Постановление от 12 февраля 2024 г. по делу № А65-2273/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-11937/2023

Дело № А65-2273/2021
г. Казань
12 февраля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 12 февраля 2024 года.


Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Васильева П.П.,

судей Егоровой М.В., Минеевой А.А.,

при участии представителя:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «СпаркСервис» ФИО1 – ФИО2, доверенность от 16.12.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Спарк Сервис» ФИО1

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2023

по делу № А65-2273/2021

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Спарк Сервис» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4 (вх.21024), о взыскании убытков с ФИО3 (вх.71082) в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Спарк Сервис»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.08.2021 общество с ограниченной ответственностью «Спарк Сервис» (далее – ООО «Спарк Сервис», должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО5.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.11.2021 конкурсным управляющим утвержден ФИО1 (далее – ФИО1, конкурсный управляющий).

В Арбитражный суд Республики Татарстан 29.04.2022 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении ФИО3 (далее – ФИО3) и ФИО4 (далее – ФИО4) к субсидиарной ответственности.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 29.12.2022 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о взыскании убытков с ФИО3

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.01.2023 заявления конкурсного управляющего объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.04.2023 заявления конкурсного управляющего удовлетворены частично. С ФИО3 в пользу ООО «Спарк Сервис» взыскано 9 500 000 руб. убытков.

Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Спарк Сервис». Производство по рассмотрению заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в части установления размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами, но не позднее 01.09.2023.

В удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2023 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.04.2023 отменено в части признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Спарк Сервис» и приостановления производства по рассмотрению заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в части установления размера субсидиарной ответственности. Принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО1 В остальной части судебный акт оставлен без изменения.

Не согласившись с принятым судебным актом суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит постановление суда апелляционной инстанции отменить в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В обжалуемой части оставить в силе определение суда первой инстанции от 24.04.2023.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает, что своевременное обращение ФИО3 с заявлением о признании ООО «Спарк Сервис» несостоятельным (банкротом) предотвратило бы увеличение кредиторской задолженности, которая в последующем была включена в реестр требований кредиторов должника.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего кассационную жалобу поддержал, просил обжалуемые судебные акты отменить.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд округа проверяет законность решений, постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Согласно тексту кассационной жалобы, заявитель обжалует судебный акт в части отказа в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В остальной части судебный акт лицами, участвующими в деле, не обжалуется.

Проверив законность судебного акта в обжалуемой части, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для его отмены в силу следующего.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО4 являлся руководителем должника с 11.03.2014 по 07.02.2018, ФИО3 - с 08.02.2018 по 09.08.2021.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.08.2020 по делу № А65-22259/2019 установлено, что в период с 02.09.2014 по 28.02.2018 многоквартирный дом (далее – МКД) по адресу: <...>, находился под управлением должника.

Поскольку с 02.09.2014 по 28.02.2018 должник осуществлял функции управляющей организации в МКД, производил начисление и сбор денежных средств за текущий и капитальный ремонт общего имущества МКД, в том числе по статьям «текущий ремонт жилого здания», «текущий ремонт внутридомовых систем водоснабжения и канализации», «текущий ремонт внутридомовых систем центрального отопления», «текущий ремонт внутридомовых электросетей», оплаченных собственниками помещений МКД, при этом управляющей компанией работы по текущему и капитальному ремонту здания выполнены не были, при замене управляющей компании указанная задолженность была взыскана в пользу ООО «УК «Сервис индустрия», требование которого включено в реестр требований кредиторов должника определением от 19.04.2021.

Конкурсный управляющий, полагая, что долг перед ООО «УК «Сервис индустрия» возник в 2014 году и при сдаче бухгалтерского баланса за 2014 год был отражен убыток в размере 21 722 000 руб., заявление о признании должника банкротом должно было быть подано не позднее 05.05.2015 (31.03.2015 сдан баланс + 1 месяц), обратился с настоящим заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление, исходил из следующего.

Судом первой инстанции отмечено, что получение должником в управление денежных средств от собственников квартир начиная с 2014 года само по себе не может рассматриваться в качестве обстоятельства, имеющего значение для рассмотрения признаков несостоятельности, поскольку до смены управляющей компании в 2018 году должник правомерно владел данными денежными средствами и обязанность по их передаче новой управляющей компании (кредитору по делу о банкротстве) возникла лишь после прекращения полномочий должника по управлению МКД (после 28.02.2018).

При этом суд первой инстанции указал, что как следует из материалов дела, по итогам 2015 года у должника имелась чистая прибыль в размере 2 397 000 руб., что характеризует финансовое положение должника по состоянию на 2015 год как платежеспособное.

Вместе с тем, после 28.02.2018 у должника возникла обязанность по передаче денежных средств новой управляющей компании.

Суд первой инстанции отметил, что само по себе наличие отрицательных показателей в финансовой отчетности не является безусловным достаточным основанием для подачи заявления о банкротстве, однако в совокупности с иными обстоятельствами, учитывая, что к вышеуказанной дате деятельность должника оставалась убыточной на протяжении нескольких лет (убыток по результатам 2016 года - 5 220 000 руб., 2017 года - 5 282 000 руб.), и после ее наступления также оставалась таковой (убыток по результатам 2018 года - 2 355 000 руб., 2019 года - 2 530 000 руб.), то ФИО3, являвшийся руководителем с 08.02.2018, имел достаточные основания для обращения с заявлением о банкротстве должника после возникновения у последнего обязательства перед ООО «УК «Сервис индустрия» и установления невозможности исполнения обязательства в течение трех месяцев.

Так, суд первой инстанции, учитывая в совокупности наличие у должника к тому моменту отрицательных финансовых показателей, указал, что заявление должно было быть им подано не позднее 02.07.2018 (01.03.2018 + 3 месяца + 1 месяц на подачу с учетом того, что 01.07.2018 являлся выходным днем).

Согласно представленному конкурсным управляющим расчету, после указанной даты у должника возникли обязательства:

- перед АО «Татэнерго» в размере 3 713 272,90 руб. (декабрь 2020 - февраль 2021 гг.);

- перед ООО Фирма «Бахет» в размере 3 600 896 руб. (договор займа от 15.05.2018 гг.);

- перед МУП «Водоканал» в размере 2 642 200,95 руб. (октябрь 2019 - февраль 2021 гг.);

- перед ООО «УК «ПЖКХ» в размере 113 196,79 руб. (декабрь 2020 - февраль 2021 гг.);

- перед уполномоченным органом в размере 1 298,24 руб. (страховые взносы за 2020 год);

- перед уполномоченным органом в размере 12 404,24 руб. (обязательные платежи за 2019 год);

- перед ООО «УК «Сервис индустрия» в размере 40 360 199,35 руб. (2018-2021 гг.).

Судом первой инстанции также установлено, что задолженность перед ООО «УК «Сервис индустрия» не может быть включена в размер ответственности ФИО3 в полном объеме, поскольку частично возникла до даты возникновения у ответчика обязанности по обращению с заявлением о банкротстве должника.

Вместе с тем, суд первой инстанции указал, что на данный момент оснований для определения точного размера ответственности не имеется, поскольку мероприятия конкурсного производства в полном объеме не завершены.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности оснований для привлечения ответчика ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановлении производства по рассмотрению заявления в данной части до завершения формирования конкурсной массы и окончания расчетов с кредиторами.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции не согласился, при этом исходил из следующего.

Судом апелляционной инстанции отмечено, что неуплата ряда задолженностей по состоянию на 20.03.2018 сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве должника (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Апелляционный суд, опровергая принятый судом первой инстанции расчет, представленный конкурсным управляющим, указал, что из материалов дела следует, что:

- обязательство перед АО «Татэнерго» возникло на основании договора на снабжение тепловой энергией № 12710 Т от 01.04.2014;

- обязательство перед ООО Фирма «Бахет» возникло на основании договора займа от 15.05.2018;

- обязательство перед МУП «Водоканал» возникло на основании договора № 10/21013 от 22.05.2014 на отпуск питьевой воды и прием сточных вод.

Указанные обязательства возникли до определенной судом даты возникновения обязанности по подаче заявления о банкротстве.

Судом апелляционной инстанции также установлено, что обязательство перед ООО «УК «ПЖКХ» возникло на основании договора на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами от 01.01.2019 после определенной судом даты возникновения обязанности по подаче заявления о банкротстве.

Обязательство перед уполномоченным органом возникло:

- по уплате исполнительского сбора на сумму 10000 руб. по постановлению судебного пристава-исполнителя от 14.10.2019 - после определенной судом даты возникновения обязанности по подаче заявления о банкротстве;

- по уплате пеней на сумму 2 246,90 руб. - после определенной судом даты возникновения обязанности по подаче заявления о банкротстве, поскольку согласно имеющимся в материалах дела расчетах (обособленный спор по включению ФНС России в реестр требований кредиторов, л.д. 11-20) пени в размере 1 037,95 руб., 390,41 руб., 168,20 руб. и 221,36 руб. начислены на недоимку, образовавшуюся после определенной судом даты возникновения обязанности по подаче заявления о банкротстве;

- в составе суммы пеней в размере 586,32 руб. пени на сумму 157,34 руб. начислены на недоимку прошлых лет, возникшую до даты возникновения обязанности по подаче заявления о банкротстве.

Обязательство перед ООО «УК «Сервис индустрия» возникло следующим образом.

Согласно материалам обособленного спора по заявлению ООО «УК «Сервис индустрия» о включении в реестр требований кредиторов, в том числе отзыву конкурсного управляющего ФИО1, определению суда от 09.03.2023 о включении в реестр, у должника образовалась задолженность по уплате взносов на капитальный и текущий ремонт по многоквартирным домам:

ул. С. Хакима, 15 - за период с 02.09.2014 по 01.09.2018, при этом договор на управление МКД расторгнут должником 31.01.2018;

ул. Чистопольская, 38 - за период с 02.09.2014 по 28.02.2018, при этом договор на управление МКД расторгнут должником 30.01.2018;

ул. С. Хакима, 17 - за период с 02.09.2014 по 01.04.2022, при этом договор на управление МКД расторгнут должником 31.01.2018;

ул. Чистопольская, 40 - за период с 02.09.2014 по 31.03.2021, при этом договор на управление МКД расторгнут должником 31.01.2018.

Из этого следует, что по данным многоквартирным домам задолженность возникла задолго до утверждения ФИО3 директором должника, а, кроме того, продолжала начисляться за периоды после расторжения должником договоров на управление МКД по домам ул. С. Хакима, 17 и ул. Чистопольская, 40, при этом договоры расторгнуты до определенной судом даты подачи заявления о банкротстве.

В отношении задолженности по многоквартирному дому по ул. Чистопольская, 36 из материалов дела следует, что задолженность возникла за период с 02.09.2014 по 31.03.2021, данных о расторжении договора на управление МКД не имеется, в связи с чем задолженность по указанному дому в размере 11 527 354,02 руб., включая взносы на капитальный ремонт в размере 4 732 786,25 руб. и на текущий ремонт в размере 6 794 567,77 руб., возникшая за периоды 2018-2021 годов, относится к периоду деятельности ФИО3 в качестве директора должника.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, принимая во внимание, что наличие задолженности у должника установлено в том числе за период с 2015 по 2018 года во время руководства ФИО4, однако в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 было отказано, при этом должник в период исполнения обязанностей и ФИО3, и ФИО4 осуществлял убыточную деятельность по управлению МКД, а также принимая во внимание незначительный размер задолженности перед ООО «УК «ПЖКХ» и перед уполномоченным органом, который не мог повлиять на возникновение признаков банкротства, пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве.

Кроме того, апелляционным судом указано, что обязательства перед рядом указанных выше кредиторов возникли до определенной судом даты возникновения обязанности по подаче заявления о банкротстве.

Судом апелляционной инстанции также отмечено, что судом первой инстанции не определен размер ответственности за неподачу заявления о банкротстве, в то время как он подлежал определению одновременно с привлечением к субсидиарной ответственности.

При указанных обстоятельствах апелляционный суд пришел к выводу, что определение суда первой инстанции подлежит отмене в части признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Спарк Сервис» и приостановления производства по рассмотрению заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в части установления размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального и процессуального права.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 № 306-ЭС17-13670 (3) по делу № А12-18544/2015, по смыслу разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой (статьей 61.12 Закона о банкротстве), следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов, в связи с чем, в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами. Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2021 по делу № 305-ЭС21-4666, при определении вины руководителей необходимо также учитывать специфику правового статуса самих должников-организаций, особенности их функционирования в гражданском обороте. Деятельность предприятия, учрежденного в целях выполнения работ, оказания услуг жилищно-коммунального хозяйства, удовлетворения общественных потребностей характеризуется наличием значительной дебиторской задолженности граждан и иных потребителей, что, в свою очередь, не позволяет надлежащим образом гасить образовавшиеся долги перед поставщиком энергоресурса и бюджетом. Так, если дебиторская задолженность населения по оплате потребленных жилищно-коммунальных услуг обладает низкой степенью ликвидности, связанной преимущественно с соответствующим уровнем платежеспособности населения, мероприятия по ее истребованию, как правило, малоэффективны. В связи с этим деятельность таких предприятий в отсутствие субсидирования зачастую носит заведомо убыточный характер.

Кроме того, судом апелляционной инстанции правомерно отмечено, что деятельность предприятий, предоставляющих жилищно-коммунальные услуги, к которым относится должник, носит убыточный характер, поскольку такое предприятие, как правило, имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью граждан, в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги граждане постоянно имеют просроченную задолженность перед предприятием, оказывающим коммунальные услуги. Неблагоприятное финансовое состояние предприятия было вызвано, прежде всего, спецификой его деятельности. В связи с этим сам по себе признак недостаточности имущества у должника и наличие задолженности перед ресурсоснабжающими организациями за определенный период времени не могут свидетельствовать о наступлении обязанности у руководителя должника подать заявление о признании несостоятельным (банкротом). При этом правоотношения должника по договорам предоставления услуг для граждан носили длительный характер и не могли быть прекращены, с учетом положений Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354. (Аналогичные выводы изложены в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 29.11.2022 по делу № А49-11814/2019).

Для целей применения пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве (ранее пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве) подлежит использованию общегражданское понятие обязательства, момент возникновения которого надлежит определять исходя из даты заключения договора и не имеется оснований для применения толкования определения момента возникновения обязательства, приведенных в пункте 2 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63, в соответствии с которыми определяется, является ли денежное требование текущим либо реестровым.

Согласно позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 305-ЭС21-7572, от 19.04.2022 № 305-ЭС21-27211, срок возникновения обязательства не следует отождествлять со сроком его исполнения.

В соответствии с указанным подходом, длящиеся обязательства по договорам, которые предусматривают периодическое предоставление услуг, выполнение работ, за периоды после заявленной даты объективного банкротства, не являются новыми обязательствами для целей привлечения к ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве, поскольку обязательства по таким договорам должник принимает на себя в момент заключения указанных сделок.

При наступлении у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного общества после заключения указанных договоров отсутствует обман контрагентов путем нераскрытия информации о тяжелом финансовом положении общества.

Исследовав имеющиеся доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, установив, что конкурсным управляющим не доказаны обстоятельства, наличие которых обязывает руководителя обратиться в суд с заявлением должника, в том числе обязательства, возникшие у должника после предполагаемой заявителем даты, после которой должно было состояться такое обращение, и, таким образом, основания для привлечения к ответственности контролирующего должника лица отсутствуют, суд апелляционной инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Разрешая настоящий обособленный спор, суд апелляционной инстанции действовал в рамках предоставленных ему полномочий и оценил обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, так как выводы суда не опровергают, не свидетельствуют о допущении судом нарушений норм материального и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку, по сути, сводятся к несогласию заявителя жалобы с произведенной судом оценкой обстоятельств спора, исследованных доказательств и сделанных на их основании выводов.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что обращение ФИО3 с заявлением о признании ООО «Спарк Сервис» несостоятельным (банкротом) предотвратило бы увеличение кредиторской задолженности, которая в последующем была включена в реестр требований кредиторов должника, был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и правомерно отклонен, поскольку задолженность у должника за период с 2015 по 2018 гг. возникла в период руководства ФИО4, однако в удовлетворении заявления о привлечении ФИО4 было отказано.

При этом размер задолженности перед ООО «УК «ПЖКХ» и уполномоченным органом является незначительным, и не мог повлиять на возникновение признаков банкротства. Кроме того, ряд обязательств перед указанными выше кредиторами возник до определенной судом даты возникновения обязанности ФИО3 по подаче заявления о банкротстве.

Кроме того, судом апелляционной инстанции со ссылкой на приведенные выше правовые позиции правомерно принято во внимание, что деятельность предприятий, предоставляющих жилищно-коммунальные услуги, к которым относится должник, носит убыточный характер. Неблагоприятное финансовое состояние предприятия было вызвано, прежде всего, спецификой его деятельности. В связи с этим сам по себе признак недостаточности имущества у должника и наличие задолженности перед ресурсоснабжающими организациями за определенный период времени не могут свидетельствовать о наступлении обязанности у руководителя должника подать заявление о признании несостоятельным (банкротом).

Доводы заявителя кассационной жалобы по существу направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств, отличных от тех, которые были установлены судом, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки суда, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ, и основаны на ином толковании норм права, подлежащих применению при рассмотрении настоящего спора.

Несогласие заявителя жалобы с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование к ним положений закона, не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права.

Поскольку нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2023 по делу № А65-2273/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.




Председательствующий судья П.П. Васильев


Судьи М.В. Егорова


А.А. Минеева