Решение от 3 августа 2020 г. по делу № А65-3396/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН


ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. Казань Дело № А65-3396/2020


Дата принятия решения – 03 августа 2020 года.

Дата объявления резолютивной части – 15 июля 2020 года.


Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Мубаракшиной Э.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску

Общества с ограниченной ответственностью "МЭЛТ", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице ФИО2, г.Казань, к ФИО3, г.Казань о признании недействительным договора займа №ДЗ 30/07 от 22 июня 2012 года,

с привлечением к участию в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований - ФИО4, финансового управляющего ФИО3 – ФИО5,


с участием:

от истца – ФИО6, ФИО7, доверенность от 08.05.2019, после перерыва ФИО8, доверенность от 08.05.2019,

от ответчика – ФИО9, доверенность от 12.03.2020, ФИО10, доверенность от 12.09.2019,

от третьих лиц – не явились, извещены,




УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "МЭЛТ", г.Казань в лице ФИО2 (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к ФИО10 (далее –ответчик), о признании недействительным договора займа №ДЗ 30/07 от 22.06.2012.

Третьим лица в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного заседания извещены.

Дело в порядке статьи 156 АПК РФ рассмотрено в их отсутствие.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.02.2020 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены ФИО4, финансовый управляющий ФИО3 – ФИО5

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.06.2020 в качестве истца по делу признано Общество с ограниченной ответственностью "МЭЛТ", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице ФИО2, г.Казань.

Общество с ограниченной ответственностью "МЭЛТ", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) исключено из числа ответчиков по делу.

В ходе рассмотрения дела истцом были заявлены ходатайства об истребовании следующих документов:

- в Отделении Сбербанк №8610/0777 в г.Казани выписки по расчетным счетам: <***> и №40702810162020001775 (ООО «МЭЛТ» ИНН <***>) за период с 01.06.2012 по 31.12.2012 включительно с указанием в них назначения платежа;

- в ООО МКБ «Аверс» выписку по расчетному счету № <***> (ООО «МЭЛТ» ИНН <***>) за период с 01.06.2012 по 31.12.2012 включительно с указанием в них назначения платежа;

- в ОАО «АКИБАНК» выписку по расчетному счету <***> (ООО «МЭЛТ» ИНН <***>) за период с 01.06.2012 по 31.12.2012 включительно с указанием в них назначения платежа;

- в АО «Газпромбанк» выписку по расчетному счету <***> (ООО «МЭЛТ» ИНН <***>) за период с 01.06.2012 по 31.12.2012 включительно с указанием в них назначения платежа;

- из МИФНС №14 по РТ сведения об открытых (закрытых) счетах в кредитных организациях за период с 01.06.2012 по 31.12.2012 включительно, поскольку представленные в материалах дела выписки являются распечаткой с электронного носителя.

Ответчик возражал против истребования указанных документов, указав, что срок хранения указанных документов истек и указанными организациями на запрос суда будет дан ответ о невозможности его исполнения.

В то же время, им было заявлено об исключении из числа доказательств по делу копии выписок по расчетным счетам Общества, представленным истцом, поскольку являются недопустимыми доказательствами в отсутствие заверения их надлежащим образом должностными лицами соответствующего банка.

В последующем, истцом было отозвано данное ходатайство, поскольку считает, что представленные в материалы дела копии выписок являются надлежащим доказательством отсутствия движения спорных денежных средств.

В данном случае, процессуальное поведение ответчика является противоречивым, одновременно возражая против истребования выписок из банков, просит их исключить их числа доказательств, ввиду их недопустимости, поскольку заверены генеральным директором Общества.

Истцом в материалы дела представлены выписки из расчетных счетов Общества, которые заверены должностным лицом – директором Общества ФИО4

В силу требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1). Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 2). Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности (часть 3).

Согласно части 1 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, договоры, акты, справки, деловая корреспонденция, иные документы, выполненные в форме цифровой, графической записи или иным способом, позволяющим установить достоверность документа.

Письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Если к рассматриваемому делу имеет отношение только часть документа, представляется заверенная выписка из него (часть 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 3 статьи 75 АПК РФ документы, полученные посредством факсимильной, электронной или иной связи, в том числе с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", а также документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, допускаются в качестве письменных доказательств в случаях и порядке, которые предусмотрены этим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или договором.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Вопрос оценки доказательств относится к компетенции суда, рассматривающего спор по существу.

В соответствии с частью 6 статьи 71 Кодекса арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Согласно части 9 статьи 75 Кодекса подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию арбитражного суда.

В материалах дела не имеется неидентичных копий выписок со счетов Общества.

В силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Ответчиком не было заявлено о фальсификации указанных выписок.

При таких обстоятельствах оснований сомневаться в достоверности имеющихся в деле выписок, а также для исключения представленных копии из числа доказательств не имеется.

В ходе рассмотрения дела истцом также было отозвано ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, в порядке статьи 51 АПК РФ, ФИО11.

В ходе рассмотрения дела судом было отклонено ходатайство об истребовании из Лаишевского районного суда РТ гражданское дело № 2-278/2018 по иску ООО «МЭЛТ» к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения и встречному иску ФИО3 к ООО «МЭЛТ» о взыскании долга по договору займа, а также об истребовании материалов дел по спорам между ФИО3 и ООО «МЭЛТ», поскольку стороны не лишены возможности ознакомиться с материалами дел и представить необходимые доказательства в суд.

Ответчиком было отозвано ранее заявленное ходатайство о приостановлении производства по делу до вынесения Верховным судом РТ итогового судебного акта по результатам рассмотрения апелляционных жалоб ФИО2, ООО «МЭЛТ» на решение Вахитовского районного суда г.Казани о взыскании долга по договору займа.

ФИО3 возражает против удовлетворения исковых требований, указав на пропуск срока исковой давности, поскольку длительное время на протяжении корпоративного конфликта в Обществе с 2016 года интересы ФИО2 представляют ФИО7, ФИО6, ФИО8 с правом голоса на общих собраниях Общества, которые фактически определяют волю данного лица в ходе корпоративного конфликта.

О наличии оспариваемого ФИО2 договора займа его представителям ФИО6, ФИО7 стало известно 19.09.2018 в ходе судебного разбирательства в Лаишевском районном суда Республики Татарстан по делу по иску Общества «Мэлт» к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения и встречному иску ФИО3 к Обществу «Мэлт» о взыскании долга по договору займа, данное обстоятельство подтверждается протоколом судебного заседания от 19.09.2018 по указанному делу.

Также им указано, что ФИО2 не проявлял своевременно интереса в истребовании документов, связанных с хозяйственной деятельностью Общества, не запрашивал информацию о расшифровке кредиторской задолженности с 2013 года.

ФИО2 действуя разумно, добросовестно и проявляя должную заинтересованность в деятельности Общества, мог и должен быть узнать о заключении оспариваемого договора не позднее 31.03.2013 – предельный даты проведения годового общего собрания участников по итогам 2012 года.

Предъявляя данный иск намеренно за пределами срока исковой давности, ФИО2 и его представителя злоупотребляют правом (статья 10 ГК РФ), пытаясь причинить имущественный вред ФИО3, а именно чтобы ввести в отношении ФИО3 процедуру банкротства не только в целью лишения его доли путем обращения взыскания, но и путем невозможности его участия в процедуре контролируемого ФИО2 предстоящего банкротства Общества «Мэлт» с целью вывода оставшегося имущества Общества.

Также ответчиком указано, что оспариваемая сделка не может быть признана недействительной, поскольку ее совершением какой-либо ущерб интересам Общества не причинен, напротив, юридическое лицо в результате ее заключения получило имущество – денежные средства, заемные отношения между аффилированными лицами является нормальной хозяйственной практикой Общества. Отсутствуют доказательства нарушения каких-либо интересов участника ФИО2 совершением данной сделки. Отсутствуют предусмотренное законом условие оспаривания сделки – причинение ущерба юридическому лицу либо другому участнику в результате ее совершения.

Доводы ФИО2 о том, что поступление займа не отражено на расчетных счетах Общества, денежные средства не участвовали в хозяйственной деятельности Общества не соответствуют действительности и не имеют правового значения для рассмотрения корпоративного спора.

Реальность оспариваемого договора займа, наличие доказательства получения Обществом суммы займа установлены решением Вахитовского районного суда г.Казани от 23.01.2020 по делу №2-43/2020.

Более того, ненадлежащее оформление поступления займа в Общество со стороны генерального директора не может быть вменено в вину займодавца ФИО3 и не может служить основанием для освобождения общества от ответственности по обязательству.

Заемные денежные средства передавались в наличной форме и были получены заемщиком в лице генерального директора ФИО12 перед подписанием договора, что подтверждается условиями договора и актом приема-передачи денежных средств от 22.06.2012.

Проведенная судебная экспертиза в рамках дела по иску ФИО3 к Обществу «Мэлт» о взыскании долга по договору займа №ДЗ 30/07 от 22.06.2012 подтвердила принадлежность подписи в договоре ФИО12

Относительно нахождения двух экземпляров оспариваемого договора у ФИО3 ответчиком объясняется его должностными полномочиями вице-президента Общества.

Ответчиком указано, что ФИО2 не может утверждать о том, что заемные средства не участвовали в хозяйственной деятельности Общества, поскольку заем был получен не им, а генеральным директором ФИО12

ФИО3 в период заключения договора займа являлся платежеспособным физическим лицом, для которого названная сумма была явно не обременительной с учетом его финансового положения, что подтверждается ответом заместителя начальника МРИ ФНС №14 по РТ, согласно которому доход ФИО3 от предпринимательской деятельности за 2010 составила 12 295 027 рублей, за 2011 год – 15 793 879 рублей, за 2012 год 6 449 077 рублей.

Возражая против применения срока исковой давности истцом указано, что ответчик не предоставил доказательств об осведомленности ФИО2 по рассмотрению дела №2-278/2018, равно как и не представил доказательств о том, что ФИО7, ФИО6 и ФИО8 сообщили истцу о наличии оспариваемого договора.

Считает, что доводы ответчика о том, что ФИО7, ФИО6 и ФИО8 якобы определяют волю ФИО2, Общества «Мэлт», ФИО4 абсурдны по своей сути и направлены на введение суда в заблуждение с целью создания перед судом ложного предубеждения о якобы недобросовестности указанных лиц.

Истцом указано, что дата утверждения годового отчета может считаться моментом, когда участник Общества должен был узнать о наличии у заключенного этим Обществом договора признаков с заинтересованностью, при условии обсуждения участниками не общем собрании вопроса о заключении такой сделки.

Однако, доказательств обсуждения вопроса о заключении оспариваемой сделки и о наличии кредиторской задолженности по оспариваемому договору, ответчиком не представлено.

В связи с чем, даже в случае проведения общего собрания участников истец не узнал бы о существовании оспариваемого договора займа, поскольку оба экземпляра находились у ФИО3

Из налогового органа поступила копия регистрационного дела Общества, которая приобщена судом к материалам дела.

В судебном заседании был объявлен перерыв до 15 июля 2020 года 16 часов 30 минут.

Информация о перерыве размещена на сайте Арбитражного суда Республики Татарстан.

Судебное заседание продолжено 15 июля 2020 года в 16 часов 30 минут в том же составе суда, с участием представителей сторон.

Истец исковые требования поддерживает в полном объеме.

Ответчик возражает против удовлетворения исковых требований, по вышеизложенным основаниям.

Исследовав и оценив материалы дела, заслушав представителей сторон, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, судом установлено следующее.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц участниками Общества «МЭЛТ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) являются ФИО3 с долей в размере 50% и ФИО2 с долей – 50%. Директором общества является ФИО4

Судом установлено, что между ФИО3 (займодавец) и Обществом «Мэлт» в лице генерального директора ФИО12, действующего на основании Устава, был подписан договор займа №ДЗ 30/07 от 22.06.2012, согласно которому ФИО3 передает в собственность Обществу денежные средства в размере 11 000 000 рублей, а Общество обязуется возвратить займодавцу вышеупомянутую сумму, именуемую в дальнейшем «Займ» вместе с процентами за пользование займа.

В силу пункта 1.3 договора займа предоставляется под 10% годовых.

Согласно пункту 1.4.1 заемные денежные средства в размере, указанном в пункте 1.1. договора получены заемщиком, в лице генерального директора ФИО12 перед подписанием настоящего договора.

Заем предоставляется сроком до 22.07.2017 (пункт 1.4.2 договора).

Пунктом 4.2 договора установлено, что настоящий договор составлен в двух экземплярах, по одному для каждой и сторон, имеющих одинаковую юридическую силу.

Договор имеет подписи сторон ФИО3 и ФИО12, отсутствует печать Общества «Мэлт», что не оспаривается сторонами.

По акту приема-передачи денежных средств от 22.06.2012 (копия) займодавец передал, а заемщик принял 11 000 000 рублей в качестве займа по договору займа №ДЗ 30/07, который заемщик и займодавец обязуются подписать не позднее 23.06.2012.

Генеральным директором Общества до 09.07.2012 являлся ФИО12

Согласно свидетельству о смерти II –КБ №898565 от 10.07.2012 ФИО12 09.07.2012 скоропостижно скончался.

Решением общего собрания участников Общества, оформленным протоколом №13 с 09.07.2012 новым генеральным директором был назначен ФИО4, который по настоящее время им является.

В адрес ФИО2 30.01.2020 от генерального директора Общества «Мэлт» поступило письмо, согласно которому Вахитовским районным судом г.Казани от 23.01.2020 по делу №2-43/2020 с Общества «Мэлт» в пользу ФИО3 взысканы денежные средства по договору займа №ДЗ 30/07 от 22.06.2012 с приложением копии указанного договора.

Из текста искового заявления следует, что договор займа состоит из двух отдельных листов, все существенные условия сделки: сумма займа, его выдача и срок указаны на первом листе, который не имеет подписей сторон, оборотная сторона данного листа текста не имеет, второй лист содержит несущественные условия договора и подписи сторон.

Генеральным директором ФИО4 сообщено, что представленный ФИО3 в материалы дела договор займа №ДЗ 30/07 от 22.06.2012 у Общества отсутствует, поскольку экземпляр договора Обществу никем не передавался, денежные средства в хозяйственной деятельности не участвовали, директором ФИО12 в Общество не вносились.

Ссылаясь на то, что договор займа №ДЗ 30/07 от 22.06.2012 являлся для Общества «Мэлт» сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность и заключен с нарушениями требований, установленных Законом об ООО, без его одобрения на общем собрании участников Общества, с применением статей 10, 168 ГК РФ ввиду мнимости указанного договора, ФИО2 обратился в арбитражный суд с требованиями о признании договора недействительным.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон, суд приходит к выводу о том, что требования истца являются обоснованными и подлежат удовлетворению, в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

По смыслу статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Из разъяснения, изложенного в абзаце 1 пункта 29, пункта 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 №27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» Положения Закона об обществах с ограниченной ответственностью в редакции Закона №343-ФЗ подлежат применении к сделкам, совершенным после даты вступления в силу Закона №343-ФЗ (01.01.2017).

В связи с принятием настоящего постановления признать не подлежащими применению пункты 1-9, подпункты второй и четвертый пункта 10, пункта 11-14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 №28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью», за исключением случая, когда рассматриваются дела об оспаривании сделки, совершенной до даты вступления в силу Закона №343-ФЗ.

Оспариваемый договор займа датирован 22.06.2012, следовательно, нормы Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» по вопросам связанным с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью должны применяться без учета Закона №343-ФЗ.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой (оспоримая сделка) или независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу статьи 168 ГК РФ в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемого договора, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу пункта 5 статьи 46, пункта 5 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью (здесь и далее в редакции, действовавшей в спорный период) крупная сделка и сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, совершенные с нарушением предусмотренных данными статьями требований к ним, могут быть признаны недействительными по иску общества или его участника.

На основании пункта 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственность сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, члена коллегиального исполнительного органа общества или заинтересованность участника общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями указанной статьи.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 9 постановления Пленума от 16.05.2014 N 28, в соответствии пунктом 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа общества, в том числе управляющая организация или управляющий, член коллегиального исполнительного органа общества, участник общества, имеющий совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосов от общего числа голосов участников (акционеров) общества (голосующих акций акционерного общества), а также лицо, имеющее право давать обществу обязательные для него указания, признаются заинтересованными в совершении обществом сделки, в том числе если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица являются выгодоприобретателем в сделке либо владеют (каждый в отдельности или в совокупности) 20 и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося выгодоприобретателем в сделке, либо занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося выгодоприобретателем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Применяя указанные нормы, необходимо исходить из того, что выгодоприобретателем в сделке признается не являющееся стороной в сделке лицо, которое в результате ее совершения может быть освобождено от обязанностей перед обществом или третьим лицом, либо получает права по данной сделке, либо иным образом извлекает имущественную выгоду.

В соответствии с пунктом 4 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует одобрения общим собранием участников общества в случае, если условия такой сделки существенно не отличаются от условий аналогичных сделок (в том числе займа, кредита, залога, поручительства), совершенных между обществом и заинтересованным лицом в процессе осуществления обычной хозяйственной деятельности общества, имевшей место до момента, когда заинтересованное лицо было признано таковым в соответствии с пунктом 1 этой статьи.

На основании пункта 3 статьи 46, пункта 3 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью решение об одобрении крупной сделки и сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается общим собранием участников общества. В решении об одобрении крупной сделки должны быть указаны лица, являющиеся сторонами, выгодоприобретателями в сделке, цена, предмет сделки и иные ее существенные условия.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума от 16.05.2014 N 28, лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее: 1) наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки (пункт 1 статьи 45 и пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью);

2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников, т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 5 пункта 5 статьи 45 и абзац 5 пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

Из материалов дела следует, что одним из участников Общества «МЭЛТ» является ФИО3, сторона оспариваемого договора займа.

Таким образом, оспариваемая сделка являются сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность.

Решение об одобрении сделки с заинтересованностью принимается общим собранием участников общества (пункт 3 статьи 45 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

В Обществе «Мэлт» решение об одобрении оспариваемого договора займа не принималось, общее собрание не проводилось.

Доказательства ее одобрения в порядке, предусмотренном Законом об обществах с ограниченной ответственностью, в материалах дела отсутствуют.

В ходе судебного заседания ответчик подтвердил, что оба экземпляра договора находились у него.

Соответственно, в нарушение условий пункта 4.2 договора, согласно которому договор составлен в двух экземплярах, по одному для каждой из сторон, ФИО3 не передал один экземпляр договора Обществу.

Согласно бухгалтерской отчетности Общества за период времени с 2012 по 2014 год поступление в Общество заемных денежных средств не отражено.

Истцом были запрошены у Общества выписки по всем расчетным счетам за период времени с 01.06.2012 по 31.12.2012, исходя из которых, в распоряжение Общества денежные средства не поступали, по его счетам не проходили, что свидетельствует об отсутствии экономической целесообразности для Общества в заключении такого договора.

В отсутствие одобрения сделки по критерию ее заинтересованности, в отсутствие экономической целесообразности заключения договора займа от 22.06.2012, при котором заемные денежные средства не приняли участия в хозяйственном обороте Общества, отсутствуют доказательства поступления их во владение, повлекло неблагоприятные последствия для Общества в виде наличия задолженности по договору, что привело к нарушению прав и охраняемых законом интересов, а также его участника.

Согласно пункту 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 N 28 об отсутствии нарушения интересов общества и его участников (акционеров) может свидетельствовать, в частности, следующее: 1) предоставление, полученное обществом по сделке, было равноценным отчужденному имуществу; 2) совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для общества; 3) сделка общества, хотя и была сама по себе убыточной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых общество должно было получить выгоду.

Доказательств наличия указанных обстоятельств ответчиком в соответствии со статьей 65 АПК РФ не представлено.

Ввиду отсутствия поступления денежных средств на расчетные счета Общества, умышленное сокрытие ответчиком обстоятельств заключения договора займа, которое в последствии, привело к увеличению задолженности Общества «Мэлт» нарушил запрет, установленный статьей 10 ГК РФ, следовательно, договор займа подлежит признанию недействительным в соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ.

Основы конституционного строя Российской Федерации (как элемент ее публичного порядка), предполагают нравственное, добросовестное и соответствующее закону поведение участников гражданского оборота (статьи 1, 10 ГК РФ).

Судебная защита не может распространяться на деятельность, противоречащую основам правопорядка.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом может быть выражено в таких действиях лица, в результате которых другая сторона не могла реализовать принадлежащие ей права.

Как следует из статьи 10 ГК РФ, отказ в защите права лицу, злоупотребившему правом, означает защиту нарушенных прав лица, в отношении которого допущено злоупотребление. Таким образом, непосредственной целью названной санкции является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика (пункт 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, категория добросовестности позволяет лицу, состоящему в правоотношениях с другими субъектами, у которых есть какой-либо правовой порок в титуле, статусе, полномочиях, волеизъявлении и т.п. достичь правового результата, к которому оно стремится, невзирая на этот порок.

Из материалов дела следует, что оспариваемая сделка являются сделкой с заинтересованностью, совершена не в интересах обоих участников Общества, в отсутствие одобрения собранием участников общества, а также с нарушением норм действующего законодательства, в том числе при злоупотреблении правом и причинили убыток обществу.

Помимо доводов о нарушении корпоративного законодательства в отношении сделки займа, ФИО2 указывал на сокрытие от него информации о сделке займа.

В ходе судебного разбирательства ФИО3 подтвердил, что два экземпляра оспариваемого договора находились у него и Обществу он их не передавал.

С учетом доводов истца о безденежности договора займа, в отсутствие доказательств перечисления денежных средств на счет общества, при оценке достоверности факта получения Обществом наличных денежных средств, подтверждаемого только условиями договора и актом приема-передачи, с учетом характера фактических отношений, в том числе по оприходованию денежных средств и последующему их расходованию, судом расширено бремя доказывания данного факта.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в абзаце 2 пункта 86 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Из содержания приведенных правовых норм и разъяснений, данных в Постановлении N 35, следует, что предметом доказывания по настоящему спору является факт реального предоставления заемщику денежных средств в соответствии с условиями заключенного сторонами сделки.

Возможность применения данных разъяснений Пленума N 35 от 22.06.2012 к корпоративным спорам подтверждена позицией изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2019 N 309-ЭС19-1494.

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно пункту 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В обоснование передачи денежных средств генеральному директору ФИО13 ответчиком представлены в материалы дела договор займа, содержащий пункт о том, что денежные средства переданы перед подписанием договора, акт приема-передачи денежных средств от 22.06.2012 о передаче денежных средств до подписания договора.

ФИО2 было указано, что денежные средства в адрес Общества не поступали.

Обратного ответчиком не доказано.

В бухгалтерском балансе должника за 2012 год, 2013 год, 2014 год не имеется информации о наличии у Общества долгосрочных заемных обязательств.

В соответствии с пунктом 19 Приказа Минфина РФ от 06.07.1999 N 43н "Об утверждении Положения по бухгалтерскому учету "Бухгалтерская отчетность организации" (ПБУ 4/99)" в бухгалтерском балансе активы и обязательства должны представляться с подразделением в зависимости от срока обращения (погашения) на краткосрочные и долгосрочные. Активы и обязательства представляются как краткосрочные, если срок обращения (погашения) по ним не более 12 месяцев после отчетной даты или продолжительности операционного цикла, если он превышает 12 месяцев. Все остальные активы и обязательства представляются как долгосрочные.

Учитывая, что спорный договор займа от 2012 года заключен на срок до 2017 года, данные обязательства не подлежат отнесению к краткосрочным.

ФИО3 в подтверждение наличия у него финансовой возможности (с учетом его доходов) предоставить обществу соответствующие денежные средства по спорному договору займа, представил в суд ответ заместителя начальника МРИ ФНС №14 по РТ, согласно которому доход ФИО3 от предпринимательской деятельности в 2010 году составил 12 295 027 рублей, за 2011 год – 15 793 879 рублей, за 2012 год – 6 449 077 рублей.

Исходя из указанных сведений, по итогам 2012 года доход ФИО3 составил менее 11 000 000 рублей.

Какая-либо переписка между обществом и займодавцем по поводу правоотношений по договору займа отсутствует.

Так, согласно части 1 статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В силу положений пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

В соответствии с пунктом 5 Указания Банка России от 11.03.2014 N 3210-У (далее - Указания N 3210-У) "О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства" прием наличных денег юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем, в том числе от лица, с которым заключен трудовой договор или договор гражданско-правового характера, проводится по приходным кассовым ордерам 0310001.

Согласно постановлению Госкомстата Российской Федерации от 18.08.1998 N 88 "Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету кассовых операций, по учету результатов инвентаризации" приходный кассовый ордер применяется для оформления поступления наличных денег в кассу организации как в условиях методов ручной обработки данных, так и при обработке информации с применением средств вычислительной техники. Приходный кассовый ордер выписывается в одном экземпляре работником бухгалтерии, подписывается главным бухгалтером или лицом, на это уполномоченным.

Квитанция к приходному кассовому ордеру подписывается главным бухгалтером или лицом, на это уполномоченным, и кассиром, заверяется печатью (штампом) кассира и регистрируется в журнале регистрации приходных и расходных кассовых документов и выдается на руки сдавшему деньги, а приходный кассовый ордер остается в кассе.

В нарушение указанных норм ответчиком не представлены в материалы дела доказательства отражения получения заемных денежных средств в бухгалтерском и налоговом учете, отсутствует приходный кассовый ордер.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что надлежащих доказательств, подтверждающих передачу заемщику (обществу) денежных средств в вышеуказанной сумме, не представлено, сам договор не может быть принят в качестве доказательства выдачи обществу займа в определенном размере в конкретную дату и на конкретных условиях.

ФИО3 являясь участником Общества с долей 50% уставного капитала, действуя при должности осмотрительности, с учетом норм ведения первичной учетной документации, в случае передачи денежных средств, должен был проследить поступление денежных средств в кассу Общества и получить квитанцию к приходному кассовому ордеру.

Доказательств обратного им не представлено.

Таким образом, с учетом доводов истца о мнимости спорных отношений судом исследованы имеющие значение для дела обстоятельства, в том числе, которые могли бы свидетельствовать о фактическом получении Обществом денежных средств в размере суммы займа и их дальнейшем движении после получения обществом, в результате чего в отсутствие подлинников первичных документов отчетности, подтверждающих поступление спорных денежных средств в кассу общества и дальнейшее их движение (зачисление на счет общества либо передачу иным лицам), суд критически относится к доводам ответчика, не признав условие договора о получении денежных средств перед его подписанием, акт приема-передачи, относимыми и допустимыми доказательствами факта поступления денежных средств в кассу Общества (статьи 64, 67, 68 АПК РФ).

Также следует отметить, что согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенной в пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 г. N 28, под обычной хозяйственной деятельностью следует понимать любые операции, которые приняты в текущей деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, занимающихся аналогичным видом деятельности, сходных по размеру активов и объему оборота, независимо от того, совершались ли такие сделки данным обществом ранее.

В подтверждение того, что оспариваемый договор займа заключен в процессе обычной хозяйственности деятельности, ответчиком представлены иные договоры займа, заключенные между Обществом и ФИО4, между ФИО2

Вместе с тем, суд критически относится к оспариваемому договору, поскольку в отличие от представленных в материалы дела договоров займа, данный договор имеет только подписи сторон в отсутствие печати, а также, то обстоятельство, что имеющие в деле иные договоры займа, содержат печать и подписи сторон на каждом листе.

Соответственно, принимая во внимание реквизиты оспариваемого договора, он был заключен не в процессе обычной хозяйственной деятельности, и не соответствует практике заключения такого рода договоров в Обществе «Мэлт».

Кроме того, как отмечено выше, доказательств наличия финансовой возможности по итогам предпринимательской деятельности за 2012 год для предоставления денежных средств в размере 11 000 000 рублей, равно как и доказательства внесения займа из наличных средств ФИО3 не представлено.

Осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребления правом) являются недопустимыми (статья 10, пункт 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

В абзаце 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Учитывая всю совокупность вышеизложенных обстоятельств, в условиях явной недобросовестности действий ФИО3 в отношении оспариваемого договора займа, суд полагает, что имеются все основания для признания договора займа №ДЗ 30/07 от 22.06.2012 недействительным на основании статей 45 и 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, а также статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, при нарушении положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная в обход закона с противоправной целью, в соответствии с правилом пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожной.

Ответчиком было заявлено о применении срока исковой давности по требованию истца.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В пункте 101 постановления Пленума N 25 разъяснено, что для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

Течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала ее исполнения.

Из приведенных разъяснений следует, что начало исчисления срока исковой давности с момента исполнения сделки установлено для сторон сделки, поскольку они обычно осведомлены об этом моменте и могут своевременно приступить к судебной защите своих прав в отличие от третьих лиц, не являющихся сторонами сделки.

Для лиц, не являющихся стороной сделки, предусмотрено иное правило об исчислении срока исковой давности по указанным требованиям, включающее необходимость учитывать информированность такого субъекта, оспаривающего ничтожную сделку, то есть субъективный фактор - когда именно это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В данном случае сделку оспаривает второй участник Общества ФИО2, который до определенного момента не знал. Наличие иной цели проявляется и может быть установлено только при системном анализе всех обстоятельств дела и, как правило, через некоторое время после совершения такой сделки.

Как неоднократно подчеркивал Верховный Суд Российской Федерации (в определениях от 29.01.2018 N 310-ЭС17-13555, от 12.02.2018 N 305-ЭС17-13572, от 19.11.2018 N 301-ЭС18-11487, от 11.02.2019 N 305-ЭС16-20779), срок исковой давности не может начать течь ранее момента возникновения у истца права на иск и объективной возможности для его реализации, то есть момента, начиная с которого истец должен был узнать о нарушении своих прав, об основаниях для предъявления иска и о личности надлежащего ответчика.

Возражения ответчика об ином моменте начала течения срока исковой давности подлежат отклонению как основанные на неверном применении и толковании норм права, в том числе пункта 1 статьи 181 ГК РФ, и не учитывающие тот факт, что за защитой права обратилось лицо, не являющееся стороной сделки.

В том числе и довод о том, что ФИО7, ФИО6 и ФИО8, участвовавшие в судебном заседании от 19.09.2018 в рамках дела №2-278/2018, в ходе которого был приобщен оспариваемый договор, и соответственно как представители ФИО2 знали о наличии договора займа №ДЗ 30/07 от 22.06.2012, подлежит отклонению.

Ответчиком не представлены доказательства об осведомленности ФИО2 по рассмотрению дела №2-278/2018, равно как и не представлено доказательств того, что ФИО7, ФИО6 и ФИО8 сообщили истцу о наличии оспариваемого договора

ФИО2 не являлся лицом, участвующими в деле №2-278/2018.

В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума N 28, иски о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности могут предъявляться в течение срока, установленного пунктом 2 статьи 181 ГК РФ для оспоримых сделок. Срок давности по иску о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее одобрения, исчисляется с момента, когда истец узнал или должен был узнать о том, что такая сделка требовала одобрения в порядке, предусмотренном законом или уставом, хотя бы она и была совершена раньше. Предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка одобрения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, если из предоставлявшихся участникам при проведении этого собрания материалов можно было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом).

Судом установлено, что сведения о заключении договора займа, длительное время скрывалось от участника общества ФИО2, в период с 2012 года до 2020 года, не предоставлялась какая-либо информация, из которой можно было бы достоверно сделать вывод о существовании спорного договора. О факте заключения оспариваемого договора истцу стало известно из письма генерального директора Общества ФИО4 – 30.01.2020.

Какие-либо доказательства, свидетельствующие о наличии у истца сведений о заключении договора займа ранее получения указанной информации, материалы настоящего дела не содержат.

Следовательно, поскольку истцу стало известно о заключении оспариваемой сделки только в январе 2020 года, а с рассматриваемым заявлением истец обратился в суд 14.02.2020, то срок исковой давности по заявленному им требованию не является пропущенным.

Довод ответчика, о том, что решением Вахитовского районного суда г.Казани от 23.01.2020 по делу №2-43/2020, была взыскана задолженность по оспариваемому договору и установлена реальность договора займа, не может быть принят во внимание, поскольку данное решение не вступило в законную силу.

Довод ответчика о том, что истец, не являясь стороной договора, не имеет права оспаривать ее по безденежности, подлежит отклонению в силу следующего.

Согласно пункту 3 статьи 166 Гражданского кодекса требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

На основании части 1 статьи 4 Кодекса заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном данным Кодексом.

Под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, в чью правовую сферу эта сделка вносит неопределенность и может повлиять на его правовое положение. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

По общему правилу лицо, не участвующее в договоре, заявляющее иск о признании договора недействительным (ничтожным), должно доказать наличие своего материально-правового интереса в удовлетворении иска, указав, какие его права или охраняемые законом интересы нарушены или оспариваются лицами, к которым предъявлен иск, а также каким образом эти права и интересы будут восстановлены в случае реализации избранного способа судебной защиты.

В данном случае материально-правовой интерес в удовлетворении иска обусловлен наличием статуса участника общества у ФИО2

При рассмотрении настоящего дела суд приходит к выводу о наличии у истца заинтересованности в признании судом недействительной оспариваемой (ничтожной) сделки, поскольку его требования направлены на недопущение уменьшения размера активов и обеспечение имущественной правоспособности общества "Мэлт", участником которого ФИО2 является.

В силу пункта 1 статьи 11 ГК РФ, части 1 статьи 4 АПК РФ защите в арбитражном суде подлежат нарушенные или оспариваемые права и законные интересы.

Под способами защиты гражданских прав понимаются закрепленные законом материально-правовые меры принудительного характера, посредством которых производится восстановление (признание) нарушенных (оспариваемых) прав.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.05.2015 N 1119, следует, что в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности истец самостоятельно определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право, какое исковое требование и в связи с чем, предъявлять в суд, к кому предъявлять иск и в каком объеме требовать от суда защиты.

Таким образом, право требовать защиты своих нарушенных прав в арбитражном суде гарантировано законом и не может рассматриваться как злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ), то есть действием, совершенным исключительно во вред другому лицу.

Государственная пошлина в силу статьи 110 АПК РФ подлежит отнесению на ФИО3 в пользу ФИО2 как на инициатора иска.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 169, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,



Р Е Ш И Л :

Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительным договор займа №ДЗ 30/07 от 22 июня 2012 года.

Взыскать с ФИО3, г.Казань в пользу ФИО2, г.Казань 6000 рублей в счет возмещения расходов по оплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.


Судья Э.Г.Мубаракшина