Решение от 25 марта 2021 г. по делу № А40-256554/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Москва Дело № А40-256554/20-5-1812

25.03.2021 г.

Резолютивная часть решения оглашена 18.03.2021 г.

Решение в полном объеме изготовлено 25.03.2021 г.

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Киселевой Е.Н.

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело

по иску Федерального автономного учреждения «25 Государственный научно-исследовательский институт химмотологии Министерства обороны Российской Федерации» (121467, Москва город, улица Молодогвардейская, 10, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 23.12.2008, ИНН: <***>)

к ответчику: Федеральное государственное унитарное предприятие «Опытно-конструкторское бюро океанологической техники Российской академии наук» (109387, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 28.10.2002, ИНН: <***>)

о взыскании неустойки за просрочку выполнения обязательств по договору от 15 июля 2013г. № 111-13 за период с 13 января 2018г. по 07 апреля 2018г. в размере 722 992 руб. 15 коп.

в заседании приняли участие:

от истца: ФИО2 по доверенности № 739/71 от 03.03.2021г., диплом.

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 28.12.2020г., диплом; ФИО4, генеральный директор, паспорт.

УСТАНОВИЛ:

Федеральное автономное учреждение «25 Государственный научно-исследовательский институт химмотологии Министерства обороны Российской Федерации» обратилось в суд с иском к Федеральному государственному унитарному предприятию «Опытно-конструкторское бюро океанологической техники Российской академии наук» о взыскании неустойки по договору № 111-13 от 15 июля 2013 года за период с 13 января 2018г. по 07 апреля 2018г. в размере 722 992 руб. 15 коп.

Представитель истца в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить.

Представители ответчика в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражали по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Возражений от сторон о переходе к рассмотрению дела по существу и препятствующих рассмотрению дела ходатайств, в соответствии с п. 4 ст. 137 АПК РФ, п. 27 Постановления Пленума ВАС РФ № 65 от 20.12.2006 г. не поступило, судом вынесено определение о завершении предварительного судебного заседания и переходе к рассмотрению дела по существу.

В ходе судебного разбирательства ответчиком заявлено ходатайство об истребовании доказательств.

В соответствии с частью 4 статьи 66 АПК РФ, лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В силу закона право определения достаточности доказательств, имеющих значение для дела, как и право решения вопроса о целесообразности истребования доказательств, принадлежит суду.

Суд установив, что имеющиеся в деле доказательства достаточно для рассмотрения спора по существу, пришел к выводу об отсутствии необходимости для их истребования.

Рассмотрев материалы дела, выслушав сторон, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд установил, что требования истца не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, Федеральное автономное учреждение «25 Государственный научно-исследовательский институт химмотологии Министерства обороны Российской федерации» (далее - истец) заключило с Федеральным государственным унитарным предприятием «Опытно-конструкторское бюро океанологической техники Российской академии наук» (далее - ответчик) договор от 15 июля 2013 г. № 111-13 (далее - договор) на выполнение опытно-конструкторской работы: «Изготовление стенда оценки стабильности свойств рабочих жидкостей для гидравлических систем авиационной и наземной техники» (далее - стенд, ОКР) стоимостью 9 135 785,00 рублей с НДС 18%.

В обоснование заявленных требований истец указал, свои обязательства, предусмотренные п. 2.2 договора, выполнил надлежащим образом, оплатив в полном объёме стоимость работ по 1 этапу ОКР - 630 000,00 рублей (платежные поручения от 02 августа 2013 г. № 5151; от 16 декабря 2013 г. № 5838), а также оплатил 80% от стоимости 2 этапа ОКР - 6 804 628,00 рублей (платёжное поручение от 27 декабря 2013 г. № 5927).

В соответствии с п. 1.2 договора ОКР выполняется в сроки, указанные в прилагаемом к договору календарном плане (1 этап ОКР - 90 календарных дней с момента подписания договора сторонами, 2 этап ОКР - 270 календарных дней с момента подписания истцом акта сдачи-приёмки по 1 этапу ОКР).

Истец пояснил, что акт сдачи-приёмки выполненной работы по 1 этапу ОКР подписан истцом 04 декабря 2013 г., таким образом срок выполнения 2 этапа ОКР - до 01 сентября 2014 г. Вместе с тем, в указанный срок ответчик работы по 2 этапу ОКР не выполнил. В течение длительного времени ответчик не предпринимал необходимых и достаточных действий по выполнению договорных обязательств. За период с сентября 2014 года по сентябрь 2017 года ответчик к истцу о наличии каких-либо препятствий в выполнении работ, о невозможности получить результат ОКР к истцу не обращался, уведомлений о приостановке выполнения работ по независящим от него причинам истцу не направлял.

В соответствии с п. 2 календарного плана выполнения работ по договору (приложение № 1 к договору) в рамках 2 этапа - спорного - осуществляется изготовление стенда; монтаж и испытание стенда у истца, ответчиком подлежат представлению истцу стенд (по результатам положительных испытаний) и комплект эксплуатационной документации на него.

Ответчик письмами от 16 мая 2016 г. № 73/16, от 17 мая 2016 г. № 74/16, от 24 мая 2016 № 77/16 обратился к истцу с просьбой о приемке выполненных работ по 2 этапу ОКР, в дальнейшем - о продлении срока приемки работ в связи наличием недостатков в стенде от 09 июня 2016 г. № 90/16.

Однако по результатам приемки работ 2 этапа ОКР истцом письмом от 29 июня 2016 г. № 2273/31 отказано в приемке работ по 2 этапу ОКР (копия прилагается) в связи с наличием существенных недостатков общим числом более 80 (отсутствие эксплуатационной документации, отсутствие паспортов на комплектующие, отсутствие поверки 27 средств измерения, использование комплектующих, не предусмотренных эскизным проектом, отсутствие комплектующих, предусмотренных техническим заданием, выход из строя 2 гидравлических насосов при проведении испытаний, невозможность проведения испытаний в связи с выходом из строя стенда и др.).

Перечень недостатков (приложение к письму от 29 июня 2016 г. № 2273/31) подписан комиссией по приемке работ, в том числе, с участием представителя ответчика - главного конструктора проекта ФИО5) и представителя экспертной организации - ведущего инженера кафедры 608 ФГБОУ ВО «Московский авиационный институт» ФИО6.

Истец утверждает, что таким образом был установлен факт ненадлежащего выполнения ответчиком работ по 2 этапу ОКР, в том числе с участием представителя ответчика и представителя сторонней экспертной организации, привлеченной самим ответчиком, ответчик признал указанные нарушения и не возражал против них.

Выявленные недостатки стенда устранялись ответчиком вплоть до конца 2019 года.

При этом в связи со сложным финансовым положением ответчика на основании обращений ответчика (письма от 12 июня 2018 г. № 95/18 и от 01 октября 2019 г. № 132/19) в 2018 году и в 2019 году между истцом и ответчиком были заключены дополнительные соглашения от 17 июля 2018 г. и от 17 октября 2019 г. к договору, в соответствии с которыми истец принял на себя обязательства по приобретению комплектующих для стенда и поверке средств измерения, что позволило существенно ускорить выполнение работ по 2 этапу ОКР.

Уведомив истца о готовности к сдаче работ по 2 этапу ОКР письмом от 23 июля 2019 г. № 102/19, ответчик не был готов осуществить ее (копии писем истца от 09 августа 2019 г. № 3043/31, от 22 августа 2019 г. № 3231/31, писем ответчика от 15 августа 2019 г. № 113/19, от 28 августа 2019 г. № 118/19, письма истца от 02 сентября 2019 г. № 3316/31).

Кроме того, ответчик неоднократно обращался к истцу с просьбами о продлении срока приемки работ в связи с неготовностью стенда и наличием ряда существенных недостатков - письма ответчика от 09 сентября 2019 г. № 124/19, от 28 октября 2019 г. № 133/19, от 05 ноября 2019 г. № 150, от 04 декабря 2019 г. № 166/19, которые истец удовлетворял и не отказывал в приемке работ (письма от 11 сентября 2019 г. № 3441/31, от 21 октября 2019 г. №3941/31, от 11 ноября 2019 г. № 4603/31, от 12 декабря 2019 г. № 4783/31.

Испытания стенда с положительными результатами, которые подтвердили готовность стенда и его соответствие требованиям договора и технического задания, были проведены ответчиком только в 2019 году.

Ответчиком работы по 2 этапу ОКР договора выполнены согласно акту о приемке выполненных работ 25 декабря 2019 г., что по мнению истца, подтверждает факт просрочки исполнения договорных обязательств.

Также истец указывает, что срок выполнения работ по 2 этапу ОКР - 9 месяцев, однако ответчик выполнял такие работы более 6 (шести) лет, что привело к срыву выполнения планов проведения научных исследований, необходимости привлечения третьих лиц для выполнения соответствующих работ.

Согласно п. 4.2 договора за нарушение ответчиком сроков выполнения этапа ОКР истец вправе взыскать с ответчика неустойку в размере 0,1 % от стоимости соответствующего этапа ОКР за каждый день просрочки.

Истцом заявляются требования о взыскании неустойки в связи с нарушением ответчиком срока выполнения 2 этапа ОКР за период с 13 января 2018 г. по 07 апреля 2018 г.

Размер неустойки за просрочку выполнения договорных обязательств по 2 этапу ОКР за период с 13 января 2018 г. по 07 апреля 2018 г. составляет 722 992,15 руб.

В целях досудебного разрешения вопроса по исполнению ответчиком обязательств по договору и уплате неустойки в связи с нарушением срока выполнения обязательств по договору истцом была направлена ответчику претензия от 25 ноября 2019 г. № 4545/71 с требованием уплатить истцу неустойку (0,1% от стоимости 2 этапа ОКР за каждый день просрочки). По настоящее время ответчик неустойку не оплатил и оставил без ответа направленную в адрес ответчика претензию.

На основании вышеизложенного истец просит о взыскании с ответчика неустойки по договору № 111-13 от 15 июля 2013 года за период с 13 января 2018г. по 07 апреля 2018г. в размере 722 992 руб. 15 коп

Возражая против удовлетворения заявленных требований ответчиком представлен письменный отзыв в котором исковые требования не признал, заявил о снижении размера неустойки в соответствии со ст. 333 ГК РФ. Ответчик полагает, что взыскиваемая сумма пени явно несоразмерна последствиям нарушения обязательств ответчиком, а кроме того, такое нарушение произошло не по вине ответчика.

Правовое регулирование договора осуществляется специальными нормами главы 38 ГК РФ (выполнение научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ), включая п. 1 ст. 777 ГК РФ (виновная ответственность исполнителя) и императивными нормами ст. 401 (основания ответственности), ст. 405 (просрочка должника), 406 (просрочка кредитора).

С учетом специального правового регулирования договора в предмет доказывания по настоящему делу входит факт отсутствия виновного неисполнения ответчиком обязательств по договору (аналогичный вывод: Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2019 N 09АП-57799/2019 по делу N А40-272239/2018).

В соответствии со ст. 777 ГК РФ, согласно которой исполнитель несет ответственность перед заказчиком за нарушение договоров на выполнение ОКР, если не докажет, что такое нарушение произошло не по вине исполнителя (п. 1 ст. 401 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

В абзаце 4 пункта 5 Постановления ВС РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Вина ответчика за нарушение договора в период с 13.01.2018 г. по 07.04.2018 г. отсутствует, что подтверждается заключением ООО «Южполиметалл Холдинг» № 311 от 10.10.2018 г.

При этом, ранее вынесенные судебные решения не могут иметь преюдициальную силу в части определения вины ответчика в нарушении договора в период с 13.01.2018 г. по 07.04.2018 г., т.к. данные обстоятельства судами по ранее рассмотренным делам не исследовались и не устанавливались.

Письмом № 34/16 от 02.03.2016 г. ответчик сообщил о выполнении 2 этапа договора и направил истцу акт сдачи-приемки 2 этапа работ по договору, письмом № 73/16 от 16.05.2016 г. ответчик направил истцу документы, необходимые для приемки выполненного 2 этапа работ по договору, письмом № 74/16 от 17.05.2016 г. уведомил о готовности стенда к сдаче, затем просил назначить дату проведения приемо-сдаточных испытаний стенда (письмо № 77/16 от 24.05.2016 г.), письмом от 08.06.2018 г. № 95/18 сообщил о необходимости приобретения дополнительного (не предусмотренного ТЗ) расходомера.

Таким образом, причины нарушения ответчиком сроков выполнения работ по договору - неблагоприятные обстоятельства, связанные с научно-техническим риском опытно-конструкторской работы, которые в соответствии со ст. 777 ГК РФ исключают ответственность ее исполнителя, если он добросовестно предпринял все зависящие от него действия во избежание неблагоприятного результата.

Подписание заказчиком актов сдачи-приемки работ позднее сроков предъявления выполненных работ исполнителем не свидетельствует о нарушении исполнителем сроков выполнения работ. Несоблюдение срока выполнения работ может быть вменено исполнителю только при нарушении им условий договора о выполнении работ по состоянию на определенную дату. Приемка работ, осуществляемая заказчиком, зависящая от его волеизъявления, является самостоятельным юридическим фактом, который не может подтверждать другой юридически значимый факт - выполнение работ исполнителем и предъявление их к приемке в срок (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2019 N 09АП-57630/2019 по делу N А40-114657/2018).

На дату 06.03.2017 г. работы исполнителем по согласованному ТЗ были окончены в полном объеме и предъявлены исполнителем к приемке.

На основании статьи 309 Гражданского кодекса России обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с законом и условиями самого обязательства.

В соответствии со ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

По смыслу статьи 330 ГК РФ неустойка, в том числе направлена на стимулирование должника к надлежащему исполнению обязательства под угрозой наступления неблагоприятных материальных последствий.

Согласно имеющимся материалам дела, истец уже взыскал с ответчика неустойку по договору в сумме 8 905 625,50 руб. при этом, стоимость 2 этапа составляет 8 505 785 руб.

Ответчик заявил о применении ст. 333 ГК РФ.

Согласно ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Неустойка в силу ст. 333 ГК РФ по своей правовой природе носит компенсационный характер и не может являться средством извлечения прибыли и обогащения со стороны кредитора.

Суд признает доводы ответчика о чрезмерном размере неустойки правомерными.

При этом, суд считает, что имеет место злоупотребление правом.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Злоупотребление правом, по смыслу статьи 10 ГК РФ, то есть осуществление субъективного права в противоречии с его назначением, имеет место в случае, когда субъект поступает вопреки правовой норме, предоставляющей ему соответствующее право; не соотносит свое поведение с интересами общества и государства; не исполняет корреспондирующую данному праву юридическую обязанность (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.02.2015 N 32-КГ14-17).

Суд, признав недобросовестное поведение истца, исходя из обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения, отказывает истцу в защите принадлежащего права полностью, а также применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Суд оценивает действия истца по взысканию неустойки с учетом ранее взысканной неустойки 8 905 625,50 руб. ( в размере большем, чем оплачено работ), злоупотреблением правом и отказывает в защите.

Оценив в соответствии со ст. 71 АПК РФ доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, определив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности суд считает требования истца не обоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Судебные расходы распределяются в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 8, 10, 12, 309, 310, 330, 333, 769 ГК РФ, ст.ст. 65, 66, 67, 71, 101-103, 110, 112,167-171, 176 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца с даты его принятия.

Судья Киселева Е.Н.