить доказательства совершения сторонами по сделке умышленных совместных действий в целях получения необоснованной налоговой выгоды, убыточности предпринимательской деятельности налогоплательщика, фиктивности хозяйственных операций, неосуществления налогоплательщиком экономической деятельности, для которой приобретались товары и другие доказательства.

Однако таких доказательств инспекция при рассмотрении дела не представила.

Следовательно, общество, осуществляя в проверяемый период деятельность, направленную на получение дохода, произвело экономически оправданные затраты, выраженные в денежной форме и оформленные соответствующими первичными документами.

Таким образом, налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки не опровергнут факт приобретения обществом работ и услуг (товара) у спорных контрагентов, их учет и использование при осуществлении операций, подлежащих налогообложению, а, следовательно, право налогоплательщика на принятие соответствующих расходов при исчислении налоговой базы по налогу на прибыль организаций.

Учитывая реальность исполнения договора с контрагентами(иного налоговым органом не доказано), отсутствие в материалах дела доказательств не проявления обществом должной степени осмотрительности в выборе спорных контрагентов, а также дальнейшую реализацию товара, суд приходит к выводу о недоказанности налоговым органом получения заявителем необоснованной налоговой выгоды по взаимоотношениям со спорными контрагентами.

Регистрация общества в качестве юридического лица и постановка на налоговый учет означает признание прав на заключение сделок, на несение определенных законом прав и обязанностей. В отличие от налогового органа, имеющего законодательное право контролировать соблюдение гражданами и юридическими лицами требований законодательства при регистрации и осуществлении ими предпринимательской деятельности.

Из материалов дела не следует и не подтвержден документально факт отсутствия спорных контрагентов по адресу государственной регистрации в период спорных правоотношений.

Доводы налогового органа о необоснованности применения налогоплательщиком налоговой выгоды на том основании, что контрагенты относятся к категории налогоплательщиков, представляющих отчетность с минимальной налоговой нагрузкой, судом отклоняются, поскольку это не является обстоятельством, подтверждающим получение необоснованной налоговой выгоды налогоплательщиком и не свидетельствуют о том, что налогоплательщиком были нарушены нормы налогового законодательства.

По мнению суда, представление указанными обществами отчетности с минимальной налоговой нагрузкой может свидетельствовать о невыполнении им (контрагентом) обязанностей налогоплательщика или иных требований законодательства, а также о нарушениях в финансово-хозяйственной деятельности этих субъектов. Однако это не является основанием для квалификации сделок как мнимых и не является основанием для признания общества недобросовестным, если не доказана его осведомленность об этих обстоятельствах и не может служить безусловным основанием для признания налоговой выгоды необоснованной. Кроме того, законодательство не предоставляет налогоплательщику полномочий по контролю за исполнением контрагентом данных обязанностей.

При этом действующее законодательство не содержит положений, обязывающих налогоплательщика нести ответственность за действия своих контрагентов и третьих лиц, и, более того, не наделяет налогоплательщика подобными полномочиями в силу того, что общество не является контролирующим органом, уполномоченным проводить встречные проверки.

Кроме того, противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность выполнения работ (поставки товара) от исполнителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт выполнения данных работ (поставки товара) для налогоплательщика и ее последующей сдачи, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего заказчиком работ (покупателем товаров).

В материалах дела имеются доказательства экспорта и оплаты спорного товара, налоговым органом данное обстоятельство подтверждено и не оспаривается. Следовательно, осуществляя в проверяемый период деятельность, направленную на получение дохода, общество произвело экономически оправданные затраты, выраженные в денежной форме и оформленные соответствующими первичными документами, налоговым органом данные обстоятельства подтверждены.

Суд исходит из того, что инспекция должным образом не доказала иной источник происхождения (поступления) товара.

Пунктом 10 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 "Об оценке судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" установлено, что факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом. Никаких доказательств недобросовестности непосредственно самого заявителя, либо получения им необоснованной налоговой выгоды налоговым органом суду не представлено.

При отсутствии доказательств не совершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, упомянутых в Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды».

В постановлении Президиума ВАС РФ от 20 апреля 2010 года № 18162/09 указано, что обстоятельствами, доказывающими получение налогоплательщиком обоснованной налоговой выгоды от сделок с недобросовестным налогоплательщиком-контрагентом, являются: государственная регистрация этого контрагента; истребование налогоплательщиком у контрагента документов по его государственной регистрации и постановке на налоговый учет; оформление хозяйственных сделок между налогоплательщиком и контрагентом в соответствии с гражданским законодательством РФ, а также законодательством РФ по бухгалтерскому учету и налогообложению; направленность сделок между налогоплательщиком и контрагентом на получение налогоплательщиком прибыли; фактическое исполнение хозяйственных сделок между налогоплательщиком и контрагентом в полном соответствии с оформленными между ними документами, свидетельствующее о реальном несении налогоплательщиком расходов, направленных на получение прибыли; проведение расчетов между налогоплательщиком и контрагентом безналичным путем через расчетные счета в банках; отсутствие взаимозависимости и согласованных действий между налогоплательщиком и контрагентом, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды.

Наличие перечисленных обстоятельств свидетельствует о проявлении налогоплательщиком должной осмотрительности и осторожности, о несении налогоплательщиком реальных затрат, направленных на получение прибыли и, соответственно, о получении налогоплательщиком обоснованной налоговой выгоды от взаимоотношений с недобросовестным налогоплательщиком-контрагентом.

Соответственно, при наличии перечисленных обстоятельств, согласно постановлению Президиума ВАС РФ от 20 апреля 2010 года № 18162/09, обоснованность получения налогоплательщиком налоговой выгоды не может быть опровергнута ссылками налоговых органов и представляемыми ими доказательствами о предполагаемом отсутствии хозяйственной деятельности недобросовестного налогоплательщика-контрагента, о неправомерности действий его учредителей и исполнительных органов по уплате налогов, подписанию документов и т.д.

Таким образом, постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09 определена правовая позиция, согласно которой в случае реальности хозяйственных операций вывод о недостоверности (противоречивости) счетов-фактур, подписанных не лицами, значащимися в учредительных документах поставщиков в качестве руководителей этих организаций, не может самостоятельно, в отсутствие иных факторов и обстоятельств, рассматриваться в качестве основания для признания налоговой выгоды необоснованной.

В оспариваемом решении налогового органа не опровергается факт, что предъявленный контрагентами к оплате товар в дальнейшем реализован заявителем на экспорт. Следовательно, предъявленный ООО «Зевс», ООО «Ракурс», ООО «Комплектные системы», ООО «Промкомплект», ООО «Восток – Ресурс», ООО «Сатурн», ИП ФИО6, ИП ФИО7 к оплате товар по счетам-фактурам, товарным накладным относятся к затратам, направленным на получение дохода, являются экономически обоснованными, реальными и документально подтвержденными.

Согласно пункту 2 статьи 87 НК РФ целью налоговых проверок является контроль за соблюдением налогоплательщиком, плательщиком сборов или налоговым агентом законодательства о налогах и сборах.

Пунктом 4 статьи 89 НК РФ установлено, что предметом выездной налоговой проверки является правильность исчисления и своевременность уплаты налогов, в связи с чем, результатом проверки должно быть установление фактической обязанности налогоплательщика по уплате налогов.

В соответствии с пунктом 6 статьи 108 НК РФ лицо считается невиновным в совершении налогового правонарушения, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральном законом порядке.

Лицо, привлекаемое к ответственности, не обязано доказывать свою невиновность в совершении налогового правонарушения. Обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о факте налогового правонарушения и виновности лица в его совершении, возлагается на налоговые органы.

Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Согласно пункту 1 статьи 109 НК РФ лицо не может быть привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения при отсутствии события налогового правонарушения.

В силу части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

В случае ссылки налогового органа на неполноту, недостоверность и (или) противоречивость сведений, содержащихся в представленных налогоплательщиком документах, обязанность доказывания существования этих обстоятельств возлагается на налоговый орган.

При этом суд, оценивая доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи с целью исключения внутренних противоречий и расхождений между ними, учитывает следующее.

Виновных, умышленных действий налогоплательщика, злоупотребления им правом и признаков недобросовестности при получении налоговой выгоды, определяемых с учетом совокупности условий и критериев, приведенных в Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006г. № 53, налоговым органом в ходе проведения камеральной налоговой проверки не доказано, как и направленности деятельности заявителя на получение необоснованной налоговой выгоды.

В данном случае налоговый орган не доказал, что совокупность обстоятельств, которые он установил при проведении выездной налоговой проверки и на которые он ссылается в отзыве на заявление, связана с наличием у заявителя умысла, направленного на неуплату налогов, равно как и не доказал отсутствие реальных хозяйственных операций между заявителем и контрагентами в связи с чем, оспариваемое решение судом признается недействительным.

Во исполнение пункта 82 постановления Пленума ВАС Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» суд, установив, что оспариваемый ненормативный акт не соответствует закону или иному ненормативному правовому акту и нарушает права и законные интересы заявителя, в резолютивной части решения указывает, в том числе, на обязанность налогового органа устранить допущенные нарушения.

Суд обязывает налоговую инспекцию устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества в части доначисления налога на прибыль организаций в размере 132 134 955 руб., соответствующих пеней в размере 23 262 004 руб. 77 коп., штрафа в размере 52 853 982 руб.

Относительно доводов заявителя о неправомерности привлечения его к налоговой ответственности, предусмотренной статьей 126 НК РФ за непредставление документов по требованию от 17.04.2017 № 13-24/35757, суд считает необходимым отметить следующее.

Согласно статье 93 НК РФ должностное лицо налогового органа, проводящее проверку, вправе истребовать у проверяемого лица необходимые для проверки документы. В случае нахождения должностного лица налогового органа, проводящего проверку, на территории проверяемого лица требование о представлении документов передается руководителю (законному или уполномоченному представителю) организации или физическому лицу лично под расписку.

Если указанным способом требование о представлении документов передать невозможно, оно направляется в порядке, установленном пунктом 4 статьи 31 НК РФ.

Документы, которые были истребованы в ходе налоговой проверки, представляются в течение 10 дней со дня получения соответствующего требования. Отказ проверяемого лица от представления запрашиваемых при проведении налоговой проверки документов или непредставление их в установленные сроки признаются налоговым правонарушением и влекут ответственность, предусмотренную статьей 126 НК РФ.

Налоговым органом в связи с проведением выездной налоговой проверки в адрес ООО «ТД «ОГМК» выставлено требование от 17.04.2017 № 13-24/35757 о представлении документов. Согласно указанному требованию обществу необходимо представить документы для проверки правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 01.01.2014 по 05.12.2016.

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, в период назначения выездной налоговой проверки (место нахождения) ООО «ТД «ОГМК»: 460044, <...>.

Согласно акту обследования № 449 принадлежащих юридическому (физическому) лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей, и документов, на факт предоставления адреса постоянно действующего исполнительного органа юридического лица, а также о его местоположении от 21.11.2016 инспекцией проведено обследование территории, помещения по указанному адресу. В результате установлено, что собственниками помещения (квартиры) являются ФИО14 и ФИО15

Исходя из положений статьи 91 НК РФ, доступ должностных лиц налоговых органов, проводящих налоговую проверку, в жилые помещения помимо или против воли проживающих в них физических лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения не допускается,

Как следует из материалов судебного дела, сведениями о наличии иных помещений у налогоплательщика инспекция на момент вынесения решения от 30.03.2017 № 13-24/6 не располагала, у налогового органа отсутствовала возможность проведения выездной налоговой проверки на территории (в помещении) налогоплательщика. В связи с чем, требование от 17.04.2017 № 13-24/35757 направлено в адрес ООО «ДТ «ОГМК» 19.04.2017 по почте заказной корреспонденцией (почтовый идентификатор 46002609696983) по адресу государственной регистрации общества, указанному в ЕГРЮЛ.

Согласно сведениям официального сайта ФГУП «Почта России» указанное требование возвращено в инспекцию в связи с истечением срока хранения.

В соответствии с пунктом 4 статьи 31 НК РФ спорное требование считается полученным 27.04.2017. Следовательно, срок представления документов (информации) по данному требованию – 16.05.2017.

Однако ООО «ТД «ОГМК» в установленный срок документы в инспекцию не представлены. Уведомление о невозможности представления в указанные сроки документов с указанием причин, по которым истребуемые документы не могут быть представлены в установленные сроки, и о сроках, в течение которых проверяемое лицо может представить истребуемые документы, в налоговый орган не представлялись. Доказательств обратного заявителем не представлено.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу об обоснованности привлечения общества к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 126 НК РФ за непредставление документов в количестве 781 штука.

Изложенные иные доводы сторон отклоняются судом как основанные на неверном толковании действующих норм права и противоречащие материалам судебного дела.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и п. 21 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 г. № 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах", если судебный акт принят не в пользу государственного органа (органа местного самоуправления), должностного лица такого органа, за исключением прокурора, Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, расходы заявителя по уплате государственной пошлины подлежат возмещению соответствующим органом в составе судебных расходов (часть 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, с налогового органа в пользу заявителя подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 3 000 руб. 00 коп.

Согласно ч. 2 ст. 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд решает вопросы о сохранении действия мер по обеспечению иска или об отмене обеспечения иска либо об обеспечении исполнения решения.

Меры по обеспечению иска принятые определением суда 08.07.2019г. подлежат отмене с момента вступления решения суда в законную силу.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации



Р Е Ш И Л:

Требования Общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Орская горно – металлургическая компания» удовлетворить частично.

Решение от 16.03.2018№ 13-24/744 о привлечении Общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Орская горно – металлургическая компания» к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенное Инспекцией Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Оренбурга, признать недействительным в части: доначисления налога на прибыль организаций в размере 132 134 955 руб., соответствующих пеней в размере 23 262 004 руб. 77 коп., штрафа вразмере 52 853 982 руб.

В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказать.

Расходы по госпошлине отнести на налоговый орган.

Взыскать с Инспекции Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Оренбурга в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Орская горно – металлургическая компания» 3000, 00 руб. в возмещение расходов по оплате госпошлины.

Исполнительный лист выдать заявителю по его ходатайству, в порядкест. 319, 320 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Обеспечительные меры, принятые определением суда от 08.07.2019г. отменить.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд (город Челябинск) в срое, не превышающий месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Оренбургской области.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на интернет – сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда http://www.18aac.arbitr.ru.

Решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.


Судья Т.В. Сердюк