Определение от 27 января 2026 г. АС Воронежской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОРОНЕЖСКОЙ ОБЛАСТИ

394030, <...>, http://voronej.arbitr.ru,

тел. <***>, факс. (473) 252-47-09



О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

о привлечении к субсидиарной ответственности

Дело № А14-7910/2020
г. Воронеж
28 января 2026 года
Арбитражный суд Воронежской области в составе судьи Гладневой Е.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Дьяковой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) в открытом судебном заседании заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СОЗВЕЗДИЕ» (ОГРН <***>, ИНН <***>), 394063, <...>, ФИО1

к - ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>), г.Воронеж

- ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>), г.Воронеж

- ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>), г.Воронеж

о привлечении к субсидиарной ответственности

и заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СОЗВЕЗДИЕ» (ОГРН <***>, ИНН <***>), 394063, <...>, ФИО1

к - ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>), г.Воронеж

- ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>), г.Воронеж

- ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>), г.Воронеж

- обществу с ограниченной ответственностью «УПРАВЛЯЮЩАЯ КОМПАНИЯ ЯНТАРЬ» (ОГРН<***>, ИНН <***>), г. Воронеж,

- обществу с ограниченной ответственностью «МУРОМ» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Воронеж,

- обществу с ограниченной ответственностью «УК «УСПЕХ» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г.Воронеж,

- ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>) г.Воронеж

- ФИО6 (ИНН <***>), г.Воронеж,

о привлечении к субсидиарной ответственности

при участии в заседании:

от ФИО3 – ФИО7, представитель по доверенности от 26.03.2025, паспорт,

иные лица, участвующие в деле о банкротстве и процессе по делу о банкротстве – не явились, извещены надлежащим образом,

установил:

публичное акционерное общество «ТНС ЭНЕРГО ВОРОНЕЖ» (далее – заявитель) 10.06.2020 обратилось в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением (поступило 15.06.2020 согласно отметки канцелярии суда) о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «СОЗВЕЗДИЕ» (далее – должник, ООО «СОЗВЕЗДИЕ») в связи с неисполнением должником обязательств перед кредитором в размере 4 768 779 руб. 47 коп. основного долга, 327 440 руб. 18 коп. пени, 117 077 руб. 22 коп. расходов, 558 руб. 00 коп. судебных издержек на оплату почтовой связи.

Определением суда от 18.06.2020 заявление ПАО «ТНС ЭНЕРГО ВОРОНЕЖ» принято судом к производству, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности.

Определением суда от 28.09.2020 требование ПАО «ТНС ЭНЕРГО ВОРОНЕЖ» признано обоснованным, в отношении ООО «СОЗВЕЗДИЕ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» №191(6912) от 17.10.2020.

Решением суда от 18.03.2021 в отношении ООО «СОЗВЕЗДИЕ» введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №53(7015) от 27.03.2021.

Конкурсный управляющий ООО «СОЗВЕЗДИЕ» ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4 (далее – ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и солидарном взыскании с ответчиков задолженности в размере 105 354 728,38 руб. Определением суда от 08.12.2022 заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности принято судом производству, назначено предварительное судебное заседание.

Конкурсный управляющий ООО «СОЗВЕЗДИЕ» ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ООО «УК Янтарь», ООО «МУРОМ», ООО «УК «УСПЕХ», ФИО5, ФИО6 (далее – ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и солидарном взыскании с ответчиков задолженности в размере 105 354 728,38 руб. Определением суда от 20.06.2023 заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности принято судом производству, назначено предварительное судебное.

Определением суда от 21.09.2023 объединены в рамках дела №А14-7910/2020 обособленные споры по заявлению конкурсного управляющего ООО «Созвездие» ФИО1 о привлечении ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Созвездие» по делу №7910/2020 и заявлению конкурсного управляющего ООО «Созвездие» ФИО1 о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ООО «УК Янтарь», ООО «МУРОМ», ООО «УК УСПЕХ», ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и солидарном взыскании с ответчиков задолженности в размере 105 354 728 руб. 38 коп в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением суда 01.07.2024 ходатайство о назначении судебной экспертизы, признав вопросы, предложенные лицами, участвующими в данном обособленном споре, имеющими правовое значение для рассмотрения настоящего заявления, удовлетворено. Проведение судебной бухгалтерской экспертизы поручено сотруднику обществу с ограниченной ответственностью «АППРАДЭКС» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 394029, <...>) ФИО8.

Определением суда от 03.12.2025 судебное заседание отложено на 28.01.2026.

Лица, участвующие в обособленном споре, основные участники дела о банкротстве, извещены о времени и месте судебного заседания надлежащим образом. На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проводилось 28.01.2026 в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушано мнение ФИО3 Представитель ФИО3 возражал по заявлению.

Исследовав материалы дела, суд находит заявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению частично исходя из следующих обстоятельств.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.16 Закона о банкротстве заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Исходя из пункта 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Судом установлено, что ООО «СОЗВЕЗДИЕ» зарегистрировано в качестве юридического лица Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 12 по Воронежской области 22.03.2016 за ОГРН <***>.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ в период с 24.10.2019 по дату признания должника банкротом 18.03.2021 единственным участником с долей участия в уставном капитале 100 % ООО «СОЗВЕЗДИЕ» был ФИО2.

Единоличным исполнительным органом общества в период с 22.03.2016 по 17.01.2020 был ФИО4, в период с 17.01.2020 по 15.05.2020 – ФИО3, в период с 15.05.2020 по дату признания должника банкротом 18.03.2021 ФИО2.

Основной вид деятельности должника согласно сведениям ЕГРЮЛ управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе

Конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ФИО4, ФИО3, ФИО2, а также ООО «УПРАВЛЯЮЩАЯ КОМПАНИЯ ЯНТАРЬ», ООО «МУРОМ», ООО «УК «УСПЕХ», ФИО5 и ФИО6, которые извлекли выгоду из недобросовестного поведения контролирующих должника лиц.

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим заявлено:

1) неисполнение ФИО4, ФИО3, ФИО2 обязанности по передаче документов бухгалтерского учета и (или) отчетности общества;

2) неисполнение ФИО4, ФИО3, ФИО2 обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) на основании пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

3) причинение существенного вреда ФИО4, ФИО3, ФИО2 имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок на общую сумму 40 505 969,97 руб., признанных впоследствии недействительными;

4) фактический «перевод» хозяйственной деятельности должника на аффилированное лицо, не обременённое долгами, а именно: последовательный переход МКД (основного актива должника) от ООО «Созвездие» в ООО «УК «Янтарь», ООО «УК «Успех» и ООО «Муром».

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве, в целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В пункте 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве определено, что возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, ФИО4, ФИО3, ФИО2 являются контролирующим должника лицами.

Обращаясь с заявлением о привлечении ФИО4, ФИО3, ФИО2 по основаниям ст. 61.11 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий указывает на то, что согласно бухгалтерскому балансу на 31.12.2019 у должника имелись активы на сумму 102 706 тыс. руб., в том числе 102 200 тыс. руб. – финансовые и другие оборотные активы (включая дебиторскую задолженность), вместе с тем, непередача руководителями должника конкурсному управляющему документов повлекла за собой невозможность формирования конкурсной массы, следовательно, невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Как указано в пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

По смыслу подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (п.4 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Неисполнение руководителем должника указанной обязанности является основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Для целей формирования конкурсной массы пункт 2 статьи 129 Закона о банкротстве возлагает на конкурсного управляющего обязанность, в том числе принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества; принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника.

Конкурсный управляющий указывает, что ни от ФИО4, ни от ФИО3, ни от последнего руководителя должника ФИО2, документы необходимые для проведения мероприятий, предусмотренных законом, получены не были.

При этом конкурсным управляющим ООО «Созвездие» были приняты меры по получению у руководителя общества бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей путем выезда по месту регистрации должника, однако должник и его документация обнаружены не были.

Из смысла подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что на руководителя организации-должника возлагается субсидиарная ответственность по ее обязательствам, если первичные бухгалтерские документы или отчетность:

- отсутствуют;

- не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации;

-либо указанная информация искажена.

Соответственно, для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности достаточно установить наличие одного из перечисленных обстоятельств.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", бремя доказывания при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности в связи с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации распределяется следующим образом. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В конструкцию статьи 61.11 Закона о банкротстве заложена презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и признанием должника несостоятельным (банкротом). При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Как разъяснено в пункте 56 постановления Пленума N 53, по общему правилу на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем, отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется. Конкурсный управляющий, либо кредиторы не обязаны доказывать их вину как в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (пункт 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 ГК РФ), так и специальных положений законодательства о банкротстве.

Обязанность надлежащего ведения бухгалтерской документации, как и ведения добросовестной и разумной экономической политики общества отнесены законом на руководителя такого предприятия, а в рассматриваемом случае на ФИО4, ФИО3 и ФИО2, которые в разные периоды времени занимали должность единоличного исполнительного органа должника.

Согласно пункту 24 постановления Пленума N 53, в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

В определении Верховного Суда России Российской Федерации от 16.10.2017 № 302-ЭС17-9244 сформулирован следующий правовой подход: отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015).

Если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Исходя из материалов дела, согласно бухгалтерскому балансу на 31.12.2019 у должника имелись активы на общую сумму 102 706 тыс. руб., в том числе 183 тыс. руб. – запасы, 323 тыс. руб. – денежные средства и денежные эквиваленты, 102 200 тыс. руб. – финансовые и другие оборотные активы, включая дебиторскую задолженность.

Как установлено судом и не опровергнуто ответчиками, в отсутствие необходимой бухгалтерской документации конкурсному управляющему не представляется возможным установить природу финансовых активов должника, провести действия по их выявлению и пополнению конкурсной массы должника, равно как и невозможно установить судьбу иных запасов и денежных средств должника, фигурировавших в указанном бухгалтерском отчете должника за 2019 год.

В рассматриваемом случае бывшими руководителями должника не представлены доказательства, обосновывающие объективную невозможность предоставления конкурсному управляющему первичных документов, либо утрату указанных документов по причинам, не зависящим от деятельности ответчика, равно как не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что отсутствие у конкурсного управляющего первичной документации, относящейся к хозяйственной деятельности должника, не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

При этом суд учитывает, что в материалы дела не представлены доказательства передачи документации при смене директоров, в частности ни ФИО4, ни ФИО3 не представлены доказательства передачи документации последнему руководителю должника ФИО2

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о наличии предусмотренных подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для удовлетворения заявлений о привлечении ФИО4, ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Ссылка ФИО3 на краткосрочность периода ее нахождения в должности руководителя должника не является основанием для освобождения ее от субсидиарной ответственности по обязательствам должника за непередачу документов.

В пункте 6 Постановления N 53 разъяснено, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Доказательств того, что ФИО3 была номинальным руководителем должника не представлено.

При этом вопреки позиции ответчика справка исх. №1 от 18.11.2025, согласно которой ФИО3 с 01.02.20008 по настоящее время работает в ООО «Премиум Отель» в должности главного бухгалтера, не опровергает сведения ЕГРЮЛ о том, что в период с 17.01.2020 по 15.05.2020 ФИО3 занимала также должность руководителя должника, следовательно, имеет статус контролирующего должника лица.

Относительно доводов о привлечении ФИО4, ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основанию пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве суд приходит к следующим выводам.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закон о банкротстве предусмотрено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Законом предусмотрены иные случаи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с абзацами 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом, недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве, юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановления от 21.12.2017 N 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах 5 и 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Как следует из правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 N 309-ЭС15-16713, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью заявителя.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Учитывая, что субсидиарная ответственность является исключительным (экстраординарным) механизмом защиты прав кредиторов, стандарт доказывания по данной категории споров является повышенным: наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности устанавливается не путем оценки баланса вероятностей, а путем представления истцом ясных и убедительных доказательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3)).

Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника, и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании банкротом.

Доказывание данных обстоятельств лежит на заявителе.

Предъявляя требование о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, заявитель должен обосновать и установить конкретную дату возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом и доказать, что после указанной даты у должника возникли денежные обязательства перед кредиторами, которые не были исполнены из-за недостаточности у должника имущества.

Непредставление при рассмотрении обособленного спора по существу доказательств, с достаточной степенью определенности и достоверностью свидетельствующих о моменте, с которого руководитель должника должен был обратиться с заявлением должника, исключает возможность установления суммы, подлежащей взысканию в порядке субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

В целях установления периода наступления признаков неплатежеспособности должника определением суда от 01.07.2024 назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «АППРАДЭКС» ФИО8

Согласно выводам, изложенным в заключении эксперта №24/11001-СЭ, дата (период) наступления признаков объективного банкротства в отношении ООО «Созвездие» - не позднее 01 декабря 2017 года. Размер обязательств должника, включенных в реестр требований кредиторов должника (либо установленных, но признанных подлежащими удовлетворению в порядке пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве) и возникших после наступления признаков неплатежеспособности должника составляет 103 333 865,79 руб.

Оценив представленное заключение эксперта в соответствии с ч. 2 ст. 64, ч. 3 ст. 86 АПК РФ, п. 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", суд признает его надлежащим доказательством по делу.

Выводы эксперта лицами, участвующими в деле, не оспорены и не опровергнуты, доказательств иного периода возникновения наступления признаков объективного банкротства в отношении ООО «Созвездие» либо восстановления платежеспособности общества не представлено, ходатайств о проведении повторной или дополнительной судебной экспертизы не заявлено.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона.

Принимая во внимание дату объективного банкротства не позднее 01.12.2017, а также обстоятельства того, что платёжеспособность должника несмотря на специфику его деятельности не была восстановлена в течение нескольких лет, суд приходит к выводу о доказанности возникновения у ФИО4, ФИО3 и ФИО2 обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника, следовательно, о наличии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении названных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) на основании пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Между тем, суд не усматривает оснований для привлечения ФИО4, ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности за причинение существенного вреда ФИО4, ФИО3, ФИО2 имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 Постановления N 53).

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 6.3 Закона о банкротстве.

В пункте 23 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 разъяснено, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Из разъяснений, данных в абзаце 2 пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62, следует, что арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытков в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Перечень действий, при совершении которых недобросовестность и неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, приведен в пунктах 2 и 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица".

В пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 указано, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Само по себе признание сделок недействительными не может являться основанием для возложения на контролирующих должника лиц субсидиарной ответственности в отсутствие доказательств, указывающих на то, что в результате этих сделок должник утратил возможность осуществлять хозяйственную деятельность, лишился весомого дохода, наступило объективное банкротство.

Из материалов дела следует, что конкурсным управляющим ФИО1 были оспорены сделки по списанию и переводу денежных средств с расчетного счета должника в пользу третьих лиц, аффилированных с должником.

Так, определением суда от 27.05.2025 признаны недействительной сделкой действия по перечислению денежных средств ООО «СОЗВЕЗДИЕ» в пользу ФИО3 в сумме 14 553 126, 00 руб. Применены последствия недействительности сделки. Взысканы с ФИО3 в пользу ООО «СОЗВЕЗДИЕ» денежные средства в сумме 14 553 126, 00 руб.

Определением суда от 07.05.2025 признаны недействительной сделкой действия по перечислению денежных средств ООО «СОЗВЕЗДИЕ» в пользу ООО «ВОСХОД» в сумме 1 304 660 руб. 97 коп. Применены последствия недействительности сделки. Взысканы с ООО «ВОСХОД» в пользу ООО «СОЗВЕЗДИЕ» денежные средства в сумме 1 304 660 руб. 97 коп.

При этом, судом установлено, что ООО «ВОСХОД» является аффилированным лицом по отношению к должнику ввиду того, что учредитель ООО «ВОСХОД» ФИО6 приходится дочерью директору ООО «СОЗВЕЗДИЕ» в период с 22.03.2016 по 17.01.2020 ФИО4

Определением суда от 16.11.2023 (резолютивная часть) заявление конкурсного управляющего ООО «СОЗВЕЗДИЕ» ФИО1 к ФИО9 о признании сделок по перечислению денежных средств в размере 8 925 685 руб. 00 коп. недействительными и применении последствий недействительности сделки удовлетворено. Признаны недействительными сделками действия по перечислению денежных средств ООО «СОЗВЕЗДИЕ» за период с 21 мая 2018 года по 27 августа 2019 года ФИО9 в общей сумме 8 925 685 руб. 00 коп. Применены последствия недействительности сделки. Взыскано с ФИО9 в пользу ООО «СОЗВЕЗДИЕ» 8 925 685 руб. 00 коп.

Как указывает конкурсный управляющий, в период совершения оспоренной сделки директором должника был ФИО4, а должность заместителя директора занимал ФИО10, сделка совершена в пользу аффилированного лица, так как ФИО9 приходится сестрой ФИО10

Определением суда от 19.02.2024 признаны недействительными сделками действия по перечислению (снятию) денежных средств с расчетных счетов общества с ограниченной ответственностью ООО «СОЗВЕЗДИЕ» в пользу ФИО4 в общем размере 14 772 136 руб. 00 коп. Применены последствия недействительности сделки. Взысканы с ФИО4 в пользу ООО «СОЗВЕЗДИЕ» 14 772 136 руб. 00 коп

Принимая во внимание дату объективного банкротства 01.12.2017, размер обязательств должника, возникших после наступления признаков неплатежеспособности 103 333 865, 79 руб., суд приходит к выводу о том, что оспоренные сделки, в частности в отношении привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц - ФИО3 на сумму 14 553 126,00 руб. и ФИО6 на сумму 1 304 660, 97 руб. и других не превышают размер кредиторской задолженности общества, в связи с чем, не повлияли на несостоятельность (банкротство) должника. Кроме того, платежи совершены в части до даты объективного банкротства, а в части после, поэтому не могли привести к банкротству должника.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО4, ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СОЗВЕЗДИЕ» на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, поскольку на дату совершения указанных сделок должник уже отвечал признакам неплатежеспособности, был признан несостоятельным (банкротом) не в результате совершения вышеуказанных сделок.

Доводы конкурсного управляющего о совершении ответчиками действий по переводу бизнеса на аффилированные лица ООО «УК «Янтарь», ООО «УК «Успех» и ООО «Муром» ввиду последовательного перехода МКД (основного актива должника) от ООО «Созвездие» в названные управляющие организации подлежат отклонению по следующим основаниям.

Судом установлено, что согласно сведениям ЕГРЮЛ ООО «УК «Янтарь» зарегистрировано в качестве юридического лица 14.05.2019, единственный учредитель ФИО6 (дочь ФИО4) с 14.05.2019 по настоящее время, директор – ФИО3 (дочь ФИО4) с 24.03.2021 по настоящее время.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ ООО УК «Успех» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.03.2021, единственной учредитель и директор ФИО5 с 11.03.2021 по настоящее время. Аффилированность ООО УК «Успех» по отношению к должнику подтверждается тем, что ФИО5 до 23.03.2021 занимал должность директора в ООО «УК «Янтарь».

ООО «Муром» зарегистрировано в качестве юридического лица 16.03.2021 единственный учредитель ФИО6, с 20.09.2022 ФИО4, директором была ФИО3 (дочь ФИО4).

Основной вид деятельности указанных юридических лиц, как и у должника - управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе.

Между тем, доводы конкурсного управляющего о том, что переход многоквартирных домов от ООО «СОЗВЕЗДИЕ» под управление названных юридических лиц в период с февраля 2020 года по сентябрь 2021 года, смена управляющей организации направлены на создание «центра прибыли» - ООО «УК «Янтарь», ООО «УК «Успех» и ООО «Муром» и превращения должника в «центр убытков» противоречат выводам эксперта о наличии у должника признаков объективного банкротства не позднее 01.12.2017, то есть банкротство должника стало объективным задолго до перевода многоквартирных жилых домов из управления должника, которое состоялось в 2020-2021 годах.

Исходя из правовой нормы статьи 162 Жилищного кодекса Российской Федерации, право на заключение договора управления многоквартирным жилым домом прекращается и возникает у соответствующей управляющей организации не на основании соглашения между управляющими организациями, а на основании решения общего собрания собственников помещений в многоквартирном жилом доме, в связи с чем, прекращение прав должника на управление жилыми домами не зависело от воли должника и его руководителей и учредителей, а являлось прямым следствием решения собственников многоквартирных жилых домов, на которое никто из контролирующих должника лиц не мог оказать влияния.

Представленные в материалы настоящего обособленного спора доказательства в отношения перехода МКД из-под управления должника, свидетельствуют о том, что решения были приняты собственниками жилых помещений многоквартирных домов, без участия контролирующего должника лица, что в свою очередь опровергает довод конкурсного управляющего о том, что именно действия контролирующих должника лиц и аффилированных с ними лиц привели к утрате должником права на управление жилым фондом, и как следствие утраты части прибыли.

В рассматриваемом случае материалами настоящего обособленного спора не подтверждено и конкурсный управляющий не обосновал, каким образом изъятие жилого фонда, находящегося в управлении должника, могло повлиять на возникновение банкротства должника и его способность или неспособность произвести расчет с кредиторами, с учетом того, что жилищный фонд не находился в собственности должника и данное имущество не подлежало включению в состав его конкурсной массы.

Конкурсным управляющим не доказано, как наличие или отсутствие жилого фонда в управлении должника повлияло на финансово-хозяйственную деятельность должника и его платежеспособность, принимая во внимание, что часть жилого фонда выведена из управления до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника, когда у должника уже были признаки неплатежеспособности и наступившая невозможность расчета по требованиям кредиторов.

Какие-либо достоверные и относимые доказательства того, что соответствующая деятельность должника по управлению и обслуживанию жилого фонда являлась прибыльной, в материалах дела отсутствуют.

Конкурсным управляющим не доказано, что в случае сохранения домов в управлении должника, последний имел бы возможность исполнять обязательства перед кредиторами, поскольку с учетом специфики осуществляемой должником деятельности, при которой наличие непогашенной задолженности перед ресурсоснабжающими организациями одновременно с кредиторской задолженностью населения является обычным, единственным источником исполнения обязательств перед ресурсоснабжающим организациями, покрытия расходов на текущую деятельность являются платежи населения, и выполняемой им социально значимой функции по обслуживанию домов, в силу которой количество домов в управлении должника не может повлиять на погашение населением всей задолженности перед управляющей компанией и, соответственно, управляющей компании перед ресурсоснабжающими организациями.

В ситуации, когда потребители не оплачивают в полном объеме оказанные им коммунальные услуги, сохранение в его управлении многоквартирных домов не может компенсировать убытки управляющей организации, возникающие в связи с низкой платежной дисциплиной потребителей.

Также, в материалы настоящего обособленного спора не были представлены доказательства того, что именно с момента выхода из-под управления должника жилого фонда в состав которого входят многоквартирные дома, у должника возникли признаки, свидетельствующие об отсутствии возможности исполнять свои обязательства перед кредиторами.

Вопреки доводам конкурсного управляющего, в данном обособленном споре ключевым моментом является то, что перевод деятельности по обслуживанию многоквартирных жилых домов на ООО «УК «Янтарь», ООО «УК «Успех» и ООО «Муром» не явилось причиной банкротства должника.

Выводы суда об объективных причинах убыточности деятельности должника не опровергнуты.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что оснований считать, что ООО «УК «Янтарь», ООО «УК «Успех» и ООО «Муром» являются выгодоприобретателями, не имеется.

При этом, ссылки конкурсного управляющего на приговор Железнодорожного районного суда г. Воронежа от 17.10.2024 по делу №1-21/2024 в отношении ФИО4 подлежат отклонению, поскольку инкриминируемые ФИО4 и ФИО5 действия совершены после наступления даты объективного банкротства 01.12.2017, следовательно, не могли привести к несостоятельности должника.

Таким образом, приведенные конкурсным управляющим в заявлении доводы не свидетельствуют о наличии причинно-следственной связи между вменяемыми действиями ответчиков по переводу бизнеса и несостоятельностью (банкротством) должника.

В связи с изложенным суд приходит к выводу о привлечении ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СОЗВЕЗДИЕ» за неисполнение обязанности по передаче документов бухгалтерского учета и (или) отчетности общества; по неподаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) на основании пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В удовлетворении остальной части заявления конкурсного управляющего ООО «СОЗВЕЗДИЕ» ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, обществу с ограниченной ответственностью «УПРАВЛЯЮЩАЯ КОМПАНИЯ ЯНТАРЬ», обществу с ограниченной ответственностью «МУРОМ, обществу с ограниченной ответственностью «УК «УСПЕХ», ФИО5, ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности следует отказать.

Согласно положениям пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

В рассматриваемом случае вопрос о размере субсидиарной ответственности должника не может быть рассмотрен до завершения всех мероприятий конкурсного производства и установления факта невозможности удовлетворения требований кредиторов за счет имущества должника, поскольку привлечение лиц к субсидиарной ответственности возможно лишь в случае, когда конкурсной массы недостаточно для удовлетворения всех требований кредиторов и при этом все возможности для формирования конкурсной массы исчерпаны.

Из пояснения конкурсного управляющего следует, что в настоящее время конкурсным управляющим осуществляются мероприятия по формированию конкурсной массы.

Учитывая, что в настоящее время реестр требований кредиторов должника не сформирован, размер ответственности ответчика определить невозможно, производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ООО «СОЗВЕЗДИЕ» ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности следует приостановить до окончания расчетов с кредиторами.

Руководствуясь статьями 9, 32, 61.11, 61.12, 61.14, 61.16, 126, 129 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 110, 143-147, 184, 223 АПК РФ, арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

Признать доказанным наличие оснований для привлечения контролирующих лиц должника ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>), г.Воронеж, ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>), г.Воронеж, ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>), г.Воронеж к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «СОЗВЕЗДИЕ» (ОГРН <***>, ИНН <***>), 394063, <...>.

В удовлетворении остальной части заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СОЗВЕЗДИЕ» (ОГРН <***>, ИНН <***>), 394063, <...>, ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «УПРАВЛЯЮЩАЯ КОМПАНИЯ ЯНТАРЬ» (ОГРН<***>, ИНН <***>), г.Воронеж, обществу с ограниченной ответственностью «МУРОМ» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г.Воронеж, обществу с ограниченной ответственностью «УК «УСПЕХ» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г.Воронеж, ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>) г.Воронеж, ФИО6 (ИНН <***>), г.Воронеж о привлечении к субсидиарной ответственности отказать.

Приостановить производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СОЗВЕЗДИЕ» (ОГРН <***>, ИНН <***>), 394063, <...>, ФИО1 к ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>), г.Воронеж, ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>), г.Воронеж, ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>), г.Воронеж до окончания расчетов с кредиторами.

Определение может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течении месяца со дня его вынесения путем подачи жалобы через Арбитражный суд Воронежской области.


Судья Е.П. Гладнева