Постановление от 16 ноября 2022 г. по делу № А47-12122/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7278/22

Екатеринбург

16 ноября 2022 г.


Дело № А47-12122/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 14 ноября 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 ноября 2022 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Шавейниковой О.Э., Новиковой О.Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьиФИО1, рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Оренбургской области кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО2 (далее – должник) - ФИО3 на определение Арбитражного суда Оренбургской областиот 31.05.2022 по делу № А47-12122/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа,в судебное заседание в здание суда округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Оренбургской области приняли участие: ФИО2 и финансовый управляющий его имуществом ФИО3, ФИО4 и финансовый управляющий ее имуществом ФИО5, а также представитель акционерного общества «Газпромбанк» (далее – Газпромбанк) – ФИО6 (доверенность от 26.03.2020).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 05.12.2019 по заявлению ФИО7 возбуждено производство по делу о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 04.08.2020 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации его долгов, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.12.2020 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом) с введением в отношении его имущества процедуры реализации, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3

Финансовый управляющий ФИО3 20.04.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок должника с Газпромбанком по перечислению денежных средств в размере 130 889 руб. и ФИО4 с Газпромбанком по перечислению денежных средств в размере 433 333 руб. 33 коп. и применении последствий недействительности данных сделок в виде возврата Газпромбанком указанных денежных средств в конкурсную массу должника (с учетом уточнений по статье 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 16.02.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена финансовый управляющий имуществом ФИО4 - ФИО5

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 31.05.2022, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2022, в удовлетворении требований отказано.

В кассационной жалобе правляющий ФИО3 просит определение от 31.05.2022 и постановление от 10.08.2022 отменить, признать спорные сделки недействительными, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. По мнению заявителя, в отсутствие платежей кредиторам, чьи требования затем включены в реестр, должника в течение 6 месяцев до возбуждения в отношении него дела о банкротстве совершал спорные сделки с предпочтением в пользу Газпромбанка с целью погашения ипотечного кредита, наделения соответствующей квартиры исполнительским иммунитетом и исключения ее из конкурсной массы, но суды это не исследовали и не оценили. Заявитель считает, что суды не установили источник денежных средств, направленных на погашение кредита, от которого зависела возможность квалификации сделки как совершенной за счет должника, а Газпромбанк, осведомленный о неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, так как знал об исполнительном производстве в отношении должника и долге должника перед ФИО7 (2 436 871 руб. 04 коп.), будучи лишенным возможности поступления по ипотечному кредиту денежных средств должника, удерживавшихся судебным приставом в счет погашения требований ФИО7, договорился о погашении ипотечного кредита вместо должника его супругой, не являвшейся получателем по кредитному договору, не имевшей солидарной обязанности, и погасившей долг средствами, полученными от матери ФИО8 за продажу зарегистрированных на имя ФИО4 1/3 и 1/6 долей в квартире по ул. Одесской, при том, что 1/6 доля приобретена ФИО4 во время брака с ФИО2 и была совместной собственностью супругов, но доказательства получения должником денежных средств от продажи 1/6 доли в квартире по ул. Одесской отсутствуют. Заявитель полагает, что при реализации квартиры в качестве предмета залога залоговый кредитор Газпромбанк не мог претендовать на 80%, и получил бы не более 564 222 руб. 33 коп., а оставшиеся средства могли бы быть направлены на погашение требований реестровых кредиторов и приобретение должником другой менее дорогой квартиры.

Газпромбанк и финансовый управляющий имуществом ФИО4 - ФИО5 в отзывах просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 18.10.1993 акционерное общество «ПО «Стрела» (далее – общество «ПО «Стрела») по договору передачи квартиры в собственность граждан передало ФИО9, ФИО4 и ФИО10 (умер в 2011 году) двухкомнатную квартиру общей площадью 58,3 кв.м., к/н 56:44:0406001:10997, по адресу: <...>.

Названный договор зарегистрирован 18.11.1993.

ФИО10 - наследник ФИО10, на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от 11.07.201,1 зарегистрировал 03.11.2011 в Управлении Росреестра по Оренбургской области долю в праве 1/3 в общей долевой собственности на квартиру.

ФИО4 (дочь) и ФИО9 (мать) 21.11.2012 зарегистрировали в Управлении Росреестра по Оренбургской области оставшиеся доли в праве - по 1/3 каждая.

Супруги ФИО11 и ФИО4 29.11.2012 приобрели у ФИО10 по договору купли-продажи долю в праве 1/3 за 700 000 руб. и зарегистрировали в Управлении Росреестра по Оренбургской области по 1/6 доли за каждым.

В указанной квартире супруги М-ны были зарегистрированы и проживали совместно с матерью ФИО4 - ФИО9

Между ФИО11, ФИО4, ФИО9 (продавцы) и ФИО12, ФИО12 (покупатели) 15.03.2019 заключен договор купли-продажи квартиры по адресу: <...>, по цене 2 600 000 руб., из которых 520 000 руб. собственные средства покупателей, 2 080 000 руб. - средства публичного акционерного общества «Банк ВТБ» (далее – Банк ВТБ), полученные покупателями по кредитному договору от 13.03.2019 № 623/1861-0006883 и перечисляемые продавцу ФИО9 на открытый ею в Банке ВТБ счет.

По указанному договору продавцы продают свои доли в праве: ФИО11 - 1/6, ФИО4 - 1/3 и 1/6 и ФИО9 - 1/3.

Так как квартира продана по цене 2 600 000 руб., то цена 1/6 доли в праве составляет 433 333 руб. 33 коп., а 1/3 – 866 666 руб. 67 коп.

Судом также установлено, что 22.07.2016 между обществом «ПО «Стрела» (застройщик) и ФИО11 (участник долевого строительства) заключен договор № 2/254 участия в долевом строительстве многоквартирного дома, по которому ФИО11 передается двухкомнатная квартира по адресу: <...>, данный договор зарегистрирован в Управлении Росреестра по Оренбургской области 11.08.2016.

По условиям договора от 22.07.2016 цена квартиры составляет 2 028 345 руб., из которых: 405 669 руб. - собственные средства участника строительства, 1 622 676 руб. – кредитные средства Банка ВТБ.

Между ФИО11 (заемщик) и Банком ВТБ 22.07.2016 заключен кредитный договор № <***> на сумму 1 622 676 руб. для оплаты приобретаемой заемщиком квартиры, которая по условиям данного договора является предметом залога банка.

Между обществом «ПО «Стрела» и ФИО11 06.09.2017 заключен акт приема-передачи квартиры (зарегистрирован в Управлении Росреестра 13.10.2017).

Дополнительным соглашением к договору участия в долевом строительстве от 19.07.2017 №2/254 цена квартиры установлена в размере 2 003 550 руб. (зарегистрировано в Управлении Росреестра по Оренбургской области 18.08.2017).

ФИО11 13.10.2017 зарегистрировал в Управлении Росреестра право собственности (100% доля в праве) на квартиру с ограничением прав и обременением объекта недвижимости - ипотека в пользу Банка ВТБ.

Между ФИО11 (заемщик) и Газпромбанком 11.01.2018 заключен кредитный договор № <***>, по условиям которого банк предоставляет заемщику на срок до 20.12.2032 целевой кредит в размере 1 613 590 руб. 62 коп. для полного досрочного погашения задолженности заемщика перед Банком ВТБ по кредитному договору № <***>.

Погашение долга осуществляется заемщиком в соответствии с графиком ежемесячными аннуитетными платежами в размере 18 584 руб. 20-го числа каждого месяца, и договором предусмотрено право досрочного погашения кредита без ограничения минимальной части досрочно возвращенного кредита.

Денежные средства в размере 1 613 590 руб. 62 коп. перечислены Банку ВТБ, и обязательство ФИО11 перед Банком ВТБ погашено.

В обеспечение исполнения заемщиком обязательств по кредитному договору с Газпромбанком (залогодержатель) последним с ФИО11 (залогодатель) 11.01.2018 заключен договор залога №0022-ИП-31/18 (договор об ипотеке) двухкомнатной квартиры, общей площадью 68,8 кв.м., по адресу: <...>, при этом предмет залога по соглашению сторон договора оценен на сумму 2 373 000 руб.

Супруга должника ФИО4 14.02.2019 перечислила платежным поручением № 17891 на расчетный счет Газпромбанка денежные средства в размере 453 026 руб., полученные по Государственному сертификату на материнский (семейный) капитал от 28.04.20118 серии МК-11 №0629986.

В период с 20.06.2019 по 20.05.2020 ФИО2 погасил долга перед Газпромбанком в сумме 130 889 руб., при этом гашение долга производилось ежемесячно равными платежами в размере 11 899 руб.

В период с 24.03.2020 по 10.07.2020 ФИО4 погасила долг перед Газпромбанком в сумме 1 079 317 руб.51 коп., а именно: 23.06.2020 – 11 899 руб. 93 коп., 10.07.2020 – 5 281 руб. 66 коп. и 1 050 223 руб. 25 коп.

Согласно справке Газпромбанка, по состоянию на 10.07.2020 обязательства ФИО2 по кредитному договору от 11.01.2018 № <***> исполнены в полном объеме, кредит закрыт 10.07.2020.

Приведенные фактические обстоятельства установлены судами, подтверждены материалами дела и лицами, участвующими в деле, не оспорены.

Полагая, что в результате платежей, произведенных должником и его супругой в период за 6 месяцев до и после возбуждения дела о банкротстве должника, требование Газпромбанка, подлежавшее, в отсутствие спорных сделок, включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника как обеспеченное залогом и удовлетворению в установленном законом порядке, погашено преимущественно перед иными кредиторами должника, при этом платежи, совершенные супругой по погашению ипотечного кредита, являлись досрочными, и после их совершения квартира, приобретенная на кредитные средства, перешла в собственность должника, который преследовал с супругой цель снятия обременения в виде ипотеки с квартиры для ее исключения из конкурсной массы как единственного жилья, тогда как вырученных от продажи квартиры денежных средств хватило бы как на удовлетворение требования залогового кредитора, так и требований остальных конкурсных кредиторов, погашение текущих расходов на процедуру банкротства должника, а также считая, что ФИО4 кредит погашен не личными средствами, а средствами должника, полученными им от кредитора ФИО7, при том, что самостоятельных доходов ФИО4 не имела, получение денежных ФИО4 от своей матери ФИО9 за проданные доли в праве на квартиру по ул. Одесской документально не подтверждено, а денежные средства за долю в праве (1/3) на квартиру по ул. Одесской являются совместным имуществом должника и ФИО4, в связи с чем, в полном объеме подлежат включению в конкурсную массу должника, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании платежей по погашению кредита недействительными на основании пунктов 1 - 3 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Газпромбанк, ФИО2, ФИО4 и финансовый управляющий ФИО5 против удовлетворения требований возражали, ссылаясь на то, что требования Газпромбанка к должнику, погашенные в результате совершения спорной сделки, обеспечены залогом имущества должника, следовательно, подлежали удовлетворению за счет этого имущества предпочтительно перед иными кредиторами, в силу прямого указания закона, а супруга должника погашала кредитное обязательство супруга своими личными средствами, полученными от продажи личного имущества – 1/3 и 1/6 долей в праве собственности на квартиру по адресу: <...>, в связи с чем, права кредиторов должника не нарушены.

Отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом; либо совершена должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу пункта 29.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при оспаривании по статье 61.3 Закона о банкротстве сделок по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества должника, - уплаты денег (в том числе вырученных посредством продажи предмета залога залогодателем с согласия залогодержателя или при обращении взыскания на предмет залога в исполнительном производстве) либо передачи предмета залога в качестве отступного (в том числе при оставлении его за собой в ходе исполнительного производства) - необходимо учитывать следующее.

Такая сделка может быть признана недействительной на основании абзаца 5 пункта 1 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, если залогодержателю было, либо должно было быть, известно не только о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика, но и о том, что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве, а именно хотя бы об одном из следующих условий, указывающих на наличие признаков предпочтительности: а) после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве; б) спорной сделкой прекращено в том числе обеспеченное залогом обязательство по уплате неустоек или иных финансовых санкций, и после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов.

Ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами, по крайней мере, в части 80 процентов стоимости данного имущества (если залог обеспечивает кредитные обязательства - статьи 18.1, пункт 2 статьи 138 Закона о банкротстве).

Если залоговый кредитор получает удовлетворение не в соответствии с процедурой, предусмотренной статьями 134, 138, 142 Закона о банкротстве, а в индивидуальном порядке (в том числе в периоды, указанные в пунктах 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве), он не может считаться получившим предпочтение в части названных 80 процентов (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные в материалы дела доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что оплата в размере 130 889 руб. произведена ФИО2 в сроки и в размере по графику платежей, направлена на погашение ссудной задолженности и процентов за пользование кредитом, то есть основного долга, тогда как какие-либо обязательства по уплате неустоек или иных финансовых санкций оспариваемыми сделками не прекращались, и иное не доказано, а также, учитывая, что при вступлении в реестр кредиторов должника в качестве залогового кредитора Газпромбанк имел бы безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами, по крайней мере, в части 80% стоимости данного имущества (пункт 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, Определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 № 305-ЭС17-3098(2)), тогда как по договору залога от 11.01.2018 №0022-ИП-31/18 залоговая стоимость квартиры по ул. Пролетарская, д. 288А, кв. 254, г. Оренбурга составляет 2 373 000 руб., а по оценке финансового управляющего ее стоимость превышает залоговую в 2 раза и составляет 5 000 000 руб., из чего следует, что 80% от реализации предмета залога составили бы 1 898 400 руб. или 4 000 000 руб., и при таких обстоятельствах залогодержатель, очевидно, получил бы удовлетворение своих требований полностью, а иное из материалов дела не следует, и, исходя из того, что в результате спорных сделок Газпромбанк не получил денежные средства в объеме большем, чем ему предназначалось бы при удовлетворении требований в порядке статьи 138 Закона о банкротстве, суды, в отсутствие доказательств обратного, опровергающих изложенные выводы и свидетельствующих об ином, пришли к выводу о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае на стороне Газпромбанка предпочтения в размере досрочно полученного исполнения.

Довод управляющего о том, что, в отсутствие спорных платежей, квартира как залоговое имущество подлежала бы включению в конкурсную массу, и за счет средств от ее реализации могли быть погашены не только требования залогового кредитора, но и требования не залоговых кредиторов, а также текущие расходы на процедуру, являлся предметом оценки судов и по результатам исследования и оценки всех имеющихся в деле доказательств отклонен как основанный на неправильном толковании норм права, не соответствующий фактическим обстоятельствам и материалам дела, в том числе, с учетом того, что, как установлено судами и следует из материалов дела, предмет залога – квартира является единственным жильем должника и членов его семьи, что лицами, участвующими в деле, не оспаривается, и доказательства обратного в деле отсутствуют, из чего следует, что на такую квартиру распространяется исполнительский иммунитет, и на нее может претендовать только залогодержатель, тогда как требования иных (не залоговых) кредиторов, в том числе первой и второй очередей, в любом случае не подлежат удовлетворению за счет указанного имущества, а равно текущие расходы на процедуру банкротства должника также не могут быть погашены за счет данного имущества, и в случае включения требований Газпромбанка в реестр требований кредиторов должника его требования подлежали бы удовлетворению за счет средств от продажи квартиры, а оставшиеся средства подлежали бы передаче должнику для приобретения иного жилья.

Довод управляющего о совершении супругой должника сделки в сумме 433 333 руб. 33 коп. за счет имущества должника (совместного имущества должника и его супруги) также являлся предметом исследования и оценки судов, которые, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, отклонили данный довод как противоречащий материалами дела, установив, что до вступления в брак с ФИО2 (07.08.2010) ФИО13 по безвозмездной сделке – договору на передачу квартиры в собственность граждан от 18.10.1993 – приобрела 1/3 доли в спорной квартире, которую в последующем ФИО4 продала по договору купли-продажи объекта недвижимости с использованием кредитных средств от 15.03.2019 по цене 866 666 руб. 66 коп. (стоимость квартиры - 2 600 000 руб.), полученных от ФИО9, ввиду чего указанные денежные средства в размере 866 666 руб. 66 коп., вырученные от продажи имущества, приобретенного ФИО4 по безвозмездной сделке до брака, не могут являться совместной собственностью супругов М-ных, а также, установив, что в браке М-ны приобрели 1/3 доли спорной квартиры по договору купли-продажи доли квартиры от 29.11.2012 года – по 1/6 доли каждому, в результате чего ФИО4 на праве единоличной (индивидуальной) собственности принадлежала ½ доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру (1/3+1/6=1/2), следовательно, денежные средства в размере 1 300 000 руб., вырученные от продажи указанной доли, также принадлежали ФИО4, при том, что денежные средства в сумме 1 079 317 руб. 51 коп., направленные ФИО4 в погашение кредита банка, не превышают указанную выше сумму, вырученную ФИО4 от продажи квартиры.

Кроме того, проверив обоснованность возражений финансового управляющего, оспаривающего фактическое получение ФИО4 от своей матери денежных средств и полагающего, что ФИО4 оплачивала кредит денежными средствами, полученными ее супругом ФИО2 от ФИО7, и, установив по результатам исследования и оценки всех представленных в материалы дела доказательств, что в подтверждение пояснений ФИО4 и ФИО9 о том, что денежные средства по договору купли-продажи переданы ФИО9 ФИО4 в полном объеме, представлены соответствующие расписки на суммы 800 000 руб. и 500 000 руб., которые управляющим не оспорены и об их фальсификации не заявлено, учитывая также, что управляющим не оспорено наличие у ФИО9 финансовой возможности передать своей дочери денежные средства в указанном размере, при том, что разница в стоимости квартиры на ул. Одесской (2 600 000 руб.) и приобретенной ФИО9 за счет средств от ее продажи квартиры по ул. Донецкой (1 090 000 руб.) составила 1 510 000 руб., и, исходя из того, что ФИО9 для передачи дочери необходимой суммы 19.06.2020 дополнительно взяла в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» кредит в размере 500 000 руб., что подтверждается материалами дела, и, приняв во внимание, что, согласно названным распискам, денежные средства в сумме 500 000 руб., соизмеримой с суммой оспариваемых управляющим платежей, получены ФИО4 накануне платежа – в июне 2020 года, тогда как с момента получения денежных средств от ФИО7 (28.09.2017 – 23.11.2018) до внесения супругой должника самой большой суммы в оплату кредита (1 055 504 руб. 91 коп.) - 10.07.2020 прошло практически два года, суды пришли к выводу о недоказанности какими-либо убедительными доказательствами доводов финансового управляющего, не доказавшего, что денежные средства, полученные должником от кредитора ФИО7, не были израсходованы, а аккумулированы должником до момента погашения кредита.

При этом суды исходили и из того, что ФИО4, как супруга должника, имела законное и разумное намерение сохранить единственное жилье для своей семьи, а то, что она является близким родственником ФИО9 (ее мать), представляется допустимым и разумным объяснением намерения ФИО9 сохранить единственное жилье для дочери, а также передачи денежных средств в наличной форме без иных документальных подтверждений передачи денежных средств, кроме расписок.

Учитывая все вышеизложенные установленные судами обстоятельства, по результатам исследования и оценки всех представленных доказательств, исходя из того, что в результате оспариваемой сделки Газпромбанк не получил предпочтение в удовлетворении его залоговых требований перед другими кредиторами должника, а также отсутствия доказательств иного, суды пришли к выводу о недоказанности материалами дела наличия в данном случае всей необходимой и достаточной совокупности обстоятельств для признания спорных платежей на суммы 130 889 руб. и 433 333 руб. 33 коп. недействительными на основании положений статьи 61.3 Закона о банкротстве, ввиду чего суды отказали в удовлетворении заявленных требований.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований, суды исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия оснований для признания оспариваемых платежей недействительными, а также из отсутствия достаточных доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку были заявлены в судах первой и апелляционной инстанций, являлись предметом исследования и оценки судов, не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые определение Арбитражного суда Оренбургской области от 31.05.2022 по делу № А47-12122/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2022 по тому же делу следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 31.05.2022по делу № А47-12122/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО2 - ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



ПредседательствующийЮ.А. Оденцова


СудьиО.Э. Шавейникова


О.Н. Новикова