Определение от 17 мая 2026 г. АС Сахалинской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД САХАЛИНСКОЙ ОБЛАСТИ


Коммунистический проспект 28, <...> тел./факс. (4242) 460-945,460-952, сайт http://sakhalin.arbitr.ru

электронная почта - info@sakhalin.arbitr.ru



ОПРЕДЕЛЕНИЕ


г. Южно-Сахалинск Дело № А59-1317-4/2024 18 мая 2026 года

Резолютивная часть определения объявлена 08 апреля 2026 года.


Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Учанина Ю.С. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Коваль В.А., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ФОРВАРД-ДВ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности солидарно бывших руководителей должника ФИО2 и ФИО3,

при участии:

от ФИО3 – И Ок Тя по доверенности от 23.05.2025,

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Сахалинской области (далее – ФНС России, уполномоченный орган) 12.03.2024 обратилась в суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «ФОРВАРД-ДВ» (далее – должник, ООО «ФОРВАРД-ДВ») несостоятельным (банкротом) и введении в отношении должника процедуры конкурсного производства по упрощенной процедуре отсутствующего должника.


Определением суда от 19.03.2024 заявление оставлено без движения, определением от 04.04.2024 заявление принято к производству.

Решением от 23.10.2024 (резолютивная часть 09.10.2024) ООО «ФОРВАРД- ДВ» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО1. Указанные сведения опубликованы на ЕФРСБ сообщением № 15703963 от 16.10.2024.

13.05.2025 конкурсный управляющий ООО «ФОРВАРД-ДВ» ФИО1 обратилась в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности солидарно бывших руководителей должника ФИО2 и ФИО3 по обязательствам должника, взыскании с Кима К.С. 9 377 656 рублей 24 копеек, в том числе солидарно с ФИО3 в сумме 6 838 543 рубля 61 копейка.

В обоснование требований ФИО1 указала, что в период с 20.12.2023 по 22.10.2024 ФИО2 являлся единоличным исполнительным органом (генеральным директором) должника, с 09.06.2007 учредителем (участником) должника. В период с 02.04.2015 по 20.12.2023 ФИО3 являлся единоличным исполнительным органом (генеральным директором) должника, то есть являлись контролирующими должника лицами.

Согласно заявлению, ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности ввиду непередачи конкурсному управляющему документации и имущества должника (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности ввиду неисполнения обязанности по подаче заявления должника о признании его банкротом в арбитражный суд (статья 61.12 Закона о банкротстве).

В последующем от конкурсного управляющего 15.09.2026 поступило уточнение к заявлению в части оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, согласно которому Киму С.С. вменено непринятие мер по взысканию денежных средств в размере на основании решения суда от 28.04.2023 по делу № А59-1289/2021 после 12.10.2023, а также отказ от исковых требований к ООО «Профит» на сумму 2 274 887 рублей 56 копеек в рамках


судебного дела № А59-1352/2022 (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Также заявлено о взыскании с ответчиков солидарно 9 377 656 рублей 24 копеек. Данное уточнение принято судом.

Определением суда от 14.05.2025 заявление конкурсного управляющего оставлено без движения, определением от 20.05.2025 заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в предварительном судебном заседании на 23.07.2025. В заседании 23.07.2025 объявлялся перерыв до 04.08.2025. Определением от 04.08.2025 предварительное судебное заседание отложено на 02.09.2025. В заседании 02.09.2025 объявлялся перерыв до 16.09.2025. Определением от 16.09.2025 завершено предварительное судебное заседание, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности назначено к рассмотрению по существу на 13.11.2025, в последующем разбирательство по заявлению откладывалось и определением от 24.02.2026 было отложено на 08.04.2026.

В представленном отзыве и в дополнении к отзыву ФИО3 возражал против удовлетворения заявленных требований по следующим основаниям:

Исходя из заявления конкурсного управляющего следует, что основанием для обращения с заявлением явилась задолженность по обязательным платежам, которая образовалась с 2020 по 2022 гг., в связи с чем обязанность по обращению с заявлением по мнению конкурсного управляющего у ФИО3 возникла не позднее 30.04.2021.

Вместе с тем, фактические обстоятельства свидетельствуют о следующем. Уполномоченный орган в ноябре 2021 года обращался в суд с заявлением о признании ООО «ФОРВАРД-ДВ» несостоятельным (банкротом). Определением от 16.11.2020 по делу № А59-6336/2021 производство по делу прекращено в связи с отсутствием финансирования. Между тем, суд пришел к выводу, что фактически должник осуществляет хозяйственную деятельность, о чём свидетельствует частичное погашение задолженности. Более того, о погашении задолженности по обязательным платежам в 2022 г. на сумму 2 923 779 рублей 26 копеек свидетельствуют выписки банка.


Также следует обратить внимание на тот факт, что согласно выписке банка должник вел хозяйственную деятельность, от поступлений которых в том числе погашалась задолженность по обязательным платежам, в связи с чем довод управляющего о том, что ООО «ФОРВАРД-ДВ» фактически не ведет финансово-хозяйственную деятельность с конца 2021 г. является надуманным и не подтвержден материалами дела.

Кроме того, ООО «ФОРВАРД-ДВ» были заключены контракты с государственным казенным учреждением «Дирекция по реализации Федеральной программы социально-экономического развития Курильских островов Сахалинской области» (далее – Учреждение) № 15/2020 от 14.02.2020 и № 12/2020 от 17.02.2020, от реализации которых должник безусловно планировал получение прибыли.

Впоследствии в рамках государственного контракта № 15/2020 от 14.02.2020 Учреждение в одностороннем порядке отказалось от реализации указанного контракта, который ООО «ФОРВАРД-ДВ» обжаловало в судебном порядке, что свидетельствует о дальнейшем намерении продолжать работы по контракту и получении прибыли от его реализации.

Более того, ООО «ФОРВАРД-ДВ» в рамках дела № А59-5192/2021 обратилось со встречными требованиями о взыскании задолженности в размере 8 834 436 рублей 18 копеек, 723 428 рублей 82 копейки неустойки, которая была зачтена в счет неосвоенного аванса, полученного от Учреждения.

Далее в рамках дела № А59-1289/2021 принято встречное исковое заявление ООО «ФОРВАРД-ДВ» к Учреждению о взыскании задолженности за выполненные работы в размере 5 189 744 рубля, пени за просрочку оплаты работ в размере 859 772 рубля 56 копеек, с их начислением по день фактического исполнения обязательства, стоимость дополнительных работ в размере 6 789 655 рублей.

Решением от 28.04.2023 с Учреждения в пользу должника взыскано 2 059 863 рубля 79 копеек, в остальной части ООО «ФОРВАРД-ДВ» отказано. Указанное решение было обжаловано в вышестоящие инстанции, которыми судебный акт оставлен без изменения. Таким образом, даже на текущую дату у должника имеется дебиторская задолженность, за счет которой возможно погашение задолженности перед кредиторами.

При таких обстоятельствах должник обоснованно ожидал получение


прибыли от реализации заключенных государственных контрактов, оплату за дополнительные работы, оказанные в рамках контракта, которые впоследствии планировал расходовать на погашение задолженности, в том числе по обязательным платежам.

Кроме того, об активной деятельности ООО «ФОРВАРД-ДВ» свидетельствует также наличие заключенных договоров с ОАО «РЖД», МКУ ТО «Город Южно-Сахалинск» «Управление капитального строительства». Также следует обратить внимание на тот факт, что в 2023 году руководителем должника принимались меры к привлечению заемных денежных средств. В частности ФИО3 обращался в ООО «Стратегия» и ООО «Технострой-Гарант». Указанные юридические лица являются действующими, имеющие собственные капитал и активы. Данные обстоятельства свидетельствуют о принятии антикризисных мер со стороны руководителя и отсутствия намерений признавать должника несостоятельным.

Вместе с тем, само по себе наличие кредиторской задолженности не может являться свидетельством невозможности предприятия исполнить свои обязательства, и, соответственно, не порождает у его руководителя обязанности по подаче заявления должника. Ухудшение финансового состояния предприятия не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

ООО «ФОРВАРД-ДВ» зарегистрировано как юридическое лицо 02.04.2015, то есть являлось стабильным участником предпринимательской деятельности, не является фирмой-однодневкой, при этом в деятельности предприятия имели место быть схожие ситуации, при которых должник продолжал осуществлять хозяйственную деятельность, рассчитываться с кредиторами, получать прибыль.

Вместе с тем, предприятию неоднократно удавалось сохранять возможность дальнейшего существования на рынке услуг и продолжать хозяйственную деятельность. Напротив, безрассудное поведение со стороны руководителя, выраженное в обращении с заявлением о признании должника банкротом при наличии формальных оснований, свидетельствует не только о неразумном поведении руководителя, но и может являться основанием для определения вывода о преднамеренном банкротстве, что влечет уголовную ответственность. То есть


формальное наличие задолженности не является безусловным основанием для обращения с заявлением о признании должника банкротом. Напротив, руководитель, являющийся антикризисным управленцем, должен принять комплекс мер, направленных на выход из критической ситуации, и при не достижении положительного результата, обратиться с заявлением в суд. При таких обстоятельствах законодатель и сложившаяся судебная практика указывают на то, что институт банкротства является крайней мерой, в отсутствии реальной возможности восстановить платежеспособность предприятия и обращение с таким заявлением является окончательным решением в частности для предприятия, свидетельствующим о невозможности продолжать финансово-хозяйственную деятельность.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует, либо что совершаемые им действия являлись добросовестными и разумными и осуществлялись в интересах должника.

Субсидиарная ответственность руководителей должника носит гражданско-правовой характер, и при ее применении судам надлежит учитывать общие положения глав 25, 59 Гражданского кодекса Российской Федерации в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12).

Таким образом, помимо установления факта неисполнения единоличным исполнительным органом должника обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), необходимо также установить вину бывшего руководителя должника исходя из анализа его поведения, в том числе с учетом установления факта принятия (непринятия) им всех необходимых мер для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); также имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью


удовлетворения требований кредиторов.

Институт субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц должен применяться исключительно в тех случаях, когда не срабатывают иные установленные законодательством о банкротстве гарантии, и с учетом доказанности факта злоупотребления или недобросовестного поведения контролирующих должника лиц, который должен устанавливаться судами в каждом конкретном случае.

Само по себе недостижение цели по восстановлению платежеспособности должника в результате реализации мероприятий, предусмотренных программой финансового оздоровления, при доказанности принятия активных действий для преодоления кризисной ситуации и введения процедуры банкротства, не свидетельствует о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Верховный суд РФ в определении от 29.03.2018 по делу № 306- ЭС17-13670(3) пришел к выводу о том, что для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве. Таким образом, согласно приведенным положениям


закона, сам по себе факт наличия у должника перед кредитором задолженности не может свидетельствовать о наступлении признаков объективного банкротства.

Конкурсным управляющим не приведено доказательств незаконных действий ФИО3, предусмотренных пунктами 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Позиция конкурсного управляющего о необоснованности довода Кима С.С. о том, что должник продолжал финансово-хозяйственную деятельность после даты наступления объективного банкротства 30.04.2021, опровергается материалами дела и противоречит фактическим обстоятельствам, представленным доказательствам. В определении от 16.11.2020 по делу № А59-6336/2021 суд пришел к выводу что фактически должник осуществляет хозяйственную деятельность, о чём свидетельствует частично погашение задолженности, а именно - судом принято уточнение уполномоченного органа суммы долга с 5 027 365 рублей 63 копеек до 3 551 357 рублей 80 копеек.

Довод конкурсного управляющего о том, что денежные средства, взысканные по делу № А59-1289/2021 существенно меньше кредиторской задолженности, что заведомо не позволило погасить задолженность и о чем было известно ответчику является нелогичным, поскольку непонятно каким образом ФИО3 мог знать на дату 30.04.2021, какие судебные акты вынесет суд в 2023 году и в каком объеме будут удовлетворены заявленные требования.

Относительно довода о непринятии мер по получению исполнительного листа о взыскании с 2 059 863 рублей 79 копеек с Учреждения необходимо отметить тот факт, что постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа вынесено 12.10.2023, тогда как ФИО3 являлся руководителем до 20.12.2023, в связи с чем вывод конкурсного управляющего о том, что данное бездействие указывает на незаинтересованность на разрешение кризисной ситуации, в которой оказался должник, является необоснованным.

Конкурсный управляющий в уточнениях приводит довод о формальном характере писем со стороны должника с просьбой о предоставлении заемных денежных средств в адрес афиллированных лиц. Доказательств афиллированности конкурсным управляющим не представлены, напротив, ООО «Стратегия» и ООО «Технострой-Гарант» являются сторонними организациями к должнику, учредители


и руководители указанных обществ никоим образом не связаны с ООО «ФОРВАРД- ДВ» и его руководящим составом. Во-вторых, ФИО3 обратился в ООО «Стратегия» 23.08.2023, о чем свидетельствует штамп входящей корреспонденции, то есть до вынесения постановления Арбитражного суда Дальневосточного округа по делу № А59-1289/2021, что позволяет сделать вывод о реальных действиях со стороны руководителя в части привлечения денежных средств.

Опровергая довод конкурсного управляющего о формальном характере писем, следует обратить внимание суда на то, что ООО «Стратегия» и ООО «Технострой-Гарант» предоставили ответы, согласно которым ООО «Стратегия» готово предоставить займ на сумму 8 000 000 рублей с 10.01.2024, п ООО «Технострой-Гарант» в целях обеспечения возврата денежных средств предложило предоставить список имущества, за счет которого возможно обеспечение возврата денежных средств.

Также в уточнениях конкурсный управляющий приводит обстоятельства, рассматривающиеся в рамках обособленных споров (взыскание убытков с ФИО4 и ФИО3), которые до настоящего времени судом не рассмотрены, в связи с чем вывод конкурсного управляющего о недобросовестных действиях со стороны ФИО3 является преждевременным.

Представитель ФИО3 в судебном заседании 08.04.2026 возражала против удовлетворения заявленных требований. Иные лица, участвующие в рассмотрении заявления, в судебном заседании отсутствовали, извещены надлежаще, в том числе с учётом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). В соответствии с частью 5 статьи 156 АПК РФ суд определил рассмотреть заявление в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав представителя ФИО3, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

1. Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается


физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как указано конкурсным управляющим ФИО1, следует из материалов дела и не оспаривается ответчиками в период с 20.12.2023 по 22.10.2024 ФИО2 являлся единоличным исполнительным органом (генеральным директором) должника, с 09.06.2007 учредителем (участником) должника, ФИО3 в период с 02.04.2015 по 20.12.2023 являлся единоличным исполнительным органом (генеральным директором), то есть они являются контролирующими должника лицами.

2. Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве


пока не доказано иное предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств:

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

В соответствии с положениями пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) применяя при разрешении споров о привлечении к


субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Как указано конкурсным управляющим и следует из материалов дела, согласно сведениям бухгалтерской отчетности должника за 2022 год (последняя отчетная дата перед банкротством) стоимость активов общества составила 75 002 000 рублей, в том числе: материальные внеоборотные активы стоимостью 1 786 000 рублей, нематериальные активы 2 000 рублей, финансовые и другие оборотные активы 73 213 000 рублей.


Определением суда от 23.12.2025 по делу № А59-1317/2024 на ФИО2 возложена обязанность передать конкурсному управляющему ФИО1 документацию должника, его активы согласно данным бухгалтерского учёта, иные сведения. Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательства исполнения ФИО2 указанного определения суда полностью либо частично.

Таким образом, уклонение Кима К.С. от передачи первичных бухгалтерских документов и иной документации должника не позволяет идентифицировать активы должника (выявить данные о дебиторах, размерах сумм каждого из них, основания возникновения долга), оценить возможность взыскания дебиторской задолженности, в том числе с учетом сроков исковой давности, проанализировать хозяйственные сделки должника, совершавшиеся в трехлетний период до введения процедуры банкротства, оспорить подозрительные сделки.

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что в ходе судебного разбирательства ФИО2 вышеприведённые доводы конкурсного управляющего не оспорил, суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае конкурсным управляющим в достаточной степени доказано влияние отсутствия документации на формирование конкурсной массы должника, в связи с чем ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

3. В обоснование требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании пунктов 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве конкурсный управляющий ФИО1 ссылается на следующие обстоятельства:

- после принятия постановления Арбитражного суда Дальневосточного округа от 12.10.2023 по делу № А59-1289/2021 (решением от 28.04.2023 в пользу должника с Государственного казенного учреждения «Дирекция по реализации федеральной программы социально-экономического развития Курильских островов Сахалинской области» взыскано 2 059 863 рубля 79 копеек) и до даты принятия решения о признании ООО «Форвард ДВ» банкротом – 23.10.2024 (то есть на протяжении более одного года) ответчик как руководитель должника не предпринял мер по получению исполнительного листа и хотя бы частичном погашении требований кредиторов за счет взыскания данной дебиторской задолженности;


- в период с 10.01.2021 по 15.08.2023 с расчетного счета должника осуществлялись переводы денежных средств в пользу ФИО4 (учредитель должника с 02.04.2015. по 29.01.2024.) с назначением платежа «возврат займа», которые в настоящее время взыскиваются с учредителя должника конкурсным управляющим как убытки в размере 969 000 рублей. То есть в период имущественного кризиса ответчик еще более усугублял имущественное положение должника безвозмездно отчуждая имущество в пользу заинтересованного лица;

- определением Арбитражного суда Сахалинской области от 25.04.2022 по делу № А59-1352/2022 по исковому заявлению ООО «ФОРВАРД-ДВ» к ООО «Профит» о взыскании 2 000 000 рублей неосновательного обогащения, 274 887 рублей 56 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами прекращено производство в связи с отказом истца в лице Кима С.С. от заявленных требований.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии такого обстоятельства, как причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Как указано в подпунктах 1 – 3 пункта 3 статьи 61.11 Закона положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если: заявление о признании сделки недействительной не подавалось; заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен; судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с


недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения


контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии с пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Как указано в определении ВС РФ от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723 по делу № А56-26451/2016, в деле должно быть установлено, что реализация ответчиком соответствующих полномочий ведёт к негативным для должника и его кредиторов последствиям. При этом масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, т.е. способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное – состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки).

Квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых к


контролирующему лицу может быть применена упомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 22 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника. Данная норма специального закона полностью корреспондирует пункту 3 статьи 56 ГК РФ.

Для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, заявитель должен доказать факт совершения ими правонарушения (действия, бездействие) и причинную связь между действиями ответчика (контролирующего должника лицами) и наступлениями последствий (банкротством должника).

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

В пункте 16 Постановления № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения


требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Как следует из разъяснений, содержащихся в пунктах 20, 21 Постановления № 53, если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

Из обстоятельств дела следует, что по состоянию на 08.04.2026 в реестр требований кредиторов должника включены: решением от 23.10.2024 требования ФНС России в размере 3 680 515 рублей 01 копейка; определением от 11.12.2024 требования акционерного общества «Россети Мобильные газотурбинные электрические станции» в размере 155 460 рублей основного долга, 9 709 рублей 10 копеек неустойки, 5 955 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины; определением от 19.02.2025 требования Государственного казенного учреждения «Дирекция по реализации Федеральной программы социально-экономического развития Курильских островов Сахалинской области» в размере 4 954 076 рублей 42 копейки основного долга, 342 238 рублей 46 копеек процентов;

Кроме того, определениями от 28.04.2025 и от 08.09.2025 признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счёт имущества общества с ограниченной ответственностью «ФОРВАРД-ДВ», оставшегося после удовлетворения требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, требования ФНС России в размере 27 898 рублей 25 копеек недоимки по уплате страховых взносов и 8 220 рублей 02 копейки пеней, а также требования ФНС России в размере 2 000 рублей штрафа соответственно.

Как указано ранее, согласно сведениям бухгалтерской отчетности должника за 2022 год (последняя отчетная дата перед банкротством) стоимость активов общества составила 75 002 000 рублей, в том числе: материальные внеоборотные


активы стоимостью 1 786 000 рублей, нематериальные активы 2 000 рублей, финансовые и другие оборотные активы 73 213 000 рублей.

С учётом изложенного в рассматриваемом случае суд не находит оснований для вывода о том, что невзыскание денежных средств в размере 2 059 863 рубля 79 копеек после 12.10.2023 на основании решения суда от 28.04.2023 по делу № А59-1289/2021, перечисление учредителю должника ФИО4 денежных средств в размере 869 000 рублей, а также отказ от заявленных к ООО «Профит» требований в размере 2 000 000 рублей неосновательного обогащения, 274 887 рублей 56 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами следует расценивать как безусловное основание для возникновения объективного банкротства ООО «ФОРВАРД ДВ» вследствие утраты должником возможности продолжать осуществление нормальной хозяйственной деятельности.

Суд также считает необходимым отметить следующее.


Как указано конкурсным управляющим ФИО1 в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, обязанность по подаче заявления о признании ООО «ФОРВАРД ДВ» возникла у руководителя должника не позднее 30.04.2021 – при таких обстоятельствах ссылка на непринятие мер по взысканию 2 059 863 рубля 79 копеек после 12.10.2023 не соотносится с датой уже наступившего, по мнению конкурсного управляющего, объективного банкротства. Как таковой данный факт (невзыскание денежных средств) не может свидетельствовать о причинении убытков ввиду недоказанности невозможности взыскания указанной суммы в настоящее время - непосредственно конкурсный управляющий ФИО1 ссылается на данную дебиторскую задолженность как на основание для перехода из упрощённой в общую процедуру конкурсного производства в ходатайстве, поступившем в суд 03.04.2026.

Кроме того, определением суда от 06.03.2026 с ФИО3 в пользу ООО «ФОРВАРД-ДВ» взыскано 2 274 887 рублей 56 копеек убытков ввиду отказа данного ответчика от исковых требований к ООО «Профит» в рамках дела № А59-1352/2022, а также по состоянию на 08.04.2026 судом не рассмотрено заявление конкурсного управляющего ФИО1 о взыскании с ФИО4 убытков в размере 969 000 рублей (обособленный спор № А59-1317-5/2024).


4. В обоснование требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве за неподачу заявления о признании должника банкротом конкурсным управляющим ФИО1 указано, что такая обязанность возникла у ответчика не позднее 30.04.2021 в силу следующего.

Основанием возникновения задолженности по обязательным платежам на основании которой должник признан банкротом явилась неуплата налогов по представленным налогоплательщиком налоговым декларациям по сроку уплаты: УСН – 2020-2022 годы, НДФЛ – 1,2,3 кв. 2021 года, 2 кв. 2022 года, страховые взносы (ОМС, ОПС, ОСС) – 1,2,3 кв. 2021 года, 2 кв. 2022 года, а также по результатам привлечения к ответственности за совершение налогового правонарушения (решения от 13.04.2022 № 10-12/4/2811, от 30.12.2022 № 10-12/4/10492, от 08.04.2022 № 10-12/4/2792, от 01.09.2021 № 17-29/5403, от 23.11.2021 № 17-29/7203).

В соответствии с расчетом уполномоченного органа, приложенным к заявлению о признании должника банкротом, у должника по состоянию на 31.03.2021 возникла обязанность по уплате недоимки по налогу (основной долг) УСН за 2020 год в размере 759 625, 54 рублей со сроком уплаты 31.03.2021. Данная задолженность уплачена не была и послужила основанием для обращения уполномоченного органа в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением о признании должника банкротом. В соответствии с редакцией Закона о банкротстве, действовавшей на дату подачи заявления о признании должника банкротом, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, производство по делу о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом при условии, что требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей.

Ранее уполномоченный орган 22.11.2022 подавал заявление о признании ООО «ФОРВАРД ДВ» банкротом, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием у должника имущества и денежных средств на выплату вознаграждения арбитражному управляющему и проведение мероприятий процедур банкротства (дело № А59-6336/2021). При этом следует также учитывать, что ООО «ФОРВАРД ДВ» фактически не ведет финансово-хозяйственной деятельности с


конца 2021 года. Таким образом, обязанность по подаче заявления о признании ООО «Форвард ДВ» банкротом возникла у руководителя должника не позднее 30.04.2021.

Кроме того, 25.05.2021 у должника возникла обязанность по возврату неотработанного аванса Государственному казенному учреждению «Дирекция по реализации Федеральной программы социально-экономического развития Курильских островов Сахалинской области» в размере 4 954 076,52 руб., а также процентов на данную сумму в размере 342 238 рублей 46 копеек, всего 5 296 314, 88 руб. Совокупный размер задолженность возникшей после даты наступления обязанности по обращению в суд с заявлением должника о признании его банкротом составил 993 564,51 + 512 545,95 + 36 118,27 + 5 296 314,88 = 6 838 543,61 рублей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий,


оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.


В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Как следует из вышеприведённых норм Закона о банкротстве возможность привлечения лиц, названных в статье 61.12 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из перечисленных в


пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными в статье 61.12 Закона о банкротстве лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. Недоказанность какого-либо из названных выше условий влечет отказ в удовлетворении заявленных требований влечёт отказ в удовлетворении заявленных требований.

Согласно пункту 2 статьи 6 Закона о банкротстве (в применимой редакции) производство по делу о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом при условии, что требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей.

Пунктом 2 статьи 33 Закона о банкротстве (в применимой редакции) предусмотрено, что заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей, к должнику - гражданину - не менее чем пятьсот тысяч рублей и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

На основании пункта 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Согласно пункту 9 Постановления № 53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда


добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Как следует из материалов дела, 16.11.2020 между должником (Подрядчик) и ОАО «РЖД» (Заказчик) заключён договор на выполнение работ по капитальному ремонту № 3085/3КТЭ-ДВОСТ/20/1/1, согласно которому ООО «ФОРВАРД-ДВ» приняло на себя обязательства по выполнению работ по капитальному ремонту помещения. В силу пункта 1.3 договора срок начала выполнения работ – с момента подписания договора, срок окончания выполнения работ – 01.06.2021. Цена договора – 6 406 226 рублей 84 копейки (в редакции дополнительного соглашения № 1 от 27.04.2021).

15.04.2021 между МКУ «Управление капитального строительства» и ООО «ФОРВАРД-ДВ» (Подрядчик) заключён муниципальный контракт № 28/2021 на выполнение работ по объекту «Оборудование (дооборудование) административных зданий, социальных объектов и жилых домов приспособлениями, обеспечивающими беспрепятственный доступ к ним инвалидов. Стоимость работ – 350 042 рубля (пункт 2.1 договора), срок выполнения работ – в течение 30 календарных дней с даты, следующей за датой заключения контракта.


18.01.2021 между МКУ «Управление капительного строительства» и ООО «ФОРВАРД-ДВ» (Подрядчик) заключён муниципальный контракт № 80/2021 на выполнение работ по объекту «Оборудование (дооборудование) административных зданий, социальных объектов и жилых домов приспособлениями, обеспечивающими беспрепятственный доступ к ним инвалидов. Стоимость работ – 53 634 рубля (пункт 2.1 договора), срок выполнения работ – в течение 10 календарных дней с даты, следующей за датой заключения контракта.

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 26.11.2021 к производству принято заявление Управления Федеральной налоговой службы по Сахалинской области о признании ООО «ФОРВАРД-ДВ» несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, о включении в реестр требований в размере 5 027 365 рублей 63 копейки (дело № А59-6336/2021).

Определением от 16.11.2022 производство по делу № А59-6336/2021 прекращено. Согласно содержанию определения от 16.11.2022 в рамках рассмотрения заявления судом было принято уточнение уполномоченным органом требований в части уменьшения их размера до 3 551 357 рублей 80 копеек. Кроме того, заявителю предлагалось представить письменную позицию о возможности перехода к рассмотрению дела в порядке общей процедуры банкротства с уточнением требований относительно подлежащей введению процедурыпри неустановлении признаков отсутствующего должника. Также в данном определении отмечено, что фактически должник осуществляет хозяйственную деятельность, о чём свидетельствует частично погашение задолженности, ввиду чего процедура банкротства данного лица может быть инициирована уполномоченным органом в общем порядке, однако согласия на переход в такой порядок ведения процедуры заявитель не дал, несмотря на то, что определением суда было предложено уточнить требования в данной части.

Решением Арбитражного суда Сахалинской области от 13.08.2022 по делу № А59-5192/2021 с ООО «ФОРВАРД-ДВ» в пользу государственного казённого учреждения «Дирекция по реализации Федеральной программы социально-экономического развития Курильских островов Сахалинской области» взыскано 4


954 076 руб. 42 коп. основного долга, 342 238 руб. 46 коп. процентов. Тем же решением отказано в удовлетворении встречного иска ООО «ФОРВАРД-ДВ» к Учреждению о взыскании 834 436,18 руб. основного долга, неустойки в размере 1 649 552,18 руб. Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2022 решение от 13.08.2022 оставлено без изменения.

Решением Арбитражного суда Сахалинской области от 28.04.2023 по делу № А59-1289/2021 с ООО «ФОРВАРД-ДВ» в пользу государственного казённого учреждения «Дирекция по реализации Федеральной программы социально-экономического развития Курильских островов Сахалинской области» взыскано 3 429 890 рублей 31 копейка. Тем же решением с Учреждения в пользу должника взыскано 5 489 754 рубля 10 копеек по встречному исковому заявлению, принятому к производству 30.07.2021, из заявленных к взысканию 5 189 744 рубля задолженности за выполненные работы, пени за просрочку оплаты работ в размере 859 772 рубля 56 копеек с их начислением по день фактического исполнения обязательства и стоимости дополнительных работ в размере 6 789 655 рублей, всего 12 839 171 рубль 56 копеек. С учётом произведённого зачёта в пользу должника с Учреждения взыскано 2 059 863 рубля 79 копеек.

Данное решение оставлено без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2023. Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 12.10.2023 указанные судебные акты оставлены без изменения.

Из указанных обстоятельств следует, что на 30.04.2021 несмотря на наличие признаков неплатежеспособности (как указано ранее, у должника по состоянию на 31.03.2021 возникла обязанность по уплате недоимки по налогу (основной долг) УСН за 2020 год в размере 759 625, 54 рублей со сроком уплаты 31.03.2021) ООО «ФОРВАРД-ДВ» не находилось в состоянии объективного банкротства.

В частности, как следует из содержания решения от 28.04.2023, предъявление должником требований к Учреждению 30.07.2021 на общую сумму 12 839 171 рубль 56 копеек свидетельствует о том, что ФИО3 рассчитывал на преодоление в разумный срок финансовых трудностей, прилагал усилия для достижения такого


результата, в том числе осуществлял погашение задолженности по обязательным платежам. Бесспорных оснований для вывода о том, что ФИО3 действовал недобросовестно, не в пределах разумного предпринимательского риска у суда не имеется.

В свою очередь, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов и иных органов выявлять наличие в ней деловых просчетов (постановление от 24.02.2004 № 3-П и определение от 04.06.2007 № 320-О-П Конституционного Суда Российской Федерации).

В связи с этим следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска (абзац второй пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»). Недопустимо отождествление неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 18245/12).

С учетом изложенного довод конкурсного управляющего ФИО1 о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности ввиду его необращения в суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 30.04.2021 судом отклоняется.

Ссылка конкурсного управляющего ФИО1 в возражениях на отзыв ответчика на то, что, в частности, ФИО3 рассчитывал на получение денежных


средств в ходе исполнения контрактов с Учреждением № 15/2020 от 14.02.2020 и № 12/2020 от 17.02.2020 не состоятельна, так как данные контракты были расторгнуты в одностороннем порядке самим должником до наступления даты объективного банкротства (решение ООО «Форвард-ДВ» от 16.04.2021 № 16-2021/108 об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта № 12/2020 от 17.02.2020), на вышеуказанный вывод суда не влияет, принимая во внимание, что в данном конкретном случае размер требований предъявленных к взысканию, составлял 12 839 171 рубль и для определения окончательного, обоснованного размера требований потребовалось судебное разбирательство.

Письмом от 17.08.2023 исх. № 015 генеральный директор ФИО3 обратился к ООО «Стратегия» с письмом о предоставлении займа в размере 8 000 000 рублей до 31.12.2024 под 15% годовых ввиду сложного финансового положения. Письмом от 06.10.2023 № 293 ООО «Стратегия» предложило должнику предоставить заём с процентной ставкой 23% годовых до 31.12.2024. Письмом от 25.10.2023 исх. № 018 генеральный директор ФИО3 обратился к ООО «ТехноСтрой-Гарант» с письмом о предоставлении займа в размере 8 000 000 рублей до 31.12.2024 под 23% годовых ввиду сложного финансового положения. Письмом от 18.12.2023 № 156 ООО «ТехноСтрой-Гарант» предложило должнику предоставить заём на указанных условиях с предоставлением списка имущества для оценки обеспечительного залога.

Возражая против представленных писем, ФИО1 указала, что формально составленные письма с просьбой о финансировании в адрес аффилированных с ответчиком лиц, при наличии бездействия по взысканию дебиторской задолженности в размере 1/3 от сумм задолженности не являются доказательством действий ответчика по выходу из кризисной ситуации, а являются одним из документов, составленных для ухода от ответственности.

В свою очередь, из материалов дела не следует наличие аффилированности между должником и указанными Обществами, равно как в ходе рассмотрения спора не заявлялось о фальсификации данных писем.

5. Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по


основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами. Указанное определение и определение об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности могут быть обжалованы.

На текущий момент в рамках дела о банкротстве ООО «ФОРВАРД ДВ» по состоянию на 08.04.2026 вынесено определение от 06.03.2026 о взыскании с ФИО3 в пользу должника 2 274 887 рублей 56 копеек убытков (06.04.2026 определение обжаловано ответчиком в Пятый арбитражный апелляционный суд), на рассмотрении суда находится заявление конкурсного управляющего ФИО1 о взыскании с учредителя должника ФИО5 убытков в размере 869 000 рублей.

С учётом изложенного до момента окончания формирования конкурсной массы должника и расчетов с кредиторами определить размер субсидиарной ответственности ответчика не представляется возможным, в связи с чем рассмотрение заявления конкурсного управляющего подлежит приостановлению.

Определением суда от 20.05.2025 приняты обеспечительные меры в виде, в том числе, наложения ареста на денежные средства в пределах 6 838 543 рубля 61 копейка, поступившие на корреспондентские счета банков и иных кредитных организаций на имя ФИО3 (ИНН <***>), а также на денежные средства в пределах указанной суммы, которые поступят в будущем на счета ФИО3 или на корреспондентские счета банков и иных кредитных организаций на имя ФИО3; наложения ареста на имущество ФИО3 (ИНН <***>) в пределах стоимости имущества в размере 6 838 543 рубля 61 копейка.


Согласно части 5 статьи 96 АПК РФ в случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. После вступления судебного акта в законную силу арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, выносит определение об отмене мер по обеспечению иска или указывает на это в судебных актах об отказе в удовлетворении иска, об оставлении иска без рассмотрения, о прекращении производства по делу.

Принимая во внимание отказ в удовлетворении заявления в части требований, предъявленных конкурсным управляющим ФИО1 к ФИО3, суд приходит к выводу о наличии оснований для отмены вышеуказанных обеспечительных мер после вступления определения в законную силу.

Руководствуясь статьёй 61.16 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 96, 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

О П Р Е Д Е Л И Л :

Признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., к субсидиарной ответственности. Приостановить рассмотрение заявления до окончания расчётов с кредиторами.

Отказать в удовлетворении остальной части заявленных требований.


После вступления определения в законную силу отменить обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Сахалинской области от 20.05.2025 в части:

наложения ареста на денежные средства в пределах 6 838 543 рубля 61 копейка, поступившие на корреспондентские счета банков и иных кредитных организаций на имя ФИО3 (ИНН <***>), а также на денежные средства в пределах указанной суммы, которые поступят в будущем на


счета ФИО3 или на корреспондентские счета банков и иных кредитных организаций на имя ФИО3;

наложения ареста на имущество ФИО3 (ИНН <***>) в пределах стоимости имущества в размере 6 838 543 рубля 61 копейка.

Определение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Сахалинской области в течение 1 месяца со дня изготовления определения в полном объёме.

Судья Ю.С. Учанин