Постановление от 4 февраля 2019 г. ФАС СЗО (ФАС Северо-Западного округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

05 февраля 2019 года

Дело №

А56-5988/2014

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Тарасюка И.М., Яковца А.В.,

при участии ФИО1 (паспорт), от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 16.04.2018), от общества с ограниченной ответственностью «Стройкомплекс» ФИО4 (доверенность от 11.01.2019),

рассмотрев 30.01.2019 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2018 по делу № А56-5988/2014 (судьи Глазков Е.Г., Зайцева Е.К., Масенкова И.В.),

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.03.2014 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Стройкомплекс», место нахождения: 198095, Санкт-Петербург, улица Шкапина, дом 32-34, литера А, помещения № 502 и 503, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Компания), возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Агентство территориального развития кварталов 9, 11, 82, 85 и 86 Московского района Санкт-Петербурга», место нахождения: Санкт-Петербург, Московское шоссе, дом 24, литера А, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество).

Определением суда от 31.07.2014 заявление Компании признано обоснованным, в отношении Общества введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден ФИО1.

Решением суда от 29.05.2015 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Определением суда от 30.06.2016 ФИО1 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО5.

Определением суда от 27.07.2017 конкурсное производство в отношении Общества завершено.

Определением суда от 09.10.2017 к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены индивидуальный предприниматель ФИО6 и открытое страховое акционерное общество «ВСК».

ФИО2 обратился с заявлением о взыскании с арбитражного управляющего ФИО1 3 722 400 руб. убытков.

Определением от 01.12.2017 арбитражный суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления.

ФИО2 и ФИО6 обжаловали определение суда первой инстанции в апелляционном порядке.

Установив отсутствие в материалах настоящего дела доказательств извещения судом первой инстанции о начале судебного разбирательства Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии и саморегулируемой организации арбитражных управляющих, апелляционный суд перешел к рассмотрению спора по правилам, установленным для суда первой инстанции.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2018 определение от 01.12.2017 отменено, по делу принят новый судебный акт – об отказе в удовлетворении заявления.

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на неправильное применение апелляционным судом норм материального права, а также на несоответствие выводов этого суда фактическим обстоятельствам дела, просит отменить постановление апелляционного суда и принять по делу новый судебный акт – об удовлетворении заявления.

Податель жалобы ссылается на нарушение судом положений статей 16 и 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), утверждая, что судебными актами по делу № А56-94784/2015 установлено, что спорное право требование является ничтожным. Также податель жалобы указывает, что конкурсным управляющим ФИО1 были нарушены требования добросовестности и разумности, поскольку им осуществлена продажа с открытых торгов в форме аукциона несуществующего права требования. Податель жалобы ссылается на положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской федерации (далее – ГК РФ), статей 20.2. 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), указывая, что конкурсный управляющий ФИО1 получил от победителя торгов оплату, не исполнив при этом обязанность по передаче действительного права требования.

В отзыве на кассационную жалобу арбитражный управляющий ФИО1 просит оставить в силе обжалуемое постановление, считая его обоснованным и законным.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе, а ФИО1 и представитель Компании возражали против ее удовлетворения.

Законность обжалуемого постановления апелляционного суда от 23.10.2018 проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, в период исполнения ФИО1 обязанностей конкурсного управляющего должником в декабре 2015 года, состоялись торги дебиторской задолженностью Общества, на которых представлен в том числе лот № 1 - право требования к Комитету имущественных отношений Санкт-Петербурга (далее – Комитет) в размере 17 304 773,29 руб. (рублевый эквивалент 258 431,40 доллара США). По результатам проведения торгов по продаже имущества должника 04.12.2015 с ФИО2 заключен договор №1 уступки прав требования по договору № 00/ЗК-04015 (12) в размере 258 431,40 долларов США.

В последствии, 15.06.2016 между ФИО2 (цедентом) и ФИО6 (цессионарием) заключен договор уступки прав требования к Комитету.

В рамках судебного разбирательства по делу № А56-94784/2015 решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.11.2016, вступившим в законную силу, отказано в удовлетворении иска ФИО6 (правопреемника Общества) к Комитету о взыскании 258 431,40 доллара США переплаты по договору аренды земельного участка на инвестиционных условиях № 00/ЗК-04015(12) в рублевом эквиваленте.

ФИО2 12.07.2017 обратился в суд в рамках дела о банкротстве Общества с заявлением о взыскании в его пользу с арбитражного управляющего ФИО1 3 722 400 руб. убытков в форме реального ущерба.

Апелляционный суд, рассмотревший дело по правилам, установленным для рассмотрения дела судом первой инстанции, отказал в удовлетворении заявления о взыскании реального ущерба, причиненного в результате приобретения по вине арбитражного управляющего несуществующего права требования, сделав вывод о том, что цессионарий, являющийся профессиональным юристом, имел возможность ознакомиться с документами в отношении приобретенной дебиторской задолженности, в том числе установить факт истечения срока исковой давности, и был предупрежден о наличии спора с Комитетом.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судом норм материального и процессуального права, полагает, что нормы права применены правильно, а выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. Между противоправным поведением одного лица и убытками, возникшими у другого лица, чье право нарушено, должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь. Недоказанность одного из указанных фактов свидетельствует об отсутствии состава гражданско-правовой ответственности.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в абзаце третьем пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

ФИО2 причинение ему убытков связывает с тем, что конкурсным управляющим ФИО1, являвшимся организатором торгов по продаже имущества должника, реализовано победителю торгов несуществующее право требования дебиторской задолженности, которая не подтверждена первичными документами, без уведомления об истечении срока исковой давности по спорному требованию.

Судом установлено, что в газете «Коммерсантъ» от 24.10.2015 опубликовано сообщение конкурсного управляющего ФИО1 о том, что 03.12.2015 в 12 ч 00 мин состоятся открытые торги в форме электронного аукциона, открытого по составу участников и форме предложения цены, по принципу повышения цены, по продаже имущества должника тремя лотами. Лотом № 1 являлась дебиторская задолженность, в том числе право требования к Комитету в размере 17 304 773,29 руб. (рублевый эквивалент 258 431,40 доллара США).

По результатам проведения торгов по продаже имущества с ФИО2 04.12.2015 заключен договор № 1 уступки прав требования к Комитету.

Стоимость уступаемого права (3 722 400 руб.) уплачена платежными поручениями от 30.11.2015 № 266117 (237 600 руб. - задаток), от 18.01.2016 № 22 (3 484 800 руб. перечислены третьим лицом за ФИО2).

Из материалов дела следует, что решение о продаже дебиторской задолженности Комитета принималось не арбитражным управляющим ФИО1, а собранием кредиторов должника, которое состоялось 02.09.2015. При этом ФИО1 выступил организатором торгов и провел их в соответствии с утвержденным собранием кредиторов положением о продаже имущества Общества.

Согласно протоколу о результатах торгов от 03.12.2015 № 107-ОАОФ/2/1 начальная цена лота № 1 была определена оценщиком в размере 1 584 000 руб. (отчет об оценке рыночной стоимости права требования от 21.08.2015 № 104-Б-15). К торгам были допущены пять участников, включая ФИО2 По результатам торгов с ФИО2 как с победителем, предложившим более высокую цену за продаваемый лот, чем его начальная цена (номинальная стоимость лота), был заключен договор уступки прав (цессии) от 04.12.2015.

С учетом установленных обстоятельств суд пришел к правомерному выводу о том, что действия ФИО1 как организатора торгов соответствуют положениям Закона о банкротстве.

Довод подателя жалобы о неправомерных действиях конкурсного управляющего ФИО1, предложившего к продаже на торгах несуществующую задолженность, отклоняется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 390 ГК РФ по общему правилу цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником.

Вывод суда апелляционной инстанции о том, что реализованное на торгах требование Общества о взыскании с Комитета дебиторской задолженности не является недействительным, следует признать обоснованным.

Действительность договора цессии от 04.12.2015 ФИО2 в установленном законом порядке не оспорена, требование о расторжении договора цессии не заявлено, в том числе и по мотиву отсутствия документов, предусмотренных договором цессии.

Сведения о договоре аренды, заключенном между Обществом (арендатором) и Комитетом (арендодателем), и обязательствах сторон, на основании которых возникла переплата арендатора, отражены в решении суда по делу № А56-54299/2013.

Судебные акты, а также иные процессуальные документы по указанному делу размещены в свободном доступе на сайте «Картотека арбитражных дел». Следовательно, ФИО2 имел возможность ознакомиться с судебными актами по названному делу, но не требовал от конкурсного управляющего дополнительные сведения по предмету торгов.

ФИО2 было известно, что на торги в составе лота № 1 выставлено право требования к Комитету, которое последний в добровольном порядке не исполнил, и Общество не обращалось в суд с заявлением о взыскании с Комитета задолженности.

Суд обоснованно указал, что ФИО2, будучи адвокатом, является профессиональным юристом и располагает необходимыми познаниями в области юриспруденции, позволяющими принять взвешенное решение о целесообразности приобретения права требования, не подтвержденного судебным актом, а также имел возможность принять меры для определения срока давности по спорному требованию.

В рамках судебного разбирательства по делу № А56-94784/2015 решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.11.2016, вступившим в законную силу, отказано в удовлетворении иска ФИО6 к Комитету в связи с пропуском срока исковой давности.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. При этом исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

С учетом установленных обстоятельств суд пришел к обоснованному выводу о том, что уплата ФИО2 3 722 400 руб. за приобретенное им на торгах право требования к Комитету, которые заявитель считает убытками, обусловлена волеизъявлением ФИО2 При этом обстоятельства, воспрепятствовавшие исполнению спорного требования, не связаны с действиями (бездействием) арбитражного управляющего ФИО1, являвшегося организатором торгов.

Поскольку, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, заявителем не доказан факт возникновения убытков в результате действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО1, суд правомерно отказал в удовлетворении заявленного требования.

При рассмотрении дела нормы материального права применены судом правильно и нормы процессуального права не нарушены.

Суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

постановил:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2018 по делу № А56-5988/2014 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий

Е.Н. Бычкова

Судьи

И.М. Тарасюк

А.В. Яковец