Решение от 21 июля 2025 г. по делу № А88-187/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ХЕРСОНСКОЙ ОБЛАСТИ

275500, Херсонская область, м.о. Генический, г. Геническ,

ул. Братьев Коваленко, д. 66 / <...>.

e-mail: а88.info@arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ


с. Счастливцево

22 июля 2025 года                                                                Дело № А88-187/2024


Резолютивная часть решения объявлена 08 июля 2025 года

Полный текст решения изготовлен 22 июля 2025 года


Арбитражный суд Херсонской области в составе судьи Ерина А.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании

первоначальный иск крестьянского (фермерского) хозяйства «Урожай-II» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к государственному унитарному предприятию Херсонской области «Опытное хозяйство «Асканийское» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании штрафа по договору

встречный иск государственного унитарного предприятия Херсонской области «Опытное хозяйство «Асканийское» к крестьянскому (фермерскому) хозяйству «Урожай-II» о признании недействительным (ничтожным) договора.

К участию в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство агропромышленного комплекса и продовольственной политики Херсонской области (ИНН <***>, ОГРН <***>), Министерство имущественных и земельных отношений Херсонской области (ИНН <***>, ОГРН <***>), Федеральная служба по финансовому мониторингу.

К участию в деле в порядке статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечен Прокурор Херсонской области.

В судебном заседании приняли участие представители:

от крестьянского (фермерского) хозяйства «Урожай-II» – ФИО2  (по доверенности от 01.12.2024 №15), ФИО3 (руководитель КФХ на основании Устава);

от государственного унитарного предприятия Херсонской области «Опытное хозяйство «Асканийское» (в режиме веб-конференции) – ФИО4 (по доверенности от 10.07.2024 № 1408);

от прокурора Херсонской области – Мазаев А.Е. (служебное удостоверение ТО № 051599, по доверенности от 09.01.2025 № 8-2025/1).

Министерство агропромышленного комплекса и продовольственной политики Херсонской области, Министерство имущественных и земельных отношений Херсонской области, Федеральная служба по финансовому мониторингу, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Представителям лиц, участвующих в деле, процессуальные права и обязанности разъяснены. Отводов составу суда не заявлено.

Арбитражный суд Херсонской области

УСТАНОВИЛ:

крестьянское (фермерское) хозяйство «Урожай-II» (далее – КФХ, истец по первоначальному иску, ответчик по встречному иску) обратилось в Арбитражный суд Херсонской области с первоначальным исковым заявлением к государственному унитарному предприятию Херсонской области «Опытное хозяйство «Асканийское» (далее – предприятие, ответчик по первоначальному иску, истец по встречному иску) о взыскании 20 500 000 рублей штрафа по договору на выполнение работ по уборке урожая 2024 года от 05.03.2023 № 03-41/03-24 (далее – Договор).

Предприятие в порядке статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предъявило встречный иск к КФХ о признании договора недействительным (ничтожным).

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство агропромышленного комплекса и продовольственной политики Херсонской области, Министерство имущественных и земельных отношений Херсонской области, Федеральная служба по финансовому мониторингу.

В порядке статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле привлечен прокурор Херсонской области.

В обоснование заявленных первоначальных исковых требований КФХ ссылается на неисполнение ответчиком своих обязательств по договору и просило на основании пункта 6.2. этого договора взыскать с него штраф в размере 50 % от стоимости согласованных работ на уборку урожая.

Предприятие с первоначальным иском не согласно по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление от 19.09.2024 (т. 1, л.д. 116-122), во встречном исковом заявлении (т. 1, л.д. 93-96), а также в дополнительных письменных объяснениях от 11.11.2024 (т. 2, л.д. 103-108), от 10.12.2024 (т. 2, л.д. 148-155), от 10.02.2025 (т. 3, л.д. 128-129), от 10.03.2025 (т. 4, л.д. 27-28), от 30.04.2025 (т. 5, л.д. 16-17), от 19.05.2025 (т. 5, л.д. 112-113), от 11.06.2025 (т. 6, л.д. 8-9).

По мнению предприятия оснований для взыскания штрафа по договору не имеется, поскольку договор является недействительным (ничтожным). В обоснование данного довода предприятие указывает на то, что стоимость сделки превышала 10% уставного фонда и подпадала под признаки крупной сделки в соответствии со статьей 23 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее – Закон № 161-ФЗ). При этом заключение данной сделки не было согласовано с Министерством имущественных и земельных отношений Херсонской области.

Предприятие считает, что о крупности оспариваемого договора свидетельствует условие о передаче техники в нарушение требований статьи 18 Закона № 161-ФЗ, стоимость работ, а также установленный размер штрафа.

В обоснование своих возражений предприятие также сослалось на наличие у КФХ задолженности по договору 2023 года и привело дополнительные доводы относительно заключения бывшим директором спорного договора без надлежащих полномочий и указанием на то, что устав предприятия не был своевременно приведен в соответствие с действующим законодательством.

Кроме того, предприятие полагает, что размер штрафа, установленный договором, явно несоразмерен нарушениям обязательств и может привести к значительным имущественным потерям государственного унитарного предприятия, указывает на то, что расходует бюджетные средства, а применение заявленных штрафных санкций несет угрозу финансовой устойчивости предприятия и не учитывает принципы соразмерности, в связи с чем просит применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и уменьшить размер взыскиваемого штрафа до разумных пределов.

КФХ с доводами предприятия не согласно по основаниям, изложенным в возражениях на встречный иск от 20.09.2024 (т. 1, л.д. 160-163), а также дополнительных объяснениях от 15.10.2024 (т. 2, л.д. 23-25), от 07.11.2024 (т. 2, л.д. 59-68), от 10.12.2024 (т. 3, л.д. 6-14), от 13.01.2025 (т. 3, л.д. 42-43), от 05.03.2025 (т. 4, л.д. 7-13), от 30.04.2025 (т. 5, л.д. 78), от 14.05.2025 (т. 5, л.д. 96-101), от 14.06.2025 (т. 6, л.д. 20-21).

КФХ считает, что рассматриваемый договор не является крупной сделкой, поскольку  заключен в результате обычной хозяйственной деятельности, не предусматривает приобретения, либо отчуждения имущества, передачи техники в аренду и не содержит каких-либо дополнительных условий, требующих согласования с собственником имущества.

Кроме того, КФХ обращает внимание на следующее. Сельское хозяйство является стратегическим направлением для государства. Как ранее отмечалось, работы по посеву, агротехнические работы, сбор урожая не требуют отлагательств. В случае несвоевременной уборки урожая наступают негативные последствия в виде полной потере урожая. Поэтому КФХ готово было принять и частичное исполнение договора предприятием. Представитель ответчика по встречному иску в судебном заседании заявляла, что на предприятии имелось два сотрудника принятых на работу с допуском к комбайну, однако в соответствии представленным в суд документам, КФХ давало ранее пояснения, что порядка 12 сотрудников предприятия могли приступить к исполнению договора. Также КФХ могло оказать содействие в поиске комбайнеров. Так как сбор урожая является единственным источником дохода, для недопущения банкротства предприятия и возможностью для многих жителей района прокормить свои семьи выполняя полевые работы. Сельское хозяйство для Херсонской области является единственным видом промышленности, на котором задействовано основная часть населения области. Таким образом, согласно пояснениям ответчика, его действия об игнорировании исполнения договора являются недобросовестным поведением. Так как при заключении договора КФХ со своей стороны выполнило обязательства по посеву 10 тысяч гектар для задействования 20 комбайнов предприятия одномоментно. При этом законодательством не предусмотрена обязанность организации требовать подтверждения наличия согласования учредителя предприятия.

Также КФХ приводит довод о том, что из сложившихся взаимоотношений между сторонами, а именно заключение в 2023 году и исполнения договора 2023 без согласования крупных сделок, у КФХ не было информации о необходимости согласования крупной сделки. Поэтому КФХ не знало о необходимости согласования крупной сделки, также обязательство о согласовании крупной сделки возложено на предприятие, а не КФХ. В связи с чем, позиция ответчика об отсутствии согласия на заключение крупной сделки расценивается истцом ненадлежащим поведением, направленным на уклонение предприятия от ответственности за неисполнение договора

Возражая против заявления предприятия о снижении штрафа на основании статьи 333 ГК РФ КФХ ссылается на правовые позиции высших судебных инстанций и отмечает, что размер неустойки может быть снижен судом только в исключительных случаях с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым, а также на обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате правонарушения. По мнению КФХ оснований для снижения штрафа не имеется, в связи с чем просит удовлетворить первоначальные исковые требования в полном объеме.

Представитель прокурора в судебном заседании заявленные предприятием встречные исковые требования поддержал, в удовлетворении первоначального иска просил отказать по основаниям, изложенным в письменных объяснениях от 08.07.2025 № 8-12-2025, которые приобщены судом к материалам дела.

Ссылаясь на приведенную в письменных объяснениях судебную практику, представитель прокурора указал на то, что в целях решения вопроса об отнесении сделки к крупной не имеет значения, совершена ли она в процессе обычной хозяйственной деятельности.

По мнению представителя прокурора, большая часть доводов КФХ об отсутствии необходимости согласования совершения оспариваемой сделки основана на ссылках на судебную практику и разъяснения высших судов, данных в отношении хозяйственных обществ и не учитывающих особый правовой статус государственных унитарных предприятий. Заключая сделку, КФХ было осведомлено об организационно-правовой форме предприятия и при должной степени осмотрительности должно было поставить вопрос о необходимости согласования условий сделки в установленном законом порядке. Более того на предприятие распространяются установленные федеральным законодательством ограничения по распоряжению закрепленным за ним имуществом, включая технику, которая не может передаваться третьим лицам, в том числе КФХ без согласия собственника, как того требуют положения Закона № 161-ФЗ. Передача 20 (двадцати) единиц зерноуборочных комбайнов КФХ без надлежащего согласования с собственником имущества является прямым нарушением требований законодательства и свидетельствует о формальном характере сделки, направленной на имитацию хозяйственных отношений. О мнимом характере совершенной сделки свидетельствуют и предусмотренные договором условия об ответственности предприятия за неисполнение или ненадлежащее исполнение договора, отличающиеся, в том числе от условий исполнения аналогичного договора в период 2023 года, являющиеся явно чрезмерными и несоотносимыми объему возникающего обязательства для государственного унитарного предприятия. Заслуживают внимания и доводы предприятия об обстоятельствах совершения оспариваемой сделки (смена руководителя предприятия, установленный факт утраты документации о хозяйственной деятельности, состояние техники и кадрового обеспечения деятельности организации), принимаемые попытки к разрешению спора в досудебном порядке, а также неоспариваемый сторонами факт наличия задолженности у КФХ перед приятием за аналогичные услуги, предоставленные в период 2023 года.

Министерство имущественных и земельных отношений Херсонской области поддержало позицию предприятия по основаниям, изложенным в представленных письменных объяснениях от 11.06.2025. По мнению министерства, оспариваемая сделка является крупной и содержит признаки мнимости, заключенной без соблюдения установленного законом порядка согласования с собственником имущества унитарного предприятия.

Также министерство указало на то, что на момент заключения договора у предприятия не имелось достаточного количества квалифицированных комбайнеров, что подтверждается трудовыми договорами, которые находятся в материалах дела. Более того, имущество предприятия, включая технику, не может передаваться третьим лицам, в том числе КФХ, без согласия собственника, как того требуют положения Закона № 161-ФЗ. Поскольку изначально не было ресурсов для реального выполнения работ и обязательств по договору, это свидетельствует о наличии признаков мнимости сделки, которая фактически не была направлена на исполнение договорных обязательств, а лишь преследовала цель последующего взыскания денежных средств с государственного унитарного предприятия, что может привести к необоснованным расходам и ущербу бюджету Херсонской области.

Федеральная служба по финансовому мониторингу в лице Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Донецкой Народной Республике, Луганской Народной Республике, Запорожской и Херсонской областям представила письменные объяснения от 08.04.2025 № 27-00-35/886 в которых указало на то, что все необходимые сведения, которым располагает, могут быть направлены прокурору, в случае его процессуальной заинтересованности и просило рассмотреть дело в отсутствие своего представителя.

Министерство агропромышленного комплекса и продовольственной политики Херсонской области, извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, явку своего представителей в судебное заседание не обеспечило, с ходатайством об участии в судебном заседании посредством видеоконференц-связи либо веб-конференции не обращалось, что в силу части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в его отсутствие.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле поддержали свои требования и возражения. КФХ просило первоначальные исковые требования удовлетворить в полном объеме, во встречном иске отказать. Предприятие просило встречный иск удовлетворить, в удовлетворении первоначального иска отказать. Ходатайство предприятия о приобщении к материалам дела письма Министерства имущественных и земельных отношений Херсонской области судом рассмотрено и удовлетворено; представленное письмо от 08.07.2025 приобщено к материалам дела.

Как следует из материалов дела, между КФХ (заказчик) и предприятием (исполнитель) заключен договор на выполнение работ по уборке урожая 2024 года № 03-41/03-24 от 05.03.2024 (далее – договор), по условиям которого исполнитель принял на себя обязательство по заданию заказчика произвести на его полях механизированную уборку и транспортировку сельскохозяйственных культур урожая 2024 года комбайнами зерноуборочными самоходными КЗС-1218-29 (ДЕЛЮКС) в количестве 20 (двадцати) единиц и сдать результат работ заказчику, а последний – принять результат работ и оплатить их на условиях данного договора.

Пунктами 2.1.2. и 2.1.3. договора определено, что исполнитель обязуется предоставить необходимую для выполнения работ технику (в том числе, но не исключительно, комбайны (далее по тексту – техника) в исправном состоянии с необходимым навесным оборудованием (жатка, измельчитель и пр.), необходимым количеством требуемых инструментов, запасных частей и расходных материалов в место стоянки техники в течение 3 (трех) календарных дней со дня получения заявки заказчика, а также обеспечить прибытие техники в место выполнения работ.

Согласно пунктам 3.1.8., 3.1.9. договора заказчик обязуется направить исполнителю заявку о сроках начала уборки и обеспечить выгрузку комбайнов и сопутствующей сельскохозяйственной техники исполнителя, прибывшей на место уборки на грузовом транспорте.

Стоимость услуг по уборке сельскохозяйственных культур составляет 41 000 000 рублей 00 копеек (пункт 5.2. договора).

В соответствии с пунктом 6.1. договора в случае невыполнения исполнителем обязательства, определенного в пункте 2.1.2., 2.1.3. договора, исполнитель уплачивает заказчику штраф в размере 50 (пятьдесят) процентов стоимости работ по уборке сельскохозяйственных культур, определенной сторонами в пункте 5.2. договора.

Заявкой № 1 от 20.06.2024 № 09 КФХ уведомило предприятие о необходимости произвести механизированную уборку сельскохозяйственных культур урожая 2024 года (ярового и озимого гороха, озимой пшеницы, ярового и озимого ячменя, об обеспечении прибытии техники в указанное место стоянки (Херсонская область, ФИО5, <...>) в течение 3 (трех) календарных дней со дня получения данной заявки, о сроке уборки сельскохозяйственных культуры (23.06.2024), о площади подлежащих уборке полей (10 000 гектаров) и о необходимости предоставления данных уполномоченного представителя исполнителя.

Письмом от 26.06.2024 № 12 КФХ уведомило предприятие о неисполнении последним условий договора и направило в его адрес акты о нарушении исполнителем условий договора от 23.06.2024, 24.06.2024, 25.06.2024, составленные в одностороннем порядке.

Письмом от 01.07.2024 № 15 КФХ повторно уведомило предприятие о неисполнении им условий договора и направило в его адрес аналогичные акты от 26.06.2024, 27.06.2024, 27.06.2024, 28.06.2024, 29.06.2024, 30.06.2024, составленные в одностороннем порядке.

Письмом от 08.07.2024 № 20 КФХ в очередной раз уведомило предприятие о неисполнении им условий договора и направило в его адрес соответствующие акты от 01.07.2024, 02.07.2024, 03.07.2024, 04.07.2024, 05.07.2024, 06.07.2024, 07.07.2024, 08.07.2024, составленные в одностороннем порядке.

В результате бездействия предприятия, КФХ направило в адрес предприятия претензию от 09.07.2024 № 21 с требованием уплаты штрафа по договору, а впоследствии – уведомление о расторжении договора от 16.07.2024 № 32.

Неисполнение предприятием своих обязательств по договору и в добровольном порядке претензии явилось основанием для обращения КФХ в арбитражный суд с соответствующим иском о взыскании предусмотренного пунктом 6.1. договора штрафа в размере 20 500 000 рублей.

Возражая против удовлетворения заявленных исковых требований, КФХ предъявило встречный иск о признании договора недействительным (ничтожным).

Суд, рассмотрев заявленные первоначальные и встречные исковые требования, исследовав фактические обстоятельства дела и доводы сторон, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к следующим выводам.

По своей правовой природе рассматриваемый договор является договором подряда с элементами договора возмездного оказания услуг, отношения сторон по которым урегулированы нормами главы 37, 39 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг (пункт 1 статьи 781 ГК РФ).

В силу статьи 783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702-729) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779-782 названного Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

В силу статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом, односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается и только надлежащее исполнение прекращает обязательство.

Исходя из имеющихся в материалах дела доказательств судом установлено, что свои обязательства по договору, предприятие полностью, либо частично не исполнило. Данное обстоятельство лицами, участвующими в деле, в ходе судебного разбирательства не оспаривалось.

При этом какой-либо объективной причины невозможности исполнения предусмотренных договором обязанностей, в том числе определенных пунктами 2.1.2 и 2.1.3. предприятие не привело и какими-либо надлежащими доказательствами не подтвердило.

Представленная ответчиком по первоначальному иску справка (т. 1, л.д. 119) о том, что по состоянию на 01.03.2024 в предприятии закрепление комбайнов за комбайнерами не проводилось в связи с отсутствием кадров, не содержит сведений о дате ее составления и направления в адрес КФХ, а также исходя из ее содержания не свидетельствует о невозможности по объективным причинам выполнения работ, либо о согласовании таким образом с КФХ сроков выполнения работ.

 На положения пунктов 6.3., 6.6., 6.8. предприятие в качестве причин невозможности исполнения своих обязательств по договору не ссылалось.

Таким образом, суд пришел к выводу о том, что уважительных причин и установленных законом, либо договором оснований для неисполнения ответчиком по первоначальному иску своих обязательств не имелось.

Как отмечено выше, договором определена ответственность за невыполнение исполнителем обязанностей, предусмотренных в частности пунктом 2.1.2. (непредставление для выполнения работ техники) и пунктом 2.1.3. (необеспечение прибытия техники в место выполнения работ) в форме уплаты штрафа в размере 50% от стоимости работ по уборке сельскохозяйственных культур.

Вместе с этим применение такого условия договора возможно только в случае признания этого договора действительным.

Возражая против удовлетворения первоначальных исковых требований и заявив встречные исковые требования, предприятие просило признать данный договор недействительным (ничтожным) как крупную сделку, а также ссылалось на несоразмерность установленного договором штрафа и просило применить положения статьи 333 ГК РФ с целью снижения заявленного к взысканию размера штрафа.

В отношении довода предприятия о крупной сделке и ее недействительности, суд отмечает следующее.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

На основании пункта 2 статьи 166 ГК РФ оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

При этом ничтожная сделка недействительна с момента ее совершения в силу порока какого-либо из ее элементов.

Статьей 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу статьи 113 ГК РФ, а также положений Закона № 161-ФЗ унитарные предприятия создаются по решению уполномоченных государственных органов или органов местного самоуправления. Имущество унитарных предприятий формируется за счет имущества, закрепленного за предприятием на праве хозяйственного ведения или на праве оперативного управления собственником этого имущества; доходов унитарного предприятия от его деятельности; иных не противоречащих законодательству источников.

Имущество государственного или муниципального унитарного предприятия находится соответственно в государственной или муниципальной собственности. Унитарные предприятия осуществляют хозяйственную деятельность с учетом целевой правоспособности. Целевая правоспособность унитарных предприятий, отличительный характер их создания и формирования имущества за счет собственника обусловливают наличие в Законе об унитарных предприятиях норм, ограничивающих унитарное предприятие в самостоятельном совершении сделок, в том числе осуществляемых в процессе обычной хозяйственной деятельности.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что сделки унитарного предприятия, заключенные с нарушением абзаца первого пункта 2 статьи 295 ГК РФ, а также с нарушением положений Закона № 161-ФЗ, в частности пунктов 2, 4, 5 статьи 18, статей 22-24 этого Закона, являются оспоримыми, поскольку могут быть признаны недействительными по иску самого предприятия или собственника имущества, а не любого заинтересованного лица.

В соответствии с пунктом 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров судам необходимо учитывать, что правомочия унитарного предприятия, основанного на праве хозяйственного ведения по владению, пользованию и распоряжению государственным (муниципальным) имуществом, находящимся у него в хозяйственном ведении, определены статьями 294, 295 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 294 ГК РФ государственное или муниципальное унитарное предприятие, которому имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах, определяемых в соответствии с настоящим Кодексом. Остальным имуществом, принадлежащим предприятию, оно распоряжается самостоятельно, за исключением случаев, установленных законом или иными правовыми актами.

В силу пункта 1 статьи 23 Закона № 161-ФЗ крупной сделкой является сделка или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения унитарным предприятием прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет более десяти процентов уставного фонда унитарного предприятия или более чем в 50 тысяч раз превышает установленный федеральным законом минимальный размер оплаты труда, если иное не установлено федеральными законами или принятыми в соответствии с ними правовыми актами.

Согласно пункту 2 статьи 23 Закона № 161-ФЗ стоимость отчуждаемого унитарным предприятием в результате крупной сделки имущества определяется на основании данных его бухгалтерского учета, а стоимость приобретаемого унитарным предприятием имущества – на основании цены предложения такого имущества.

В силу пункта 3 статьи 23 Закона № 161-ФЗ решение о совершении крупной сделки принимается с согласия собственника имущества унитарного предприятия.

Абзацем вторым пункта 4 статьи 18 Закона № 161 определено, что Уставом государственного или муниципального предприятия могут быть предусмотрены виды и (или) размер иных сделок, совершение которых не может осуществляться без согласия собственника имущества такого предприятия.

Указанные нормы закона направлены на защиту интересов собственника имущества предприятия с целью исключения возможности неправомерного отчуждения этого имущества.

Отсутствие согласия собственника на совершение предприятием крупной сделки, либо предусмотренной Уставом предприятия сделки, для которой требуется согласие собственника имущества такого предприятия, влечет ее ничтожность.

Как следует из рассматриваемого договора, его предметом является выполнение предприятием (исполнителем) для КФХ (заказчика) соответствующих работ по механизированной уборке и транспортировке сельскохозяйственных культур комбайнами зерноуборочными самоходными и сдача результата данных работ заказчику.

Пунктами 2.1.2., 2.1.3. уточнено, что для этих целей исполнитель обязуется предоставить необходимую для выполнения работ технику и обеспечить ее прибытие в место выполнения работ.

Из данного договора не усматривается, что он направлен на приобретение, отчуждение или возможность отчуждения предприятием прямо либо косвенно имущества.

В частности оплата КФХ выполненных работ в пользу предприятия свидетельствует о возможности приобретения денежных средств, не связанного с встречным предоставлением иного имущества.

О распоряжении имуществом путем предоставлении техники на условиях аренды договор, исходя из его буквального толкования, также не свидетельствует.

Исполнение предусмотренных вышеназванными пунктами договора обязанностей предприятием  должно было обеспечить главную цель договора – выполнение работ по механизированной уборке и транспортировке сельскохозяйственных культур и сдача результата работ заказчику, но не распоряжение своим имуществом по смыслу пункта 2 статьи 18 Закона № 161-ФЗ.

Таким образом, выполнение соответствующих работ по договору не предусматривает распоряжения закрепленным за предприятием имуществом, а напротив – предполагает получение платы за выполнение соответствующих работ, что соответствует основным целям деятельности предприятия и является экономически целесообразным.

Следует также учитывать, что ограничение прав унитарных предприятий связано только с распоряжением, закрепленным за ним имуществом. Сделки, совершаемые в процессе обычной хозяйственной деятельности предприятия, не связанные с распоряжением имущества, не нуждаются в специальном одобрении собственника. Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.03.2015 № 305-ЭС15-881.

При этом Уставом предприятия от 15.02.2018, действовавшим как на момент заключения договора, так и после его заключения (в редакции от 19.04.2024, утвержденного постановлением Правительства Херсонской области № 46-пп) не предусмотрено, что для заключения договора подряда, либо договора оказания услуг, в котором стороной исполнителем является само предприятие, требуется согласие собственника имущества (учредителя).

Оплата выполненных по договору работ КФХ в пользу предприятия также не свидетельствует о возможности отчуждения имущества предприятия, в связи с чем соответствующий довод предприятия судом признан необоснованным.

Довод предприятия о том, что о крупности сделки свидетельствует определенный пунктом 6.1. договора размер штрафа, что превышает более десяти процентов уставного фонда предприятия, признан судом необоснованным в связи со следующим.

Как указано в пункте 1 Информационного Письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.03.2001 № 62 «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением хозяйственными обществами крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» при определении суммы сделки, которая может быть отнесена к крупной, не подлежат включению в нее проценты, начисляемые за просрочку исполнения денежного обязательства (ст. 395 ГК РФ), а также иные суммы, взимаемые с должника в порядке применения к нему мер ответственности (неустойки, штрафа, пени).

Согласно пункту 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» по смыслу абзаца второго пункта 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах и абзаца второго пункта 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, решая вопрос о том, отвечает ли оспариваемая сделка количественному (стоимостному) критерию крупных сделок, ее сумму (размер) следует определять без учета требований, которые могут быть предъявлены к соответствующей стороне в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств (например, неустоек), за исключением случаев, когда будет установлено, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения или ненадлежащего исполнения обществом.

По мнению суда, в отсутствие специального указания на Закон № 161, соответствующие разъяснения необходимо принимать во внимание по аналогии при решении вопроса о том, является ли рассматриваемая сделка предприятия и КФХ крупной по количественному (стоимостному) критерию.

Оснований считать, что договор был изначально заключен с целью его неисполнения или ненадлежащего исполнения у суда не имеется. Доказательств обратного предприятием не представлено.

Обстоятельства, на которые ссылается предприятие, в частности об отсутствии достаточного количества квалифицированных комбайнеров (со ссылкой на сведения об уплаченных налогах за работников предприятия, штатное расписание и трудовые договоры), а также об экономической и организационной несостоятельности условий договора, не свидетельствуют о том, что договор был намеренно заключен с целью его неисполнения.

Заключая рассматриваемый договор, предприятие должно было предпринять меры для его надлежащего исполнения, в том числе обеспечить передачу техники на соответствующих условиях КФХ.

При этом за отсутствие комбайнеров не должна нести ответственность сторона, добросовестно исполнившая свои встречные обязанности по договору. Само по себе отсутствие квалифицированных сотрудников может указывать на отсутствие возможности исполнения договора по состоянию на дату, указанную в представленной справке (01.03.2024), но не является доказательством намерения одной из сторон не исполнять заключенный договор.

Суд также принял во внимание факт нераскрытия и непредставления в материалы дела сведений, запрошенных Прокуратурой Херсонской области по запросу от 16.05.2025 № 8-13-2025 (т. 5, л.д. 127), включая ответ на вопрос о том, что явилось фактической, реальной причиной неисполнения договора, о фактическом местонахождении указанной в договоре техники и списке работников в период исполнения контракта.

Более того, в своих письменных объяснениях предприятие неоднократно указывало на то, что основными причинами неисполнения обязательств по договору являются объективная нехватка сотрудников и наличие у КФХ перед предприятием непогашенной задолженности по обязательствам, возникшим в 2023 году.

Так в своих объяснениях от 10.12.2024 и от 10.02.2025 предприятие указывает: «Неисполнение обязательств по указанным договорам привело к следующим последствиям: предыдущий директор предприятия отказался приступать к исполнению договора, заключённого на 2024 год, в связи с наличием значительной задолженности по обязательствам 2023 года. Новый директор предприятие, назначенный впоследствии, также не приступил к исполнению договора 2024 года, поскольку он был заключён с нарушением установленных процедур.»

Оценивая указанные доводы в совокупности, суд не может согласиться с утверждением предприятия о том, что изложенные обстоятельства свидетельствуют и о мнимости сделки.

Во-первых, возражая на данный довод, КФХ в своих возражениях от 11.12.2024 справедливо указало на то, что дополнительным соглашением № 2 от 01.11.2023 к прежнему договору по уборке урожая 2023 года стороны исключили условие об ответственности и согласовали осуществление срока оплаты оказанных услуг – не позднее 01.08.2024. Таким образом предприятие было заинтересовано в продолжении сотрудничества, уборке урожая 2024 года и исполнении соответствующего договора.

Во-вторых, следует учитывать, что для признания сделки недействительной на основании статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности (абзац 20 пункта 6 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021)» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021)).

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий).

При разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25).

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доказательств, указывающих на вышеприведенные обстоятельства, при которых рассматриваемый договор может быть признан мнимой сделкой, предприятием не представлено.

По указанным основаниям отклонены и соответствующие доводы Министерства имущественных и земельных отношений Херсонской области, изложенные в объяснениях от 11.06.2025 о мнимости сделки, идентичные соответствующим доводам предприятия.

Представленное предприятием письмо министерства от 08.07.2025 № 25-189Б-5 не содержит сведений о видах сделок, подлежащих согласованию (включая условия о применении мер ответственности) и о порядке такого согласования. О мнимости, либо о крупности рассматриваемой сделки данное письмо также не свидетельствует.

Сведений сведения о наличии согласованных (одобренных) сделок за период с 2023 по 2025 год, а также сведения о порядке согласования крупных сделок министерство суду не представило, несмотря на предложение суда, о чем указано в определении об отложении судебного разбирательства от 16.06.2025.

При таких обстоятельствах, оснований для вывода о крупности рассматриваемой сделки, либо о мнимости данной сделки у суда не имеется.

В отношении довода предприятия об отсутствии у него на дату заключения договора устава и соответствующей правоспособности, как основаниях признания сделки недействительной, суд считает необходимым отметить следующее.

Определениями от 11.02.2025 и от 01.04.2025 суд истребовал у Управления Федеральной налоговой службы по Херсонской области Устав государственного унитарного предприятия Херсонской области «Опытное хозяйство «Асканийское», действовавший по состоянию на 05.03.2024.

На запрос суда сопроводительным письмом от 15.04.2025 Управление представило письменные пояснения с приложением: копии постановления Правительства Херсонской области от 19.04.2024 № 46-пп о переименовании Государственного предприятия опытное хозяйство «Асканийское» Асканийской государственной сельскохозяйственной опытной станции Института орошаемого земледелия Национальной академии аграрных наук в Государственное унитарное предприятие Херсонской области «Опытное хозяйство «Асканийское», копии приказа от 19.04.2024 № 2; копии устава, утвержденного постановлением Правительства Херсонской области от 19.04.2024 № 46-пп; копии устава от 15.02.2018 Государственного предприятия опытное хозяйство «Асканийское» Асканийской государственной сельскохозяйственной опытной станции Института орошаемого земледелия Национальной академии аграрных наук; копии расписки в получении документов, представленных при государственной регистрации юридического лица от 20.05.2024 № 1183А; копии решения о государственной регистрации от 27.05.2024 № 1183А.

В своих пояснениях Управление сообщило о том, что в целях легализации осуществления хозяйственной деятельности, обеспечения учета юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, осуществляющих хозяйственную деятельность на территории Херсонской области Постановлением Военно-гражданской администрации Херсонской области № 075-р от 07.06.2022 «Об учете субъектов хозяйствования на территории Херсонской области» был утвержден Порядок учет юридических лиц и предпринимателей, осуществляющих деятельность на территории Херсонской области.

В соответствии с вышеуказанным Постановлением в Реестре юридических лиц, осуществляющих деятельность на территории Херсонской области было зарегистрировано Государственное предприятие опытное хозяйство «Асканийское» Асканийской государственной сельскохозяйственной опытной станции Института орошаемого земледелия Национальной академии аграрных наук.

В Управление 20.05.2024 поступило заявление по форме № Р18004 о внесении сведений о юридическом лице в Единый государственный реестр юридических лиц, в связи с приведением учредительных документов в соответствие с законодательством Российской Федерации.

Регистрирующим органом по результатам рассмотрения представленных документов, принято решение от 27.05.2024 № 1183А о государственной регистрации внесения в ЕГРЮЛ изменений в сведения о юридическом лице, в связи с приведением учредительных документов юридического лица в соответствие с законодательством Российской Федерации.

По мнению суда, представленные пояснения и подтверждающие их доказательства достаточны для вывода о наличии у предприятия правоспособности на момент заключения рассматриваемого договора.

Имеющийся в материалах дела Устав ранее созданного предприятия от 18.02.2018 (т. 5, л.д. 102-109), переведенный на русский язык, отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств (статьи 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, довод предприятия о том, что рассматриваемая сделка не могла быть согласована и по указанным основаниям, также признаны судом необоснованными.

Необходимо принимать во внимание и следующее.

Оспариваемый характер сделки предполагает обоснование заявителем характера и степени нарушения такой сделкой его прав или законных интересов. Такое лицо должно доказать, в чем именно заключается нарушение его права, а также каким образом избранный способ защиты нарушенного права будет способствовать его восстановлению.

Предприятие не предоставило доказательств того, что оспариваемая им сделка в случае ее надлежащего исполнения повлекла бы для него неблагоприятные последствия. Получение денежных средств по сделке в качестве оплаты выполненных работ о таких обстоятельствах не свидетельствует.

Министерство имущественных и земельных отношений Херсонской области также не указало, каким образом оспариваемая сделка затрагивает его права и законные интересы, либо нарушает права и законные интересы предприятия. Самостоятельных требований о признании сделки недействительной министерство не заявляло.

При таких обстоятельствах встречные исковые требования удовлетворению не подлежат.

Учитывая вышеизложенное, установив факт неисполнения предприятием своих обязательств по договору и отсутствие оснований для признания сделки недействительной, суд пришел к выводу о правомерности требования истца по первоначальному иску о взыскании с ответчика по первоначальному иску штрафа, предусмотренного пунктом 6.1. договора.

Согласно представленному расчету, исходя из условий договора (50 % стоимости работ по уборке сельскохозяйственных культур, определенной сторонами в пункте 5.2. договора (41 000 000 рублей), размер взыскиваемого штрафа составил 20 500 000 рублей.

Вместе с тем предприятие заявило о несоразмерности штрафа последствиям нарушения обязательств и просило применить положения статьи 333 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Закон не ограничивает свободу сторон договора при определении размера неустойки – в данном случае штрафа (пункт 2 статьи 1, пункт 4 статьи 421 ГК РФ). Вместе с тем такой размер должен быть установлен с учетом принципов добросовестности и разумности, недопустимости злоупотребления правом (пункты 3, 4 статьи 1, пункты 1, 5 статьи 10 ГК РФ). Размер штрафа должен быть соразмерен последствиям нарушения обязательства.

Нормами статьи 333 ГК РФ установлено, что если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О, суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

С учетом компенсационного характера гражданско-правовой ответственности под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом. Критериями для установления несоразмерности подлежащего уплате штрафа последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства. При этом суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела.

Пунктом 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» при обращении в суд с требованием о взыскании неустойки кредитор должен доказать неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства должником, которое согласно закону или соглашению сторон влечет возникновение обязанности должника уплатить кредитору соответствующую денежную сумму в качестве неустойки (пункт 1 статьи 330 ГК РФ). Соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 вышеназванного Постановления, при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

В каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

Определение размера подлежащей взысканию неустойки сопряжено с оценкой обстоятельств дела и представленных участниками спора доказательств, а также со значимыми в силу материального права категориями (разумность и соразмерность), обусловлено необходимостью установления баланса прав и законных интересов кредитора и должника.

Учитывая компенсационный характер неустойки, а также баланс интересов, как ответчика, так и истца по первоначальному иску, руководствуясь пунктом 1 статьи 333 ГК РФ, правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 ГК РФ (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О), пунктом 2 Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 81 от 22.12.2011 «О некоторых вопросах применения статьи 333 ГК РФ», суд пришел к выводу о несоразмерности допущенному нарушению рассчитанного истцом размера штрафа.

При этом, исходя из пояснений сторон, суд принял во внимание то обстоятельство, что в ранее заключенном между ними договоре 2023 года был установлен штраф в размере 10 (десяти) % от стоимости работ. Каких-либо разумных доводов о необходимости увеличения штрафа в новом договоре на 2024 год до 50 (пятидесяти) % истец по первоначальному иску не привел.

Суд также счел обоснованными доводы предприятия о том, что им расходуются  бюджетные средства, а взыскание штрафа в установленном договором размере создаст угрозу его финансовой устойчивости и фактически приведет к невозможности дальнейшего осуществления своей хозяйственной деятельности.

  По мнению суда, в целях установлении баланса между установленной договором мерой ответственности и оценкой действительного ущерба,  с учетом вышеперечисленных обстоятельств, соразмерным в данном случае будет являться штраф в размере 5 (пяти) % от стоимости невыполненных по договору работ, что в денежном выражении составляет 2 050 000 (Два миллиона пятьдесят тысяч) рублей. 

На основании вышеизложенного, первоначальные исковые требования подлежат удовлетворению частично в указанном размере; в удовлетворении встречных исковых требований следует отказать.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В абзаце третьем пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам статьи 333 ГК РФ на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзацах 1 и 4 пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствий нарушения обязательства, получением кредитором необоснованной выгоды (статья 333 ГК РФ).

Таким образом, в порядке распределения судебных расходов по уплате государственной пошлины с ответчика в пользу истца по первоначальному иску подлежит взысканию 125 000 (Сто двадцать пять тысяч) рублей.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1.       Первоначальные исковые требования удовлетворить частично.

2.       Взыскать с государственного унитарного предприятия Херсонской области «Опытное хозяйство «Асканийское» в пользу крестьянского (фермерского) хозяйства «Урожай-II» 2 050 000 (Два миллиона пятьдесят тысяч) рублей штрафа по договору, а также 125 000 (Сто двадцать пять тысяч) рублей в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части первоначальных исковых требований отказать.

3.       В удовлетворении встречных исковых требований отказать.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд  в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Херсонской области.

В соответствии с частью 3 статьи 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.


Судья                                                                                                 А.А. Ерин