Решение от 3 ноября 2020 г. по делу № А50-11956/2020

Арбитражный суд Пермского края

Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А50-11956/2020
03 ноября 2020 года
город Пермь


Резолютивная часть решения объявлена 26 октября 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 03 ноября 2020 года.

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Ушаковой Э.А.,

при ведении протокола судебного заседания

помощником судьи Игошевой Т.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску ФИО1 (1 истец), поданного в интересах общества с ограниченной ответственностью «Геофизическая компания «Алтерна» (г. Пермь; ОГРН <***>; ИНН <***>) (2 истец, ООО «ГФК «Алтерна», общество),

к индивидуальному предпринимателю ФИО2

(г. Пермь; ОГРН <***>; ИНН <***>),

третьи лица: 1) ФИО10, 2) временный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Геофизическая компания «Алтерна» ФИО3

о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

при участии в судебном заседании:

от 1 истца (ФИО1): ФИО4 доверенность от 18.05.2020, удостоверение адвоката;

от 2 истца (ООО «Геофизическая компания «Алтерна»): ФИО5, доверенность от 19.05.2020, паспорт, диплом; ФИО6, доверенность от 16.07.2020, диплом, паспорт;

от ответчика (ИП ФИО2): ФИО7, доверенность от 01.05.2020, паспорт, диплом; ФИО8, доверенность от 19.10.2020, диплом, паспорт;

от 1 третьего лица (ФИО10): ФИО10, паспорт;

от 2 третьего лица (временный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Геофизическая компания «Алтерна»): не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Арбитражного суда Пермского края,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (1 истец), действующий в интересах общества с ограниченной ответственностью «Географическая компания «Алтерна» (2 истец), обратился в Арбитражный суд Пермского края с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ответчик) о признании недействительным договора подряда по обработке и интерпретации материалов ГИС № 1 от 01.07.2017, заключенного между ООО «Геофизическая компания «Алтерна» и индивидуальным предпринимателем ФИО2; о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ООО «Геофизическая компания «Алтерна» денежных средств в сумме 5 119 000 руб. 00 коп. (с учетом принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ уточнения исковых требований).

Определениями суда от 01.06.2020, от 24.09.2020 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО10, являвшийся директором ООО «Геофизическая компания «Алтерна» на момент заключения спорной сделки, и временный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Геофизическая компания «Алтерна» ФИО3.

2 третье лицо, временный управляющий ООО «ГФК «Алтерна», извещенное о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, в том числе путем размещения данной информации на официальном сайте суда, в судебное заседание не явилось. Представил письменный отзыв (вх. от 22.10.2020), считает заявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению. Просит провести судебное заседание в его отсутствие.

В соответствии со ст. 156 АПК РФ судебное заседание проведено в отсутствие 2 третьего лица.

1 истец, ФИО1, исковые требования поддерживает в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнениях к исковому заявлению (т. 1 5-8, т. 2 л.д. 68-70, т. 3 л.д. 100-102).

2 истец, ООО «Геофизическая компания «Алтерна», с исковыми требованиями не согласен по основаниям, изложенным в письменных возражениях (т. 1 л.д. 54-56), просит в удовлетворении иска отказать. Заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Ответчик исковые требования не признает в полном объеме по основаниям, изложенным в письменном отзыве (т. 2 л.д. 1-3), просит отказать в иске в полном объеме. Заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Третье лицо, ФИО10, с заявленными требованиями не согласен по основаниям, изложенным в письменном отзыве, поддерживает позицию 2 истца, ответчика, просит в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме (т. 2 л.д. 130).

Исследовав материалы дела в порядке ст. 71 АПК РФ, заслушав пояснения участвующих в деле лиц, арбитражный суд установил следующее.

Из материалов дела следует, что ООО «Геофизическая компания «Алтерна» создано и зарегистрировано в качестве юридического лица 18.08.2010, по состоянию на 26.05.2020 участниками общества являются ФИО1 и ФИО10 с размером доли по 50% уставного капитала общества у каждого, ФИО10 также является директором общества.

01.07.2017 между ООО «Геофизическая компания «Алтерна» (заказчик) в лице директора ФИО10 и ИП ФИО2 (подрядчик), являющейся дочерью ФИО10, подписан договор подряда по обработке и интерпретации материалов ГИС № 1 (т. 2 л.д. 7-8).

ИП ФИО2 на основании арбитражного соглашения, подписанного между истцом и ответчиком 01.12.2017, обратилась в третейский суд, созданный сторонами для разрешения конкретного спора (ad hoc), в составе единоличного арбитра Казанцева Валерия Борисовича, о взыскании с общества "ГФК "Алтерна" 5 836 500 руб. задолженности по договору подряда от 01.07.2017 № 1, 67 047 руб. 46 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами с последующим начислением с 17.03.2020 по день фактического исполнения денежного обязательства, 100 000 руб. третейского сбора.

Решением третейского судьи Казанцева В.Б. от 27.03.2020 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Неисполнение третейского решения в установленный срок обществом "ГФК "Алтерна" послужило основанием для обращения ИП ФИО2 07.05.2020 в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда от 27.03.2020.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.06.2020 в удовлетворении требования ИП ФИО2 о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение арбитражного решения третейского суда, образованного сторонами для разрешения конкретного спора в составе единоличного арбитра (третейского судьи) Казанцева Валерия Борисовича от 27.03.2020, отказано.

Ссылаясь на то, что после обращения ИП ФИО2 в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда от 27.03.2020 ФИО1 стало известно о заключенном между обществом и ИП ФИО2 01.07.2017 договоре подряда по обработке и интерпретации материалов ГИС № 1, на основании которого в последующем получено решение третейского суда от 27.03.2020, ФИО1 обратился в арбитражный суд с иском о признании недействительным данного договора, являющегося сделкой с заинтересованностью, заключенной без надлежащего одобрения, являющегося мнимой сделкой, заключенной с противоправной целью вывода денежных средств общества, на основании ст. 45 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах), ст.ст. 10, 168, 170, п. 1 ст. 173.1, 174 ГК РФ.

В обоснование заявленных требований 1 истец указал, что с 2016 года между участниками общества существует корпоративный конфликт, общие собрания участников общества не проводятся. Пояснил, что ФИО2 является дочерью директора общества ФИО10, в связи с чем сделка, совершенная с ней, подлежала одобрению общим собранием участников общества. Вместе с тем, оспариваемая сделка общим собранием участников общества не одобрялась, в связи с чем является недействительной. Кроме этого, как указал 1 истец, оспариваемая сделка является ничтожной в соответствии со ст. 10, 168, 170,174 ГК РФ, поскольку, по мнению истца, заключена с противоправной целью вывода денежных средств общества директором ФИО10 в пользу аффилированного лица – его дочери. Отметил, что оспариваемый договор реально не исполнялся, контрагент по сделке не имел возможности исполнять обязательства по договору, документы о выполнении работ оформлены формально с целью получения решения третейского суда и последующего получения исполнительного листа.

Возражая относительно удовлетворения заявленных исковых требований, 2 истец, ООО «Геофизическая компания «Алтерна», указал на пропуск ФИО1 срока исковой давности, поскольку считает, что ФИО1 было известно об оспариваемой сделке с 01.10.2018. Пояснил, что в ООО «ГФК «Алтерна» поступал запрос от ФИО1 о предоставлении ему устава, бухгалтерской отчетности за 2016-2017гг., перечня основных средств, расшифровки расходов, расшифровки доходов, штатного расписания, фонда оплаты труда за 2016-2018гг., книги покупок и продаж за 2016-2018гг., запрошенные документы были предоставлены 01.10.2018, что подтверждается подписью ФИО1 на сопроводительном листе о получении указанных документов.

Кроме того, общество указало, что в период с 02.06.2014 по 13.02.2020 ФИО1 работал главным инженером в ООО «ГФК «Алтерна» и проводил анализ заключенных договоров, что подтверждается приказом о приеме на работу и приказом об увольнении, что, по мнению общетва, свидетельствует о том, что ФИО1 знал о договоре подряда по обработке и интерпретации материалов ГИС от 01.07.2017, заключенного между ООО «ГФК «Алтерна» и ИП ФИО2 Просит применить последствия пропуска срока исковой давности.

В обоснование возражений по заявленным требованиям 2 истец ссылается на не доказанность причинения ущерба интересам общества, отметил, что в силу ст. 45 Закона об обществах отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной; ссылается на заключение обществом аналогичных сделок, в частности, указал, что 01.01.2013 между ООО «ГФК «Алтерна» (субподрядчик) и ООО «Юганскнефтегазгеофизика» (подрядчик) был заключен договор на проведение геофизических исследовательских работ, в соответствии с которым подрядчик поручает и обязуется оплатить, а субподрядчик принимает на себя обязанности по производству геофизических исследований и интерпретацию геофизического материала в скважинах; указал, что 01.01.2018 между указанными субъектами был заключен аналогичный договор.

Как пояснил 2 истец, указанные выше договоры, а также договор подряда по обработке и интерпретации материалов ГИС № 1 от 01.07.2017 был заключен с целью извлечения прибыли. Доводы ФИО1 о том, что оспариваемый договор не исполнялся, что документы были оформлены формально, что сделка была направлена на вывод денежных средств, общество считает не подтвержденными какими-либо доказательствами, тогда как работы по оспариваемому договору фактически осуществлялись, что подтверждается актами выполненных работ, подписанными между ООО «ГФК «Алтерна» и ответчиком, оплатой за выполненные работы между сторонами, что подтверждается актом сверки.

Ответчик также не согласен с заявленными исковыми требованиями, просит в иске отказать по основаниям, изложенным в письменном отзыве. Пояснил, что истец ФИО1 требования о предоставлении информации в отношении оспариваемой сделки не заявлял, что сама по себе аффилированность ответчика и участника ООО «ГФК «Алтерна» ФИО10 не свидетельствует о недействительности договора и не может служить основанием для признания договора недействительным на основаниям ст.ст. 10, 168 ГК РФ. Заявил о пропуске истцом срока исковой давности, в обоснование данного заявление указал, что в 2018 году ФИО1 направил в адрес участника и директора ООО «ГФК «Алтерна» ФИО10 запрос с требованием представить учредительные документы, бухгалтерскую отчетность и иные документы общества, в ответ на который 01.10.2018 ФИО1 были представлены следующие документы: Устав, бухгалтерская отчетность за 2016-2017 г.г., перечень основных средств, расшифровка расходов и доходов, книга покупок и продаж за 2016-2018 годы и иные документы. Ответчик считает, что поскольку истец при получении и анализе вышеуказанных документов, ознакомился с их содержанием, поскольку задолженность по спорному договору была отражена в бухгалтерской отчетности, книге покупок и продаж за 2016-2018 г.г., в расшифровке расходов и доходов, следовательно, ФИО1 знал о нарушенном праве еще 01.10.2018, срок исковой давности истек 01.10.2019.

Кроме того, ответчик отметил, что, с 02.06.2014 1 истец был трудоустроен главным инженером в ООО «ГФК «Алтерна», в трудовые обязанности которого в том числе входил анализ заключенных договоров, в связи с чем ответчик считает, что ФИО1 знал о заключении договора, но своевременно не обжаловал сделку в суде.

Ссылается на то, что условия оспариваемого договора не отличались существенно от обычных условий, на которых заключаются такие договоры, а потому не могут быть признаны причиняющими ущерб интересам общества, что является одним из необходимых условий для признания сделок с заинтересованностью недействительными (п. 6 ст. 45 Закона об обществах). Пояснил, что спорный договор подряда по обработке и интерпретации материалов ГИС № 1 от 01.07.2017 является не единственным заключенным договором, помимо вышеуказанного договора неоднократно заключались схожие по предмету договоры: № 1 от 02.03.2015 с ФИО9, № 30-13/СР от 01.01.2013, № 05-18/СР от 01.01.2018 с ООО «Юганскнефтегазгеофизика», в связи с чем ответчик считает разумным и необходимым заключение спорного договора, не причинившего вред истцам, с целью извлечения в будущем прибыли ООО «ГФК «Алтерна».

В обоснование возражений по заявленным требованиям ответчик также указал, что отсутствие решения общего собрания участников общества об одобрении сделки с заинтересованностью не является безусловным основанием для признания сделки недействительной, само по себе несогласие участника общества с оспариваемой сделкой не является основанием для признания ее недействительной.

Временный управляющий общества «ГФК «Алтерна» поддерживает заявленные исковые требования, считает их законными и обоснованными , подлежащими удовлетворению в полном объеме. Пояснил, что договор подряда по обработке и интерпретации материалов ГИС от 01.07.2017 является сделкой с заинтересованностью, совершенной в ущерб интересам ООО «ГФК «Алтерна».

Ссылается на определение Арбитражного суда Пермского края от 23.06.2020 по делу № А50-10247/2020, имеющее преюдициальное значение в порядке ст. 69 АПК РФ, которым отказано ИП ФИО2 в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда о взыскании с ООО «ГФК «Алтерна» денежных средств по спорному договору, при этом суд установил, что заявитель и должник являются аффилированными лицами, поскольку ФИО2 является дочерью директора и участника ООО «ГФК «Алтерна» ФИО10, что не было представлено документов, подтверждающих одобрение совершенной сделки участниками общества ФИО10, ФИО1 в порядке статьи 45 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», о совершении обществом сделки второй участник общества ФИО1 не извещался, судом сделан вывод документы о выполнении работ оформлены формально с целью получения решения третейского суда и последующего получения исполнительного листа (ст. 10,168 ГК РФ).

Временный управляющий общества полагает, что ИП ФИО2 и ФИО10, совершая оспариваемую сделку, достоверно знали о том, что в совершении данной сделки у сторон имеется заинтересованность, при этом, как установлено вступившим в законную силу судебным актом, участник ООО «ГФК «Алтерна» ФИО1 не был уведомлен о совершении данной сделки и не одобрял ее совершение.

Отметил, что, исходя из представленных в материалы дела документов, в совершении данной сделки у ООО «ГФК «Алтерна» не было необходимости, поскольку в материалах дела содержатся договоры, заключенные ООО «ГФК «Алтерна» (подрядчик) с ООО «Юганснефтегазгеофизика» (заказчик) № 30-I3/CP от 01.01.2013, № 05-18/СР от 01.01.2018 на проведение геофизических исследований и работ, предметом которого являлось обработка и интерпретация материалов ГИС.

Обратил внимание на то, что до момента заключения оспариваемого договора с ответчиком ООО «ГФК «Алтерна» самостоятельно своими силами выполняло работы по договору № 30-13/СР от 01.01.2013 и заключение спорного договора не было экономически оправданным в таких условиях, учитывая аффилированность сторон договора подряда по обработке и интерпретации материалов ГИС от 01.07.2017, временный управляющий общества считает, что он был заключен с целью вывода денежных средств общества на подконтрольное ФИО10 лицо, каких-либо разумных и экономически обоснованных оснований заключения данной сделки ФИО10 не приведено.

В соответствии с данными, полученными временным управляющим от ИФНС России Индустриального района г. Перми, среднесписочное количество сотрудников ООО «ГФК «Алтерна» на 2018 г. составляло 37 человек, на 2019 г. 36 человек, что, по мнению временного управляющего, свидетельствует о том, что ООО «ГФК «Алтерна» обладало достаточным штатом сотрудников для самостоятельного выполнения работ.

Кроме того, отметил, что согласно данным, представленным уполномоченным органом, ФИО2 являлась сотрудником ООО «ГФК «Алтерна», работающим по трудовому договору как минимум начиная с 2017 года вплоть до 4 квартала 2019 г., что подтверждается расчетами по страховым взносам за 2017 г., 2018 г. и 9 месяцев 2019 г., при этом согласно Расчетам по страховым взносам за 1 полугодие 2018 г., начиная с февраля 2018 года ФИО2 получает пособие по уходу за ребенком в возрасте до 3 лет в размере 57,50 руб. в соответствии с Порядком назначения и выплаты ежемесячных компенсационных выплат отдельным категориям граждан, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 03.11.1994 N 1206, исходя из чего временный управляющий делает вывод, что начиная с конца 2016 г. ФИО2 находилась в декретном отпуске по уходу за ребенком.

Таким образом, по мнению 2 третьего лица, заключение отдельного договора с ФИО2, в котором не было никакой целесообразности, было направлено на противоправные цели, а именно, незаконный вывод денежных средств из общества, а указанные выше факты порождают сомнения в возможности выполнения ФИО2 данных работ как таковых. Отметил, что в материалах дела отсутствуют доказательства возможности выполнения данных работ ИП ФИО2, которая не имеет соответствующей материально-технической базы, никогда не осуществляла деятельность, связанную с геофизическими исследованиями, зарегистрирована в качестве ИП только 29.06.2017, а спорный договор заключен 01.07.2017, представителями ответчика представляются доказательства, в достоверности которых имеются обоснованные сомнения, а их содержание опровергается материалами дела.

С учетом изложенного, 2 третье лицо считает, что все денежные средства, которые были перечислены в пользу ИП ФИО2, являются ущербом для ООО «ГФК «Алтерна»., при этом указал, что ФИО10, являясь единоличным исполнительным органом общества, в соответствии с действующим законодательством должен действовать разумно и добросовестно, в интересах общества и его участников. Между тем, с учетом совокупности представленных в материалы дела документов временный управляющий общества отметил, что становится очевидно, что действия ФИО10 не соответствуют принципам разумности и добросовестности, напротив ФИО10 действует с явным злоупотреблением своими правами (ст. 10 ГК РФ). Пояснил, что фактически ФИО10 заключен договор, в котором у него имеется заинтересованность с аффилированным лицом (дочерью), при этом у общества отсутствовала какая-либо экономическая и иная необходимость в заключении данного договора, поскольку ранее общество самостоятельно выполняло данные работы, информация о данной сделке намеренно скрывалась ФИО10 и не была раскрыта участникам общества.

С учетом введения в отношении общества определением Арбитражного суда Пермского края от 08.09.2020 по делу № А50-13929/2020 процедуры наблюдения, заявленных требований кредиторов, считает, что оспариваемая сделка явно причиняет ущерб интересам общества и его кредиторам, в том числе уполномоченного органа, ввиду наличия существенной задолженности перед бюджетом.

На основании вышеизложенного, временный управляющий общества считает исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Пунктом 1 ст. 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ является ничтожной мнимая сделка - сделка совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в абз. 2 п. 86 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений разд. I ч. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации", стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Норма п. 1 ст. 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Для обоснования мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. Если намерения обеих сторон договора не исполнять указанную сделку не выявлено, то правовых оснований для признания этого договора мнимым не имеется. Также следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достигнуть заявленных результатов. Установление факта того, что в намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания сделки ничтожной.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Исходя из анализа доводов, приведенных участвующими в деле лицами в обоснование своих позиций относительно исковых требований, имеющихся в деле доказательств, суд находит заслуживающими внимания доводы истца ФИО1 и временного управляющего ООО «ГФК «Алтерна».

Так, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Пермского края от 23.06.2020 по делу № А50-10247/2020 установлено, что ИП ФИО2, являвшаяся подрядчиком по оспариваемому договору, и директор и одновременно участник ООО «ГФК «Алтерна» ФИО10 являются аффилированными лицами (дочь и отец), судом также установлен факт недобросовестного поведения участников третейского разбирательства и согласованности их действий, что послужило основанием для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Постановлением суда кассационной инстанции от 29.09.2020 данное определение суда оставлено без изменения.

Таким образом, оспариваемый договор подряда от 01.07.2017 № 1 является сделкой с заинтересованностью в соответствии со ст. 45 закона об обществах.

Согласно п. ст. 45 Закона об обществах (в редакции, действующей в момент подписания сделки) общество обязано извещать о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованных участников общества в порядке, предусмотренном для извещения участников общества о проведении общего собрания участников общества.

Доводы истца ФИО1 о том, что он не был извещен о данной сделке с заинтересованностью и что решение об одобрении или последующем одобрении сделки не принималось не опровергнуты, доказательства обратного ни обществом, ни вторым участником общества и директором не представлены (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

Подлежат отклонению ссылки общества и третьего лица ФИО10 на то, что ФИО1 было известно об оспариваемой сделке с 01.10.2018, когда он по его запросу получил документы общества, поскольку из сопроводительного письма от 01.10.2018, подписанного директором общества и адресованного ФИО1, следует, что последнему были представлены следующие документы: Устав, бухгалтерская отчетность за 2016-2017 г.г., перечень основных средств, расшифровки расходов и доходов, штатное расписание, фонд оплаты труда за 2016-2018 г.г., книга покупок и продаж за 2016-2018 (т. 1 л.д. 59). В данном перечне отсутствуют сведения о предоставлении 1 истцу каких-либо договоров, в том числе оспариваемого договора подряда от 01.07.2017 № 1.

Ссылка общества на то, что информация о спорной сделке отражена в расшифровке расходов (анализ счета 60 за 2017 г. – т. 1 л.д. 60-70), также не нашла своего подтверждения, поскольку в данной расшифровке расходов содержится лишь информация о контрагентах и размере задолженности, в частности, в качестве контрагента указана ФИО2, размер задолженности, а ссылка на оспариваемый договор отсутствует (т. 1 л.д. 69).

При рассмотрении дела нашли свое подтверждение доводы ФИО1 и временного управляющего общества о том, что оспариваемая сделка заключена лишь для вида, без цели ее реального исполнения (ст. 170 ГК РФ), что стороны данной сделки действовали недобросовестно с противоправной целью вывода денежных средств общества в пользу аффилированного лица (ст. ст. 10,168 ГК РФ).

Так, согласно сведениям из ЕГРИП, ФИО2 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 29.06.2017 (четверг), т.е. за 2 дня до заключения оспариваемой сделки - 01.07.2017 (суббота), доказательств наличия у нее достаточного опыта работы, образования, квалификации, надлежащих доказательств наличия у ответчика возможности оказания работ по договору подряда в материалы дела не представлено (ст.ст. 64, 67, 68 АПК РФ).

При этом в материалах дела имеются доказательства того, что с 2012 г. ФИО2 являлась работником ООО «ГФК «Алтерна» и с конца 2016 г. ФИО2 находилась в декретном отпуске по уходу за ребенком.

В ходе рассмотрения дела представитель ответчика уклонился от ответов на вопросы 1 истца об образовании ФИО2, опыте ее работ в области предмета оспариваемого договора, о наличии возможности оказания услуг по договору, о наличии материально-технической базы, об иных контрагентах, кроме ООО «ГФК «Алтерна», о порядке ценообразования и стоимости услуг.

Доводы ответчика и общества о том, что работы по спорному договору от имени ИП ФИО2 выполнялись ФИО9, не подтверждены относимыми и допустимыми доказательствами (ст.ст. 64, 67, 68 АПК РФ). Представлен трудовой договор от 15.11.2017, заключенный ИП ФИО2 с ФИО9 (работник), согласно которому последняя принята на дистанционную работу на должность инженера-геофизика, при этом доказательств выполнения данным работником каких-либо работ по указанному договору, объем и перечень работ, оплаты работ не представлены.

В отношении аналогичных трудовых договоров от 15.11.2017, заключенных с ФИО11, ФИО12, также не представлены соответствующие доказательства, свидетельствующие о выполнении ими работ от имени ИП ФИО2 по спорному договору подряда.

Следует отметить, что согласно п. 3.1 договора подряда № 1 от 01.07.2017 срок выполнения работ с 01.07.2017, между тем все представленные ответчиком трудовые договоры с вышеуказанными работниками заключены лишь 15.11.2017 и не содержат условия, что распространяют свое действие на ранее возникшие взаимоотношения сторон.

Таким образом, ответчиком не доказано, кем выполнялись работы от его имени по спорному договору подряда для общества «ГФК «Алтерна».

При рассмотрении дела № А50-10247/2020 судами первой и кассационной инстанций также было установлено отсутствие доказательств, указывающих на то, что в совершении сделки имелась производственная необходимость для общества «ГФК «Алтерна», что сделка заключена на условиях, существенно не отличающихся от рыночных и реально исполнялась предпринимателем, имеющим для этого соответствующие ресурсы.

Довод представителя ответчика, изложенный лишь в последнем судебном заседании 26.10.2020 из трех, о наличии у ИП ФИО2 соответствующей лицензионной программы «Прайм» и ключа доступа к ней, необходимой для выполнения работ по спорному договору, не опровергает установленных обстоятельств о недоказанности выполнения ответчиком работ по спорному договору, само по себе наличие у ответчика соответствующей программы не является безусловным доказательством выполнения ею работ по оспариваемому договору подряда в отсутствие иных надлежащих относимых и допустимых доказательств.

Представленные в рамках настоящего дела ответчиком договор № 1 от 02.03.2015, заключенный между ООО «ГФК «Алтерна» (заказчик) и ФИО9 (подрядчик) на выполнение работ по обработке и интерпретации материалов ГИС, а также договоры общества с ООО «Юганскнефтегазгеофизика» не подтверждают доводы ответчика и общества о том, что оспариваемый договор заключен в ходе осуществления обществом обычной хозяйственной деятельности, поскольку по договорам с ООО «Юганскнефтегазгеофизика» общество «ГФК «Алтерна» являлось субподрядчиком, т.е. само выполняло работы для основного подрядчика - ООО «Юганскнефтегазгеофизика», тогда как в рамках спорного договора подряда общество «ГФК «Алтерна» указано подрядчиком, т.е. предполагалось выполнение работ ответчиком для общества; а договор № 1 от 02.03.2015, заключенный с ФИО9, является единственным, представленным в материалы дела, с предметом договора, аналогичным предмету спорного договора подряда, кроме того, не представлены доказательства исполнения данного договора как со стороны подрядчика, так и заказчика.

С учетом представленных вышеуказанных договоров, суд приходит к выводу, что общество имело возможность заключить договор подряда на выполнение спорных работ по обработке и интерпретации материалов ГИС напрямую с ФИО9, не выстраивая схемы выполнения ею работ через ответчика, между тем доказательств целесообразности и необходимости заключения оспариваемого договора подряда именно с ИП ФИО2, зарегистрировавшейся в качестве предпринимателя лишь за 2 дня до подписания спорного договора, не представлено ответчиком.

С учетом вышеизложенного, анализа приведенных сторонами доводов и представленных ими доказательств, суд приходит к выводу, что заключение отдельного договора с ИП ФИО2, в котором не имелось какой-либо целесообразности, экономической выгоды, было направлено на противоправные цели, а именно, незаконный вывод денежных средств из общества.

В пункте 17 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, разъяснено, что составной частью интереса общества являются, в том числе, интересы участников. В связи с этим ущерб интересу общества также имеет место, когда сделка хотя и не причиняет ущерб юридическому лицу, но не является разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, совершена в интересах только части участников и причиняет неоправданный вред остальным участникам общества, которые не выражали согласие на совершение соответствующей сделки.

Из материалов дела следует, что договор подряда № 1 от 01.07.2017 не являлся разумно необходимыми для организации деятельности общества, повлек вывод денежных средств общества на значительную сумму, заключен в интересах исключительно ФИО10, чем причинен вред другому участнику общества – ФИО1 и самому обществу.

Кроме того, из бухгалтерского баланса общества «ГФК «Алтерна» за 2017 г. следует, что по итогам 2017 г. в сравнении с предыдущим периодом у общества уменьшились чистая прибыль, выручка, прочие доходы, активы общества.

Таким образом, исходя из вышеизложенного, при отсутствии доказательств реальности оспариваемой сделки, не имеется оснований не согласиться с доводами 1 истца и временного управляющего общества о том, что фактически работы по оспариваемому договору ИП ФИО2, отраженные в актах выполненных работ, подписанных между заинтересованными лицами, не выполнялись, между обществом и ответчиком создан формальный документооборот.

При изложенных обстоятельствах, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд приходит к выводу о не доказанности фактического оказания ответчиком работ по оспариваемому договору, действия директора общества и ответчика направлены на создание видимости гражданско-правовой сделки, на незаконный вывод денежных средств из общества аффилированному лицу, что не отвечает принципу разумности и добросовестности участников сделки и ведет к нарушению прав и законных интересов общества, его второго участника – ФИО1, в связи с чем вышеуказанный договор следует признать недействительным на основании ст. ст. 10, 168, п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Истцом также заявлено требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде взыскания с ответчика в пользу общества перечисленных в счет исполнения оспариваемого договора денежных средств в общей сумме 5 119 000 руб. 00 коп.

Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Заявленный 1 истцом размер денежной суммы, перечисленной ответчику обществом, ответчиком не оспорен.

С учетом изложенного, руководствуясь положениями ст.ст. 167, 168 ГК РФ, установив, что договор, на основании которого производилось перечисление денежных средств обществом ответчику, является ничтожной сделкой, в связи с чем оснований для перечисления спорных денежных средств в заявленном 1 истцом размере в отсутствие встречного предоставления не имелось, суд считает требования 1 истца обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Доводы ответчика, общества и директора общества о пропуске 1 истцом срока исковой давности по настоящему иску со ссылками на то, что о спорной сделке ФИО1 узнал 01.10.2018, подлежат отклонению на основании следующего.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" срок исковой давности по требованиям о признании сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

Как указано выше, 01.10.2018 ФИО1 получил в ответ на свой запрос следующие документы общества: Устав, бухгалтерская отчетность за 2016-2017 г.г., перечень основных средств, расшифровки расходов и доходов, штатное расписание, фонд оплаты труда за 2016-2018 г.г., книга покупок и продаж за 2016-2018 (т. 1 л.д. 59), при этом в данном перечне документов, а также в содержании данных документов отсутствуют сведения о предоставлении 1 истцу оспариваемого договора подряда от 01.07.2017 № 1 либо информации о нем. Иного не доказано, доказательств обратного не представлено (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

Из пояснений 1 истца, которые не опровергнуты какими-либо доказательствами, следует, что о наличии оспариваемого договора подряда № 1 от 01.07.2017 ФИО1 узнал лишь после 07.05.2020, когда ИП ФИО2 обратилась в суд в рамках дела № А50-10247/2020 с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда от 27.03.2020. Из общедоступной информации, размещенной в системе Картотека арбитражных дел, подтверждается, что ИП ФИО2 обратилась в арбитражный суд в рамках дела № А50-10247/2020 07.05.2020.

Довод ответчика, общества о том, что поскольку в период с 02.06.2014 по 13.02.2020 ФИО1 работал главным инженером в ООО «ГФК «Алтерна» и проводил анализ заключенных договоров, соответственно ФИО1 знал о спорном договоре подряда, не нашли своего документального подтверждения в нарушение ст. 65 АПК РФ.

Таким образом, исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по иску в размере 6 000 руб. относятся на ответчика в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Представленные в материалы дела подлинники документов будут возвращены по соответствующему ходатайству лица, представившего данные документы.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительной сделкой – договор подряда по обработке и интерпретации материалов ГИС № 1 от 01.07.2017, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Геофизическая компания «Алтерна» (г. Пермь; ОГРН <***>; ИНН <***>) и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (г. Пермь; ОГРН <***>; ИНН <***>).

Применить последствия недействительности сделки, взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (г. Пермь; ОГРН <***>; ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Геофизическая компания «Алтерна» (г. Пермь; ОГРН <***>; ИНН <***>) денежные средства в сумме 5 119 000 руб. 00 коп.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (г. Пермь; ОГРН <***>; ИНН <***>) в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 000 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

Судья Э.А. Ушакова