Решение от 21 февраля 2018 г. по делу № А53-7803/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации
Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-7803/16
21 февраля 2018 года.
г. Ростов-на-Дону


Резолютивная часть решения объявлена 14 февраля 2018 года. Полный текст решения изготовлен 21 февраля 2018 года.

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Пипник Т. Д. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску акционерного общества "Каменскволокно" ИНН <***> ОГРН <***>

к обществу с ограниченной ответственностью НПО "Орион-ВДМ" ИНН <***> ОГРН <***>

об истребовании имущества, о взыскании задолженности и встречному иску об обязании заключить договор аренды

при участии: от истца – представитель ФИО2 по доверенности от 09.06.2017 № 81, от ответчика – представитель ФИО3 по доверенности от 13.02.2018,

установил:

акционерное общество "Каменскволокно" обратилось в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью НПО "Орион-ВДМ" об истребовании имущества, о взыскании задолженности в размере 2 286 000 рублей, процентов за неисполнение судебного акта.

В процессе разбирательства требования уточнены. Истец сократил перечень истребуемого имущества с учетом частичного его возврата и уменьшил по тому же основанию размер денежного требования – пропорционально стоимости имущества, оставшегося в аренде. Заявлено о взыскании задолженности за период с 1.01.2015 (по 27.06.2016 в сумме 13 680 749 рублей 88 копеек.

Ответчик иск не признал, заявил встречное требование об обязании истца заключить договор аренды спорного имущества. Денежный иск оспорен по тому основанию, что внесение арендной платы предусмотрено договором лишь в периоды, когда истец покупал производимую ответчиком продукцию.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 14.07.2016, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2016, первоначальный иск удовлетворен, в удовлетворении встречного иска отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 17.07.2017 судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

Судом кассационной инстанции даны следующие указания.

С необходимой степенью достоверности установить возможность возврата переданного по договору аренды оборудования арендодателю в нормальном с учетом допустимого износа состоянии, позволяющем его дальнейшее использование по назначению. Исследовать доказательства, в том числе заключение эксперта (мнение специалиста), подтверждающие факт того, что в результате создания производственной линии с использованием полученного оборудования последнее не утратило своей функциональной самостоятельности, сохранило свойства непотребляемой вещи. Установление соответствующих обстоятельств способствует правильной правовой квалификации возникших между сторонами правоотношений, в том числе с учетом ранее предпринимаемых ими совместных действий по организации производства комплектующих для специфического технологического процесса, определению лица, препятствующего возврату объекта аренды либо бездействующего в этом вопросе (наличие либо отсутствие просрочки кредитора в спорном обязательстве с учетом содержащихся в переписке сторон противоречивых сведений), а также выявлению оснований для возобновления договорных отношений на новый срок.

Специальные познания требуются также для установления характера возникших на части арендуемого оборудования неисправностей и определения субъекта, ответственного за их устранение с точки зрения статьи 616 Гражданского кодекса. Выводы о наличии (отсутствии) у арендатора возможности фактического использования арендуемого оборудования по истечении срока аренды с учетом характера выявленных неисправностей, о необходимости производства текущего или капитального ремонтов, об исполнения сторонами соответствующих договорных обязанностей имеют существенное значение для решения вопроса о наличии (отсутствии) у арендатора обязанности по внесению заявленной к взысканию арендной платы.

Примененный истцом принцип расчета задолженности по арендной плате пропорционально стоимости единиц оборудования с учетом возврата арендодателю их части не обоснован ни нормативно, ни ссылками на условия договора аренды.

При новом рассмотрении дела истец уточнил требования указанием на испрашиваемое им дозволение произвести демонтаж и вывоз спорного оборудования своими силами в целях обеспечения его сохранности.

Представитель ответчика в судебном заседании 30.01.2018 против возложения на истца этих действий возражений не заявил, напротив, указал, что именно истец должен принять на себя последствия ненадлежащих манипуляций с оборудованием.

Суд, как и при первоначальном слушании, принял меры к примирению сторон. В судебное заседание были приглашены руководители обществ, стороны заявили о намерении принять меры к примирению, истец согласился с предложением ответчика о выкупе арендованного оборудования.

По ходатайству ответчика слушание дела откладывалось в период с 28.08.2017 по 14.02.2018 в целях примирения сторон. Между тем, затягивание ответчиком процесса не дало результата, согласия по условиям выкупа стороны не достигли. Суд полагает необходимым дать оценку тому обстоятельству, что ответчик согласился с предложенной истцом ценой, но при этом предложил неприемлемый для истца способ оплаты – денежными средствами менее 30% суммы, остальное – поставкой насосов дозирующих.

Суд не находит в таких действиях ответчика проявления действительных намерений достичь мира, поскольку предложение заведомо неприемлемых для истца условий приводит лишь к подтверждению намеренного затягивания процесса.

При этом суд неизменно требовал от ответчика, в случае недостижения мирового соглашения, представить полный пакет технической документации на арендованное оборудование, проектную, исполнительскую и эксплуатационную документацию на технологическую линию, в состав которой включено спорное оборудование.

Ответчик от представления этой документации уклонялся вплоть до судебного заседания 14.02.2017.

В заседании представителем ответчика подано ходатайство о назначении экспертизы и представлена техническая документация на оборудование на иностранных языках без перевода ее на русский язык.

Согласно части 5 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к представляемым в арбитражный суд письменным доказательствам, исполненным полностью или в части на иностранном языке, должны быть приложены их надлежащим образом заверенные переводы на русский язык.

Поскольку в силу статьи 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде ведется на русском языке - государственном языке Российской Федерации, суд не вправе приобщать к материалам дела и исследовать в качестве доказательств документы, составленные на иностранном языке без надлежащего их перевода.

На основании приведенных законоположениях суд протокольным определением отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о приобщении к материалам дела технической документации, представленной на иностранных языках без перевода на русский язык.

Суд также отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о приобщении к материалам дела руководства по программированию станка TNA300/ TNA400 TX8i, поскольку технический аспект эксплуатации станка – правила его программирования не имеют существенного значения для разрешения вопроса о возврате оборудования. К такому выводу суд пришел по основаниям, изложенным ниже.

В судебном заседании представители сторон поддержали заявленные позиции по спору.

Суд, исследовав материалы дела, выслушав объяснения представителей сторон о фактических обстоятельствах дела и их правовой оценке, нашел первоначальный иск подлежащим удовлетворению, а встречный – отклонению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что 18.12.2012 года между АО «Каменскволокно» (арендодатель) и ООО НПО «Орион-ВДМ» (арендатор) заключен договор аренды оборудования № 805/12 с перечнем оборудования согласно приложению № 1.

Пунктом 2 договора установлено, что размер ежемесячной арендной платы составляет 762 000 рублей. Начисление арендодателем арендной платы производится только при условии поставки шестеренных насосов-дозаторов в количестве, составляющем не менее трех партий по договору поставки от 18.12.2012 № 804/12.

Передача оборудования ООО НПО «Орион-ВДМ» подтверждается передаточным актом (приложение № 2 к Договору) от 18.12.2012.

Согласно пункту 8 договора срок его действия определен до 31.12.2013 и может быть продлен по соглашению сторон.

Дополнительным соглашением № 1 от 16.12.2013 к договору срок его действия был продлен до 31.12.2014 включительно.

Иных соглашений о сроке договора стороны не заключали, следовательно, 1.01.2015 договор прекратил свое действие, истец потребовал возврата оборудования.

Так, 20.10.2015 в адрес ответчика направлялось требование о возврате оборудования в срок не позднее 30 октября 2015 года, исх. № 3484 от 20.10.2015. 13.11.2015 направлено аналогичное требование, исх. № 3813, с новым сроком возврата оборудования. Ответа на указанное письмо не получено.

Письмом от 20.11.2015 № 44 ответчик заявил о безусловном признании обязательства по возврату оборудования, но просил о согласовании этой процедуры по сроку со ссылкой на технические трудности.

04.12.2015 направлены телеграммы с предложением провести совместную встречу для урегулирования вопроса передачи оборудования. 16.12.2015 направлено очередное письмо № 4183 с требованием о возврате оборудования.

Требования оставлены ответчиком без внимания.

30.12.2015 уполномоченный представитель АО «Каменскволокно» прибыл в ООО НПО «Орион ВДМ» с целью получения оборудования, однако оборудование передано не было.

18.01.2016 направлено письмо № 84 с требованием о возврате оборудования. 28.01.2016 ответчиком получена телеграмма о направлении истцом в его адрес комиссии с целью получения оборудования.

29.01.2016 истец с привлечением представителя Торгово-промышленной палаты Ростовской области вновь прибыл в ООО НПО «Орион ВДМ» для получения оборудования. С целью проведения демонтажа оборудования была привлечена специализированная организация. Однако представители истца не были допущены на территорию ответчика, о чем составлен акт с участием представителя ТПП Ростовской области.

Описанные обстоятельства повлекли предъявление настоящего иска в арбитражный суд.

Оценив правоотношения сторон в рамках указанного договора, суд пришел к выводу о том, что они подлежат регулированию в соответствии с положениями главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 606 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что по договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование.

Статья 614 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает обязанность арендатора своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату).

Статьей 622 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства недопустим (статья 310 Кодекса).

В соответствии с пунктом 2 статьи 621 Гражданского кодекса Российской Федерации, если арендатор продолжает пользоваться имуществом после истечения срока договора при отсутствии возражений со стороны арендодателя, договор считается возобновленным на тех же условиях на неопределенный срок.

Истцом заявлено требование о взыскании задолженности за период с 1.01.2015 (с момента прекращения действия договора) по 27.06.2016 в сумме 13 680 749 рублей 88 копеек.

Расчет произведен с уменьшением арендной платы по сравнению с договором ввиду частичного возврата оборудования пропорционально стоимости возвращенного (начислено 99.73% арендной платы по договору).

Арифметически расчет не оспорен и не опровергнут.

Довод ответчика о том, что в указанном периоде истец не делал заказов на поставку насосов, судом отклонен ввиду следующего.

Истец справедливо указывает на прекращение действие договора ввиду прямого указания в пункте 8 на возможность его продления только по соглашению сторон. Следовательно, обязанность по внесению арендной платы регламентирована нормой статьи 622 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно части 2 названной нормы, если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки.

Суд кассационной инстанции указал, что примененный истцом принцип расчета задолженности по арендной плате пропорционально стоимости единиц оборудования с учетом возврата арендодателю их части не обоснован ни нормативно, ни ссылками на условия договора аренды.

Ответчик при новом рассмотрении дела указал на необходимость определения рыночной стоимости пользования оборудованием, которое осталось во владении после частичного возврата предмета аренды.

Однако истец обоснованно настаивал на том, что ни законом, ни договором не предусмотрено определение рыночной стоимости аренды после истечения срока договора.

Действительно, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 38 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2002 N 66 "Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой", взыскание арендной платы за фактическое использование арендуемого имущества после истечения срока действия договора производится в размере, определенном этим договором. Довод ответчика о том, что в договоре предусмотрена арендная плата, размер которой значительно превышал ставку арендной платы, обычно применяемую при аренде аналогичного имущества, подлежит отклонению, как не соответствующий норме закона.

Поскольку договор не предусматривает оценку стоимости аренды каждого из предметов, как не предусматривает и возможности возращения оборудования из аренды по частям, частичное (незначительное по объему) возвращение оборудования не создает оснований для констатации исполнения обязательства по возврату исполненным.

Суд исходит из того, что аредатор обязан возвратить все полученное от истца и ранее исполнения этой обязанности не вправе прекратить уплаты арендной платы.

Суд не находит оснований для отказа от договорного условия о размере арендной платы, основываясь на нормах статьей 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, запрещающих одностороннее изменение условий договора.

Суд соглашается с аргументом истца о наличии у него права до полного возвращения оборудования требовать платы в соответствии с условиями договора.

Следовательно, то обстоятельство, что истец согласился принять к возврату часть оборудования и пропорционально его стоимости снизил арендную плату, есть лишь проявление доброй воли стороны в обязательстве при грубом нарушении своей обязанности контрагентом.

Поэтому суд, признавая право истца на взыскание платы в размере, обусловленном договором, и отсутствие законных либо договорных оснований для иного способа исчисления арендной платы пользование имуществом, отклонил ходатайство о назначении экспертизы для определения рыночной стоимости арендной платы.

Довод ответчика о неисправности одного из предметов аренды суд также не нашел основанием для снижения размера арендной платы ввиду следующего.

Как указано выше, срок действия договора окончился 31.12.2014.

25.12.2014 арендатором арендодателю направлено письмо о неисправности плоско- профилешлифовального станка фирмы «JUNG».

19.02.2015 истцом с привлечением специалистов общества с ограниченной ответственностью «Галика-ЦТС» главного инженера ФИО4, чья квалификация подтверждена дипломом инженера по специальности «Технология машиностроения»

Ростовской-на-Дону академии сельскохозяйственного машиностроения от 15.01.2002 № ДВС 1682119, проведена диагностика станка и установлено, что имеет место разрушение главного подшипника для ШВП, износ установочного конусоглавого шпинделя, износ подшипников.

Причина повреждений – длительная эксплуатация оборудования.

Согласно разделу 4 договора аренды арендатор обязан поддерживать оборудование в исправном содержании, нести расходы по его содержанию, за свой счет производить текущий ремонт, в том числе – если оно вышло из строе вследствие неправильной эксплуатации.

Арендодатель обязан за свой счет устранить поломку или заменить вышедшее из строя оборудование исправным лишь в случае выхода его из строя вследствие форс- мажорных обстоятельств.

В данном случае согласно выводам специалистов имел место физический износ вследствие длительного использования оборудования, что не может быть отнесено к предмету ответственности арендодателя.

Истец представил также заключение специалистов от 1.12.2017, выполненное инженерами ФИО4, чья квалификация подтверждена дипломом инженера по специальности «Технология машиностроения» Ростовской-на-Дону академии сельскохозяйственного машиностроения от 15.01.2002 № ДВС 1682119, ФИО5 – диплом инженера Южно-Российского технического университета (Новочеркасский политехнический институт) от 21.06.2001 № ДВС 143348, ФИО6 - диплом инженера Новочеркасского политехнического института от 30.06.1981 ЗВ № 671285.

Согласно выводам специалистов причиной неисправности явилось отсутствие текущего ремонта и необходимого обслуживания в период эксплуатации станка.

Следовательно, арендатор обязан был сам устранить неисправность, исполняя обязанность по текущему ремонту и содержанию имущества в исправном состоянии.

Кроме того, факт поломки зафиксирован 25.12.2014 – за 5 дней до окончания срока договора, когда оборудование фактически должно было подготавливаться к возврату истцу.

Суд исходит также из того, что последующая возможность или невозможность использования оборудования значения не имеет, так как статья 622 Гражданского кодекса Российской Федерации не связывает обязанность оплатить арендную плату с возможностью для арендатора использовать предмет аренды, эта обязанность является следствием невозврата предмета аренды.

Таким образом, иск о взыскании арендной платы не опровергнут ответчиком ни по существу, ни по размеру и подлежит удовлетворению.

Возражая против иска о возврате имущества и настаивая на встречном требовании об обязании истца заключить договор аренды того же оборудования на прежних условиях, ответчик приводит следующие аргументы.

18.12.2006 сторонами заключено соглашение о научно-техническом и производственном сотрудничестве, по условиям которого стороны совместно решают научно-технические и производственные задачи в области машиностроения для предприятий, выпускающих химические волокна, материаловедения для предприятий, выпускающих химические волокна, автоматизации и контроля технологических процессов для предприятий, выпускающих химические волокна, и подготовки кадров для предприятий, выпускающих химические волокна.

Согласно пункту 3.2 договора на ОАО «Каменскволокно» возлагались следующие обязательства: передать в аренду НПО «Орион ВДМ» станки и оборудование (договор № 104/04 от 1.05.204), приобрести и передать в аренду обществу для изготовления дозирующих насосов суперпрецизионные металлообрабатывающие станки, оборудование для контроля качества обработки деталей, технологическую оснастку и специальный

инструмент, профинансировать работы по изготовлению термостатированных кабин для прецизионной техники, финансировать хозяйственные договоры, в которых является заказчиком, предоставить обществу машину непрерывного процессе производства волокна СВМ для проведения научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ по созданию и испытаниям новых материалов, деталей. Механизмов, предоставить сотрудникам общества консультации и информацию, не составляющую коммерческую и государственную тайну, по машинам, аппаратам и технологическим процессам производства арамидных волокон и нитей, предоставить сотрудникам общества права пользования технической библиотекой.

Полагая, что этим истец принял на себя обязательство предоставлять в аренду спорное оборудование, ответчик настаивает на обязании его к этому.

Отклоняя этот довод, истец указывает на исполнение обязательства по предоставлению оборудования в аренду заключением и исполнением спорного договора от 18.12.2012 и исчерпание этим своего долженствования перед ответчиком с учетом того, что срок действия соглашения от 18.12.2006 истек 31.12.210 (пункт 4.1).

Ответчик ссылается также на соглашение сторон о мерах по созданию производства насосов от 7.03.2007, по условиям которого истец также обязан заключить договор аренды оборудования, необходимого для производства. Срок действия этого договора также истек, так как пунктом 6 соглашения он определен в 6 лет. Этот пункт содержит также условие о том, что истечение его срока не влечет прекращения предусмотренных им обязательств.

Суд соглашается с доводами истца о недопустимости принуждения его к предоставлению в аренду принадлежащего ему имущества на условиях фактической бессрочности, что соотносимо с фактическим отчуждением имущества против воли собственника.

Согласно части 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации Граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Буквальное толкование (по правилам статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации) представленных ответчиком соглашений не позволяет сделать вывод о согласии истца на заключение нового договора аренды после истечения срока договора, заключенного однажды во исполнение сделки.

Позиция ответчика сводится, по существу, к требованию об обязании истца фактически отказаться от владения и пользования принадлежащим ему имуществом, вручив его ответчику, и ограничению правомочия распоряжения им с учетом возникающего в связи с этим права арендатора.

Суд не находит законного основания для такого ограничения прав истца.

Условия пунктом 6 соглашения от 7.03.2007 о том, что истечение срока его действия не влечет прекращения обязательств, им предусмотренных, также не могут порождать такие последствия, поскольку фактически пресекают право собственности истца, что недопустимо.

Так, согласно норме упомянутой выше статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если эти правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая

предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Проанализировав условия соглашения от 7.03.2007 в целом, суд нашел, что его целью явилось создание совместного производства, а не обеспечение истцом производственной деятельности ответчика путем предоставления ему в пользование для получение прибыли производственной базы. Соглашением предусматривалась организация производственного процесса и создание общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом», в котором доля истца должна составлять 65%, ответчика – 35%, и предоставление ему эксклюзивного права реализации произведенной продукции.

Следовательно, это соглашение имело целью создание общего производства, получение дохода от него сторонами как участниками нового юридического лица. И лишь в этом случае обоснованным будет притязание к истцу о сохранении обязанности по предоставлению производственных механизмов.

Суд усматривает в этом соглашении признаки договора простого товарищества.

Согласно статье 1041 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.

По правилам статьи 1042 Гражданского кодекса Российской Федерации кладом товарища признается все то, что он вносит в общее дело, в том числе деньги, иное имущество, профессиональные и иные знания, навыки и умения, а также деловая репутация и деловые связи.

В данном случае общей целью была организация производства для получения прибыли. То обстоятельство, что стороны согласились создать также и юридическое лицо для целей реализации продукции, в противоречие с этой нормой не входит, так как правовой природе и цели товарищества их сделка отвечает, а стадия реализации как способ получения финансового результата может быть легализована и при посредстве созданного товарищами юридического лица.

Фактически же исполнения этого соглашения стороны не достигли. Общая производственная деятельность в том смысле и содержании, которые были определены соглашением, не состоялась. Ответчик использует арендованное у истца оборудование в собственной коммерческой деятельности, и не более того.

Следовательно, он вправе рассчитывать на определение судом взаимных прав и обязанностей сторон именно и только в соответствии с фактическим содержанием и, как следствие, юридической квалификацией возникшей между сторонами правовой связи.

Суд же не усматривает в этом правоотношении иного содержания, кроме простого арендного – возмездное пользование имуществом, что буквально было закреплено сторонами при заключении договора аренды, из которого вытекает иск.

При этом суд принял во внимание не оспоренную и не опровергнутую ответчиком ссылку истца на то, что после истечения срока договора, которым окончено его действие, он неоднократно требовал возврата оборудования и в ответ на это получил письмо арендатора от 20.11.2015 № 44, в котором признано требование о возврате оборудование и указано лишь на технические трудности его перемещения.

Между тем, после этого более 7 месяцев исполнения обязательства не последовало, работники истца к осмотру оборудования не допущены, что повлекло предъявление иска.

При таких обстоятельствах суд находит неправомерным обязание истца заключить новый договор и полагает необходимым во встречном иске отказать.

Оспаривая требования о возвращении имущества, ответчик ссылается также на то, что этим будет нарушен производственный процесс и его восстановление в иных условиях (самим истцом) невозможно.

Суд согласился с тем, что арендатор, обязанный возвратить имущество, не вправе судить о том, каков способ его последующего использования собственником, а закон не связывает обязанность арендатора по возврату имущества с определением его последующей фактической и юридической судьбы.

Направляя дело на новое рассмотрение, кассационная инстанция дала указания с необходимой степенью достоверности установить возможность возврата переданного по договору аренды оборудования арендодателю в нормальном с учетом допустимого износа состоянии, позволяющем его дальнейшее использование по назначению. Исследовать доказательства, в том числе заключение эксперта (мнение специалиста), подтверждающие факт того, что в результате создания производственной линии с использованием полученного оборудования последнее не утратило своей функциональной самостоятельности, сохранило свойства непотребляемой вещи.

Выполняя указания кассационной инстанции, суд предложил сторонам представить доказательства по указанным обстоятельствам. В частности, суд предложил ответчику доказать невозможность выделения спорного оборудования из технологического комплекса с сохранением его функциональной самостоятельности.

Доказывая этот довод, ответчик представил научно-технологическое обоснование производства по изготовлению шестеренных дозирующих насосов.

Из представленной схемы технологического процесса следует, что арендованное оборудование используется 7 из 11 технологических этапов. Доказательств технологического присоединения этого оборудования к иному (принадлежащему ответчику) этот документ не содержит. Напротив, они указаны в технологической цепочке как самостоятельные функциональные единицы, используемые на отдельных этапах производства.

Со своей стороны, истец, представил заключение специалистов от 1.12.2017, выполненное инженерами ФИО4, чья квалификация подтверждена дипломом инженера по специальности «Технология машиностроения» Ростовской-на-Дону академии сельскохозяйственного машиностроения от 15.01.2002 № ДВС 1682119, ФИО5 – диплом инженера Южно-Российского технического университета (Новочеркасский политехнический институт) от 21.06.2001 № ДВС 143348, ФИО6 - диплом инженера Новочеркасского политехнического института от 30.06.1981 ЗВ № 671285.

Согласно выводам специалистов все истребуемые из аренды технические устройства смонтированы самостоятельно друг от друга, технических препятствий для демонтажа нет, возможность самостоятельной эксплуатации каждой единицы имеется,

Доказывая допустимость демонтажа и перемещения оборудования, истец представил полученные от производителей оборудования – фирм STAHLI и STUDER и переведенные на русский язык письма с подтверждением возможности демонтажа и перемещения оборудования. В своих письмах изготовители указывают на то, что перемещение оборудование не является сложной технологической задачей. Представлены также переведенные на русский язык извлечения из инструкций по эксплуатации станков (разделы транспортировка, ввод в эксплуатацию), которые устанавливают правила совершения этих манипуляций, то есть определяют их как допустимые.

Истец этих доказательств не оспорил и не опроверг, из представленной им технологической документации обратного не следует.

Суд исходит также из следующего. Поскольку монтаж оборудования в единую технологическую цепь осуществлен самим должником, обратный процесс также может и должен быть осуществлен им самим. Указание на невозможность совершения этого

действия очевидно недостоверно, поскольку демонтаж как процесс, обратный монтажу, с очевидностью осуществим технологически. Для разборки станков действительно могут потребоваться монтажные карты и сборочные чертежи отдельных блоков и деталей, электрические схемы, специальные инструменты и приспособления. Между тем, эти документация и инструментарий должны наличествовать у должника, который, получив в пользование спорное имущество, смонтировал его в единый технологический объект.

В связи с изложенным суд отклонил ходатайство ответчика о назначении экспертизы, оценив представленные в материалы дела документы как доказательства.

Статья 622 Гражданского кодекса Российской Федерации обязывает арендатора после окончания срока аренды возвратить имущество и не связывает реализацию права арендодателя на его получение с обстоятельствами физического перемещения имущества.

Получив имущество во временное пользование, ответчик должен исходить из обязанности его возвратить и организовать его эксплуатацию таким образом, чтобы обеспечить своевременный и безущербный для имущества его возврат.

Иное поведение влечет последствия только для него, негативные результаты такового на арендодателя возложены быть не могут.

Суд приходит к выводу, что реализация собственного коммерческого интереса за счет фактически безвозмездного использования имущества истца, что имеет место до настоящего времени, есть поведение, не отвечающее требованиям добросовестности (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и такая позиция не может получить судебную защиту.

Описанное выше свидетельствует об обоснованности требований истца, в том числе – в части предоставления ему права произвести демонтаж и вывоз оборудования собственными силами

По правилам статьи 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при присуждении имущества арбитражный суд указывает наименование имущества, подлежащего передаче истцу, его стоимость и место нахождения.

Согласно статье 174 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (части 1 и 3) при принятии решения, обязывающего ответчика совершить определенные действия, арбитражный суд в резолютивной части решения указывает лицо, обязанное совершить эти действия, а также место и срок их совершения. Арбитражный суд может указать в решении, что истец вправе осуществить соответствующие действия за счет ответчика со взысканием с него необходимых расходов в случае, если ответчик не исполнит решение в течение установленного срока.

На основании изложенного суд пришел к выводу о правомерности требований истца и безосновательности встречного иска.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по первоначальному и встречному искам относятся на ответчика. Излишне уплаченная пошлина подлежит возвращению истцу.

Внесенные истцом на депозитный счет денежные средства подлежат возвращению.

При поступлении на депозитный счет денежных средств, о перечислении которых в день судебного слушания заявлено ответчиком, он не лишен права обратиться с заявлением об их возвращении, о чем судом будет вынесено самостоятельное определение.

Руководствуясь статьями 167 – 170, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Обязать общество с ограниченной ответственностью НПО "Орион-ВДМ" ИНН 6150030943 ОГРН 1026102227216 передать акционерному обществу "Каменскволокно" ИНН 6147019153 ОГРН 1026102103466 следующее имущество:

1. токарно-фрезерный центр TNA 300 фирмы Traub s/n 5000748; 2. однодисковый плоско-доводочный станок, модель FLM 750 фирмы Staehli s/n

07/10/1072/S2835;

3. координатно-измерительная машина модели Global 07.05.05 Performance CNC Tesastar-m

TP200 PC DMIS фирмы Hexagon Metrology s/n GLOA000564; 4. прибор контроля шероховатости Hommel Tester W55;

5. прецизионный штоско-профилешлифовальный станок фирмы Jung модель C740D, сер. №

8229; 6. универсальный круглошлифовальный станок Studer Тур S21 s/n 029.0219; 7. обдирочно-шлифовальный ЗБ-633, зав. № 120410; 8. горизонтально-фрезерный 6Р81Г зав. № 9770; 9. ножовочно-отрезной ОР-253, зав. № 9120134; 10. плоско-шлифовальный ЗЕ711В, зав. № 1025; 11. вертикально-фрезерный 6Т12; 12. токарно-винторезный 16К20, зав. № 8543; 13. пылеотсос ЗИЛ 900М; 14. стенд испытаний насосов СИН-2.

Передачу оборудования осуществить в месте его нахождения по адресу: <...>.

Разрешить акционерному обществу "Каменскволокно" ИНН <***> ОГРН <***> производство демонтажа и вывоза оборудования.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью НПО "Орион-ВДМ" ИНН <***> ОГРН <***> в пользу акционерного общества "Каменскволокно" ИНН <***> ОГРН <***> задолженности 13 680 749 рублей 88 копеек, судебных расходов 97 404 рубля, всего 13 778 153 рубля 88 копеек.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью НПО "Орион-ВДМ" ИНН <***> ОГРН <***> в доход федерального бюджета 6 000 рублей государственной пошлины по иску.

Возвратить акционерному обществу "Каменскволокно" ИНН <***> ОГРН <***> из федерального бюджета 13 584 рубля излишне уплаченной пошлины по платежному поручению от 15.03.2016 № 1251.

Возвратить акционерному обществу "Каменскволокно" ИНН <***> ОГРН <***> с депозитного счета суда 280 000 рублей, уплаченных по платежному поручению от 25.09.2017 № 9217.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, через суд принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья Пипник Т. Д.