Постановление от 20 февраля 2020 г. по делу № А50-17464/2019



АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-306/20

Екатеринбург

20 февраля 2020 г.


Дело № А50-17464/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 19 февраля 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 февраля 2020 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Гусева О.Г.,

судей Вдовина Ю.В., Гавриленко О.Л.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (далее – общество, заявитель) на решение Арбитражного суда Пермского края от 29.07.2019 по делу № А50-17464/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы путем направления в их адрес копий определения о принятии кассационной жалобы к производству заказным письмом с уведомлением, а также размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель общества – Тейхриб А.А. (доверенность от 13.12.2019).

Общество обратилось в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании недействительными предписаний Министерства внутренних дел Российской Федерации «Кунгурский» (реализующему задачи и функции органов внутренних дел на территории Кунгурского городского округа, Березовского и Кунгурского муниципальных районов) (далее – МО МВД России «Кунгурский») от 25.04.2019 № 121, 122, 123, 124.

Решением суда от 29.07.2019 (судья Седлерова С.С.) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2019 (судьи Грибиниченко О.Г., Васева Е.Е., Гладких Е.О.) решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество просит указанные судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права.

Заявитель жалобы указывает на то, что устройства, обеспечивающие безопасность движения на железнодорожных переездах названы в пункте 8 Условий эксплуатации железнодорожных переездов, утвержденных приказом Минтранса России от 31.07.2015 № 237 (далее – условия № 237).

Специальные средства фиксации к таким устройствам не относятся. Законодательство о железнодорожном транспорте не регулирует вопросы оборудования железнодорожных переездов специальными средствами фиксации, поскольку они в соответствии с пунктом 5 статьи 3 Федерального закона от 08.11.2007 № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон об автомобильных дорогах) являются элементами обустройства автомобильных дорог, соответственно, обязанность владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта оборудовать железнодорожные переезды специальными средствами фиксации может быть установлена только специальной нормой закона – частью 4 статьи 21 Закона об автомобильных дорогах.

Указанная норма является бланкетной, устанавливающей общую обязанность, исполнение которой возможно только в порядке, специально определенном Правительством Российской Федерации. В связи с этим требование о реализации обязанности, установленной данной нормой Закона об автомобильных дорогах, может быть предъявлено только после определения Правительством Российской Федерации специального порядка оборудования железнодорожных переездов специальными средствами фиксации, порядка их обслуживания и использования для фиксации нарушений правил проезда через железнодорожные переезды. Соответствующий порядок Правительством Российской Федерации до настоящего времени не утвержден.

По мнению общества, применение бланкетной нормы права возможно только в неразрывной связи с регулятивными нормами, непосредственно закрепляющими порядок регулирования соответствующих отношений. На данное обстоятельство неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (постановления от 14.02.2013 № 4-П, от 16.07.2015 № 22-П, определения от 28.06.2012 № 1253-0, от 29.05.2019 № 1349-0).

Заявитель жалобы считает, что поскольку порядок реализации обязанности, предусмотренной частью 4 статьи 21 Закона об автомобильных дорогах, в настоящее время отсутствует, при том, что наличие такого порядка и его соблюдение являются обязательными в силу требований этой же нормы закона, предъявление требований, содержащихся в оспариваемых предписаниях, является преждевременным (не основанным на нормах закона), а сами требования являются объективно неисполнимыми.

По мнению общества, ссылка судов на ГОСТ Р 57144-2016 «Национальный стандарт Российской Федерации. Специальные технические средства, работающие в автоматическом режиме и имеющие функции фото- и киносъемки, видеозаписи, для обеспечения контроля за дорожным движением. Общие технические требования», утвержденный и введенный в действие Приказом Росстандарта от 11.10.2016 № 1367-ст (далее – ГОСТ Р 57144-2016), ГОСТ Р 57145-2016 «Национальный стандарт Российской Федерации. Специальные технические средства, работающие в автоматическом режиме и имеющие функции фото- и киносъемки, видеозаписи, для обеспечения контроля за дорожным движением. Правила применения», утвержденный и введенный в действие Приказом Росстандарта от 11.10.2016 № 1368-ст (далее – ГОСТ Р 57145-2016), как на документы, определяющие порядок реализации возложенной предписаниями на общество обязанности, является необоснованной. В соответствии с частью 4 статьи 21 Закона об автомобильных дорогах Росстандарт не уполномочен определять порядок реализации положений данной нормы закона. Кроме того, для фиксации нарушений правил проезда через железнодорожные переезды (раздел 15 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090) с учетом требований ГОСТ Р 57144-2016, ГОСТ Р 57145-2016 специальные средства фиксации должны фиксировать, в том числе, показания светофора с запрещающими показаниями соответствующего (попутного) направления, то есть могут быть установлены только за пределами железнодорожного переезда.

Наличие у общества права установить специальные средства фиксации за пределами железнодорожного переезда, в том числе путем установления сервитута, не означает наличие у кого-либо права требовать установить их за пределами железнодорожного переезда, пока такая обязанность не будет установлена законом либо нормативным правовым актом уполномоченного на то государственного органа.

Заявитель жалобы считает ошибочной ссылку судов на решения Дзержинского районного суда города Перми, принятые на основании действовавшей до 28.03.2019 редакции статьи 21 Закона об автомобильных дорогах, в качестве обоснования законности оспариваемых предписаний. Право сотрудника полиции выдавать предписания в случаях, предусмотренных статьей 13 Закона о полиции, не является способом исполнения вступившего в законную силу решения суда. Поскольку предписания должны соответствовать требованиям закона, действовавшего в период их выдачи и действия, нормы закона, утратившие силу, не могут быть положены в основу вывода об их законности. Предъявление обществу как владельцу железнодорожных переездов, расположенных на железнодорожных путях общего пользования, предписаний с возложением обязанности, исполнение которой в настоящее время невозможно по объективным причинам, непосредственно нарушает права и законные интересы общества в сфере экономической деятельности, как владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта общего пользования. Более того, неисполнение данных предписаний повлекло привлечение общества к административной ответственности по части 27 статьи 19.5 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 25.04.2019 при проведении мероприятий по контролю за эксплуатационным состоянием железнодорожных переездов, принадлежащих обществу, установлены недостатки эксплуатационного состояния в обустройстве, а именно: на железнодорожном переезде 1505 км, расположенном на муниципальной автомобильной дороге «Пермь-Екатеринбург-Кыласово» 3 км, на железнодорожном переезде 1509 км, расположенном на муниципальной автомобильной дороге «Пермь-Екатеринбург-Ергач-Хлебоприемный пункт» 1 км, на железнодорожном переезде 1512 км, расположенном на муниципальной автомобильной дороге «Пермь-Екатеринбург-Ергач-Хлебоприемный пункт» 3 км, на железнодорожном переезде 1519 км, расположенном на муниципальной автомобильной дороге «Пермь-Екатеринбург-Жилино» 1 км, в нарушение требований пункта 79 приказа № 237 Министерства транспорта Российской Федерации «Об утверждении условий эксплуатации железнодорожных переездов», пункта 5.1 ГОСТ Р 57145-2016, а также требований частей 2, 4 Закона об автомобильных дорогах отсутствуют специальные технические средства, работающие в автоматическом режиме, имеющие функции фото- и киносъемки, видеозаписи, для фиксации нарушений правил проезда через железнодорожный переезд.

МО МВД России «Кунгурский» выданы предписания от 25.04.2019 № 121, 122, 123, 124, в которых указано на необходимость организовать проведение мероприятий по установке на железнодорожном переезде работающих в автоматическом режиме специальных технических средств, имеющих функции фото- и киносъемки, видеозаписи для фиксации нарушений Правил дорожного движения на железнодорожных переездах: 1505 км, расположенном на муниципальной автомобильной дороге «Пермь-Екатеринбург-Кыласово» 3 км; 1509 км, расположенном на муниципальной автомобильной дороге «ПермьЕкатеринбург-Ергач-Хлебоприемный пункт» 1 км; 1512 км, расположенном на муниципальной автомобильной дороге «Пермь-Екатеринбург-Ергач-Хлебоприемный пункт» 3 км; 1519 км, расположенном на муниципальной автомобильной дороге «Пермь-Екатеринбург-Жилино» 1 км. Срок исполнения предписаний – 302 суток с момента получения.

Полагая, что предписания МО МВД России «Кунгурский» от 25.04.2019 № 121, 122, 123, 124 вынесены незаконно и нарушают его права и законные интересы, общество обратилось в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Суды, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходили из того, что МО МВД России «Кунгурский» правомерно вынесло оспариваемые предписания.

Выводы судов являются правильными, основанными на материалах дела, исследованных с соблюдением требований, установленных статьями 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и законодательству.

Согласно пункту 19 статьи 12 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» (далее – Закон № 3-ФЗ) на полицию возлагаются обязанность по осуществлению государственного контроля (надзора) за соблюдением правил, стандартов, технических норм и иных требований нормативных документов в области обеспечения безопасности дорожного движения.

В силу пункта 21 части 1 статьи 13 Закона № 3-ФЗ полиции для выполнения возложенных на нее обязанностей предоставляются права при осуществлении государственного контроля (надзора) в области обеспечения безопасности дорожного движения проводить проверки деятельности организаций и индивидуальных предпринимателей, выдавать должностным лицам этих организаций и индивидуальным предпринимателям предписания об устранении выявленных нарушений, в том числе нарушений требований нормативных правовых актов в области обеспечения безопасности дорожного движения при строительстве, ремонте, реконструкции и содержании дорог.

На основании пункта 2 Положения о Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 15.06.1998 № 711 (в редакции от 15.09.2018), решения, требования и указания должностных лиц Госавтоинспекции по вопросам, относящимся к их компетенции, обязательны для юридических лиц независимо от формы собственности и иных организаций, должностных лиц и граждан.

Государственная функция по осуществлению федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения в части соблюдения требований законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения, правил, стандартов, технических норм и иных требований нормативных документов в области обеспечения безопасности дорожного движения при строительстве, реконструкции, ремонте и эксплуатации автомобильных дорог, возложена на должностных лиц Госавтоинспекции, имеющих специальное звание, в том числе и на старших государственных инспекторов безопасности дорожного движения, согласно требованиям Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации исполнения государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения в части соблюдения требований законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения, правил, стандартов, технических норм и иных требований нормативных документов в области обеспечения безопасности дорожного движения при строительстве, реконструкции, ремонте и эксплуатации автомобильных дорог, утвержденного Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 30.03.2015 № 380.

В соответствии со статьями 1 и 24 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» задачами указанного закона являются: охрана жизни, здоровья и имущества граждан, защита их прав и законных интересов, а также защита интересов общества и государства путем предупреждения дорожно-транспортных происшествий, снижения тяжести их последствий. Права граждан на безопасные условия движения по дорогам Российской Федерации гарантируются государством и обеспечиваются путем выполнения законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения и международных договоров Российской Федерации.

Частью 3 статьи 1 Федерального закона от 10.01.2003 № 17-ФЗ «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации» (далее – Закон о железнодорожном транспорте) определено, что функционирование железнодорожного транспорта осуществляется исходя из принципов устойчивости работы железнодорожного транспорта; доступности, безопасности и качества оказываемых услуг; развития конкуренции и становления развитого рынка услуг железнодорожного транспорта; согласованности функционирования единой транспортной системы Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 15 Закона о железнодорожном транспорте в Российской Федерации железнодорожные пути общего пользования и расположенные на них сооружения и устройства должны содержаться с соблюдением правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного транспорта в техническом состоянии, отвечающем требованиям соответствующих нормативных правовых актов, документов по стандартизации, правил и техническим нормам.

В силу части 4 статьи 21 Закона об автомобильных дорогах владельцы инфраструктуры железнодорожного транспорта общего пользования обязаны оборудовать железнодорожные переезды, расположенные на железнодорожных путях общего пользования, работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, для фиксации нарушений правил проезда через железнодорожные переезды. Порядок оборудования железнодорожных переездов, расположенных на железнодорожных путях общего пользования, работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, порядок обеспечения обслуживания указанных специальных технических средств, а также порядок передачи информации о выявленных с помощью указанных специальных технических средств нарушениях правил проезда через железнодорожные переезды в органы государственного контроля (надзора) устанавливается Правительством Российской Федерации.

Исследовав обстоятельства, имеющие значение для дела, оценив представленные в материалы дела доказательства, суды пришли к выводу о том, что оспариваемые предписания МО МВД России «Кунгурский» соответствуют закону и не нарушают права и законные интересы общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Предписания являются исполнимыми, доступными по содержанию для понимания, направленными на прекращение и устранение выявленных нарушений требований нормативных документов в области обеспечения безопасности дорожного движения, в предписаниях имеются указание на мероприятия, которые следует осуществить в целях устранения нарушений, приведены ссылки на нормы права, предписаниями предусмотрен конкретный и реальный для исполнения срок.

Оснований для переоценки выводов судов, установленных ими фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

Доводы заявителя кассационной жалобы подлежат отклонению, поскольку направлены на переоценку установленных судами обстоятельств и исследованных доказательств, не опровергают выводы судов, были предметом их рассмотрения и им дана надлежащая правовая оценка.

По мнению заявителя, до установления Правительством Российской Федерации порядка, указанного в части 4 статьи 21 Закона об автомобильных дорогах, возможность исполнения требований закона об оборудовании железнодорожных переездов средствами фотовидеофиксации отсутствует.

Между тем, вопреки доводам заявителя жалобы, изменения, внесенные в статью 21 Закона об автомобильных дорогах, возлагающие на него обязанность, предусмотренную названной нормой, оборудовать принадлежащие ему железнодорожные переезды указанными в законе техническими средствами, вступили в силу и подлежат исполнению. Отсутствие установленного Правительством Российской Федерации порядка оборудования железнодорожных переездов, расположенных на железнодорожных путях общего пользования, работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, не свидетельствует о том, что обязанность, предусмотренная частью 4 статьи 21 Закона об автомобильных дорогах, обществом исполнению не подлежит, а также о незаконности оспариваемых обществом предписаний и о нарушении ими прав и законных интересов общества.

Нормы материального права применены судами по отношению к установленным ими обстоятельствам правильно, выводы судов соответствуют имеющимся в деле доказательствам, исследованным в соответствии с требованиями, определенными статьями 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не выявлено.

С учетом изложенного оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения жалобы у суда кассационной инстанции не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Пермского края от 29.07.2019 по делу № А50-17464/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу открытого акционерного общества «Российские железные дороги» – без удовлетворения.

Возвратить открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 1500 руб., излишне уплаченную при подаче кассационной жалобы по платежному поручению от 08.11.2019 № 161850.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий О.Г. Гусев


Судьи Ю.В. Вдовин


О.Л. Гавриленко