Постановление от 28 ноября 2022 г. по делу № А56-70380/2017

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-70380/2017
28 ноября 2022 года
г. Санкт-Петербург
/суб.1


Резолютивная часть постановления объявлена 22 ноября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 28 ноября 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Н.Барминой,

судей Н.В.Аносовой, Д.В.Бурденкова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,


при участии:

от конкурсного управляющего: ФИО2, представитель по доверенности от 28.10.2022,

от ФИО3: ФИО4, представитель по доверенности от 17.03.2022,

от АО «Сланцевский завод «Полимер»: ФИО5, представитель по доверенности от 15.06.2022,


рассмотрев апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-29294/2022, 13АП-29293/2022) конкурсного управляющего ФИО6 и ФИО7 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.08.2022 по делу № А56-70380/2017/суб.1 (судья Рычкова О.И.), принятое


по заявлению конкурсного управляющего ФИО6

о привлечении к субсидиарной ответственности

ответчики: ФИО8, АО «Сланцевский завод «Полимер», ФИО9, ФИО3,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Комтрейд»,

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.02.2018 в отношении ООО «Комтрейд» (адрес: 198099, <...>, литер А, пом. 1-Н, каб. 18, ОГРН: <***>; далее – должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО6.

Решением от 31.07.2020 ООО «Комтрейд» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на ФИО6.

В рамках процедуры конкурсного производства 09.06.2021 конкурсный управляющий обратилась с заявлением (с учетом уточнения) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Комтрейд» следующих лиц:

- ФИО8 – генерального директора должника в период с 06.12.2012 по 20.03.2017;

- АО «Сланцевский завод «Полимер» - участник должника с размером доли 99% уставного капитала;

- ФИО9 – участник должника с размером доли 1% уставного капитала;

- ФИО3 – генерального директора АО «Сланцевский завод «Полимер» с 30.10.2007.

Одновременно заявление содержало ходатайство о приостановлении производства по заявлению до окончания расчетов с кредиторами должника в части определения размера субсидиарной ответственности.

В обоснование заявления конкурсный управляющий сослалась на положения пункта 1 статьи 61.11, подпункта 1, 3 пункта 2 статьи 61.11 ФЗ от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статью 9, пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона №134-ФЗ, поставив в вину ответчикам невзыскание дебиторской задолженности должника; неправомерное уклонении от уплаты налогов, повлекшее взыскание с должника пеней в общем размере 10 904 519 руб.; необращение в суд с заявлением о признании должника банкротом; одобрение сделки, причинившей вред имущественным правам и интересам кредиторов должника, послужили основанием объективного банкротства должника.

Определением от 05.08.2022 в удовлетворении заявления отказано. Суд первой инстанции, счел, что доля участия ФИО9 в уставном капитале должника не позволяла ему оказывать влияние на хозяйственную деятельность должника и контролировать ее деятельность, в связи с чем он не может считаться контролирующим должника лицом. Судом первой инстанции принято во внимание, что определением суда первой инстанции от 30.09.2020 с ФИО8 в пользу должника взысканы убытки в размере 70 032 854,47 руб., именно в связи с невзысканием дебиторской задолженности и недобросовестности поведения как налогоплательщика, в связи с чем не усмотрел оснований для повторного привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по тем же основаниям. Тогда как вексельная сделка должника не повлекла неблагоприятных последствий для него. В части необращения в суд с заявлением о признании должника банкротом суд первой инстанции указал на отсутствие расчета задолженности, возникшей после заявленной даты, которую можно было бы поставить в вину ответчикам.

Конкурсный управляющий ФИО6 и ФИО7 обратились с апелляционными жалобами на определение суда первой инстанции от 05.08.2022, которое просят отменить, принять по делу новый судебный акт, которым заявление конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности удовлетворить в полном объеме.

Конкурсный управляющий, со ссылкой на решение МИФНС №3 по Ленинградской области № 14-03-01/1714 от 31.05.2018 и приговор Смольнинского районного суда г. Санкт-Петербурга по делу № 1-363/17 от 18.10.2017, считает ошибочным исключение судом первой инстанции ФИО9 из числа ответчиков, равно как и вывод, что он не относится к контролирующим должника лицам. Согласно доводам жалобы, суд первой инстанции не принял во внимание довод конкурсного управляющего о наличии в бездействии бывшего руководителя должника ФИО8 признаков доведения общества до банкротства, поскольку последний бездействовал и не проводил работу по взысканию дебиторской задолженности с целью уменьшения обязательств перед кредиторами. Также ошибочным конкурсный управляющий считает вывод суда первой инстанции об отсутствии причинно-следственной связи между заключение невыгодных и впоследствии оспоренных сделок и наступлением банкротства; в рамках дела №А56-46142/2018 суд квалифицировал действия сторон указанной сделки, как злонамеренные, направление на причинение вреда ООО «Комтрейд» и его кредиторам и в силу преюдициальности обстоятельства сделки не подлежат доказыванию вновь. Конкурсный управляющий не согласен также с выводом суда первой инстанции о том, что конкурсным управляющим не доказан факт нарушения руководителем должника обязанности по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом, поскольку на конец 2016 года у должника имелась трехлетняя просрочка по исполнению обязательств, вытекающих из контракта № 29/11 от 29.11.2013, заключенному между компанией АТКОМ Суппорт ЛП (Atcom Support LP) (35/3, Buchanan Street, Edinburgh, United Kingdom) и ООО Комтрейд».

Кредитор ФИО7 в своей апелляционной жалобе поддержал позицию конкурсного управляющего.

В отзыве на апелляционные жалобы ФИО3, выражая согласие с обжалуемым судебным актом, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы своего доверителя в полном объеме. Представитель АО «Сланцевский завод «Полимер» возражал против удовлетворения апелляционных жалоб, просил оставить определение суда первой инстанции без изменения. Представитель ФИО3 также просил оставить обжалуемое определение без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, апелляционный суд, в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрел апелляционные жалобы в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения, апелляционный суд не установил оснований для его отмены или изменения.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ФИО8 являлся генеральным директором должника с 06.12.2012 по 20.03.2017.

АО «Сланцевский завод «Полимер» является участником должника с 99% долей уставного капитала должника, при этом, ФИО3 является генеральным директором указанного общества, а следовательно, имеет возможность определять его действия.

ФИО9 является участником должника с 1% доли уставного капитала.

Конкурсный управляющий, полагая, что ФИО8, АО «Сланцевский завод «Полимер», ФИО3 и ФИО9 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд.

В силу пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Настоящее заявление поступило после указанной даты, следовательно, к рассматриваемым правоотношениям в части процессуально-правовых норм подлежат применению положения главы III.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Суд первой инстанции правомерно применил к спорным правоотношениям в части невзыскания дебиторской задолженности, отраженной в акте инвентаризации от 01.09.2018, нормы статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, а в части невыполнения контролирующими должника лицами своей обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом – нормы статьи 9 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

При этом, коль скоро к спорным правоотношениям подлежат применению процессуальные нормы в редакции Закона №266-ФЗ, суд первой инстанции, установив, что доля ФИО9 составляет 1% уставного капитала должника, и конкурсным управляющим не представлены доказательства того, что ФИО9 давал должнику или лицу, контролирующему должника, обязательные для исполнения указания, являвшейся причиной объективного банкротства должника, пришел к верному выводу, что он не может быть отнесен к контролирующим должника лицам.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не согласиться с указанным выводом, поскольку, согласно пункту 6 статьи 61.10 Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ, к контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО9 не имеет возможности давать обязательные для исполнения указания ни должнику, ни лицу, контролирующему должника – АО «Сланцевский завод «Полимер» (имеет 19,0706% голосующих акций). Тогда как действия ФИО9, которым дана оценка решение МИФНС №3 по Ленинградской области № 14-03-01/1714 от 31.05.2018 и приговор Смольнинского районного суда г. Санкт-Петербурга по делу № 1-363/17 от 18.10.2017, совершены только при наличии на то воли второго участника должника – АО «Сланцевский завод «Полимер», и без одобрения последнего были бы невозможны.

В этой связи, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности было правомерно рассмотрено судом первой инстанции только в части ФИО8, АО «Сланцевский завод «Полимер» и ФИО3

Рассмотрев заявление конкурсного управляющего о наличии в бездействии бывшего руководителя должника ФИО8 признаков доведения должника до банкротства ввиду не проведения работы по взысканию дебиторской задолженности с целью уменьшения обязательств перед кредиторами и привлечения должника к налоговой ответственности, суд первой инстанции также правомерно отказал в удовлетворении заявления в данной части, поскольку аналогичные обстоятельства уже являлись предметом оценки арбитражного суда и определением суда первой инстанции от 30.09.2020 с ФИО8 в пользу ООО «Комтрейд» взысканы убытки в размере 70 032 854,47 руб.

В обоснование заявления о взыскании с ФИО8 убытков в указанном размере конкурсный управляющий сослался на те же сделки, что поставлены в вину ответчику в настоящем обособленном споре.

Правовым основанием для удовлетворения иска о возмещении причиненного вреда являлись положения статей 15, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.20 Закона о банкротстве и статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», устанавливающие обязанность по возмещению руководителем вреда в полном объеме.

Указанный спор о взыскании убытков по своей сути являлся прямым иском должника к его руководителю о возмещении причиненного вреда противоправными действиями руководителя.

Обращаясь с заявлением о привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности со ссылкой на ненадлежащую работу с дебиторской задолженности, конкурсный управляющий поставил ему в вину ту же дебиторскую задолженность, что и в обособленном споре № А56-70380/2017/уб.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что требование конкурсного управляющего о привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности в данной части является тождественным требованию о взыскании убытков, в связи с чем отсутствуют основания для его удовлетворения в указанной части.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2) по делу № А40-203647/2015, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве представляет собой групповой косвенный иск, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3). Такой иск фактически точно так же направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору, из чего следует, что генеральным правовым основанием данного иска выступают в том числе положения статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, как верно указано судом первой инстанции, конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что дебиторская задолженность в общем размере 671 810 296,94 руб. является неликвидной и невозможной к взысканию по вине ФИО8, не представил в материалы дела какие-либо доказательства, свидетельствующие о том, что указанная дебиторская задолженность является невозможной к взысканию именно ввиду бездействия ФИО8

Первичная документация, свидетельствующая о существовании такой дебиторской задолженности, доказательства, позволяющие сделать вывод о том, что такая дебиторская задолженность не может быть взыскана в настоящий момент, не были представлены ни в суд первой инстанции, ни апелляционному суду.

Тогда как бездействие ФИО8 в части дебиторской задолженности и привлечения к налоговой ответственности, с учетом общего размера дебиторской задолженности и объема активов должника, не могло повлечь банкротство должника и повлечь для ответчика дополнительную ответственность в виде субсидиарной ответственности.

В этой связи, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в данной части.

Также конкурсный управляющий считает, что имеются основания для привлечения всех контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в связи с совершением и одобрением заведомо невыгодной для должника сделки по передаче векселей, полагая, что имеется причинно-следственная связь между заключением невыгодных и впоследствии оспоренных сделок и наступлением банкротства.

Как следует из материалов дела, между ФИО8 и АО «Сланцевский завод «Полимер» заключены сделки по выдаче простых векселей на общую сумму 150 000 000 руб., которые привели к возникновению фиктивной задолженности должника перед АО «Сланцевский завод «Полимер».

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

К таким сделкам относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

В соответствии с нормами гражданского права и законодательства о банкротстве контролирующие должника лица (лица, имеющие право давать должнику обязательные для исполнения указания) могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если их виновное поведение привело к невозможности погашения задолженности перед кредиторами должника (доведение должника до банкротства).

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание:

- наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника;

- реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

- ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

Изложенное соответствует правовой позиции, содержащейся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 по делу № 307-ЭС19-18723(2,3).

Между тем, как установлено судом первой инстанции, у должника не возникли какие-либо негативные последствия в результате совершения указанной сделки, поскольку данная сделка была признана недействительной в рамках дела №А56-46142/2018; АО «Сланцевский завод «Полимер» было отказано в выдаче исполнительного листа на взыскание с должника денежных средств в общем размере 150 000 000 руб. в рамках дела №А56-65808/2017.

В этой связи, суд первой инстанции, поскольку указанная сделка не привела к уменьшению имущественной массы должника, равно как не стала причиной возникновения признаков его неплатежеспособности или недостаточности имущества, пришел к верному выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в связи с совершением вексельной сделки.

Также суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности на основании статьи 9, пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий в обоснование заявления в данной части сослался на наличие у должника неисполненного обязательства перед АТКОМ Суппорт ЛП в общем размере 5 029 491 долларов США, в связи с чем считает, что руководитель должника должен был обратиться в суд с соответствующим заявлением не позднее 01.12.2016.

Возможность привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника на основании статьи 9 Закона о банкротстве возникает при наличии совокупности условий: возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в абзацах два, пять пункта 1 данной статьи, установление даты возникновения данного обстоятельства; неподача соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым руководитель привлекается к субсидиарной ответственности.

Между тем, конкурсным управляющим не указаны обязательства должника, возникшие после указанного срока, а также отсутствует расчет убытков.

Недоказанность наличия хотя бы одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, является основанием для отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Из буквального смысла положений пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве как в действующей, так и в прежней редакции следует, что для начала исчисления срока на обращение руководителя должника в суд с заявлением должника, необходимо одновременно наличие неисполненных обязательств как минимум перед двумя кредиторами, при том, чтобы исполнение требований перед одним кредитором исключало бы возможность расчетов с иными кредиторами.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, субсидиарная ответственность бывшего руководителя должника возлагается лишь в части тех неисполненных требований, которые возникли после истечения срока для обращения в суд с заявлением должника и до подачи заявления о банкротстве должника иным кредитором. То есть ответственность по данному основанию может быть возложена только на руководителя должника и только по обязательствам, возникшим в период с 01.12.2016 по 11.09.2017.

Между тем, как верно отмечено судом первой инстанции, конкурсным управляющим не указан ни объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, ни точная дата возникновения обязательств, за которые ФИО8 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, в связи с чем суд правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в данной части.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, 269 ч. 1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 05.08.2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.



Председательствующий


И.Н. Бармина



Судьи


Н.В. Аносова


Д.В. Бурденков