Постановление от 15 января 2024 г. по делу № А67-14047/2019

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А67-14047/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 10 января 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 15 января 2024 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Куклевой Е.А.,

судей Доронина С.А.,

ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Томской области от 16.08.2023 (судья Петров А.А.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023 (судьи Михайлова А.П., Апциаури Л.Н., Кудряшева Е.В.) по делу № А67-14047/2019 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>), принятые по вопросу рассмотрения отчёта финансового управляющего о результатах процедуры реализации имущества гражданина.

Суд установил:

решением Арбитражного суда Томской области от 20.05.2020 ФИО2 (далее – ФИО2, должник) признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО3 (далее – финансовый управляющий).

Определением Арбитражного суда Томской области от 16.08.2023, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023, завершена процедура реализации имущества гражданина, к ФИО2 применены правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, предусмотренные абзацем первым пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), за исключением требования ФИО4 (далее – ФИО4, кредитор) в размере 530 699,07 руб., в отношении которого не применены правила об освобождении от исполнения обязательств.

Не согласившись с принятыми судебными актами в части неприменения правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств в отношении требования ФИО4, должник обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в указанной части, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы приведены следующие доводы: требование ФИО4 основано на причинении вреда в результате пожара, возникшем в доме должника; вопреки доводам кредитора, ФИО2 не знала о возможных проблемах с электропроводкой, сам факт её проживания, а также нахождения в доме в момент пожара об указанных обстоятельствах не свидетельствует и не подтверждает наличие в действиях должника грубой неосторожности; указанные выводы судов основаны только на пояснениях самого кредитора; необоснованно не приняты во внимание объяснения свидетелей, полученные в рамках уголовного дела (постановлением дознавателя ОНД и ПР Томского района от 19.08.2016 отказано в возбуждении уголовного дела), из которых следует, что ФИО2 не знала о неисправности электропроводки; обращение в суд с заявлением о собственном банкротстве по истечении трех месяцев с даты принятия судебного акта о взыскании суммы ущерба в пользу ФИО5 (правопреемником ФИО4) обусловлено отсутствием у должника достаточного имущества для удовлетворения требований последнего и публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – Сбербанк); не учтено, что в рамках исполнительного производства судебным приставом исполнителем производились удержания 50 % из получаемой должником пенсии, в период процедуры банкротства последним добросовестно из пенсии перечислялись денежные средства в конкурсную массу в размере, превышающем прожиточный минимум, предоставлена необходимая и полная информация об имущественном положении, контрагентом по договору купли-продажи автомобиля переданы денежные средства в размере его стоимости, которая превышала рыночную; указанные средства распределены между кредиторами, следовательно, имущественным интересам кредитора какой-либо вред не причинён.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО4 возражает против её доводов, просит судебные акты оставить в силе.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к выводу об их отмене в части неприменения правил об освобождении от исполнения обязательств в силе следующего.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов в составе третьей очереди включены требования: Сбербанка в размере 85 753,10 руб., ФИО4 - 876 340,59 руб.

Согласно представленному анализу активов, выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 04.04.2022 № КУВИ-001/2022-48029, за должником зарегистрировано жилое помещение с кадастровым номером 70:14:0312001:488 общей площадью 34,5 кв. м, расположенное по адресу: Томская 4 область, <...> (является единственным жильём).

Должник не осуществляет трудовую деятельность, получает страховую пенсию по старости в сумме 12 306,24 руб.

Финансовым управляющим выявлено имущество, подлежащее включению в конкурсную массу: - 1/4 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение – квартиру с кадастровым номером 70:14:0331001:210 площадью 49,8 кв. м и 1/4 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 70:14:0331001:36 площадью 655 кв. м, расположенные по адресу: <...>.

Указанное имущество реализовано на торгах, с победителем торгов заключён договор купли-продажи от 13.05.2023 по стоимости 124 800 руб.

Иное имущество у должника отсутствует.

Финансовым управляющим выявлена сделка, подпадающая под признаки оспоримой – продажа ФИО6 грузового самосвала ЗИЛ131, двигатель № 006272, шасси (рама) № 022150.

По акту приема-передачи от 19.01.2021 ФИО6 переданы в конкурсную массу денежные средства в размере 100 000 руб. (стоимость транспортного средства), поступившие в конкурсную массу денежные средства распределены в соответствии с действующим законодательством, из них 377 444,39 руб. направлены на погашение требований двух кредиторов.

Управляющим проведён финансовый анализ, на основании которого сделаны выводы о том, что восстановить платежеспособность должника не представляется возможным, отсутствуют признаки фиктивного и преднамеренного банкротства.

Доказательств возможности дальнейшего формирования конкурсной массы не представлено.

В связи с недостаточностью средств и отсутствием имущества, подлежащего реализации, реестровые требования кредиторов остались не удовлетворенными.

Суд первой инстанции, рассмотрев отчёт, заявленное ходатайство, приняв во внимание, что финансовым управляющим совершены все необходимые действия и мероприятия в процедуре банкротства, оценив установленные обстоятельства, пришёл к выводу о наличии оснований для завершения процедуры реализации имущества гражданина.

Удовлетворяя заявление кредитора о неприменении в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, суд первой инстанции исходил из того, что действия должника, в связи с которыми возникли его обязательства перед кредитором, не соотносятся с принципом добросовестности, ФИО2, как собственник имущества, обязана была обеспечить нормальное функционирование технических систем электроснабжения, а также предвидеть возможность наступления негативных последствий в связи с непринятием мер по приведению электропроводки в исправное состояние; несоблюдение правил пожарной безопасности привело к возгоранию и пожару, что свидетельствует о наличии вины должника в форме грубой неосторожности; его действия по отчуждению транспортного средства свидетельствуют о намеренном ухудшении имущественного положения с целью исключения возможности обращения на него взыскания.

Седьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции, дополнительно отметив, что поведение должника по реализации транспортного средства после происшедшего пожара и обращение в суд о собственном банкротстве по истечении трех месяцев после принятия судебного акта о взыскании в пользу кредитора суммы ущерба свидетельствует об отсутствии у ФИО2 намерений удовлетворить требования кредитора.

Вместе с тем судами не учтено следующее.

По общему правилу, закрепленному в пункте 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчётов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе, требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов (реализации имущества) гражданина.

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

По смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Из вышеназванных норм права и соответствующих разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным исключительно на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, сформированной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956, от 31.10.2022 № 307-ЭС22-12512, злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник: умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 ГК РФ), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора; противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству; несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

В силу пунктов 5 и 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также практики их применения, выраженной в пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление № 45), требования к должнику, основанные на денежном обязательстве, вытекающем из возмещения вреда имуществу, причиненного гражданином умышленно или по грубой неосторожности, сохраняются и после завершения процедуры реализации имущества гражданина.

Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 Постановления № 45).

Если форма вины гражданина-должника не установлена компетентным органом или не следует из нормы закона, предусматривающей ответственность за конкретное правонарушение, арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, вправе самостоятельно установить факт причинения вреда должником имуществу кредитора при наличии вины в форме умысла или грубой неосторожности при активной позиции потерпевшего кредитора, не лишенного права доказать форму вины должника с учётом распределения бремени доказывания по статье 65 АПК РФ.

В силу положений пункта 1 статьи 401 ГК РФ различаются две формы вины: умысел и неосторожность. При этом неосторожность бывает простая и грубая.

Как установлено судами, требование кредитора ФИО4 основано на вступившем в законную силу решении Томского районного суда Томской области от 14.06.2019 по делу №2-30/2019 (далее – решение суда от 14.06.2019) о взыскании денежных средств с ФИО2 в счёт возмещения ущерба, причинённого пожаром.

Указанным судебным актом установлено, что согласно заключению эксперта от 21.07.2016 № 1/2-106-2016, причиной возникновения пожара, произошедшего 21.07.2016 в жилом доме, послужило возгорание горючих материалов в результате воздействия на них пожароопасных факторов при аварийном режиме работы в электрооборудовании (электроснабжении).

Суд общей юрисдикции, указав на виновное причинение должником вреда, форму вины в виде умысла либо грубой неосторожности не устанавливал, из решения суда от 14.06.2019 вывод о наличии в действиях должника грубой неосторожности не следует.

При этом постановлением дознавателя ОНД и ПР Томского района от 19.08.2016 отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного статьей 168 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Таким образом, в действиях должника не установлено обстоятельств совершения умышленных недобросовестных действий либо грубой неосторожности, повлёкших причинение вреда имуществу кредитора, созданию им условий, повлекших негативны последствия для собственника.

Выводы судов о наличии в действиях должника грубой неосторожности по существу основаны на его обязанности, как собственнике имущества, обеспечивать нормальное функционирование технических систем электроснабжения и принимать меры по приведению электропроводки в исправное состояние.

Однако, указанная обязанность не подтверждает обстоятельств злонамеренности действий должника, в том числе в форме грубой неосторожности, и наличия у должника возможности предвидеть наступление негативных последствий (осведомлённости о наличии неисправности электропроводки).

Обстоятельств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении, суды не установили.

По существу действия должника характеризуется неосторожной формой вины (без проявления должной степени заботливости и осмотрительности) и не свидетельствуют о наличии основания оснований для неприменения в отношении него правила об освобождении от обязательств.

Кроме того, наличие неисполненных обязательств перед кредитором не свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны должника при возникновении и исполнении указанных обязательств в условиях отсутствия у должника достаточного имущества для погашения задолженности.

В рассматриваемом случае единственным источником дохода должника являются выплаты пенсии по старости, решением суда от 14.06.2019 установлено, что ФИО2 является опекуном недееспособного родственника.

Судами не приведены (не установлены) обстоятельства создания должником препятствия для максимально полного удовлетворения требования кредитора в ходе процедуры банкротства, искусственном наращивании задолженности.

Факт реализации должником транспортного средства не повлёк причинение ущерба имущественным интересам кредиторов, поскольку покупателем в конкурсную массу переданы денежные средства в сумме 100 000 руб. (стоимость транспортного средства), которые направлены на погашение требований кредиторов.

Как неоднократно отмечалось Верховным Судом Российской Федерации, основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Принимая во внимание изложенные выше обстоятельства, суд округа полагает необоснованным вывод судов первой и апелляционной инстанций о невозможности освобождения ФИО2 от дальнейшего исполнения обязательств перед ФИО4, поскольку в действиях должника не имелось признаков недобросовестности в отношении данного кредитора.

На основании пункта 2 части 1 статьи 287 АПК РФ, поскольку судами установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, суд округа считает необходимым определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить в части, освободив ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредитора.

Руководствуясь пунктами 1, 2 части 1 статьи 287, статьями 288, 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Томской области от 16.08.2023 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023 по делу № А67-14047/2019 отменить в части неприменения в отношении ФИО2 правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований ФИО4.

В отмененной части принять новый судебный акт.

Применить в отношении ФИО2 правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, предусмотренные пунктом 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.


Председательствующий Е.А. Куклева


Судьи С.А. Доронин


ФИО1