Решение от 10 октября 2019 г. по делу № А65-17793/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело № А65-17793/2019

Дата принятия решения – 10 октября 2019 года.

Дата объявления резолютивной части – 03 октября 2019 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Гилялова И.Т., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению Индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Татарской транспортной прокуратуре, г. Казань, о признании незаконным решения о проведении проверки, с участием:

от заявителя - ФИО2, по паспорту, ФИО3, по доверенности от 27.08.2019,

от ответчика – ФИО4, по доверенности от 05.08.2019,

У С Т А Н О В И Л :

Индивидуальный предприниматель ФИО2, г. Казань, (заявитель, предприниматель) обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением к Татарской транспортной прокуратуре, г. Казань, о признании незаконным решения от 13.03.2019 заместителя Татарского транспортного прокурора советника юстиции ФИО4 о проведении проверки деятельности ИП ФИО2 на предмет исполнения требований законодательства РФ в сфере использования средств индивидуализации товаров.

Определением суда от 03.09.2019 ненадлежащий ответчик заменен на надлежащего - Приволжскую транспортную прокуратуру (далее – ответчик, прокуратура).

Представитель заявителя поддержала заявленные требования, дала пояснения по делу.

Представитель ответчика заявленные требования не признал, дал пояснения по делу.

Как следует из материалов дела, Татарской транспортной прокуратурой совместно с сотрудниками Казанского ЛУ МВД России на транспорте и Татарстанской таможни на основании решения заместителя Татарского транспортного прокурора советника юстиции ФИО4 о проведении проверки № 15 от 13.03.2019 в отношении предпринимателя проведена проверка законности в сфере использования средств индивидуализации товаров.

Не согласившись с указанным решением заместителя Татарского транспортного прокурора советника юстиции ФИО4 о проведении проверки № 15 от 13.03.2019, предприниматель обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи, выслушав представителей сторон, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону и иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Вместе с тем, статьей 65 АПК РФ закреплен принцип состязательности участников арбитражного процесса, согласно которому каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» (далее – Закон о прокуратуре) прокуратура Российской Федерации представляет собой единую федеральную централизованную систему органов, осуществляющих от имени Российской Федерации надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации. В целях обеспечения верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства прокуратура Российской Федерации осуществляет, в том числе, надзор за исполнением законов органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций, а также за соответствием законам издаваемых ими правовых актов.

В соответствии со статьёй 21 Закона о прокуратуре предметом надзора являются, в том числе, соблюдение Конституции Российской Федерации и исполнение законов, действующих на территории Российской Федерации, органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций (пункт 1). При осуществлении надзора за исполнением законов органы прокуратуры не подменяют иные государственные органы. Проверка исполнения законов проводится на основании поступившей в органы прокуратуры информации о фактах нарушения законов, требующих принятия мер прокурором, в случае, если эти сведения нельзя подтвердить или опровергнуть без проведения указанной проверки (пункт 2). Действия (бездействие) и решения прокурора, связанные с проведением проверки, могут быть обжалованы в установленном законом порядке (пункт 15).

Довод заявителя о том, что прокурор вышел за пределы своих полномочий, так как проверяемая торговая точка не имеет отношения транспорту и находится за пределами сферы деятельности Татарской транспортной прокуратуры, что прокурор подменил другие государственные органы, суд находит ошибочным.

Полномочия прокурора по проведению надзорных мероприятий по выявлению административных правонарушений регламентированы статьями 22, 25, 27 Закона о прокуратуре, а также статьями 25.11, 28.4 КоАП РФ.

Положениям приказа Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 07.05.2008 №84 «О разграничении компетенции прокуроров территориальных, военных и других специализированных прокуратур» (далее - Приказ N 84), изданного для оптимизации деятельности территориальных, военных и других специализированных прокуратур, обеспечения должного взаимодействия между ними, вынесение указанного решения транспортным прокурором также не противоречит.

Так, пунктом 3 указанного Приказа № 84 транспортным прокурорам (на правах прокуроров субъектов Российской Федерации) предписано осуществлять, в частности:

- надзор за исполнением законов, соблюдением прав и свобод человека и гражданина в сфере деятельности железнодорожного, воздушного и водного транспорта, в таможенной сфере территориальными органами федеральных органов исполнительной власти, в том числе органами таможни и внутренних дел на транспорте, органами власти субъектов Российской Федерации и местного самоуправления, их должностными лицами, органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций, в том числе организаций, осуществляющих образовательную деятельность в области подготовки специалистов авиационного персонала гражданской авиации, работников железнодорожного и водного транспорта, за соответствием законам издаваемых ими правовых актов;

- рассмотрение обращений, содержащих сведения о нарушении законов в сфере деятельности железнодорожного, воздушного и водного транспорта, в таможенной сфере, а также жалоб на решения и действия подчиненных прокуроров; участие в пределах компетенции в судебном рассмотрении жалоб в порядке уголовного судопроизводства;

- координацию деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью на транспорте и в таможенной сфере.

Судом установлено, что оспариваемое решение о проведении проверки в отношении предпринимателя вынесено на основании поступившего 13.03.2019 запроса из Казанского линейного управления МВД России на транспорте в связи с наличием информации о возможной реализации товаров с нарушением требований таможенного законодательства.

Вопросы соблюдения прав на результаты интеллектуальной деятельности, к которым приравнивается и средства индивидуализации товаров, при перемещении товаров через таможенную границу Евразийского экономического союза и государственную границу Российской Федерации, безусловно, входят в сферу таможенного регулирования.

Исходя из положения статьи 1484 ГК РФ и пункта 8 постановления Пленума ВАС РФ от 17.02.2011 № 11 «О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», способы использования средств индивидуализации не ограничиваются лишь их размещением на товарах. Одним из таких способов является ввоз на территорию Российской Федерации товаров с нанесенным на него без разрешения правообладателя средством индивидуализации с целью его введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации.

Согласно статье 311 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза объектами таможенного контроля являются также товары, находящиеся на таможенной территории союза, при наличии у таможенных органов информации о том, что такие товары были ввезены на указанную территорию и (или) находятся на ней в нарушение международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования.

При таких обстоятельствах проверка исполнения законодательства в сфере использования средств индивидуализации товаров применительно к транспортной прокуратуре предполагает, в том числе, проверку правомерности ввоза на территорию Российской Федерации иностранного товара с признаками незаконного использования результатов интеллектуальной деятельности с целью его введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации.

Анализ положений статей 21, 22 Закона о прокуратуре свидетельствует, что прокурор по поступившей информации о фактах нарушения законодательства полномочен как самостоятельно провести проверку (если такие факты требуют принятие мер прокурором), в том числе с привлечением специалистов, так и потребовать ее проведения от уполномоченных органов. В любом случае выбор конкретного способа проверки поступившей информации остается за прокурором и осуществляется с учетом имеющихся у него сведений об обстоятельствах, которые могут повлиять на объективность, эффективность и результативность проверки.

Как разъяснено в п. 3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17.02.2015 № 2-П, принципиальное требование пункта 2 статьи 21 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», согласно которому при осуществлении надзора за исполнением законов органы прокуратуры не подменяют иные государственные органы, подчеркивает именно вневедомственный и межотраслевой характер прокурорского надзора как института, предназначенного для универсальной, постоянной и эффективной защиты конституционно значимых ценностей, а следовательно, распространяющегося и на те сферы общественных отношений, применительно к которым действует специальный (ведомственный) государственный контроль (надзор). При этом во взаимоотношениях с другими государственными органами, осуществляющими функции государственного контроля (надзора), прокуратура Российской Федерации занимает координирующее положение, что обусловливается наличием как специального правового регулирования порядка реализации ею надзорных функций (на которые не могут быть автоматически распространены общие подходы к организации и проведению специального (ведомственного) государственного контроля (надзора), в том числе в части определения плановости, предмета контрольно-надзорной деятельности, полномочий осуществляющих ее субъектов, степени правовой детализации процедурных условий), так и особого организационно-кадрового механизма, призванного обеспечивать реализацию функции надзора за исполнением законов в системе органов прокуратуры лицами, имеющими высокую правовую квалификацию, и не требует детальной регламентации порядка реализации ими надзорных функций, более необходимой в отношении других видов государственного контроля (надзора).

Судом установлено, что оспариваемое решение вынесено в целях проверки исполнения законов на основании поступившей в органы прокуратуры информации о фактах нарушения законов, требующих принятия мер прокурором. Доказательств того, что поступившую информацию было возможно подтвердить или опровергнуть без проведения проверки с участием работников органа внутренних дел и таможенного органа, в материалы дела не представлено.

Напротив, сам же заявитель в своём заявлении подтверждает, что прокуратура никаких документов на товар не затребовала, не проверила источники его приобретения, что принадлежащий заявителю товар был изъят оперуполномоченным транспортной полиции в рамках ФЗ «О полиции» и ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Следовательно, отсутствуют основания полагать, что при вынесении оспариваемого решения прокурором допущена подмена иных государственных органов, в частности, органов внутренних дел и таможенных органов. Письмо прокуратуры на обращение заявителя указанных выводов суда не опровергает, к тому же из данного письма не усматривается, на основании каких доказательств прокуратура пришла к соответствующим выводам, был ли учтен координирующий характер назначенной проверки, а также что каких-либо процессуальных решений по результатам проверки прокурором принято не было, что полученные в результате проверки материалы направлены в таможенный орган для проверки и принятия решения в соответствии с компетенцией последнего.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ, а также доводы заявителя и ответчика, учитывая, что проверка назначена по запросу органа внутренних дел об оказании содействия в проверке имеющейся информации в порядке взаимодействия (п.1 статьи 10 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции»), в рамках координации деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью в таможенной сфере, суд приходит к выводу, что при назначении проверки прокурор действовал в рамках предоставленных ему полномочий, за их пределы не вышел.

Довод заявителя в обоснование незаконности оспариваемого решения, что оспариваемое решение от 13.03.2019 было предъявлено ему лишь 14.03.2019 в момент проведения проверки, что до начала проверки заявитель не был уведомлен о проведении проверки, суд также находит ошибочным.

В соответствии с частью 3 статьи 21 Закона о прокуратуре решение о проведении проверки принимается прокурором или его заместителем и доводится до сведения руководителя или иного уполномоченного представителя проверяемого органа (организации) не позднее дня начала проверки. В решении о проведении проверки в обязательном порядке указываются цели, основания и предмет проверки.

Поскольку проверка начата 14.03.2019, а решение о проведении проверки от 13.03.2019 № 15 доведено до сведения заявителя 14.03.2019, то есть не позднее дня начала проверки, суд приходит к выводу о соответствии действий прокуратуры требованиям указанной нормы.

Довод заявителя о том, что в решении о проведении проверки от 13.03.2019 указан срок с 14.03.2019 по 30.04.2019, что превышает установленный законом месячный срок для проведения проверки, судом отклоняется.

Суд, исследовав доказательства по делу, оценив их в совокупности, принимая во внимание, что проверка, назначенная оспариваемым решением, фактически окончена 19.03.2019 принятием мер прокурорского реагирования - направлением полученных в результате проверки материалов письмом от 19.03.2019 № 23/2-3-2019 в адрес таможенного органа для проведения проверки и выявления канала поставки товаров законности их реализации и транспортировки (л.д.50), принимает пояснение ответчика, что указание даты окончания проверки 30.04.2019 обусловлено технической ошибкой (опиской). Доказательств обратного заявителем не представлено.

При таких обстоятельствах указание даты окончания проверки 30.04.2019 суд находит не влияющим на законность оспариваемого решения.

Довод заявителя о незаконности действий сотрудника прокуратуры по изъятию товара ввиду отсутствия у него таких полномочий судом отклоняется.

Судом из материалов дела также установлено, что вопреки доводам заявителя изъятие обнаруженного в ходе проверки товара произведено не работником прокуратуры, а сотрудником органа внутренних дел в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (УПК РФ) рамках проверки сообщения о преступлении в соответствии со статьей 144 УПК РФ, для чего был привлечен специалист, что подтверждается материалами дела, а именно составленным по окончании проверки протоколом осмотра места происшествия от 14.03.2019 (л.д.11-17).

К тому же, в рамках настоящего дела оспаривается именно решение прокурора о проведении проверки, но не процессуальные действия, совершенные участвовавшим в проверке должностным лицом органа внутренних дел в рамках УПК РФ.

Решение о проведении проверки от 13.03.2019 по форме и содержанию соответствует типовой форме решения, утвержденной приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 17.03.2017 № 172.

С учетом вышеизложенного суд приходит к выводу, что прокуратурой проверка предпринимателя инициирована в соответствии с требованиями Закона о прокуратуре, приказа Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 07.05.2008 № 84, согласуется с правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации № 2-П от 17.02.2015, что оспариваемое решение соответствует требованиям Закона о прокуратуре, не нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, что в силу части 3 статьи 201 АПК РФ свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя. Излишне уплаченная государственная пошлина в сумме 2 700 руб. подлежит возврату заявителю.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Выдать Индивидуальному предпринимателю ФИО2, г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) справку на возврат из федерального бюджета государственной пошлины в сумме 2 700 (две тысячи семьсот) руб., излишне уплаченной по чеку-ордеру от 11.06.2019.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Татарстан.

Председательствующий судьяИ.Т. Гилялов