Решение от 19 декабря 2024 г. по делу № А40-151692/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40- 151692/24-84-1203
20 декабря 2024 г.
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 11 декабря 2024 г.

Решение в полном объеме изготовлено 20 декабря 2024 г.

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Сизовой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Белых Л.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по заявлению: ООО "ИТ-Шаттл" (117148, г.Москва, вн.тер.г. Муниципальный округ Южное Бутово, ул Маршала Савицкого, д. 18, к. 2, помещ. 3/1, ком. 12, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 09.02.2023, ИНН: <***>)

к ответчику: Московская таможня (124498, город Москва, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 03.11.2010, ИНН: <***>)

об оспаривании решений о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары после выпуска товаров и действия по внесению изменений в ДТ от 09.06.2024 № 10013160/060424/5019051, от 03.06.2024 № 10013160/080424/3119826, от 26.05.2024 10013160/090424/3121240, от 08.06.2024 № 10013160/090424/3121292, от 20.06.2024 № 10013160/130424/3125481, об обязании,

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО1 (доверенность от 15.05.2024г. № 6/49/Д, диплом);

от ответчика: ФИО2 (доверенность от 28.12.2023г. №10-01-15/280, диплом);

УСТАНОВИЛ:

ООО "ИТ-Шаттл" (далее - заявитель, Общество) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительным решений и действий по внесении изменений и (или) дополнений в сведения, заявленные в декларации на товары после выпуска товаров и действия по внесению изменений в ДТ от 09.06.2024 № 10013160/060424/5019051, от 03.06.2024 № 10013160/080424/3119826, от 26.05.2024 10013160/090424/3121240, от 08.06.2024 № 10013160/090424/3121292, от 20.06.2024 № 10013160/130424/3125481, об обязании Московской таможни в десятидневный срок с момента вступления решения суда в законную силу устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ООО «ИТ-Шаттл» в установленном законом порядке.

Заявитель поддержал заявленные требования.

Ответчик против удовлетворения требований возражал по доводам, изложенным в отзыве.

Изучив материалы дела, выслушав доводы заявителя и ответчика, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании ст. 71 АПК РФ, суд установил, что требования заявителя подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Суд установил, что предусмотренный ч.4 ст.198 АПК РФ срок для обращения в арбитражный суд с заявленными требованиями соблюден заявителем.

В соответствии со ст. 198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также 3 устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии со ст. 13 Гражданского кодекса РФ, п. 6 Постановления Пленума ВС и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным, является, одновременно как несоответствие его закону или иному нормативно-правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых интересов граждан или юридических лиц, обратившихся в суд с соответствующим требованиям.

Таким образом, в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, действий (бездействий) госорганов входит проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативно-правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом, действием (бездействием) прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Как установлено судом, между продавцом - ALPENGLOW MANAGEMENT INC (далее - Продавец) и покупателем - ООО «ИТ-Шаттл» (далее - Общество, Покупатель), заключен внешнеторговый контракт от 05.03.2024 № 79100 (далее - Контракт), в соответствии с которым на территорию Таможенного союза были ввезены товары различных наименований.

Товары были задекларированы Обществом на Московском областном таможенном посту (далее - МТП) Московской таможни (далее - Таможенный орган), декларации на товар:

- № 10013160/060424/5019051;

- № 10013160/080424/3119826;

- № 10013160/090424/3121240;

- № 10013160/090424/3121292;

- № 10013160/130424/3125481, (далее - Декларации).

В соответствии с указанными Декларациями задекларированы товары различных торговых марок.

Таможенная стоимость товаров определена декларантом по методу стоимости сделки ввозимыми товарами, предусмотренному статьей 39 (метод 1) Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС).

В ходе таможенного контроля Таможенным органом запрашивались дополнительные документы и сведения. Товары были выпущены под обеспечение уплаты таможенных платежей. Во исполнение запросов Таможенного органа Обществом были направлены в адрес Таможенного органа дополнительные документы и сведения с целью подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров.

В результате рассмотрения вышеуказанных документов Таможенным органом были приняты Решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров:

1. В отношении ДТ №10013160/060424/5019051 - Решение от 09.06.2024,

2. В отношении ДТ №10013160/080424/3119826 - Решение от 03.06.2024,

3. В отношении ДТ №10013160/090424/3121240 - Решение от 26.05.2024

4. В отношении ДТ №10013160/090424/3121292 - Решение от 08.06.2024,

5. В отношении ДТ №10013160/130424/3125481 - Решение от 20.06.2024,

(далее - оспариваемые Решения).

По мнению Таможенного органа, отраженному в оспариваемых Решениях, заявленная таможенная стоимость товаров по Декларациям не может быть принята таможенным органом по методу 1, т.е. по стоимости сделки с ввозимыми товарами, в связи с чем таможенная стоимость товаров, указанных в Декларациях, откорректирована по резервному методу в соответствии со статьей 45 ТК ЕАЭС (метод 6).

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с настоящим заявлением.

Оценка доказательств показала следующее.

Согласно п. 9 ст. 38 Таможенного кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

Согласно п. 10 обозначенной статьи кодекса таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

При этом, при определении таможенной стоимости методами по цене сделки с идентичными или однородными товарами в качестве основы для определения таможенной стоимости таможенные органы используют сведения из базы данных электронных копий таможенных деклараций.

Однако следует иметь в виду, что информация, содержащаяся в указанных базах данных, носит учетно-статистический характер и не обладает необходимыми признаками, установленными Законом, позволяющими использовать ее в качестве основы для определения таможенной стоимости по методам по цене сделки с идентичными и однородными товарами.

Исходя из данного положения, можно определить, что использование только лишь одних статистических данных, содержащихся в базах данных ДТ без дополнительных оснований не должны позволять таможенному органу проводить проверочные мероприятия и тем более осуществлять корректировки заявленной таможенной стоимости ввезенных на территорию Российской Федерации товаров.

Из пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 49 следует, что система оценки ввозимых товаров для таможенных целей исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции.

При этом за основу определения действительной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься договорная цена товаров и не должна приниматься фиктивная или произвольная стоимость.

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

В свою очередь, в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума) указано, что при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

В соответствии со статьей 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию ТК ЕАЭС и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС, если продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено.

Как установлено судом, по условиям п. 1.3 Контракта, количество и конкретный ассортимент товара указываются в инвойсе для каждой отдельной партии Товара, которые, по сути, являются счетами на оплату. Условиями Контракта не предусмотрено оформление инвойсов в двустороннем порядке. Формы этих документов не содержат разделов для проставления печати покупателя и подписи его уполномоченного лица.

Согласно п. 1 ст. 14 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров от 11.04.1980 предложение о заключении договора, адресованное одному или нескольким конкретным лицам, является офертой, если оно достаточно определено и выражает намерение оферента считать себя связанным в случае акцепта. Предложение является достаточно определенным, если в нем обозначен товар и прямо или косвенно устанавливаются количество и цена либо предусматривается порядок их определения.

Согласно п. 10.3 Контракта применимым к правоотношениям сторон является право РФ. Согласно п. 2 ст. 432 ГК РФ «договор считается заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной». Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ «договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора».

ООО «ИТ-Шаттл» представило таможенному органу прайс-листы поставщика: адресованные ООО «ИТ-Шаттл». Прайс-листы поставщика предназначались исключительно для ООО «ИТ-Шаттл», что подтверждается письмом продавца от №79100/А200324 от 20.03.2024, в котором поставщик указал на невозможность предоставления общих прайс-листов для неограниченного круга лиц, так как прайс-лист поставщик формирует для каждого покупателя индивидуально. В прайс-листе поставщика содержатся все сведения, необходимые для идентификации товара и определения его цены.

Именно на основании полученного от поставщика прайс-листа ООО «ИТ-Шаттл» сформировал заказы, а затем были получены инвойсы поставщика, которые в соответствии со ст. 14 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров от 11.04.1980 и ст. 432 ГК РФ являются соответственно офертой и акцептом.

Сделка купли-продажи заключена Сторонами в письменной форме, наименование, количество товара, условия поставки согласованы Сторонами в Заказе и Инвойсе к Контракту (Контракт, Заказ и Инвойс представлялись таможенному органу при декларировании товара), что свидетельствует о документальном подтверждении заключения сделки в форме, соответствующей требованиям законодательства.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что условия сделки согласованы и исполнены сторонами, что подтверждается документами, которые представлены таможенному органу.

Согласно условий Контракта, в выставляемом поставщиком инвойсе должны содержаться: количество и ассортимент товара (п. 1.3 Контракта), а также цена товара (п. 2.1 Контракта). Именно эти данные о товаре содержатся во всех обозначенных ранее Инвойсах поставщика.

Утверждение таможенного органа о том, что в инвойсе должны быть указаны условия оплаты товара, не основано на Контракте. Указание в п. 3.1 Контракта на то, что оплата за товары производится Заявителем на основании инвойса продавца, не означает, что в инвойсе должны быть определены сроки и порядок оплаты.

При этом порядок оплаты товара установлен в п. 3.2 Контракта. Этот порядок предусматривает несколько вариантов оплаты - либо авансом, либо в течение 90 календарных дней с момента перехода права собственности на товар. Датой перехода права собственности на товар от поставщика Заявителю согласно п. 3.3 Контракта считается дата принятия таможенным органом страны Заявителя таможенной декларации на данный товар.

Вместе с тем, несмотря на то, что данное обстоятельство не является обязательным, в инвойсах были указаны в том числе и условия оплаты с указанием на постоплату сроком в 90 дней.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что условия оплаты товара согласованы поставщиком и Заявителем в Контракте. Согласование порядка оплаты товара в инвойсе не предусмотрено ни законодательством, ни положениями Контракта.

Условиями Контракта установлен срок оплаты поставленного товара: 90 календарных дней с момента перехода права собственности на товар (п. 3.2 Контракта).

Датой перехода права собственности на товар к ООО «ИТ-Шаттл» является дата принятия таможенным органом страны покупателя таможенной декларации, оформленный на данный товар.

То есть на дату вынесения оспариваемых решений таможенного органа срок оплаты товара не наступил. Следовательно, таможенный орган был не вправе использовать аргумент о непредставлении подтверждения оплаты товаров при вынесении оспариваемого решения таможенного органа.

ООО «ИТ-Шаттл» представило суду подтверждение оплаты товаров (платежные поручения, письма Alpenglow Management Inc с просьбой об оплате третьему лицу, дополнительные соглашения, Ведомость банковского контроля по контракту.

Следовательно, утверждение таможенного органа об отсутствии подтверждения оплаты товаров является необоснованным и опровергается имеющимися в материалах дела доказательствами.

Таким образом, таможенный орган был не вправе использовать при вынесении оспариваемого Решения таможенного органа аргумент о том, что ввозимый товар не оплачен ООО «ИТ-Шаттл», так как на дату принятия Решения таможенного органа срок оплаты товара не наступил.

Таможенный орган декларации на товар, выбранные в качестве источников ценовой информации, в материалы дела не представил; из материалов дела не следует, что оформленные по ним товары и товары, ввезенные Обществом по ДТ, имеют сопоставимые характеристики (артикулы, размеры, товарные знаки, размеры партий, условия поставки).

У Общества отсутствует возможность самостоятельного получения от Московской таможни копии деклараций, использованных таможенным органом в качестве источника информации для сопоставления с данными, содержащимися в ДТ Общества.

Вместе с тем, у таможенного органа отсутствовали основания для заявления о невозможности использования метода определения таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1).

В своем Решении таможенный орган ссылается на допущенные Обществом нарушения п. 9 ст. 38 ТК ЕАЭС и п. 10 ст. 39 ТК ЕАЭС. Между тем в Решении отсутствуют обоснованные доказательства таких нарушений. Так, согласно п. 9 ст. 38 ТК ЕАЭС «определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров». При этом, как видно из приведенных выше обоснований и представленных в материалы дела доказательств, заявленная Обществом таможенная стоимость товаров не является ни произвольной, ни фиктивной: цена товара подтверждена документами, представленными Обществом таможенному органу (Контрактом, заказом, ценовым предложением, инвойсом, транспортными документами, упаковочным листом). То есть в полном соответствии с требованием п. 10 ст. 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товара основана на предоставленной Обществом достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. Следовательно, содержащиеся в Решении утверждения таможенного органа голословны и опровергаются документами.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление № 49) выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и т.д.), не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, в соответствии с установленными требованиями, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса.

Так, ответы Общества на запросы таможенного органа о предоставлении документов и объяснений подтверждают, что при проведении таможенного декларирования в подтверждение правомерности применения метода 1 определения таможенной стоимости Обществом представлены таможенному органу документы, необходимые для таможенного оформления товаров в соответствии с выбранным таможенным режимом, подтверждающих заявленную таможенную стоимость товаров, а именно: контракт, заказ, ценовое предложение (прайс-лист Продавца), инвойс, транспортные документы, упаковочный лист.

Представленные Обществом в таможенный орган документы позволяют идентифицировать ввезенный товар по количеству и с определенностью подтверждают достоверность заявленных сведений о таможенной стоимости товара.

Следовательно, таможенным органом не представлено доказательств, свидетельствующих о недостоверности представленных обществом документов, подтверждающих таможенную стоимость товара.

Согласно пункту 10 статьи 310 ТК ЕАЭС таможенные органы не вправе устанавливать требования и ограничения, не предусмотренные международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования и законодательством государств-членов. Как указал Верховный суд РФ в Постановлении №49, при рассмотрении споров, связанных с правильностью выбора метода определения таможенной стоимости, таможенный орган вправе ссылаться на отсутствие у него ценовой информации для использования соответствующего метода в случае подтверждения невозможности получения такой информации либо при отказе декларанта в представлении необходимых сведений в рамках, проведенных с ним в соответствии с пунктом 15 статьи 38 Таможенного кодекса ЕАЭС консультаций. В 8 указанном случае, консультаций между декларантом и таможенным органом не проводилось.

Таможня не доказала факт недостоверности и недостаточности сведений, содержащихся в представленных Обществом документах, для определения таможенной стоимости ввезенных товаров по стоимости сделки с ними; в свою очередь, Общество представило документы, позволяющие устранить возникшие сомнения относительно достоверности заявленных сведений о таможенной стоимости товаров.

Вместе с тем, в соответствии с абзацем 2 пункта 10 Постановления Пленум ВС РФ №49 примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

При этом различие цены сделки с информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к спорной сделке, само по себе не может служить основанием для корректировки таможенной стоимости, а является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий (статья 325 ТК ЕАЭС).

Необходимо отметить, что в соответствии с Постановлением Пленума № 49 Система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Факт перемещения товаров указанных в оспариваемых ДТ и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта таможней не оспаривается, так как корректировка таможенной стоимости осуществлена лишь по отношению к части товаров по каждой из ДТ, из чего вытекает, что основанием явилось выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров при сопоставимых условиях их ввоза, а доказательств недостоверности представленных документов либо заявленных в них сведений таможней не представлено.

В соответствии с пунктом 16 Правил применения резервного метода (метод 6) при определении таможенной стоимости товаров, утвержденных решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 6 августа 2019 г. № 138 (далее - Правила № 138), при применении резервного метода (метод 6) не допускается использование усредненных ценовых данных в отношении обобщенных групп товаров.

Согласно подпункту «а» пункта 3 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утв. Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27 марта 2018 г. № 42 (далее - Положение о ТС), при проведении контроля таможенной стоимости товаров используется имеющаяся в распоряжении таможенного органа информация, в максимально возможной степени сопоставимая с имеющимися в отношении ввозимых товаров сведениями, включая сведения об условиях и обстоятельствах рассматриваемой сделки, физических характеристиках, качестве и репутации ввозимых товаров, в том числе о сделках с идентичными, однородными товарами, товарами того же класса или вида, полученная в том числе с использованием информационных ресурсов таможенных органов.

Таким образом, ценовая информация таможенного органа является неподтвержденной и не соотносится с реальным положением дел на потребительском рынке. Необходимо отметить, что данный товар производится исключительно за пределами ТС и кроме как посредством ввоза на территории РФ оказаться не мог.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что таможенным органом нарушены положения статьи 45 ТК ЕАЭС, а именно таможенная стоимость товаров, определенная таможенным органом, носит произвольный и фиктивный характер, была определена по более высокой стоимости без определения относимости товаров.

ООО «ИТ-Шаттл» представило таможенному органу прайс-листы поставщика, оформленные для ООО «ИТ-Шаттл».

Так как указанный прайс-лист предназначался исключительно для ООО «ИТ-Шаттл», что подтверждается письмом поставщика от 20.03.2024 № 79100/А200324, с которым уже был заключен Контракт, какие-либо сведения, предназначенные для неограниченного круга лиц, которые, по мнению таможенного органа, должны быть указаны в прайс-листе (например, сроки действия цены), в прайс-листе отсутствуют.

Вместе с тем, в прайс-листе содержатся все сведения, необходимые для идентификации товара и определения его цены.

Совпадение содержания прайс-листов, заказов ООО «ИТ-Шаттл» и инвойсов не является порочащим документы ООО «ИТ-Шаттл» обстоятельством. Напротив, это обстоятельство свидетельствует, что стороны достигли соглашения обо всех условиях поставки товара. Как было указано выше в настоящих Объяснениях, данное обстоятельство полностью соответствует ст. 14 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров от 11.04.1980 и ст. 432 ГК РФ и опровергает утверждение таможенного органа о том, что условия поставки не были согласованы сторонами.

Поскольку в соответствии с налоговым законодательством налогоплательщик не несет ответственности за действия третьих лиц, данный вывод является несостоятельным.

Таким образом, выставление поставщиком адресного прайс-листа соответствует п. 1 ст. 14 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров от 11.04.1980 и подтверждает согласование сторонами условий поставки.

У Заявителя в распоряжении отсутствует такой документ, как экспортная декларация. Данный документ является документом Продавца/Перевозчика и у Заявителя он отсутствует.

После запроса таможенного органа в адрес Заявителя, была предпринята попытка запросить данный документ у Продавца. Продавец отказался предоставить данный документ, сославшись на коммерческую тайну (Экспортная декларация может содержать информацию о ценах, товарах и иных юридических лицах, в отношении которых производится поставка товара) письмо от 14.03.2024 № А140324.

Также Продавец обращает внимание, что в данный момент времени действует режим санкций и публичное обнародование экспортной декларации может привести к неблагоприятным последствиям для Продавца и производителя товара.

Экспортные декларации являются документами, не имеющими какого-либо отношения к определению таможенной стоимости товаров, декларируемых Обществом. Поэтому заявление таможенного органа о том, что непредставление Обществом копий экспортных деклараций не позволяет провести анализ структуры цены товара, является необоснованным: Общество предоставило таможенному органу все документы и сведения, относящиеся к определению таможенной стоимости товаров - Контракт, заказ, ценовое предложение (прайс-лист Продавца), Инвойс, упаковочный лист, транспортные документы.

Таким образом, Общество надлежащим образом исполнило свою обязанность перед таможенным органом по предоставлению запрашиваемых документов и сведений. В свою очередь таможенный орган не воспользовался своим правом в 11 соответствии с положениями ст. 325, 340 ТК ЕАЭС и п. 15 «Порядка действий должностных лиц таможенных органов при таможенном контроле таможенной стоимости товаров, ввозимых в Российскую Федерацию или вывозимых из Российской Федерации», утвержденного Приказом ФТС России от 21 мая 2021 г. № 436 (далее - Порядок) в своем системном толковании допускают направление запросов при осуществлении проверки достоверности заявленных сведений о таможенной стоимости товаров в рамках проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров.

Таким образом, в рамках конкретной поставки, обязанность по выполнению экспортных таможенных процедур лежит на Продавце и не возлагалось на перевозчика, следовательно, Заявитель не располагает и не мог располагать экспортной декларацией.

По шестому аргументу таможенного органа.

Относительно транспортных расходов Общества в рамках ст. 40 ТК ЕАЭС и дополнительных начислений к таможенной стоимости.

В рамках аргументации данного довода таможенный орган утверждает, что «в документах отсутствует информация о маршруте следования, о расстоянии в километрах, о тарифах, по которым транспортные услуги предоставлялись и оплачивались.

Информация об актуальных ставках и тарифах, по которым оплачиваются услуги экспедитора, декларантом не предоставлены. Договором ТЭО тарифы тоже не определены, а согласующие их документы отсутствуют».

Между тем постом не приведены конкретные основания, которые могли бы привести корректировке таможенной стоимости.

Обществом представлены договоры транспортной экспедиции приложения к ним, CMR, транспортный заказы, счета на оплату транспортных расходов с разбивкой расходов до и после границы ТС, акты сдачи-приемки,

Представленные документы отражают сумму затрат на перевозку товара, при этом замечания со стороны таможенного органа к представленным документам отсутствуют. Так как таможенным органом не доказана невозможность применения данных документов, довод об оплате транспортных расходов подлежит отклонению.

Кроме того, в рамках раскрытия документов, представленных на этапе таможенного контроля, заявитель представил в суд документы об оплате транспортных расходов, отметил, что данные документы полностью соотносятся с представленными ранее документами.

Необходимо отметить, что Таможенный орган при наличии у него необоснованных сомнений в подтверждении дополнительных начислений не направил запрос документов в адрес перевозчика в соответствии со статьей 340 ТК ЕАЭС, что подтверждает позицию Общества о том, что данный довод является формальным.

При реализации Таможенным органом своего права на запрос документов в соответствии со статьей 340 ТК ЕАЭС (абз. 6 - 7 стр. 9 Решения); Положения ст. 325, 340 ТК ЕАЭС и п. 15 «Порядка действий должностных лиц таможенных органов при таможенном контроле таможенной стоимости товаров, ввозимых в Российскую Федерацию или вывозимых из Российской Федерации», утвержденного Приказом ФТС России от 21.05.2021 № 436 (далее - Порядок) в своем системном толковании 12 допускают направление запросов в адрес перевозчика при осуществлении проверки достоверности заявленных сведений о таможенной стоимости товаров в рамках проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров.

Таможенный орган как лицо, наделенное властными полномочиями, в рамках осуществления таможенного контроля имел достаточные основания для самостоятельного истребования дополнительных подтверждающих документов и сведений у перевозчика.

CMR, сопровождавшая товары содержит оттиск печати таможенного органа, согласно которому груз пересёк границу, также в распоряжении таможенного органа имеются выставленные в адрес общества счёта, таким образом цена является твёрдой.

Согласно подпункту 4 пункта 1 статьи 40 Таможенного кодекса при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляется ряд дополнительных начислений, в том числе, расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 40 Таможенного кодекса таможенная стоимость ввозимых товаров не должна включать в себя расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров по таможенной территории Союза от места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза при условии, что эти расходы выделены из цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате, заявлены декларантом и подтверждены им документально.

Таможенное законодательство не содержит заранее установленного (ограниченного) перечня документов, которые представляются при декларировании для целей подтверждения соблюдения условий подпункта 2 пункта 2 статьи 40 Таможенного кодекса.

Поэтому соблюдение условий для вычета расходов на перевозку (транспортировку), обозначенных в подпункте 2 пункта 2 статьи 40 Таможенного кодекса, может подтверждаться различными доказательствами, в зависимости от особенностей условий договоров, избранных поставщиком средств перевозки (транспортировки) товаров, типов заключенных гражданско-правовых договоров.

В соответствии с п. 16 Постановления № 49 рассматривая споры, связанные с обоснованностью применения первого метода таможенной оценки, судам необходимо принимать во внимание, что данный метод основывается на учете цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, определяемой в соответствии с пунктом 3 статьи 39 Таможенного кодекса и увеличенной на ряд дополнительных начислений, перечень которых приведен в статье 40 Таможенного кодекса.

Поскольку основания для корректировки таможенной стоимости отсутствовали, постольку, принятие оспариваемого решения необоснованно увеличило размер подлежащих уплате таможенных платежей, чем нарушило права и законные интересы заявителя в сфере внешнеэкономической деятельности, а также нарушило право на определение действительной таможенной стоимости ввезенного товара по методу, предусмотренному действующим законодательством.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что в данном случае имеются основания, предусмотренные статьей 13 Гражданского кодекса Российской Федерации и частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, которые одновременно необходимы для признания ненормативного акта органа, осуществляющего публичные полномочия, недействительным, а решения или действия незаконными.

Судом рассмотрены все доводы ответчика, однако они не могут являться основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

В соответствии с ч. 2 ст. 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Согласно п.3 ч.5 ст.201 АПК РФ, суд в своем решения указывает на обязанность ответчика устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 29, 65, 71, 75, 167-170, 176, 181,200, 201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Проверив на соответствие действующему таможенному законодательству, признать недействительными решения Московской таможни о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, заявленные в ДТ от 09.06.2024 по № 10013160/060424/5019051, от 03.06.2024 по № 10013160/080424/3119826, от 26.05.2024 по № 10013160/090424/3121240, от 08.06.2024 по № 10013160/090424/3121292, от 20.06.2024 по № 10013160/130424/3125481.

Обязать Московскую таможню в тридцатидневный срок с даты вступления решения в законную силу устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ООО "ИТ-Шаттл" в установленном законом порядке.

Взыскать с Московской таможни в пользу ООО "ИТ-Шаттл" (расходы по уплате государственной пошлины в размере 15 000 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия (изготовления в полном объеме) в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

О.В. Сизова