Постановление от 6 июля 2022 г. по делу № А47-12423/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2579/22

Екатеринбург

06 июля 2022 г.


Дело № А47-12423/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июня 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 июля 2022 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Столяренко Г.М.

судей Оденцовой Ю.А., Новиковой О.Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Зеленой С.А. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «АльянсРусТрактор» (далее – общество «АльянсРусТрактор», должник) ФИО1 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 13.09.2021 по делу № А47-12423/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022 по тому же делу.

В судебном заседании посредством веб-конференции (онлайн-заседание) приняли участие:

конкурсный управляющий ФИО1 и его представитель ФИО2 (доверенность от 31.05.2022);

представитель ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 25.05.2022);

представитель ФИО5 и ФИО3 – ФИО6 (доверенности от 05.08.2021, от 14.05.2021).

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 19.12.2016 принято к производству заявление ФИО7 о признании общества «АльянсРусТрактор» несостоятельным (банкротом).

Решением арбитражного суда от 26.05.2017 заявление признано обоснованным, общество «АльянсРусТрактор» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением, в котором просил привлечь бывшего директора общества ФИО7 и ликвидатора ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на сумму 900 000 руб.

Определением суда от 15.03.2021 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего о привлечении в качестве соответчиков ФИО3, ФИО9, общества с ограниченной ответственностью «Технология» (далее – общество «Технология»). Также удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего о переводе из соответчиков в состав третьих лиц ФИО7 и ФИО8

Кредитор должника – индивидуальный предприниматель ФИО10 заявил ходатайство о вступлении в обособленный спор в качестве созаявителя по спору о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Определением суда от 29.07.2021 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего о привлечении к участию в деле в качестве соответчика ФИО5

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 13.09.2021 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022 определение суда первой инстанции от 13.09.2021 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение норм материального права. Конкурсный управляющий не согласен с выводами судов об истечении субъективного годичного срока исковой давности для предъявления требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности; полагает, что к рассматриваемым отношениям подлежат применению положения пункта 5 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона от 28.12.2016 № 488-ФЗ о том, что заявление может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности; в данном случае должник признан банкротом 22.05.2017, указанную дату следует считать началом течения срока исковой давности, который к дате обращения конкурсного управляющего в суд 30.04.2020 не истек. По мнению кассатора, суды ошибочно квалифицировали замену ненадлежащего ответчика надлежащим как подачу нового заявления; ссылается в данной части на пункт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43).

В отзывах на кассационную жалобу ответчики просят судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положенийстатьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для отмены судебных актов не усматривает.

Как следует из материалов дела, общество «АльянсРусТрактор» зарегистрировано в качестве юридического лица 07.11.2013.

Учредителями общества являются ФИО3 (30 % уставного капитала), ФИО9 (15 % уставного капитала), ФИО11 (25 % уставного капитала), ФИО12 (15 % уставного капитала), ФИО13 (15 % уставного капитала).

Единоличным исполнительным органом общества последовательно являлись ФИО3 – с 07.11.2013 по 21.10.2015, ФИО7 – с 21.10.2015 по 19.06.2016, ФИО8 (ликвидатор) – с 19.09.2016 по 22.05.2017.

Дело о банкротстве общества «АльянсРусТрактор» возбуждено определением арбитражного суда от 19.12.2016 по заявлению ФИО7

Решением арбитражного суда от 26.05.2017 данное заявление признано обоснованным, в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в реестр требований кредиторов включено требование ФИО7 в размере 313 700 руб. задолженности по договору займа от 14.01.2015, подтвержденное судебным приказом мирового судьи судебного участка № 3 Ленинского района г. Оренбурга от 11.11.2016.

Помимо ФИО7 в реестр требований кредиторов должника включено требование главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО10 в размере 941 595 руб. задолженности в виде неотработанного аванса, подтвержденное решением Арбитражного суда Оренбургской области от 09.01.2017 по делу № А47-8006/2016 (определение суда от 29.08.2017); признаны обоснованными, подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, требования общества с ограниченной ответственностью «Альт Информ» в размере 1 820 702 руб. задолженности по договору оказания услуг (определение суда от 12.02.2018), Государственного бюджетного учреждения «Оренбургский областной бизнес-инкубатор» в размере 27 071 руб. задолженности по арендным платежам (определение суда от 30.07.2018).

В ходе процедуры банкротства установлен единственный актив должника – право требования на сумму 306 000 руб. (публикация в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве от 18.08.2017).

Конкурсный управляющий ФИО1 30.04.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил привлечь бывшего директора должника ФИО7, ликвидатора должника ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «АльянсРусТрактор», ссылаясь на нарушение ими обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве).

В дополнительных пояснениях, представленных в суд 18.01.2021, конкурсный управляющий помимо вышеназванных лиц просил привлечь к субсидиарной ответственности ФИО3, указал, что данное лицо являлось директором общества «АльянсРусТрактор», именно в период исполнения им обязанностей руководителя общества у последнего возникли неисполненные обязательства перед кредиторами.

Впоследствии (15.03.2021) конкурсный управляющий подал уточненное заявление, в котором просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника общество «Технология» и ФИО9, ссылаясь на то, что ФИО9 совместно со ФИО3 осуществлял фактическое руководство обществом, после возникновения долгов они бросили предприятие и перевели бизнес на общество «Технология».

В судебном заседании 15.03.2021 конкурсный управляющий отказался от требований к ФИО7 и ФИО8 ввиду номинального характера их деятельности в качестве руководителей должника, названные лица привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц.

Затем конкурсный управляющий 27.07.2021 заявил ходатайство о привлечении в качестве соответчика ФИО5, ссылаясь на то, что он являлся сотрудником общества «АльянсРусТрактор», учредителем и руководителем общества «Технология», в пользу ФИО5 должником перечислялись деньги в подотчет, которые не были возвращены и по которым не представлены оправдательные документы.

25.08.2021 конкурсный управляющий представил в арбитражный суд обобщенное заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника общества «Технология», ФИО9, ФИО3 и ФИО5 В обоснование заявленных требований ФИО1 ссылался на отсутствие у должника имущества для погашения требований кредиторов, на то, что за период 2015 – 2016 г. происходил вывод денежных средств с расчетного счета должника в пользу аффилированных лиц: ФИО3, ФИО5, общества «Технология», общества с ограниченной ответственностью «ТрансСтройПроект» в размере более 2 млн руб., при этом документов, подтверждающих расходование денежных средств на административно-хозяйственные и прочие нужды должника, не представлено, что в итоге привело общество к тяжелому финансовому положению и невозможности погашения требований кредиторов.

Ответчики, возражая против заявленных требований, заявили о пропуске срока исковой давности.

Суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу о том, что срок исковой давности по требованиям о привлечении вышеназванных ответчиков к субсидиарной ответственности истек, в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований отказали.

Суд округа оснований для отмены судебных актов не усматривает.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

Так как обстоятельства, которые, как считает конкурсный управляющий, являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, а именно вывод денежных средств должника, имели место в 2015 – 2016 г., а заявление о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности поступило в суд после 01.07.2017, то спор подлежал рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, а также процессуальных норм, предусмотренных Законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции указанного закона заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 данной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Таким образом, данная норма Закона о банкротстве содержала указание на применение двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, и трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Положения пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве были изменены Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ, согласно которому заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 данной статьи, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. Данным законом предусмотрено, что установленные им правила применяются к поданным после 01.07.2017 заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности – о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, то есть не может начаться ранее введения процедуры конкурсного производства.

При этом положения пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве как в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, так и в редакции Федерального закона от 28.12.2016 № 488-ФЗ содержат ограничение по сроку исковой давности – не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2015 № 309-ЭС15-1959).

Из разъяснений, изложенных в абзаце втором пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве), следует, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Как уже было указано, конкурсный управляющий первоначально обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности двух лиц: ФИО7 и ФИО8, указав в качестве оснований для субсидиарной ответственности неисполнение ими обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника.

В ходе рассмотрения спора конкурсный управляющий от требований к названным лицам отказался, просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника общество «Технология», ФИО9, ФИО3, ФИО5, ссылался при этом на положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и указывал на совершение данными лицами сделок по выводу активов должника путем перечисления денежных средств на счета указанных лиц, а также иным лицам в отсутствие для этого правовых и фактических оснований. При этом, как указал конкурсный управляющий, он узнал о соответствующих основаниях для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности только после сделанного в марте 2021 года заявления ФИО7 о том, что она являлась номинальным руководителем общества, а его фактическими бенефициарами выступали ФИО3 и ФИО9

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив доводы и возражения сторон, представленные в дело доказательства, пришли к выводу о необоснованности соответствующей позиции конкурсного управляющего, заключили, что об обстоятельствах совершения платежей в пользу заинтересованных лиц, о статусе указанных лиц как лиц, контролирующих должника, конкурсный управляющий мог и должен был узнать в разумный срок после открытия процедуры конкурсного производства.

Сведения о том, что ФИО9 и ФИО3 являлись участниками должника (а последний также и директором должника в период, с которым конкурсный управляющий частично связывает наступление кризисных факторов), содержатся в Едином государственном реестре юридических лиц; информация о движении денежных средств по счетам должника беспрепятственно получена конкурсным управляющим в кредитных организациях, соответственно, им могла быть проверена реальность отношений, положенных в основу вменяемых в вину ответчикам платежей, причем как путем обращения к лицам, являвшимся получателями денежных средств, так и путем истребования соответствующих сведений у бывшего директора общества «АльянсРусТрактор» ФИО7, которая к тому же являлась заявителем по делу о банкротстве. Конкурсный управляющий с заявлением об истребовании у бывших руководителей должника бухгалтерской и иной документации общества в суд не обращался, в заявлении о привлечении ФИО7, ФИО8 к субсидиарной ответственности на непередачу ему документации общества не ссылался, следовательно, документация была ему передана и он располагал всей необходимой полнотой информации о хозяйственной деятельности должника.

Обстоятельств, указывающих на то, что информация о контролирующих должника лицах, об обстоятельствах совершения сделок по выводу активов, скрывалась бывшим руководителем должника ФИО7, в связи с чем конкурсный управляющий был объективно лишен возможности установить бенефициаров и выявить сделки, в результате которых наступила неплатежеспособность общества, судами не выявлено, конкурсный управляющий ФИО1 на наличие таких объективных препятствий не ссылался.

Кроме того, судами установлено, что инвентаризация имущества должника проведена в августе 2017 года, выявлен единственный актив – право требования на сумму 306 000 руб., с указанной даты конкурсный управляющий мог сделать вывод об отсутствии у должника имущества, достаточного для погашения требований кредиторов, и имел возможность своевременно до истечения трехгодичного срока исковой давности определить состав контролирующих должника лиц и установить наличие оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

При таких обстоятельствах суд округа полагает возможным согласиться с судами первой и апелляционной инстанций в том, что срок исковой давности по заявленным требованиям истек спустя три года с даты открытия конкурсного производства в отношении общества «АльянсРусТрактор».

В силу того, что с требованиями о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 конкурсный управляющий ФИО1 обратился 18.01.2021, общества «Технология», ФИО9 – 15.03.2021, ФИО5 – 27.07.2021, суды правомерно заключили, что имеются основания для отказа в иске ввиду истечения исковой давности.

Выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что замена ответчиков не может быть квалифицирована как подача нового заявления, со ссылкой на пункт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43, подлежит отклонению как несостоятельный.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 14 названного постановления, со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права срок исковой давности не течет на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита (пункт 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе в случаях, когда суд счел подлежащими применению при разрешении спора иные нормы права, чем те, на которые ссылался истец в исковом заявлении, а также при изменении истцом избранного им способа защиты права или обстоятельств, на которых он основывает свои требования (часть 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и часть 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 19 постановления, в случае замены ненадлежащего ответчика надлежащим исковая давность по требованию к надлежащему ответчику не течет с момента заявления ходатайства истцом или выражения им согласия на такую замену (статья 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, срок исковой давности перестает течь с даты заявления требований к надлежащему ответчику, а не с даты предъявления первоначального иска, как ошибочно считает конкурсный управляющий.

В данном случае с требованиями к ответчикам конкурсный управляющий обратился за пределами трехгодичного срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов на основании части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется, определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд


П О С Т А Н О В И Л:


определение Арбитражного суда Оренбургской области от 13.09.2021 по делу № А47-12423/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «АльянсРусТрактор» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Г.М. Столяренко


Судьи Ю.А. Оденцова


О.Н. Новикова