Решение от 3 июня 2024 г. по делу № А56-90193/2023

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-90193/2023
04 июня 2024 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена 16 мая 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 04 июня 2024 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи Сергеевой О.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Шулаевой В. А.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: федеральное государственное бюджетное военное образовательное учреждение высшего образования «Военно-медицинская академия имени С. М. Кирова» Министерства обороны Российской Федерации (адрес: 194044, г. Санкт-Петербург, ул. Академика Лебедева, д. 6, литера Ж, ОГРН: <***>),

ответчик: общество с ограниченной ответственностью «ВКО Медпром» (адрес: 105318, <...>, эт/пом/каб 3/II/1, ОГРН: <***>)

о взыскании,

при участии

- от истца: ФИО1 (доверенность от 08.11.2023),

- от ответчика: ФИО2 (доверенность от 09.01.2024), ФИО3 (доверенность от 11.01.2024),

установил:

Федеральное государственное бюджетное военное образовательное учреждение высшего образования «Военно-медицинская академия имени С. М. Кирова» Министерства обороны Российской Федерации обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ВКО Медпром» о взыскании 1 150 000 руб. штрафа по контракту от 11.04.2022 № 11/409, 9 200 000 руб. пеней, 450 547 руб. 95 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Ответчик возражает против удовлетворения иска по доводам, изложенным в отзыве, заявил о необходимости списания штрафных санкций, а также об уменьшении неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании истец поддержал заявленные требования в полном объеме, ответчик поддержал доводы отзыва.

Исследовав материалы дела, заслушав позиции сторон, суд установил следующие обстоятельства.

Федеральное государственное бюджетное военное образовательное учреждение высшего образования «Военно-медицинская академия имени С. М. Кирова» Министерства обороны Российской Федерации (далее – Академия, Заказчик) и общество с ограниченной ответственностью «ВКО Медпром» (далее - Общество, Поставщик) заключили контракт от 11.04.2022 № 11/409 (далее – контракт).

Поставщик принял на себя обязательства в порядке и сроки, предусмотренные Контрактом, осуществить поставку медицинского оборудования: «Система интервенционная ангиографическая Alphenix модели INFX-8000V/Y» (код ОКПД 2- 26.60.11.113 Аппараты рентгенографические) (далее - Оборудование) и надлежащим образом оказать услуги по доставке, разгрузке, сборке, установке, монтажу, вводу в эксплуатацию Оборудования, обучению правилам эксплуатации и инструктажу специалистов Заказчика, эксплуатирующих Оборудование в соответствии с требованиями технической и (или) эксплуатационной документации производителя (изготовителя) Оборудования. Заказчик обязался принять и оплатить поставленные оборудование и надлежащим образом оказанные услуги (пункт 1.1 контракта).

Цена контракта составила 230 000 000 руб. (пункт 2.2 контракта). В соответствии с пунктом 9.2. Контракта оплата по Контракту осуществляется путем перечисления авансового платежа в размере 50% (пятьдесят процентов) Цены Контракта, что составляет 115 000 000 (сто пятнадцать миллионов) рублей 00 копеек в течение 10 (десяти) дней с даты получения Заказчиком уведомления от Поставщика об открытии лицевого с чета в Управлении Федерального казначейства. Заказчик 02.06.2022 на основании счета перечислил на лицевой счет Поставщика открытый в УФК по г. Москве 115 000 000 (сто пятнадцать миллионов) рублей 00 копеек, что подтверждается платежным поручением №3 от 31.05.2022.

Поставка оборудования осуществляется поставщиком в место доставки на условиях, предусмотренных пунктом 1.3 контракта, не позднее 10 рабочих дней с даты заключения контракта. Поставщик за 3 рабочих дня до осуществления поставки направляет Заказчику уведомление о времени доставки оборудования (пункт 5.1 контракта). Фактической датой поставки считается дата, указанная Заказчиком в товарной накладной, фактической датой приемки считается дата, указанная Заказчиком в акте приема-передачи оборудования (пункт 5.2 контракта).

В соответствии с разделом 3 Контракта Поставщик обязан:

-поставить Оборудование в строгом соответствии с условиями Контракта в полном объеме, надлежащего качества и в установленные сроки (п. 3.1.1);

-оказать Услуги в строгом соответствии с условиями Контракта в полном объеме, надлежащего качества и в установленные сроки (п. 3.1.2);

-предоставить Заказчику сведения, необходимые для работы с Оборудованием, включая предоставление ключей, паролей доступа, программ и иных сведений, необходимых для технического обслуживания, применения и эксплуатации (п. 3.1.5);

- обеспечить соответствие поставляемого Оборудования и оказываемых Услуг требованиям качества, безопасности в соответствии с законодательством Российской Федерации (п. 3.1.6).

В обоснование иска Академия указала, что Поставщиком допущены нарушения указанных обязанностей по Контракту. Так, Заказчик письмами зисх. от 14.12.2022г. № 11/1698, от 19.12.2022г. № 11/1713, от 23.12.2022г. №11/1724, от 16.02.2023г. № 11/42 сообщал о несоответствии поставленного оборудования условиям Контракта с указанием перечня недостатков и просил их устранить в срок до 26.12.2022. Недостатки не были устранены, приемка Оборудования Заказчиком не произведена.

В соответствии с пунктом 10.10. Контракта за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения Поставщиком обязательств, предусмотренных Контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных Контрактом, Поставщик выплачивает Заказчику штраф в размере 1 150 000,00 (Один миллион сто пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек.

В своём письме от 11.04.2023г. исх. №80-23/ОРК Поставщик сообщил, что «устранил все недостатки товара, доступные к устранению в текущей геополитической обстановке». Далее Поставщик предложил исключить ряд позиций, которые не могут быть им поставлены в РФ в настоящее время и предложил внести изменения в контракт и исключить пункты технического задания, выполнение которых невозможно, с соразмерным уменьшением цены контракта, исходя из расчета стоимости исключаемых позиций, согласно ответу официального дистрибьютора производителя, либо расторгнуть контракт по соглашению сторон.

В адрес ответчика истцом была направлена соответствующая претензия об оплате штрафа от 17.04.2023г. № 23/158. Ответ по существу претензии ответчиком не был дан, денежные средства в счёт оплаты неустойки (штрафа) по контракту не поступали.

Согласно письму от 12.05.2023 года №10Ь22/ОРК Поставщик ООО «ВКО Медпром» предложило внести изменения в Контракт путём заключения дополнительного соглашения и исключить пункты технического задания, выполнение которых невозможно ввиду ограничений со стороны Японии (страны производителя) уменьшением цены контракта на 9 700 160,4 рублей, исходя из стоимости исключаемых позиций официальным дистрибьютером производителя, с проведением повторной приёмки, либо расторгнуть Контракт по соглашению сторон.

Заказчик 05.06.2023, руководствуясь пунктами 12.3, 12.4 Контракта, ст. 450, 450.1, ст. 523 Гражданского кодекса Российской Федерации в одностороннем порядке расторгнул Контракт (Уведомление от 13 мая 2023г. № 23/202).

В соответствии с пунктом 10.8. Контракта в случае просрочки исполнения Поставщиком обязательств, предусмотренных Контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения Поставщиком обязательств, предусмотренных Контрактом, Заказчик направляет Поставщику требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

В соответствии с пунктом 10.9. Контракта пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения Поставщиком обязательства, предусмотренного Контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного Контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от цены Контракта (отдельного этапа исполнения Контракта), уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных Контрактом (соответствующим отдельным этапом исполнения Контракта) и фактически исполненных Поставщиком.

Заказчик начислил Поставщику пени за нарушение срока поставки товара за период с 27.12.2022 по 05.06.2023 в размере 9 200 000 руб.

Также истец указал, что поскольку Контракт был заключен на условиях казначейского сопровождения, то в соответствии с пунктом 1 статьи 242.19-1 Бюджетного кодекса Российской Федерации казначейское обслуживание операций со средствами участников казначейского сопровождения осуществляется в порядке, утвержденном приказом Федерального казначейства от 15.12.2021 г. № 40н. (далее - Порядок №40н) Положениями пунктов 3 и 8 Порядка №40н предусмотрено, что при казначейском обслуживании операций со средствами участников казначейского сопровождения территориальный орган Федерального казначейства проводит операции на лицевом счете по поручению участника казначейского сопровождения на основании предоставленного участником казначейского сопровождения распоряжения о совершении казначейского платежа.

Учитывая приведенные выше положения, Заказчик 10.07.2023 №23/261 направил требование в течение 3 (трех) рабочих дней с даты получения настоящего Требования предоставить в Управление Федерального казначейства распоряжение о возврате уплаченного аванса в размере 115 000 000 (сто пятнадцать миллионов) рублей 00 копеек на лицевой счет Заказчика, указанный в Контракте, т.е. до 13.07.2023 включительно.

На данное требование от Поставщика получен ответ от 21.07.2023 № 140-23/ОРК с обещанием направить в управление Федерального казначейства соответствующее распоряжение позже ссылкой на исполнение обязательств по иному заключённому ими контракту. Указанные денежные средства были перечислены только 31.07.2023, что подтверждается соответствующим поручением о перечислении на счёт от 31.07.2023 №23. Таким образом, по мнению истца, просрочка составила 18 (Восемнадцать) календарных дней.

Истец начислил ответчику проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 14.07.2023 по 31.07.2023 в размере 450 547 руб. 95 коп.

Истец направил ответчику претензию с требованием об уплате штрафных санкций. Оставление претензии без удовлетворения послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Суд на основании пункта 3 статьи 421, статей 506, 702, 779 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), исходя из содержания контракта, пришел к выводу о том, что он по своей правовой природе является смешанным договором: в части поставки, доставки и разгрузки товара является договором поставки, в части установки, монтажа, ввода в эксплуатацию Оборудования является договором подряда, а в части обучения правилам эксплуатации и инструктажу специалистов Заказчика – договором возмездного оказания услуг. К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора (пункт 3 статьи 421 ГК РФ).

В силу статей 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В силу пункта 1 статьи 457 ГК РФ срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 ГК РФ. Если иное не предусмотрено договором купли-продажи, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент вручения товара покупателю или указанному им лицу, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара (пункт 1 статьи 458 ГК РФ).

Установленная законом или договором поставки неустойка за недопоставку или просрочку поставки товаров взыскивается с поставщика до фактического исполнения обязательства в пределах его обязанности восполнить недопоставленное количество товаров в последующих периодах поставки, если иной порядок уплаты неустойки не установлен законом или договором (статья 521 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы (пункт 1 статьи 708 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

По смыслу закона неустойка является мерой ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, направленной на восстановление нарушенного права. Размер неустойки может быть установлен в твердой сумме (штраф) или в виде периодически начисляемого платежа (пени), о чем указано в абзаце первом пункта 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Согласно позиции, изложенной в пункте 36 «Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017), Пеня за просрочку исполнения обязательств по государственному (муниципальному) контракту подлежит начислению до момента прекращения договора в результате одностороннего отказа заказчика от его исполнения. Одновременно за факт неисполнения государственного (муниципального) контракта, послужившего основанием для одностороннего отказа от договора, может быть взыскан штраф в виде фиксированной суммы.

В силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В силу пункта 1 статьи 406 ГК РФ кредитор считается просрочившим, если он не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства. Должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора (пункт 3 статьи 405 ГК РФ).

Сторона освобождается от уплаты неустойки (штрафа, пени), если докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, предусмотренного контрактом, произошло вследствие непреодолимой силы или по вине другой стороны (часть 9 статьи 34 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», далее - Закон № 44-ФЗ, Закон о закупках).

Материалами дела подтверждается нарушение Обществом обязательств по контракту в части сроков поставки, выполнения работ и оказания услуг. Ответчик факт нарушения не оспорил, однако указал, что нарушение было вызвано ненадлежащим исполнением Заказчиком встречных обязательств по контракту. Так, в период с 20.05.2022 по 15.11.2022 оказание услуг по сборке, установке и монтажу, вводу Оборудования в эксплуатацию, обучению специалистов было невозможно из-за действий (бездействий) ФГБВОУВО «Военно-медицинская академия имени С.М. Кирова» МО РФ – необеспечения готовности помещений согласно п. 7.2, 7.4 контракта и отсутствия соответствующей заявки. Данная просрочка со стороны заказчика привела к тому, что активация части программного обеспечения, требуемого согласно спецификации к контракту и которая была установлена на Оборудовании, оказалась невозможна из-за введения в период просрочки страной производителя дополнительных мер экспортного контроля, которые препятствуют активации ранее установленных, но не активированных программ (подтверждается письмами официального представителя производителя в РФ ООО «АрПи Канон Медикал Системз» от 26.12.2022, 28.12.2022, 06.02.2023). В связи с отсутствием части необходимого программного обеспечения произошла задержка сдачи оборудования заказчику в период с 27.12.2022 по 05.06.2023. Таким образом, в случае выполнения заказчиком требований контракта и предоставления подготовленного помещения для выполнения всего комплекса услуг по контракту в надлежащий срок, а не спустя полгода после поставки Оборудования, все услуги были бы выполнены, в том числе – активировано все программное обеспечение, поскольку специальные санкции в этой части начали действовать лишь в июле 2022 года.

Поставщик 25.04.2022, то есть через 14 дней после заключения контракта, уведомил Заказчика о готовности произвести отгрузку товара, для чего просил предоставить проект (схему) заноса Оборудования (письмо от 25.04.2022). Одновременно поставщиком был организован осмотр помещений заказчика для хранения оборудования, в ходе которого было выявлено, что выделенные помещения не соответствуют требованиям производителей (письмо от 27.04.2022). Заказчиком были устранены выявленные несоответствия и предложены иные помещения для хранения. После получения подтверждения соответствий вновь выделенных помещений требованиям производителей поставщик организовал доставку предмета поставки заказчику (письма от 04.05.2022, 18.05.2022). Оборудование 20.05.2022 было отгружено и помещено в помещения заказчика, что подтверждается транспортной накладной от 19.05.2022.

Согласно п. 7.2, 7.4 контракта, услуги осуществляются по заявке Заказчика в течение 30 (тридцати) календарных дней. Оказание Услуг по сборке, установке и монтажу Оборудования осуществляется при наличии подготовленного помещения или места эксплуатации с учетом класса электробезопасности и иных требований безопасности в соответствии с технической и (или) эксплуатационной документацией производителя (изготовителя) Оборудования и законодательством Российской Федерации. После заключения контракта письмом от 22.04.2022 ООО «ВКО Медпром» в целях подготовки заказчиком помещений для последующего монтажа оборудования (п. 3.3.2, 7.4 контракта) направило истцу требования производителей. Возможность выполнить монтаж оборудования у поставщика отсутствовала вплоть до 15.11.2022 (в течение полугода) – в течение данного периода поставщиком организованы неоднократные выезды представителя производителя для проверки готовности помещения (акт приема помещения от 15.09.2022), повторно направлены материалы для подготовки помещения (письмо от 12.07.2022). Только 14.11.2022 от заказчика было получено уведомление об окончательной готовности помещений (письмо от 14.11.2022). Именно с 15.11.2022 сам заказчик исчисляет срок на оказание услуг (например, письмо от 23.12.2022).

Академия факт готовности помещения к установке и монтажу оборудования лишь с 15.11.2022 не опровергает. В возражениях на отзыв ответчика истец подтвердил, что подготовка помещений для монтажа и ввода в эксплуатацию поставленного оборудования имела место в период с мая по ноябрь 2022 года и была обусловлена проектированием и выполнением технических условий Поставщика и производителя оборудования. Поставщик направил заказчику требования к помещениям 22.04.2022, однако заказчик длительное время не предпринимал каких-либо мер к выполнению работ. Истец в возражениях сослался на то, что длительная подготовка помещения связана с проектированием и выполнением ремонтных работ. Однако, истец не представил ни договоры на проектирование и ремонт, ни документы об их исполнении (акты, платежные поручения), которые бы подтверждали его доводы.

Таким образом, представленными ответчиком доказательствами подтверждается, что причиной неисполнения контракта в период с 20.05.2022 по 14.11.2022 является ненадлежащее исполнение Заказчиком обязательств по подготовке помещений для установки и монтажа оборудования.

Также ответчик заявил о следующих обстоятельствах. После подготовки помещений со стороны заказчика ООО «ВКО Медпром» в кратчайшие сроки осуществило полную сборку и монтаж оборудования, подготовило его к вводу в эксплуатацию и пригласило заказчика для приемки (письмо от 29.11.2022). Однако в ходе приемки было установлено, что ранее предустановленное на заводе-производителе программное обеспечение требует дополнительного ввода ключей доступа для активации. На основании отсутствия данных ключей заказчик отказался от подписания акта ввода в эксплуатацию и приемки товара (письма от 19.12.2022, 23.12.2022).

ООО «ВКО Медпром» начало официальную переписку с продавцом оборудования – ООО «ЗелМедСервис», который в свою очередь направил соответствующие запросы официальному представителю производителя компании Canon в Российской Федерации – ООО «АрПи Канон Медикал Системз». Согласно полученным ответам, данная ситуация вызвана изменением политики властей Японии (страны производителя оборудования – компании Canon) и ужесточением экспортного контроля, в связи с чем сроки отгрузки ряда товаров значительно увеличились. Для поставки данной продукции на территорию Российской Федерации производителем (экспортером) должно быть получено отдельное разрешение властей Японии, без которого на текущий момент поставка временно запрещена. В число указанных позиций попали программные продукты, необходимые для исполнения обязательств ООО «ВКО Медпром» перед заказчиком (письмо ООО «АрПи Канон Медикал Системз» от 26.12.2022 с приложениями). Данные ограничения затронули не только экспорт электронного оборудования, которое еще не было вывезено за пределы Японии, но также и программного обеспечения, установленного на оборудовании, уже ввезенном на территорию Российской Федерации, но еще не активированном правообладателем во время введения оборудования в эксплуатацию. В частности, активация лицензии на право использования программного обеспечения, которым укомплектовано уже поставленное медицинское оборудование, представляет собой самостоятельную экспортную сделку правообладателя этого программного обеспечения и в этом качестве подлежит самостоятельному экспортному контролю со стороны властей Японии (письмо ООО «АрПи Канон Медикал Системз» от 28.12.2022). В настоящий момент активация и использование на территории Российской Федерации программных продуктов, входящих в состав комплекта, подлежащего поставке заказчику, возможны только на основании специального разрешения властей Японии. Компания Canon в октябре 2022 года (после начала монтажа оборудования) инициировала рассмотрение властями Японии вопроса об активации данных программных продуктов для ООО «ЗелМедСервис» и его покупателя согласно Спецификации № RU-KD-22-0753 к договору № 211028120. Однако, официальный ответ и разрешение на их активацию не были выданы (письмо ООО «АрПи Канон Медикал Системз» от 06.02.2023). Отдельно компанией производителя указано, что данные сложности с получением разрешений властей Японии на экспорт по проектам, реализуемым Компанией Canon в Российской Федерации, наблюдаются лишь с июля 2022 года. Продукция, поставленная в Российскую Федерацию до июля 2022 года, в том числе активированные программные продукты, не подлежала процедуре экспортного контроля властей Японии (письмо ООО «АрПи Канон Медикал Системз» от 06.02.2023).

В целях исполнения обязательств перед заказчиком в сложившихся условиях ООО «ВКО Медпром» предприняло ряд дополнительных действий. Поставщиком был предложен аналог иностранного программного продукта, который оказался невозможным к поставке – программно-аппаратный комплекс ПАК получения, обработки, трехмерной реконструкции, передачи и хранения, медицинских диагностических изображений «Kometa 3Di РACS» (производства ООО «Комета», Россия, РУ РЗН 2021/13248), а также дополнительный монитор медицинский Beacon (монитор хирургический S55 I, 55 дюймов, 8МП, РУ РЗН 2022/17702, Веасon, Китай - 2 шт.) – письма от 27.12.2022, 31.01.2023, 09.02.2023. Заказчик от предложенной замены спустя 2 месяца отказался (письмо от 16.02.2023). После отказа в принятии аналога необходимого программного продукта, поставщик предложил заказчику внести изменения в контракт на основании п. 65.3 ст. 112 Федерального закона о контрактной системе – снизить цену контракта и исключить позиции, которые в настоящее время не могут быть поставлены ни только ООО «ВКО Медпром», но и никаким иным лицом в силу ограничений со стороны Японии (письма от 27.03.2023, 11.04.2023). Поскольку сам комплекс был смонтирован и находился в работоспособном состоянии, данное решение являлось наилучшим для заказчика. Заказчик от ответа на данные письма уклонился. Поставщик получил от представителя производителя сведения о стоимости неактивированных (недопоставленных) функций и вновь предложил заказчику внести изменения в контракт и снизить цену товара на 9,7 млн рублей с одновременным исключением невозможных к поставке ПО (письмо от 12.05.2023). 19.05.2023 заказчик в одностороннем порядке расторг контракт, фактическими действиями отказавшись от предложения поставщика.

Таким образом, просрочка со стороны Заказчика привела к тому, что активация части программного обеспечения, требуемого согласно спецификации к контракту и которая была установлена на Оборудовании, оказалась невозможна из-за введения в период просрочки страной производителя дополнительных мер экспортного контроля, которые препятствуют активации ранее установленных, но не активированных программ (подтверждается письмами официального представителя производителя в РФ ООО «АрПи Канон Медикал Системз» от 26.12.2022, 28.12.2022, 06.02.2023). В связи с отсутствием части необходимого программного обеспечения произошла задержка сдачи оборудования Заказчику в период с 27.12.2022 по 05.06.2023.

Истец в возражениях на отзыв заявил о том, что программные продукты изначально не были установлены на поставляемых ангиографических системах, что следует из писем ответчика, а также его субпоставщика; а также о том, что письмо ООО «АрПи Кэнон Медикал Системс» от 06.02.2023 не может быть принято во внимание, поскольку указывает на возникшие сложности с активацией программ с июля 2023.

Однако, как следует из материалов дела и пояснений ответчика, оборудование, являющееся предметом поставки, было ввезено в Россию 11.04.2022 и 12.04.2022 года (номера таможенных деклараций 10013160/120422/3201504, 10013160/110422/3197761), то есть в день заключения государственного контракта. Соответственно, при его производстве и комплектации на заводе производителя, отпуске, отправке в Россию требования государственного контракта не могли быть учтены в связи с его отсутствием. Между тем, оборудование изначально имело расширенный функционал программного обеспечения и в результате активации необходимого ПО в момент ввода подготовки к вводу в эксплуатацию могло быть поставлено государственному заказчику в полном соответствии с техническим заданием. Поскольку в период подготовки помещения заказчика к монтажу оборудования властями Японии были введены дополнительные меры экспертного контроля, не позволявшие активировать требуемое заказчиком ПО, осуществить поставку товара, полностью соответствующего государственному контракту, не удалось. Довод истца о том, что спорное программное оборудование изначально должно было быть установлено на ангиографических системах, не основан на фактических обстоятельствах дела: контракт подобного требования не содержит; исходя из сроков поставки по контракту (10 рабочих дней с момента заключения) производство оборудования согласно техническому заданию было невозможно (стандартный срок производства – от 4 месяцев), заказчику требовалась поставка медицинских изделий из фактического наличия; необходимые программные опции могли быть активированы позднее.

Письмо ООО «АрПи Кэнон Медикал Системс» от 06.02.2023 содержит техническую описку в указании даты возникновения трудностей по получению разрешений властей Японии на экспорт в Российскую Федерацию при прохождении экспортного контроля – вместо июля 2022 года указан июль 2023. При этом из текста данного письма очевидно, что речь идет о прошедшем периоде, а не о будущих проблемах. Также данное письмо суд оценивает во взаимосвязи с иными письмами представителя производителя: письмами от 26.12.2022, 28.12.2022, исходя из которых, проблема по поставке и/или активации программных продуктов возникла в 2022 году. Письмом от 06.02.2023 было лишь дополнительно указано на период времени, с которого власти Японии практически прекратили выдачу разрешений на экспорт – июль 2022 года, тогда как до этого разрешения выдавались, просрочки, аналогичные рассматриваемой ситуации, не имели место.

Также ответчик представил в материалы дела письмо ООО «АрПи Кэнон Медикал Системз» от 15.05.2024, согласно которому: производитель укомплектовал поставляемые медицинские изделия стандартным набором программного обеспечения, обеспечивающего нормальное функционирование системы. Также каждое изделие может быть дооснащено дополнительным ПО, которое может быть установлено по согласованию с заказчиком. Активация происходит только в день монтажа оборудования с привязкой к модели оборудования, серийному номеру, геолокации и дате, может быть проведена только уполномоченным сервисным специалистом производителя. По состоянию на 11.04.2022 имелась возможность установки/активации всего перечня программного обеспечения на закупаемых медицинских изделиях; – исполнение обязательств по спецификации № RU-KD-22-0753, а в том числе активация программного обеспечения, предусмотренного Спецификацией № RU-KD-22- 0753, на территории Российской Федерации стало возможным только на основании получения производителем специального разрешения от властей Японии с июля 2022 года. До момента прекращения обязательств по Спецификации № RU-KD-22-0753 к договору № 211028120 в связи с односторонним отказом ООО «ЗелМедСервис», разрешение на активацию данного ПО не было выдано.

Истец мотивированно не опроверг приведенные доводы ответчика и представленные им доказательства в их подтверждение.

Оценив с соблюдением требований статей 67, 68, 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу о том, что ненадлежащее исполнение Поставщиком обязательств по контракту было следствием ненадлежащего исполнения Заказчиком обязательств по подготовке помещений для установки и монтажа оборудования. Просрочка со стороны Заказчика привела к тому, что активация части программного обеспечения, требуемого согласно спецификации к контракту и которая была установлена на Оборудовании, оказалась невозможна из-за введения в период просрочки страной производителя дополнительных мер экспортного контроля. Суд квалифицирует данные обстоятельства как просрочку кредитора (пункт 1 статьи 406 ГК РФ). Ответчик при таких обстоятельствах не может нести ответственность за нарушение сроков исполнения обязательств. Требования истца о взыскании с ответчика 1 150 000 руб. штрафа по контракту от 11.04.2022 № 11/409, 9 200 000 руб. пеней удовлетворению не подлежат.

Требование истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами подлежит частичному удовлетворению.

Так, в соответствии с пунктом 2 статьи 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Согласно пункту 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Истец начислил ответчику проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму подлежащего возврату авансового платежа за период с 14.07.2023 по 31.07.2023 в размере 450 547 руб. 95 коп.

Ответчик заявил возражения в части периода взыскания процентов. Так, ответчик полагает, что порядок возврата сумм аванса за товар в случае расторжения сторонами не согласован и в контракте отсутствует, поэтому применению подлежит пункт 2 статьи 314 ГК РФ. Ответчик полагает, что проценты за пользование чужими денежными средствами подлежат начислению за период с 18.07.2023 по 30.07.2023.

В соответствии с пунктом 2 статьи 314 ГК РФ в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства.

Истец довод ответчика о периоде начисления процентов мотивированно не опроверг. Суд признал довод ответчика обоснованным, а проценты подлежащими взысканию с 18.07.2023. Однако суд не может согласиться с доводом ответчика о необходимости взыскания процентов по 30.07.2023. Как следует из материалов дела, возврат аванса произведен поручением о перечислении на счёт от 31.07.2023 №23. День фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов (пункт 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»). Следовательно, проценты подлежат взысканию за период с 18.07.2023 по 31.07.2023, их размер составляет 356 027 руб. 40 коп. В остальной части требование истца удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, требования истца подлежат частичному удовлетворению с отнесением на ответчика в порядке статьи 110 АПК РФ расходов по уплате государственной пошлины. Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины, государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика непосредственно в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ВКО Медпром» в пользу федерального государственного бюджетного военного образовательного учреждения высшего образования «Военно-медицинская академия имени С. М. Кирова» Министерства обороны Российской Федерации 356 027 руб. 40 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ВКО Медпром» в доход федерального бюджета 10 121 руб. государственной пошлины.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Сергеева О.Н.