Постановление от 15 марта 2021 г. по делу № А60-20420/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-152/21

Екатеринбург 15 марта 2021 г. Дело № А60-20420/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 10 марта 2021 г. Постановление изготовлено в полном объеме 15 марта 2021 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Васильченко Н.С., судей Гайдука А.А., Тимофеевой А.Д.,

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы Коммерческого банка «Современные стандарты бизнеса» (общество с ограниченной ответственностью) (далее – общество КБ «Современные стандарты бизнеса», банк, третье лицо), конкурсного управляющего акционерного общества «Научно-производственное объединение «Мир» (далее – общество «НПО «Мир», истец) на решение Арбитражного суда Свердловской области от 08.09.2020 по делу № А60-20420/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества КБ «Современные стандарты бизнеса» – Новиков М.В. (доверенность от 11.01.2021 № 1);

общества «НПО «Мир» – Янузакова К.А. (доверенность от 05.03.2021);

акционерного общества «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» (далее – общество «НПК «Уралвагонзавод», ответчик) – Матынян И.О. (доверенность от 28.10.2020 № 66).

Общество «НПО «Мир» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к обществу «НПК «Уралвагонзавод» о снижении в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойки за нарушение срока поставки товара, начисленной на основании пункта 2.4.10 контракта от 31.01.2017 в сумме 147 349 479 руб. 44 коп.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество КБ «Современные стандарты бизнеса».


Решением суда от 08.09.2020 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2020 решение суда оставлено без изменения.

Общество «НПО «Мир» и общество КБ «Современные стандарты бизнеса» обратились с кассационными жалобами, в которых просят решение суда первой и постановление суда апелляционной инстанций отменить, принять по делу новый судебный акт.

Как указывают заявители жалоб, предусмотренное пунктом 2.4.10 контракта условие о начислении процентов за пользование денежными средствами необходимо толковать как условие об ответственности поставщика за просрочку поставки товара и, соответственно, квалифицировать соответствующие проценты как неустойку за нарушение контрактного обязательства, что позволяет применить к спорным правоотношениям положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По мнению истца и третьего лица, основания для квалификации пункта 2.4.10 контракта как соглашения о плате за коммерческий кредит отсутствуют, поскольку проценты по коммерческому кредиту по своей правовой природе являются платой за правомерное, обусловленное договором пользование денежными средствами, в то время как условием для начисления процентов, предусмотренных данным пунктом контракта, является нарушение поставщиком своих контрактных обязательств, следовательно, такие проценты, по существу, являются скрытой неустойкой и положения статьи 823 Гражданского кодекса Российской Федерации применению не подлежат.

Ссылаясь на необходимость квалификации спорной суммы в качестве скрытой неустойки, заявители жалоб также указывают, что пунктом 9.5 контракта предусмотрено отдельное соглашение о выплате поставщиком пени за нарушение срока поставки. Одновременное применение ответственности в виде неустойки, предусмотренной пунктом 9.5 контракта, и ответственности за неисполнение контрактных обязательств, предусмотренной пунктом 2.4.10 контракта, формально поименованной как плата за пользование коммерческим кредитом, представляет собой двойную ответственность за нарушение одного и того же обязательства, что противоречит закону.

Как отмечают истец и третье лицо, договорная неустойка (0,2% в день, 72% годовых) превышает в 12 раз ключевую ставку ЦБ РФ, что при отсутствии подтвержденного истцом размера потерь от просрочки исполнения обязательства по поставке является явно несоизмеримой с нарушенным интересом с учетом того, что сумма предъявленных к взысканию пеней и штрафов по контракту превышает цену контракта.

Истец также указывает, что ответчик своими действиями способствовал просрочке исполнения обязательства, в частности, существенно нарушил срок выплаты аванса в размере 80% от стоимости контракта, в то время как возможность совершения истцом поставки оборудования была обусловлена наличием денежных средств у истца на его покупку и доставку из другого государства. Более того, как отмечает общество «НПО «Мир», исполнение


условий контракта осложнилось нахождением истца как предприятия оборонно-промышленного комплекса под международными санкциями с 2014 года, что не опровергнуто.

По мнению истца, судами не учтено неравенство возможностей сторон при заключении контракта, а также наличие на стороне ответчика признаков злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В отзыве на кассационные жалобы общество «НПК «Уралвагонзавод» просит оставить решение суда первой и постановление суда апелляционной инстанций без изменений, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Как установлено судами и следует из материалов дела, по результатам проведения электронного аукциона (протокол подведения итогов электронного аукциона № 0462100000216000079 от 26.12.2016) между истцом (покупатель) и ответчиком (продавец) заключен контракт от 31.01.2017 № 00000000020154100002/0462100000216000079-0264183-05 (далее – контракт от 31.01.2017) на поставку и пуск в эксплуатацию круглошлифовального станка с ЧПУ.

Общая сумма контракта составляет 134 836 639 руб. 31 коп. (пункт 2.1 контракта).

Согласно пункту 2.4.9 контракта авансовый платеж в размере 80% от стоимости контракта покупатель уплачивает продавцу в течение 30 календарных дней с момента заключения контракта и получения от продавца счета на оплату.

Пунктом 2.4.10 контракта установлено, что сумма предварительной оплаты в размере 107 869 311 руб. 45 коп. является коммерческим кредитом. В случае неисполнения контрактных обязательств продавец обязан уплатить покупателю процент за пользование коммерческим кредитом из расчета 0,2% от суммы аванса за каждый календарный день пользования коммерческим кредитом до даты исполнения продавцом своих обязательств.

В соответствии с пунктом 3.7 контракта поставка оборудования осуществляется в срок до 15.07.2018, пусконаладочные работы и ввод оборудования в эксплуатацию – до 15.09.2018.

На случай ненадлежащего исполнения обязательств по контракту пунктом 9.3 установлена ответственность продавца в виде штрафа в сумме 674 183 руб. 20 коп., а пунктом 9.5 – пеня за каждый день просрочки обязательства в размере не менее 1/300 действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Банка России от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных продавцом.

В обеспечение исполнения истцом (принципал) обязательств по контракту третьим лицом (гарант) предоставлена банковская гарантия от 20.01.2017 № БГ-4728-160117-01, в соответствии с условиями которой гарант безотзывно обязуется выплатить бенефициару (ответчику) по его первому письменному требованию любую сумму, не превышающую 231 148 524 руб. 48 коп., не позднее 5 рабочих дней с момента предоставления гаранту письменного


требования бенефициара, содержащего указание на то, в чем состоит нарушение принципалом принятых на себя обязательств.

Поставка оборудования осуществлена 07.05.2019 по товарной накладной от 07.05.2019 № 00000000020150410002/15.

В связи с нарушением условий контракта заказчик на основании пункта 2.4.10 контракта начислил проценты за пользование коммерческим кредитом в сумме 147 349 479 руб., а также на основании пункта 9.5 контракта неустойку за нарушение сроков поставки в сумме 48 244 549 руб. 55 коп., и обратился к банку с требованием о выплате соответствующих денежных средств по банковской гарантии, неисполнение которого послужило основанием для обращения заказчика в Арбитражный суд г. Москвы с иском к банку (дело № А40-51557/20-137-390).

Поставщик, в свою очередь, указывая, что установленные пунктом 2.4.10 контракта проценты являются, по существу, неустойкой и их размер явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства, руководствуясь статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и правовой позицией, изложенной в пункте 79 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», обратился в арбитражный суд с соответствующим иском.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, руководствовался статьями 309, 431, 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из того, что оспариваемая истцом сумма является платой за коммерческий кредит, не является мерой ответственности и не может быть снижена по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции решение суда поддержал, признал его законным и обоснованным.

Выводы судов соответствуют установленным по делу обстоятельствам и действующему законодательству.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.1998 № 13/14 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами», согласно статье 823 Гражданского кодекса Российской Федерации к коммерческому кредиту относятся гражданско-правовые обязательства, предусматривающие отсрочку или рассрочку оплаты товаров, работ или услуг, а также предоставление денежных средств в виде аванса или предварительной оплаты.

Проценты, взимаемые за пользование коммерческим кредитом (в том числе суммами аванса, предварительной оплаты), являются платой за пользование денежными средствами. Проценты за пользование коммерческим кредитом подлежат уплате с момента, определенного законом или договором. Если законом или договором этот момент не определен, следует исходить из


того, что такая обязанность возникает с момента получения товаров, работ или услуг (при отсрочке платежа) или с момента предоставления денежных средств (при авансе или предварительной оплате) и прекращается при исполнении стороной, получившей кредит, своих обязательств либо при возврате полученного в качестве коммерческого кредита, если иное не предусмотрено законом или договором.

Поскольку проценты за пользованием коммерческим кредитом по своей правовой природе являются платой за пользование денежными средствами, но не мерой гражданско-правовой ответственности за нарушение денежного обязательства, то при разрешении споров о взыскании процентов суду необходимо установить, является ли требование истца об уплате процентов требованием платы за пользование денежными средствами (статья 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо требование заявлено о применении ответственности за неисполнение или просрочку исполнения денежного обязательства (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

В соответствии с пунктом 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законами и иными актами, содержащими нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и


рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, истолковав по правилам статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации положения пункта 2.4.10 контракта от 31.01.2017 в совокупности и системной взаимосвязи с иными его условиями, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что при заключении контракта стороны предусмотрели обязанность поставщика уплачивать проценты на сумму аванса в качестве платы за коммерческий кредит (статья 823 Гражданского кодекса Российской Федерации), о чем свидетельствует, в первую очередь, буквальное содержание данного пункта контракта, в котором указано, что сумма предварительной оплаты в размере 107 869 311 руб. 45 коп. является коммерческим кредитом.

Как отметили суды, содержащееся в пункте 2.4.10 контракта указание на правовую природу аванса как коммерческого кредита является ясным, двоякого толкования не допускает, в связи с чем при заключении контракта истец при должной степени осмотрительности, предполагающей внимательное изучение всех условий контракта, знал (не мог не знать), что предусмотренный контрактом аванс является именно коммерческим кредитом, регулируемым по правилам статьи 823 Гражданского кодекса Российской Федерации, но не мерой гражданско-правовой ответственности за нарушение обязательств, в том числе, неустойкой.

Суды указали, что содержащееся в пункте 2.4.10 контракта положение о начислении на сумму аванса процентов лишь в случае нарушения поставщиком контрактных обязательств само по себе не опровергает правовой природы соответствующих процентов как платы за пользование коммерческим кредитом.

Суды пришли к выводу, что исходя из буквального содержания пункта 2.4.10 контракта возникновение обязанности поставщика уплачивать проценты на сумму аванса в качестве платы за коммерческий кредит обусловлено наличием такого зависящего от поставщика обстоятельства как нарушение им контрактных обязательств, что соответствует положениям статьи 327.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и не исключает возможность квалификации соответствующих процентов в качестве платы за коммерческий кредит.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 76 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», правила статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяются при взыскании процентов, начисляемых по статье 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Положениями статей 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации возможность судебного снижения размера платы за пользование


коммерческим кредитом по договору, заключенному между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, также не предусмотрена.

При таких обстоятельствах, учитывая, что спорные денежные средства являются платой за пользование коммерческим кредитом, суды пришли к выводу, что правовые основания для удовлетворения требований истца о снижении размера соответствующей платы по признаку явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства отсутствуют.

Довод истца о недобросовестном поведении ответчика, установившего заведомо обременительные условия исполнения контракта, возможности оказывать влияние на содержание которых истец не имел, отклонен судом апелляционной инстанции на основании следующего.

Приняв во внимание положения статей 1, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд указал, что свобода договора заключается не только в определении сторонами по собственному усмотрению договорных условий, но и, прежде всего, в свободном определении лицом того, вступать ему в договорные отношения с конкретным контрагентом или нет. Заключая контракт, истец согласился на его условия, в том числе касающиеся начисления процентов за пользование коммерческим кредитом из расчета 0,2% от суммы аванса за каждый календарный день пользования коммерческим кредитом до даты надлежащего исполнения продавцом своих обязательств (пункт 2.4.10 контракта).

Как отметил суд, доказательства, подтверждающие, что при проведении закупки, заключении контракта истец обращался к заказчику за изменением условий контракта, в том числе пункта 2.4.10 о начислении процентов за пользованием коммерческим кредитом, суду не представлены, равно как и не представлены доказательств того, что истец при заключении договора являлся слабой стороной, был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания условий договора, и был лишен возможности повлиять на какие-либо условия договора, что заключение договора поставки с ответчиком являлось для истца обязательным в силу каких-либо причин, и что он не мог отказаться от заключения договора с ответчиком (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. В этой связи на лицо, заявляющее о недобросовестном поведении своего контрагента, относится бремя предоставления арбитражному суду соответствующих доказательств (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку истцом доказательств, свидетельствующих о наличии в действиях ответчика признаков злоупотребления правом, не представлено, суд апелляционной инстанции отклонил ссылки истца и третьего лица на пункты 8– 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах».


Доводы, приведенные в кассационных жалобах, судом кассационной инстанции отклоняются ввиду того, что они являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, не опровергают выводов указанных судов, направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, как указано в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2016 № 308-ЭС16-4570, от 16.02.2017 № 307-ЭС16-8149.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение суда первой инстанции и постановление арбитражного апелляционного суда приняты на основе всестороннего и полного исследования имеющихся в материалах дела доказательств и установления всех обстоятельств, имеющих существенное значение.

Нарушений норм материального права, как и нарушений процессуальных норм, в том числе являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Согласно подпункту 4, 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче кассационной жалобы на решения и (или) постановления арбитражного суда размер государственной пошлины составляет 3000 руб.

Поскольку обществу «НПО «Мир» при подаче кассационной жалобы была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины, ввиду окончания кассационного производства государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы в сумме 3000 руб. подлежит взысканию в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 08.09.2020 по делу

№ А60-20420/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы Коммерческого банка «Современные стандарты


бизнеса» (общество с ограниченной ответственностью); конкурсного управляющего акционерного общества «Научно-производственное объединение «Мир» – без удовлетворения.

Взыскать с акционерного общества «Научно-производственное объединение «Мир» в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины по кассационной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.С. Васильченко

Судьи А.А. Гайдук

А.Д. Тимофеева